Фрейдкина Л. М. Дни и годы Вл. И. Немировича-Данченко



страница44/56
Дата05.03.2019
Размер8.59 Mb.
1   ...   40   41   42   43   44   45   46   47   ...   56

1939

Январь 16


Впервые встречается с исполнителями «Трех сестер». Подробно и точно анализирует пьесу и образы: «Наша задача должна быть простая, можно оказать, художественно честная: мы должны взять эту пьесу и относиться к ней, как к новой, со всей свежестью нашего художественного подхода». (Из стенограммы репетиции).

Январь 19


«Тургенев, Гончаров, Островский, Гоголь, Писемский — все это разные писательские образы. В чем они разные? Разбирать это аналитически очень важно для вашей актерской деятельности, для того, чтобы прийти к созданию авторского стиля в спектакле, к созданию верных образов.

… определение внутренних актерских задач диктуется автором, лицом автора, не только данным куском текста, но именно лицом автора». (Из беседы с молодежью. Вл. И. Немирович-Данченко, Статьи. Речи. Беседы. Письма, стр. 225).


Январь 20


Ведет репетицию «Половчанских садов». Указывает на то, что боязнь пафоса в изображении строителей жизни может привести актеров к тусклости, банальности, сентиментальности: «Или мы играем Леонова, или не играем. А если играем, нам на свои лады переделывать никак нельзя. Не бойтесь играть очень ярко». (Из стенограммы репетиции).

Январь 21


«Боязнь красивости убивает стремление к красоте — вот недостаток нашего Художественного театра». (Там же).

Январь 24


Работает над сценой Маши и Ручкиной в первом акте «Половчанских садов» (с В. А. Вронской и С. С. Пилявской).

Январь 28


Репетирует четвертое действие «Смерти Пазухина».

{528} Январь 29


Беседует с директорами и режиссерами периферийных театров: «В сущности говоря, директор, администрация, здание театра, все служащие, художники, декорации, оркестр — все это существует только для того, чтобы актер пришел на сцену и сыграл спектакль. Только для этого! Вот для этих секунд, минут проявления творческого гения, творческой вдохновенности, творческой передачи в публику замыслов писателя…

Директор театра, по-моему, должен иметь какое-то “директорское” дарование». (Г. А. Заявлин, «Вл. И. Немирович-Данченко — директор театра», «Ежегодник МХТ» за 1946 г., стр. 425 – 426).


Февраль 3


Репетирует «Половчанские сады». Набрасывает эскиз образа Маккавеева. Показывает, как он ходит, в каком ритме, о чем думает и т. д. Говорит М. П. Болдуману: «На каком-то маленьком случайном куске вы останавливаетесь, привлекаете внимание и снижаете значение самого содержания. Я говорю про эту пестроту мелочей, ненужную для пьесы, для сквозного действия и идеологии. Никакого раздражения у Маккавеева нет. Вы снижаете Маккавеева, а я его защищаю. Он заботится о плане, который пойдет в Москву на утверждение. Он хочет, чтобы план выполнялся». (Из стенограммы репетиции).

Февраль 4


На репетиций сцены сыновей из второго акта «Половчанских садов» помогает актерам создавать образы советских людей: «… Никакой нервности… это — всякая сила: сила уверенности, сила физическая, сила мысли, сила пафоса, сила коллектива, сила всей страны, вся простая, ясная, крепкая, здоровая силища. Мысль моя здоровая, желания мои здоровые, отношение к женщине здоровое, к работе — здоровенное, чувство к родине — ясное, чистое, крепкое, сильное, здоровое. Никакого местечка нет для нервного сомнения, рефлексии. Дряблое — это не здесь, вон с дороги. Надо строить заводы, дороги, вооружение… Вот они все такие. В этом и силища Маккавеевых». (Там же).

Февраль 5


Анализирует на репетиции «Половчанских садов» образ озлобленного, опустошенного врага Пыляева. Обращает внимание на то, что «все называют его Пыляев (пыль, пыльный человек), а он именует себя Пылаев (пылать)». Намерен просить Леонова «разработать это так ясно, чтобы зритель {529} уловил смысл этого, а не воспринял бы как путаницу в фамилиях». (Там же).

Февраль 8 – 9


Ведет репетиции второго акта «Половчанских садов». Находит «вольные», без определенного рисунка мизансцены, образующиеся от того, что каждый идет «по какой-то своей дорожке действия». (Там же).

Февраль 18


Поздравляет бойцов, командиров и политработников РККА «с великим днем принятия присяги». (Черновик, статьи для «Красной звезды». Архив Н-Д).

Март 23


Режиссеры П. А. Марков и П. С. Златогоров показывают Владимиру Ивановичу подготовленные ими пять картин оперы Т. Хренникова «В бурю».

Март 25


Беседует с режиссерами и исполнителями оперы «В бурю», доказывает, что в центре первой картины должна быть не деревенская гулянка, а эвакуация коммунистов, чтобы с самого начала ощущалась тема бури, борьба коммунистов с бандой Антонова. Анализирует образ коммуниста Листрата.

Март 26


Нездоров. В столовой своей квартиры репетирует сцену Маши и Отшельникова334 из третьего акта «Половчанских садов»: «Я все более и более замечаю, что я театральнее, чем Художественный театр: я люблю большие театральные взрывы. Но, конечно, не штампованные, а настоящие». (Из стенограммы репетиции).

Март 28


На репетиции оперы «В бурю» говорит: «Наше искусство найдет себя по-настоящему только в советской опере, потому что советская опера пишется по нашему направлению глубокого внутреннего психологического содержания. Мы благодаря советской опере придем к достижениям. И тогда нас уже не догнать… В старой опере — зеркальное отражение психологии, а не сама психология»335.

{530} Март 29


Репетирует картину «У Мавры», встречу двух братьев — Листрата и Леньки336. (Опера «В бурю»).

Март 31


На репетиции шестой картины оперы «В бурю» добивается того, чтобы участники хора стали живыми реалистическими фигурами крестьян. «У вас задача — прослушать Фрола Баева серьезно, глубоко. Это жизненный вопрос каждой хаты, каждой семьи, каждой деревни — всей страны. Поэтому мелко, сладко принимать рассказ Фрола о встрече с В. И. Лениным никак нельзя. И настроение глубоко серьезное». (Из стенограммы репетиции).

Апрель 1


Дома репетирует отдельные сцены «Половчанских садов».

Апрель 2


Беседует с художником В. В. Дмитриевым и режиссером В. Г. Сахновским о декорациях «Половчанских садов».

Апрель 3


Приветствует Декаду киргизского искусства в Москве.

Апрель 8


Работает с актерами, занятыми в «Половчанских садах».

Апрель 9


«Сущность Пыляева — бешенство зависти и ненависти, и сущность эту актер должен обнаружить. … К Маккавееву у него зависть, как и ко всем победителям жизни. “Половчанские сады” — победа социализма, а Пыляев разлагающийся ненавистник, который ненавидит это, завидует, чувствует, что все кончилось… На границе у него скверный шпионаж, мелкий, дряной, на котором он погибнет. Это гнойный волдырь зависти и ненависти, который даже скрыть нельзя». (Из стенограммы репетиции).

Апрель 10


На репетиции «Половчанских садов» говорит, что пьеса, в которой ощущается силища новой жизни, поэзия труда Половчанских садов, «победа социалистической работы», по его мнению, засорена сценой вечеринки, сценой Дуси и Виктора и т. д. «Я нисколько не умаляю достоинств Леонова, {531} очень высоко его ценю. Тем не менее театральный вкус его мне не очень по душе»337. (Там же).

Апрель 11


Проверяет шумы военных маневров в «Половчанских садах», потом репетирует третий акт.

Апрель 14 – 29


Проводит еще одиннадцать репетиций «Половчанских садов».

Апрель 29


После репетиции «Половчанских садов» беседует с Леоновым.

Май 3


Волнуется перед приближающейся премьерой пьесы Леонова: «Как будто это третья-четвертая постановка в моей жизни, а не сотая. Примут — счастье, не примут — несчастье… Общее спокойствие у меня есть, и вас хочу заразить им… Мы искали новых сценических возможностей, чтобы привнести на сцену то лучшее в Леонове, что мы в нем оценили, — поэзию и благородство его образа мысли в какой-то приподнятости от жизни и тем не менее в жизненности, в каком-то влиянии на него лучших образцов русской литературы, в какой-то душевной простоте». (Из стенограммы репетиции).

Май 4


«У театра была опасность либо попасть в плакат, либо захолодить… Очень важно… для хорошего реального искусства, чтобы во втором действии из этого простого реализма выросла философская идея». (Из выступления на заседании реперткома по «Половчанским садам». Стенограмма. Музей МХАТ).

Перед премьерой дорабатывает отдельные сцены «Половчанских садов», говорит актерам: «… Играть современную пьесу надо так, как Качалов читает Маяковского. Если вы будете крепко убеждены, что несете Родине всю свою жизнь и все свое внимание, но не впадете при этом ни в мелкую “простецкость”, ни в декламационность, сохранив настоящий реализм, — вы можете смело говорить на сцене {532} громкие, большие слова и не бояться фальши. Это — путь слияния искусства Художественного театра с советской драматургией». (Вл. И. Немирович-Данченко, Статьи, Речи. Беседы. Письма, стр. 316).


Май 6


Выступает перед зрителями первого спектакля «Половчанских садов».

Май 7, 8


В Музыкальном театре ведет репетиции первого акта оперы «В бурю».

Май 9


Вносит изменения в финал второй картины третьего действия «Половчанских садов», репетирует финал четвертого действия.

Май 10


В газете «Ленинская смена» (город Горький) в связи с гастролями МХАТ напечатана статья Немировича-Данченко «Волнующая встреча». «Здесь, в городе Горьком, на гигантских заводах и фабриках, созданных народом под руководством партии большевиков, тысячи старых кадровых рабочих, осуществивших горьковские мечты, вспоминают его постоянно… Для них… мы будем счастливы распахнуть занавес в спектаклях театра Максима Горького…».

Май 11


Репетирует первую картину оперы «В бурю»: «Имейте в виду, что есть на сцене всегда какой-то центр, куда направлено все внимание зрителя. Если кругом происходят еще какие-то действия, совершенно отрезанные, совершенно чужие этому главному действию, то они только портят. Это очень дурная натуралистическая манера, что в толпе каждый живет какой-то своей жизнью. Вся толпа должна жить тем, что привлекает внимание зрителя к главному действию, тем, что происходит в центре. Уход партизан, столкновение Листрата со Сторожевым — это очень важно. Если в толпе один будет заниматься ружьем, другой сумкой, третий разговором, что якобы дает живую толпу, — это устарелый дурной прием. Сорок лет тому назад Художественный театр к этому прибегал и давно это бросил. А в опере это совершенно недопустимо. Необходимо помнить о главном, а главное — это все время война двух лагерей. … Придумывание каких-то задач, не связанных с главной осью, — беда нашего театра» (Из стенограммы репетиции).

{533} Май 13


Днем в театре репетирует сцену приезда Антонова, вечером, у себя дома, работает с А. Е. Кузнецовой и З. М. Эфросом над дуэтом Наташи и Леньки из оперы «В бурю».

Май 14, 15


Работает над вторым действием оперы «В бурю».

Май 16


«Мелодрама — когда внешнее выражение сильнее внутреннего». (Из стенограммы репетиции оперы «В бурю»).

Май 19


Репетирует четвертую картину оперы «В бурю». На репетиции присутствует композитор Т. Хренников.

Май 20


Работает с исполнителем роли В. И. Ленина — И. А. Петровым и исполнителем роли Фрола Баева — А. А. Корсуновым.

Май 21


На репетиции оперы «В бурю» отказывается от привычно помпезного оперного финала, ищет формы строгой и мужественной, раскрывающей идейное, психологическое и эмоциональное содержание последнего эпизода.

Май 22, 23


Ведет репетиции оперы «В бурю». Работает с актером И. Г. Блинковым, играющим Фрола. Придает большое значение тому, как Фрол рассказывает о своей встрече с В. И. Лениным. (Из стенограммы репетиции).

Май 25


Работает с И. А. Петровым над ролью В. И. Ленина: «Не нужно бояться пауз, не скачите. Вообще у вас есть план очень правильный и хороший. У меня было опасение, что наиграете, но нет, вы сильно этим всем живете». (Там же).

Май 26


Ведет репетицию оперы «В бурю» в присутствии делегатов конференции по советской опере.

Май 27


Репетируя оперу «В бурю», говорит о том, что режиссер и актер, отображая жизнь, должны уметь отбросить случайное и отобрать наиболее яркое и отчетливое.

{534} Май 28


Репетирует партизанские сцены из оперы «В бурю». Напоминает о том, что каждый «артист хора играет коммуниста, героя, готового на любые жертвы ради победы». (Из стенограммы репетиции).

Май 30


На репетиции «В бурю» Владимир Иванович утром и вечером работает с А. Н. Аникиенко над ролью коммуниста Листрата. Указывает ему на то, что он неверно переходит от арии к прозаической речи (Листрат отдает распоряжение, диктует приказы). «Это должна быть музыкальная роль… У вас распоряжения вдруг прозаические, не из оперы, не из музыкального произведения, даже не из сценического… Должно быть так, как будто вы стихотворение читаете, подъем у вас должен быть, и от этого подъема перейдете опять к арии». (Там же).

Май 31


Тихон Хренников посвящает свою оперу «В бурю» Владимиру Ивановичу.

Июнь 1


Говорит о том, что в спектакле «В бурю» запечатлены принципы его Музыкального театра338. «Артист у нас живет страстью образа, и пение — это его средство». (Из стенограммы обсуждения спектакля «В бурю». Музей Музыкального театра).

Июнь 11


Находится на даче в Горках и передает для выставки к конференции режиссеров свое высказывание о драматурге Треневе: «Чем Тренев зажигает режиссера? Правда. Вкус. Живые образы. Юмор. Язык, не механически записанный из жизни, а творчески из жизни созданный. Большая, сквозная идея. Великолепная выдумка. Несмотря на сценическую бесформенность, каковую надо преодолевать театральной техникой». (Машинописная копия. Архив Н-Д, № 7742).

Июль 9


«… мы только 4-го переехали из Парижа сюда, в Evian.

{535} … по приезде в Париж я почувствовал себя таким усталым… В 10 часов я уже был в постели. Это в Париже-то! В разгар сезона.

… Когда встречаются разногласия между мною и единогласием в нашем управлении, я не возражаю. Оставляю за собой право врываться в решительных случаях. Так насчет “Периколы” не возражаю, но остаюсь при особом мнении. Для “кассы”, может быть и хорошо, но это будет после “Елены” много шагов назад! А тогда я и кассе радоваться не способен.

Вообще… боюсь торжества такой тенденции… все вширь и вширь. А не вглубь. … Вширь — это значит сплошные замены первых сил вторыми, это значит — мириться каждодневно то с одним ляпсусом, то с другим, не замечать, как изо дня в день снижаются требования, а вместе с этим растет и самодовольство…». (Из письма к Е. Е. Лигской. Избранные письма, стр. 416 – 417).


Август


В журнале «Театр» (№ 8) — статья П. И. Новицкого «Станиславский и Немирович-Данченко».

Август 26


В письме М. П. Лилиной к С. М. Зарудному: «Судьба столкнула меня здесь [в Барвихе] с Владимиром Ивановичем. Он был прост и внимателен. Выглядит он хорошо и сегодня уже возвращается в Москву на работу; говорит: уйду с головой в “Три сестры”. Но не удастся ему восстановить то, что было». (Архив М. П. Лилиной. Музей МХАТ).

Август 27


Встречается с труппой Художественного театра перед началом сезона. «Набрался я большой энергии и приехал сюда теперь опять немножко прежним директором. Так и ждите от меня и каких-то реформ (аплодисменты) может быть, и каких-то больших неприятностей… Без настоящей радости творчества нет. А вот эту творческую радость в наших работах, репетициях я полностью не улавливаю! Ее было мало…». (Из стенограммы выступления. Архив Н-Д).

Август 29


В письме к труппе МХАТ: «Уже давно на всех репетициях я твержу о необходимости самого внимательного отношения к авторскому тексту, требую точной передачи фразы, … впредь буду рассматривать упорный отход от авторского текста как нарушение трудовой дисциплины…». (Избранные письма, стр. 418).

{536} Август 31, сентябрь 4


Встречается с молодежью МХАТ, которая читает ему рассказы, басни, стихи, показывает отрывки из спектаклей.

Сентябрь 1


Спустя три года после премьеры «Любови Яровой» беседует с исполнителями, говорит о том, что «утеряно настоящее зерно спектакля и сошли на веселый ремесленный спектакль». Репетирует сцену освобождения коммуниста Кошкина и митинг в финале акта: «Когда вы несете Кошкина, у вас горят глаза победой, торжеством, а не мягкой, приятной радостью. Огневая победа… Нельзя прекращать настроение революционной расплаты… В самой высокой степени мужественность, без всякой сентиментальности. А то это сахар, патока, слащаво…» Владимир Иванович показывает актерам, исполняющим роли рабочих, как они относятся к Яровой, просит их «не терять физического действия» и доносить слово так, чтобы оно было насыщено главной художественной задачей. Предлагает провести несколько репетиций. «Ведь спектакль от сезона к сезону должен быть лучше». (Из стенограммы репетиции).

Сентябрь (после 3)


Из письма режиссеру спектакля «Любовь Яровая»: «Мои впечатления о спектакле 3 сентября. … В большинстве сцен первых трех актов я чувствовал себя в настоящем Художественном театре. Этого со мной не было в спектакле “Любовь Яровая” давно. … Исполнители первых ролей… сумели благодаря великолепному мастерству переключить свое самочувствие от невольного стремления к грубой плакатности, чем отличалось исполнение предыдущих спектаклей, к глубокому внутреннему содержанию.

Плакатность выражалась в крикливой подаче слов или эффектных фраз, в невнимании к тому, что требует мысль, в отсутствии искания того ответа нервов, какого требуют мысль, идея спектакля, зерно, сквозное действие и т. д. … актеры … достигли того, что вся плакатность улетучилась и осталась жизнь настоящих художественных образов во всех подробностях спектакля». (Избранные письма, стр. 418 – 419).


Сентябрь 4


На занятиях с молодежью говорит о том, как нужно показывать на сцене большевика Давыдова из «Поднятой целины» Шолохова. Добивается, чтобы молодой актер донес то, что так удалось Шолохову в «Поднятой целине», — национальный склад русского, советского героизма, шолоховское понимание национального характера, того, «что есть в гении {537} нашего народа: соединение громадного героизма с невероятной простотой и юмором, не оставляющим русского человека чуть ли не за три секунды до смерти. Слияние этого есть гений нации». (Вл. И. Немирович-Данченко, Статьи. Речи. Беседы. Письма, стр. 237).

Сентябрь 5


Приходит на репетицию «Трех сестер». «Владимир Иванович скромно садится несколько поодаль от столика, заботясь о том, чтобы его вид не напоминал экзаменатора. Репетиция начинается. Актеры, с трудом преодолевая волнение, входят в образ, в пьесу». (В. В. Глебов, «Владимир Иванович в работе над спектаклем “Три сестры”», «Горьковец» от 24 апреля 1940 г.).

Беседуя после репетиции с актерами и режиссерами Н. Н. Литовцевой и И. М. Раевским, Владимир Иванович определяет «зерно» спектакля: «тоска по лучшей жизни… чтобы это звучало каждую секунду… неудовлетворенность настоящим. Это в душе актера постепенно наживается, вынашивается. … У Чехова все действующие лица обособленные. Общение должно быть поэтическим, художественным, а не наглядно прямолинейным». (Из стенограммы репетиции).


Сентябрь 9


«Как так глубоко жить образом, чтобы можно было на сцене очень много молчать? … Думать о “зерне”, как можно глубже об этом думать. … О том, чем вы всеми нервами будете жить… и упорно ассоциировать это с собственными переживаниями… ваша мысль должна полететь на нервную систему, на трофику так называемую. … В конце концов моя мысль нащупает те самые нервы, которые нужны, которые бы в жизни реагировали. Так, мне кажется, наживается образ… Надо распахать свою актерскую душу… Главное — ничего не играть… ни характеров, ни образов, ни настроений, ни положений, ни чувств». (Там же).

Сентябрь 10


«Текст у Чехова приподнятый, поэтический, как стихотворение в прозе. Если попадете в декламацию, это будет плохо. Но мы не можем уйти в декламацию — настолько мы реальные актеры». (Там же).

Сентябрь 11


Ведет репетицию «Трех сестер».

Сентябрь 12


Перед открытием сезона беседует с коллективом Музыкального театра: «Легко это или не легко, нам надо стремиться {538} поднять вокал». (Из стенограммы беседы. Музей Музыкального театра).

Сентябрь 14


После репетиции «Трех сестер» А. К. Тарасова, репетировавшая роль Маши, говорит Владимиру Ивановичу: «Вы нам задаете очень большую, трудную задачу. … А как нажить внутренний груз?» Владимир Иванович: «Как Блок читал свои стихи — почти не возвышая голоса, но чувствовалась такая громадная глубина. … Мне хочется заразить вас не только общностью идеи чеховской пьесы, но и общностью чеховских приемов. … Надо брать сущность. И от сущности придет и стиль и характерность». (Из стенограммы репетиции).

Сентябрь 15


Работает с Н. П. Хмелевым над ролью Тузенбаха. «Если Тузенбах будет бодрый до горьковских нот, я скажу: это не чеховское произведение. У него нет бодрости горьковской». (Там же).

Сентябрь 16


«Что вы думаете сейчас, когда за кулисами готовитесь к выходу? Куда мысль посылаете? По-моему, надо непременно к зерну пьесы — тоска по лучшей жизни и “долг”. А как это у меня проходит в роли?.. Накопить это, чтобы не выйти на сцену пустым. А потом уже мысль о ближайшей задаче: сейчас моя ближайшая задача на сцене такая-то».

Исходя из «ближайшей задачи», выросшей из зерна спектакля, Владимир Иванович поправляет Н. П. Хмелева, который слова Тузенбаха, обращенные к Соленому («такой вы вздор говорите…»), смягчает улыбкой. Улыбка, по мнению Владимира Ивановича, не нужна, так как в четвертом акте Соленый убивает Тузенбаха, «и не нужно терять ничего из того, что обнаруживает враждебность их отношений». (Там же).


Сентябрь 19


Дома снова читает пьесу «Три сестры».

Сентябрь 20


Ведет репетицию «Трех сестер». Определяет, какое «физическое самочувствие» в ночь пожара у разных людей, — у старой няньки, которая сбилась с ног, у Кулыгина, который устал и испытывает желание соснуть, у Вершинина, нервы которого трепещут, у Чебутыкина, находящегося в состоянии запоя, и т. д.

{539} Сентябрь (конец)


Ведет репетиции оперы Т. Хренникова «В бурю».

Сентябрь


В журнале «Литературный критик» (№ 8 – 9) напечатана статья А. Роскина «Немирович-Данченко и его книга» (о книге «Из прошлого»).

Октябрь 1


Репетирует пятую картину оперы «В бурю» — «В Кремле» (в приемной у Ленина). Обдумывает сцену появления Ленина, ищет точные и содержательные мизансцены, раскрывающие значение встречи В. И. Ленина с тамбовскими крестьянами. Говорит И. А. Петрову: «У вас шло больше всего от характерности, от желания воссоздать сходство с В. И. Лениным… (Владимир Иванович снова показывает всю сцену Ленина). Все должно стать глубже и сильней. Вот я не играю характерности, а живу только содержанием сцены… Ленин должен решить большое, громадное дело… действует Ленин, к которому крестьяне пришли за правдой, словно вся драма предыдущих актов пришла сюда — в эту сцену, в кабинет Ленина. Утверждение большевистской ленинской правды — идея оперы “В бурю”». (Из стенограммы репетиции).

Октябрь 2


На репетиции оперы «В бурю» говорит о задачах хора в четвертом действии: «Вы все со страшной жадностью слушаете Фрола Баева, потому что в каждом слове Баева есть громадная правда. Вся опера в исканиях этой большой правды: нет правды, нет правды, Антонов пришел — нет правды! Как найти правду? И вот наконец Фрол Баев пошел за большой правдой в Кремль, к Ленину и принес эту правду. Вы жадно ловите каждое его слово, от этого зависит вся жизнь — всем своим существом, вот как вы слушаете. Ни одного равнодушного лица, ни одной равнодушной позы… Напряженнейшее внимание, никаких движений… насыщенность настоящими человеческими переживаниями… Приближаетесь к слову “Ленин”». (Там же).

Октябрь 3 – 5, 7


Ведет репетиции оперы «В бурю».

Октябрь 8


Первое представление оперы «В бурю».

Октябрь 9


В газете «Горьковец» напечатана статья Немировича-Данченко {540} о Б. В. Щукине — «Тяжелая утрата»: «От мягкого юмора в “Турандот”, от этой обаятельной простоты и тонкой, изящной интимности с театральным залом; через глубокий по социальному и психологическому содержанию образ Булычова, в мужественной артистической форме, без малейшей сентиментальности и холодного рационализма, сдержанной и в то же время яркой, сценической и навсегда запоминающейся; к чудесному, меткому и захватывающему рисунку в роли Ленина, — вот в двух словах короткий, но блестящий путь Щукина. И как скорбно, что этот путь так рано оборвался!..».

Октябрь 11


В «Правде» — статья В. И. Немировича-Данченко и П. А. Маркова «К постановке оперы “В бурю”».

Октябрь 22


Говорит А. Н. Грибову после репетиции «Трех сестер»: «У вас в Чебутыкине артистическое зерно исполнения, художественное зерно очень хорошее, верное, крепкое, согретое… Но распределено… слишком равноценными кусками. Какой-то кусок сильнее должен быть». (Из стенограммы репетиции).

Октябрь 26 – 28


Репетирует «Три сестры». Работает с В. А. Орловым над ролью Кулыгина; спорит с Б. Н. Ливановым о трактовке образа Соленого; подробно останавливается на сцене Андрея и Ферапонта, исполняемой В. Я. Станицыным и Н. А. Подгорным; проходит с А. К. Тарасовой сцену «покаяния» Маши.

Октябрь 29


Просмотрев два акта балета Б. В. Асафьева «Ночь перед рождеством», поставленного Ф. В. Лопуховым, В. П. Бурмейстером, П. А. Марковым, беседует с балетным коллективом Музыкального театра: «Много выдумки хорошей. И М. С. Сорокина (Солоха) и А. А. Урусова (Оксана) превосходны». (Из стенограммы беседы. Музей Музыкального театра).

Октябрь 30


Из письма Асафьева: «А я — увы — композитор с детских и юных лет. Меня за это ласкали Стасов, Репин, Лядов… Мне особенно дорог Ваш привет и то, что “Ночь [перед рождеством]” пойдет в Вашем, любимом мною театре». (Архив Н-Д, № 3114).

Ноябрь 1


После репетиции «Трех сестер» работает с художником {541} В. В. Дмитриевым над макетом декораций третьего действия: «В основном макет принят, но необходимо его сделать более близким к первому акту — сейчас это как будто комната другого дома». (Из протокола репетиции).

«Посылаю Вам… “Кесарь и комедианты”. Извините, что беспокою Вас, — читать второй раз да еще такую длинную пьесу. Искренне благодарен Вам за Ваше отеческое обо мне попечение и отеческие надежды, — думаю, что когда-нибудь оправдаю их. Всеволод Иванов». (Архив Н-Д, № 4139/1).


Ноябрь 2


Дома работает с Тарасовой над ролью Маши.

Ноябрь (до 9)


Владимир Иванович предлагает Леонидову вместе ставить трагедию Шекспира «Гамлет».

Ноябрь 10, 11, 13


На репетициях «Трех сестер» работает над сценами Ирины и Тузенбаха с А. О. Степановой и Н. П. Хмелевым. Потом занимается с А. К. Тарасовой (Машей) и В. Л. Ершовым (Вершининым). Ищет жизненных и точных мизансцен, в которых заложено «зерно» спектакля, его идея и сущность.

Ноябрь 18


Посылает приветственную телеграмму правительственному Комитету по празднованию юбилея Коста Хетагурова.

Ноябрь 29


Вместе с художником Дмитриевым и исполнителями «Трех сестер» уточняет, когда именно в первом и втором действиях будет поворачиваться круг сцены, в каком ритме, темпе и т. д.

Декабрь 2


Репетирует первый акт «Трех сестер», следя за тем, чтобы не потускнели чеховская бодрость, чеховский юмор: «Ирина сияет, Тузенбах в бодром, крепком настроении, он шутит, предупреждая, что Вершинин будет обязательно говорить о своих девочках»339. (Из стенограммы репетиции).

{542} Декабрь 8


У себя дома с Качаловым работает над ролью Вершинина.

Декабрь 9


Мизансценирует первое действие «Трех сестер» до монолога Тузенбаха — «Тоска по труде». Чтобы создалось впечатление большей обособленности, одиночества Маши, пересаживает ее (А. К. Тарасову) к столу справа (раньше она сидела в середине комнаты, в кресле). Показывает К. Н. Еланской, как ходит Ольга, на ходу поправляя тетради, останавливаясь у рояля, охваченная воспоминаниями. Ирину ставит у окна (раньше предполагалось, что она будет поливать цветы). «Ирина в достоянии огромного подъема, “полета”. Тузенбах все время ходит. То одной (сестре), то другой рассказывает». (Из стенограммы репетиции).

Декабрь 10


«Как произносить монолог Тузенбаха “Пришло время, надвигается на всех нас громада, готовится здоровая сильная буря”? Сидя или стоя? Пафос монолога провести через художественность. А как провести? Жизненностью. А жизненности может помочь мизансцена. В каком-нибудь другом театре режиссер захочет подчеркнуть социальный характер этого монолога, предложит актеру встать в позу! И даже аплодисменты будут в зале и критика за это похвалит. Но нам не это интересно»340. (Там же).

Декабрь 11, 14


Ищет живописно-выразительных, сценичных и в то же время жизненных мизансцен, не нарушающих логики поведения каждого действующего лица.

Декабрь 15, 16


Репетирует первое действие «Трех сестер». В протоколах репетиций запись: «Владимир Иванович мизансценировал почти весь первый акт. Осталось закончить только сцену Андрея с Наташей и приход офицеров в финале акта».

Декабрь 19


В «Правде» сообщение ТАСС — «Успех оперы “В бурю”»: {543} «Большой подъем вызвала картина, когда появляется В. И. Ленин, образ которого воссоздан артистом И. А. Петровым».

Декабрь 20 – 23


Ведет репетиции «Трех сестер».

Декабрь 28


На репетиции «Трех сестер» спорит с Ливановым о роли Соленого. Говорит ему, что у него пропадает чеховский юмор, что он не видит чеховской усмешки: «У вас по-актерски очень выразительно, но это еще не тот образ, он у вас немного романтический. А у Чехова Соленый под романтизм работает, а не то что Соленый — романтик… Можно впасть в карикатуру — тогда ничего не выйдет». (Из стенограммы репетиции).

Декабрь 29


Репетирует второе действие «Трех сестер». Работает с А. П. Георгиевской над ролью Наташи. «В первом акте она вошла барышней, а здесь — хозяйкой». (Там же).

1940

Январь 1


В газете «Горьковец» фото — Владимир Иванович на избирательном участке в день выборов в местные Советы депутатов трудящихся.

Январь 4, 5


Вызывает к себе на квартиру Тарасову, Болдумана, режиссера Раевского для работы над ролями Маши и Вершинина.

Январь 8


«Владимир Иванович вместе с режиссурой, актерами и постановочной частью просматривал выгородки декораций третьего и четвертого действий “Трех сестер”. Тут же на сцене делались наметки мизансцен. Третий акт остался почти без изменений. В четвертом вместо крыльца поставлена терраса для Чебутыкина. Декорации все утверждены и пошли в работу». (Из протокола репетиции).

«В высшей степени обрадован Вашим вниманием к “Ночи”341 и тем, что спектакль осуществлен под Вашим авторитетнейшим {544} руководством». (Из письма Б. В. Асафьева к Немировичу-Данченко. Архив Н-Д, № 3115).


Январь 9


Ведет репетицию «Трех сестер». Говорит А. Н. Грибову: «У вас в третьем действии тоска тягучая. По-моему, у Чебутыкина тоска буйная, в клочья рвет тоска, а не тоска второго действия»; характеризует психофизическое самочувствие Вершинина: «Жить хочется чертовски»; «Маше становится жутко, страшно и радостно». (Из стенограммы репетиции).

Январь 10 – 16, 24


Ведет репетиции «Трех сестер».

Январь 26


«Очень настаиваю на том, что в спектакле надо вскрыть мысль Чехова, а не только лирику. Лирика придет сама собой, от настроения, от комнаты, от пения». (Из стенограммы репетиции).

Просматривает макет декораций первого акта «Трех сестер». «Оставив всю прежнюю планировку, художник и постановочная часть изменили, по совету Владимира Ивановича, тон переднего занавеса и сукон на сцене. По панели стенок сделан орнамент по примеру занавеса. На падуге, находящейся на середине сцены, помещена “Чайка”. За окнами вместо сада те же сукна, на фоне которых редкие голые стволы берез». (Из протокола репетиции).


Январь 28


Из стенограммы репетиции «Трех сестер»: «Самое важное — синтетическое самочувствие образа»342.

Февраль 28


Из письма Владимира Ивановича к неизвестному адресату: «С месяц назад я заболел, очень сильно. … Можно было ожидать конца, ведь 81 год! Но оказалось, сколочен крепко. Вот уже две недели я в санатории “Барвиха”… Благодарю Вас за чуткое и трепетное письмо.

{545} Одиночество? Я так окружен множеством людей, которым я нужен и многие из которых поэтому меня даже любят, что полосы одиночества не могут быть длительны. И оно никогда не тяготит меня. А “призрак смерти” пока никогда не страшил меня, хотя он всегда от меня недалеко… Если же есть все-таки много мыслей и чувств, которыми ни с кем не делишься, — да словно остерегаешься обидеть эти мысли и чувства, не обратились бы они в болтовню… Что же поделаешь?..» (Избранные письма, стр. 421 – 422).


Март 14 – 28


Каждый день репетирует «Три сестры».

Март 26


В «Известиях» напечатаны заметки Немировича-Данченко об игре молодых актеров в спектаклях Музыкального театра «Паяцы» и «Цыганы».

Апрель 1


Режиссеры П. А. Марков и Д. В. Камерницкий показывают Немировичу-Данченко пять картин поставленной ими оперы советского композитора Л. И. Ходжа-Эйнатова «Семья».

Апрель 2


Перед репетицией «Трех сестер» говорит: «Мучительно думаю, все перебираю… чего еще не хватает». (Из стенограммы репетиции).

Апрель 3, 4


Репетирует «Три сестры»: «Мне этот спектакль очень дорог… Когда прошло сорок лет, нет смысла ставить по-старому. В работе над “Тремя сестрами” мы пошли вперед343. И по глубине, и по простоте… Искусство должно быть молодо». (Там же).

Апрель 11


Смотрит всю пьесу «Три сестры», потом беседует с исполнителями. Говорит Ливанову об исполнении роли Соленого: «У вас выходит монстр. У вас великолепный синтез глубины и артистически сделанной характерности. Но глубина постепенно может быть меньшей и меньшей, а характерность большей… Обратите на это внимание. Глядите, чтобы не вышло: среди обыкновенных людей — монстр». (Там же).

{546} Апрель 14


Репетирует с Болдуманом все сцены Вершинина. Работает над финальными сценами первого и третьего действий.

Апрель 16


Делится впечатлениями о генеральной репетиции «Трех сестер»: «У К. Н. Еланской последний монолог — “Придет время, счастье и мир наступят на земле” — это подарок… Сама взволновалась, слеза появилась, взмахнула и бросила в зал. Это было очень сильно. Это секунды, для которых существует театр… самое настоящее вдохновение». (Из стенограммы репетиции).

Апрель 17 – 20


Генеральные репетиции «Трех сестер».

Апрель 18


Из воспоминаний театрального критика Ю. Юзовского о генеральной репетиции «Трех сестер»: «Поднялся занавес. Два акта, включая антракт, я сидел как прикованный — я не помню, чтобы я в своей жизни когда-либо испытывал что-либо подобное, подобную духовную полноту и счастье, я не знаю, какое из благ мира могло бы сравниться с этим благословенным утром в Московском Художественном театре. Я понял, что спектакль этот вечен, что он есть вершина искусства, что миллионы и миллионы пройдут сквозь этот спектакль, как сквозь очистительную купель, что это то духовное оружие, которое помогает людям в их жизни». (Архив Н-Д, № 8369).

Апрель 21


Проводит репетиции отдельных сцен «Трех сестер» за столом. Просит, чтобы в третьем действии на сцене чувствовалась тревога ночи, переходящая в предутреннюю тишину.

Апрель 22


Проводит беседу с руководителями театральной самодеятельности.

Апрель 24


Из письма комитета комсомола МХАТ: «Мы выражаем Вам восхищение спектаклем “Три сестры” и благодарим Вас за все то бесконечно многое, чем Вы обогащаете советское искусство». («Горьковец» от 24 апреля 1940 г.).

Апрель 29


В Музыкальном театре на репетиции оперы «Семья» Владимир Иванович говорит о том, что оперный певец, создавая {547} драматический образ, должен найти психофизическое самочувствие изображаемого человека.

Апрель


Получает афишу из Монтевидео (Уругвай), где «Цену жизни» играли на испанском языке.

Май 9


Двадцатилетие Музыкального театра имени Вл. И. Немировича-Данченко.

Май 11


На репетиции оперы «Семья» Владимир Иванович вспоминает, как дирижировал композитор Направник: «Он никогда не горячился. Останавливал оркестр и говорил: “Прошу пиано… еще раз пиано”. У оркестрантов пот льется, а он: “Еще раз, еще раз пиано”». (Из стенограммы репетиции).

Май 17


В МХАТ проводит первую беседу о «Гамлете»: «Я хотел бы, чтобы сегодняшний день был днем историческим: мы приступаем к Шекспиру. Художественный театр уже пять рал ставил Шекспира. Но для меня это будет как бы в первый раз по-настоящему. Мечта моя поставить Шекспира так, чтобы бросить вызов и нанести сокрушительный удар традициям якобы романтической школы. Потому что это не живые люди, не настоящая поэзия, а подслащенный лживый пафос; потому что это не живая человеческая речь… Я пойду смелей к Шекспиру… чтобы это было наполнено жизненной простотой, но уже простотой не маленьких переживаний, а больших страстей. Чтобы язык стихотворный звучал поэтично». (Из стенограммы беседы).

Май 17 – 19


На репетиции сцены «Гулянки» в опере «Семья» советует танцы «испещрять бытовыми подробностями, чтобы ощущались психологические взаимоотношения танцующих».

Май 20


«Сегодня беру “Литературную газету”. Пишут о спектакле “Фландрия”, большая статья “Возрождение романтизма”. Прямо жить не хочется, до того злишься! Пятьдесят пять лет бьюсь с этим и ничего не могу поделать. Вот видите, — они там наврали, нафальшивили, надекламировали — и это называется “возрождение романтизма”». (Из стенограммы репетиции «Гамлета»).

{548} Во время обсуждения макета декораций говорит Дмитриеву, что ему хотелось бы, чтобы в «Гамлете» на сцене «был замок и море холодное, свинцовое… снегопада не надо. Что ни спектакль, то снег.



… Я Гамлета представляю необычайно жизнерадостным… Нигде это не проявится в действии, но это жизнелюбивая натура, которая так потрясена гадостью жизни». (Там же).

Май 21 – 22


В Музыкальном театре на репетициях оперы «Семья».

Май 27


Вместе с Ю. А. Завадским, П. А. Марковым, В. А. Канделаки и В. В. Дмитриевым обсуждает макет Дмитриева к опере З. П. Палиашвили «Даиси». Хвалит макет второго действия и настаивает на том, чтобы в декорациях первого акта ощущались реальная жизнь, быт, чтобы они не были похожи на традиционно «романтические» оперные декорации к «Демону». Владимир Иванович не советует Дмитриеву устанавливать на сцене одновременно храм и замок, так как от этого в декорациях вместо одного центра образуется два. Дмитриев соглашается. «Это мудрые слова», — говорит он. (Из стенограммы. Музей Музыкального театра).

Июнь 25 – 26


Начинает работать над книгой о мастерстве актера. Диктует стенографистке отдельные наброски и называет их «Для себя, разные мысли». В главе «Зерно спектакля» определяет «зерно» «Врагов», «Воскресения», «Трех сестер», «Леса». В «Лесе» должны быть «дебри фарисейства, невежества, среди которых образ Несчастливцева является великолепной романтической фигурой. А в пьесе важна, существенна какая-то грустная противоположность артистической оторванности Несчастливцева от действительности… Без такого глубокого, яркого противоречия между душой артиста [Несчастливцева] и невежеством “леса” нет романтизма, нет поэзии». (Вл. И. Немирович-Данченко, Статьи. Речи. Беседы. Письма, стр. 164).

Июль 10


Пишет о системе К. С. Станиславского: «Конечные цели у нас были одни и те же. Это для меня совершенно бесспорно». (Из письма к Вл. Терещенко. Архив Н-Д, № 1934).

Июль 11 – 13


У себя на даче, в Заречье, пишет воспоминания о тифлисских театрах, детстве и юности. (См. «Новый мир», 1943, № 1).

{549} Июль 17


К Владимиру Ивановичу приезжают композитор Тихон Хренников и поэт Виктор Гусев.

Июль


Работает над главой «Второй план», подчеркивает значение «физического самочувствия» среди других задач роли: «По опыту не только моему в последних спектаклях, но уже испробованному другими режиссерами, найденное самочувствие может производить совершенно чудодейственные результаты. Сцена неожиданно становится очень жизненной, образ неожиданно становится ярким, живым». (Вл. И. Немирович-Данченко, Статьи. Речи, Беседы. Письма, стр. 168).

Июль – август


В главе «О театре романтическом и реалистическом» противопоставляет «обветшалой, ложной форме» романтического театра, «театру фикции», в котором нет ощущения жизни, искусство Художественного театра. «Когда говорят, что Художественный театр не может ставить Шекспира, я отвечаю: чем спектакль “Братья Карамазовы” ниже самого сильного шекспировского спектакля? … а “Царь Федор”? Почему это не шекспировский спектакль? Я уже не говорю об огромном успехе в театре “Юлия Цезаря” или очень хорошем успехе “Двенадцатой ночи”. А Сатин в “На дне” — не романтизм? Чем он менее романтичен, чем, скажем, “Рюи Блаз” Гюго? Но публика представляет себе романтизм непременно в костюме со шпагой и с пером на шляпе. А Бранд в исполнении Качалова — не романтизм?

… Художественный театр… старался найти свое русло и для того, что можно называть романтизмом. Почему Штокман не романтик?! … почему сам Станиславский не романтик, сам, весь, в своей жизни?! Чистейший романтик!» (Там же, стр. 169, 174).


Август 14


Пишет отзыв о романе В. Гроссмана «Степан Кольчугин». (Архив Н-Д, № 8155).

Август 14, 15, 16


Диктует стенографистке главу «О простоте актера». Намечает вопросы: 1. Переживания; 2. Естественность; 3. Заразительность; 4. Обаяние; 5. Искренность; 6. Создание образа; 7. Театральность; 8. Индивидуальность; 9. Личность актера. (См. «Ежегодник МХТ» за 1944 г., т. I, стр. 17 – 24).

{550} Август 29


Перед открытием сезона выступает с речью перед труппой Художественного театра: «Не нужно бояться слова “поэзия”, не нужно думать, что поэзия — это непременно лунный свети фальшивая интонация, не надо бояться слов “подъем”, “пафос”, не нужно думать, что “подъем”, “пафос” — это значит непременно ложный внешний прием, внешняя декламационность. Какой путь к тому, чтобы актер мог нести на сцену весь свой громадный пафос и мастерство, будучи вместе с тем уверенным, что он останется на сцене живым человеком? … В том-то и заключается громадная сила русского искусства, что оно может охватывать поэтически самые будничные черты быта… Без поэзии нет искусства.

… Разве мы не живем в самую яркую романтическую эпоху? А делают ее люди простые. … Для нас главное заключается в том, чтобы найти большое, яркое поэтическое воплощение этой простоты. Это есть наше искусство, и это есть наш романтизм. Это наша единственная дорога». (Вл. И. Немирович-Данченко, Статьи. Речи. Беседы. Письма, стр. 174 – 177).


Сентябрь 3


Из письма к М. Н. Кедрову об исполнении роли Захара Бардина во «Врагах»: «Вы идете на сцену не с теми задачами, Вы идете рисовать, технически оч[ень] умело, бытовую фигуру… А надо идти с чувством смертельной борьбы за существование.

… Качалов играл с огромным темпераментом и в отнюдь не замедленном темпе и все-таки был либеральный кисель»344. (Избранные письма, стр. 427).


Сентябрь 3, 4


В письме к В. К. Новикову345: «Зачем Вы так кричите? … Приветствую боязнь впасть в “мягкие”, жизненные полутона, так легко снижающие ритм до мелко-бытового. Хорошо, что в Вашей сценической энергии чувствуется, что Вы охвачены общей атмосферой эпохи, горячей, насыщенной, гневной, что Ваши задачи — крупного масштаба, а не только мастерского рисования фигуры. Но разве Вы не можете сохранить силу внутренних замыслов без этого непрерывного крика?..» (Там же, стр. 428).

Сентябрь 13


Советует режиссерам спектакля «Семья» в сцене разоблачения переменить свет так, чтобы солнце заходило со стороны {551} зрителя и бросало блики на фигуры главных действующих лиц.

Сентябрь 16


Первое пленарное заседание Комитета по Государственным премиям в области искусства и литературы под председательством Вл. И. Немировича-Данченко.

Сентябрь 25


Алексей Толстой дарит «Пьесы» с надписью: «Дорогому учителю Владимиру Ивановичу Немировичу-Данченко с любовью Алексей Толстой». (Музей-квартира Вл. И. Немировича-Данченко).

Сентябрь – октябрь


Леонидов присылает пьесу Н. Ф. Погодина «Кремлевские куранты» и сообщает о ходе репетиций: «… Я давно хотел показать Вам свою черновую работу, но Вы так заняты, что я не смел Вас беспокоить». (Архив Н-Д, № 4641).

Октябрь (начало)


Читает роман Константина Федина «Санаторий Арктур», подаренный автором.

Октябрь 10


Из стенограммы режиссерского заседания по «Гамлету»: «Я не принимаю этого Ренессанса, эти фижмы, трико, перья. До чего они истрепаны театральностью… а как начнут говорить стихами, — вот и въедут в эту рутину, в этот театральный шаблон… Эти люди [действующие лица “Гамлета”] жили. Они ели кашу, хлеб резали, они воспринимали и холод и мороз… Мир огромных страстей. Я иду к Шекспиру от наших актеров и от нашего искусства, если же это будет трико, пряжки, туфли, — вот и до свиданья, Шекспир стал конфетным, в лучшем случае — гетевским! Надо это совершенно убрать».

Октябрь 11


Впервые встречается с исполнителями «Гамлета», определяет задачи и колорит постановки: «поэзия каких-то больших ломок, бурь и метелей». Анализирует образы: у короля влюбленность в королеву сливается с честолюбием и властолюбием; королева полна «нехорошим счастьем»; Офелия — «рабское создание», очаровательное и очень любящее Гамлета; у Призрака — «неизбывная тоска и скорбь». (Из стенограммы репетиции).

{552} Октябрь 15


Просматривая новый вариант макета художника Дмитриева к опере «Даиси», говорит: «Горизонт сейчас очень интересный. А связывается ли он с этим жилищем?» Дмитриев отвечает: «Он по тону связан». Владимир Иванович: «А по принципу?» (Из стенограммы. Музей Музыкального театра).

Октябрь 22


Во Всероссийском театральном обществе по случаю 20-летия Музыкального театра имени Вл. И. Немировича-Данченко состоялось чествование его основателя — Вл. И. Немировича-Данченко.

Октябрь 28


Ученица Немировича-Данченко по Музыкальному театру артистка Н. Ф. Кемарская пишет о нем в журнале «Театральная неделя» (№ 14): «Главное достоинство Владимира Ивановича как режиссера — это умение вскрыть и угадать творческую индивидуальность актера, огромное доверие к нему и редкое терпение, с которым он дает возможность этой индивидуальности развиться».

Ноябрь 3


Дарит юбилярам Музыкального театра цветы и значки с надписью: «Спасибо! Вл. Немирович-Данченко».

«Только благодаря Октябрьской революции существует этот театр». (Из речи на торжественном вечере в Музыкальном театре. Музей Музыкального театра).


Ноябрь 11 – 26


Руководит работой Комитета по Государственным премиям.

Декабрь 9 – 20


В фойе Музыкального театра репетирует оперетту «Перикола» Ж. Оффенбаха. Предостерегает режиссуру и актеров, чтобы они возобновление старого спектакля, сыгранного девятнадцать лет тому назад, не свели к повторению прежних мизансцен, к копированию приемов, найденных тогда: «Напишу книгу “Старые штампы” — в назидание молодым актерам». (Из стенограммы репетиции. Музей Музыкального театра).

Декабрь 18


Из письма Леонидова к Немировичу-Данченко: «Доводить ли работу до выпуска [“Кремлевских курантов”] мне одному {553} с М. О. Кнебель или рассчитывать на Ваше участие в пьесе? Мое мнение, что пьеса без Вас выпущена быть не может. … я же отлично сам понимаю, какое глубокое звучание Вы можете дать спектаклю. … Конечно, все это пока сыро и не совсем уверенно, но Вы через эту сырость и неуверенность почувствуете, как должна прозвучать пьеса». (Архив Н-Д, № 4642).

Декабрь 21


«Веселье придет не от того, что будете прыгать и размахивать руками, а от великолепной музыкальной четкости. Я в первый раз сейчас получил большое удовольствие и от оркестра и от темпа на сцене». (Из стенограммы репетиции «Периколы». Музей Музыкального театра).

Декабрь 23


Вместе с балетмейстером В. П. Бурмейстером репетирует народные танцы в «Периколе»: «у вас танцы на большой энергии, а здесь должны быть зной, истома, насыщенная страстность». (Там же).

Декабрь 26 – 28


Ведет репетиции «Периколы».

Декабрь


Беседует с работниками искусств Прибалтики.

1941

Январь 11


Леонидов и Кнебель показывают Немировичу-Данченко проделанную ими работу по «Кремлевским курантам».

Январь 17


Приступает к репетициям пьесы Н. Ф. Погодина «Кремлевские куранты». «Должна быть бодрость. Но бодрость будет от того, что вы будете дышать огромной верой и огромной убежденностью, а не от того, что вы будете быстро приходить и быстро говорить». (Из стенограммы репетиции).

Январь 18


Работает с Тархановым над ролью Забелина (сцена «У Иверской»). Предлагает изменить порядок картин в пьесе. Первая — «У Иверской», вторая — «Метрополь», третья — «Опушка», четвертая — «Изба» и пятая картина, идущая не на мосту, как у автора, а на фоне древней Кремлевской стены… {554} «Сразу — Москва, плакат346, эпоха… Сразу новая Москва, а не деревня347. Это вроде пролога… А потом уже Ленин и ленинская мечта». (Там же).

Январь 21


Просматривает макет Дмитриева к «Гамлету». Находит, что сцена восстания народа должна проходить не в зале, а в переходах замка, на лестницах, коридорах.

Январь 23


В присутствии Погодина ведет репетицию картины «У Иверской». Спорит с режиссером спектакля Леонидовым о пятой картине, в которой В. И. Ленин встречается с матросом Рыбаковым: «Пятая сцена скорее лирическая, чем героическая…». (Из стенограммы репетиции).

Январь 24


Репетирует сцену «В избе». «Важно в этой обстановке то, что приходит Ленин. Рыжов348 — весь в Ленине. Чебан349 — весь в Ленине, вас (Базарову)350 интересует Ленин. Говорит со старухой, а сама все время смотрит на дверь». (Там же).

Январь 28


Работает с Грибовым над ролью В. И. Ленина. (В избе Ленин рассматривает цилиндр: «Замечательная штука!», а потом спрашивает: «Вы знаете, что такое Пролеткульт?»). Немирович-Данченко советует Грибову: «Посмотрел цилиндр — “замечательная штука!” — и пошел на свое место, к столу; “Вы знаете, что такое Пролеткульт?” — пошел и сел. Если вы бросите рассматривать эти вещи и заговорите о Пролеткульте, — будет ясно, что вас занимает Пролеткульт, а не вещи театрального реквизита. Если же вы заняты вещами, то тем самым вы не заняты Пролеткультом».

После репетиции вместе с Леонидовым и Дмитриевым просматривает новую декорацию пятой картины — «Кремлевскую стену». (В режиссерской редакции Л. М. Леонидова и М. О. Кнебель, как и у автора, пятая сцена проходила на мосту).

«Немирович-Данченко: В этой картине Ленин мечтает. Не “через двести — триста лет”, как у Чехова. Он мечтает {555} всегда пламенно… Где же будет происходить действие, на мосту или на скамье у Кремлевской стены?

Леонидов: Мост — это вещь беспокойная, а здесь у стены он [В. И. Ленин] уютно сядет, и я боюсь, что весь его план электрификации пропадет в этом уюте.

Немирович-Данченко: Я понимаю вас. Но, может быть, оттого, что кругом спокойствие, этот нервный комок будет ощущаться еще острее.

Дмитриев: Я думаю, что древность стены даст монументальность всему этому.

Немирович-Данченко: Кремлевская стена ближе нам. Разница в поэтическом ощущении.

Леонидов: Когда Ленин стоит на мосту, за мостом — Кремль, а за Кремлем — Россия, я чувствую, какая ответственность лежит на нем.

Немирович-Данченко: Это эффектнее… У Кремлевской стены естественнее. Ленин прямо из Кремля пришел сюда.

Леонидов: Этот фон кремлевский очень помогает.

Немирович-Данченко: Скажут, — и то хорошо, и это хорошо. В смысле поэтичности — мост доходчивее. Но и у стены можно сделать поэтично. Только поэтичность будет другого характера: Константин Маковский и Владимир Маковский. … Тот вариант — убогая Москва, неприбранная. А здесь — построен новый мост.

Грибов: Конец здесь эффектнее.

Дмитриев: Эту пьесу надо осерьезить, и в этом смысле вариант со стеной мне кажется более солидным. А вариант с мостом мне кажется более легкомысленным, в нем нет серьезности революции. В этой стене больше суровости». (Из стенограммы репетиции).

Февраль 5


В письме к Бокшанской Владимир Иванович пишет, что у него было «желание сблизиться с М. Н. Кедровым на почве чеховских спектаклей». (Архив Н-Д, № 561).

Февраль 6


Из санатория в Барвихе посылает письмо Е. Е. Лигской: «Слушал по радио “Периколу”. Два акта.

… вступление играется до неприятности небрежно, нестройно. Сразу, первое впечатление — недисциплинированного оркестра.

… Конечно, необходимо чувствовать зрителя, необходимо мастерское преодоление его невнимания или равнодушия, но страх, что “не дойдет”, заставляет подчеркивать, навязывать, и это грубит само искусство. Очень трудно. А хотелось бы, чтобы актеры чутко понимали, что художественно вкусно, а что аляповато. Эта работа и делает мастера. Мы на пути — {556} дикция отличная, желание огромное, план роли ясен — только еще беречь чувство художественного вкуса». (Избранные письма, стр. 428 – 429).

Февраль (после 9)


Отвечая на письмо В. Г. Сахновского, пишет о создании спектаклей, «достойных славы и ответственности Художественного театра. … И никакие вопросы самолюбия, сострадания и текущих удобств не должны засорять эти спектакли в их каждодневном движении». (Архив Н-Д, № 1457).

Февраль 24


Смотрит новый спектакль Музыкального театра — «Любовь поэта» («Сказки Гофмана») Ж. Оффенбаха. Режиссер П. А. Марков. Художник Б. Р. Эрдман.

Февраль 25


В беседе о спектакле «Сказки Гофмана» признается, что боится своими замечаниями «сдунуть найденное»: «приятное ощущение какого-то хорошего энтузиазма, который всех вас охватывает». (Из стенограммы беседы. Музей Музыкального театра).

Февраль 26


Просматривает декорацию картины «Опушка леса» в «Кремлевских курантах», показывает актерам, как нужно играть, чтобы в центре этой сцены было ожидание Ленина, мысли о Ленине.

Февраль 27


Ведет репетицию картины «Метрополь» [«Кремлевские куранты»]: «Жалко, что пропадают фразы с юмором. Погодин этим и отличается, что у него много сценического юмора. … В этой сцене должна быть верная психология, а не знакомый сценический комедийный эффект… Как только нарушается верное направление темперамента, начинаются комедийные штучки. Есть в исполнении комедийные штучки, не идущие от основы, от сущности». (Из стенограммы репетиции).

Март 5


Репетирует сцену встречи Ленина с рабочими ночью на набережной у Кремлевской стены. Говорит исполнителям роли рабочих: «Почему вас это тянет на сентиментальность? — … вот он, величайший человек, — такими глазами смотрите на него (Вл. И. показывает), и никакой улыбки, мягкости…

Тут страшно попасть в сентиментальность, но страшно попасть и в трафарет…

… (А. Н. Грибову). Если схватите по всей роли “молнии”, {557} они и дадут вождя — Ленина. А не добренького, милого, мягкого…

… Можно уйти в великолепные рассуждения, и очень горячие, и очень сильные рассуждения. А хочется не рассуждений, а молниеносных выбрасываний мыслей. Я об этом так много говорю потому, что это наиболее ярко выражает гениальность.

… Когда эту линию схватите, тогда скажу: есть и гениальный вождь, а не только великолепный портрет». (Вл. И. Немирович-Данченко, Статьи. Речи. Беседы. Письма, стр. 323, 324, 326).

Март 7


В присутствии Погодина ведет репетицию «Кремлевских курантов», говорит Грибову: «Все у него [Ленина] будет вдохновенно, поточу что [он] всем существом отдается своим огромным идеям. … И ваши теплые, ласковые глаза надо нет-нет и переводить на “молнии”. Наладить свое актерское существо на то, что вдруг глаза засверкают огнем, сжигающим, но и созидающим. Тут никакой сентиментальности. Самое страшное: Ленин — и сентиментальность. А нам нужен пламенный вождь. Без этого образ Ленина никак не приму!» (Там же, стр. 327).

Март 15 – 19


Ведет репетиции «Кремлевских курантов». Работает с Н. И. Боголюбовым над ролью матроса Рыбакова. Хочет, чтобы в нем была народная сила, правда революции, вера в вождей революции.

Март 18


Произносит речь на митинге в Художественном театре, созванном в связи с присуждением Государственных премий артистам МХАТ.

Март 19


«Ростовская область станица Вешенская Михаилу Александровичу Шолохову. Глубоко удовлетворен присуждением Вам премии. Сердечный привет. Немирович-Данченко».

Телеграмма А. П. Довженко: «Искренно за Вас радуюсь».

Телеграмма С. М. Эйзенштейну: «Приветствую и шлю искреннее поздравление».

Телеграмма А. Н. Толстому: «Примите мое сердечное поздравление. Рад, что “Петр” все-таки попал в список». (Архив Н-Д, № 8158).



Репетирует картину «У Забелиных» («Кремлевские куранты») с М. М. Тархановым и О. Л. Книппер-Чеховой: «Я Забелина {558} представляю крупным. … крупно, дерзко не принимающим революции. Если бы Забелин был врагом, он был бы сильным и злым врагом. Но он не может быть врагом. … для него ничего не может быть выше науки, значит, он не враг, а ближайший друг социализма, и ему растолкуют это». (Из стенограммы репетиции).

Март 22


Работает над ролью Забелиной с Книппер-Чеховой. Анализирует сцену Забелина и дочери. (Репетируют Тарханов и Пилявская).

Март 25


«Ваш замечательный талант великого учителя сценического искусства немало помог мне в мои ранние артистические годы». (Из письма В. В. Барсовой. Избранные письма. Приложения, стр. 524).

Март 25, 26


Репетирует «Кремлевские куранты». Добивается, чтобы влюбленность Рыбакова в Ленина была рельефной, красивой, большой. Говорит Боголюбову: «У вас это обледнено, лишено какого-то самого настоящего пафоса». (Из стенограммы репетиции).

Март 27


«Для того чтобы я нашел мизансцену, мне непременно надо найти зерно сцены, важнейшие “куски” сцены». (Там же).

Март 28, 29


Ведет репетиции «Кремлевских курантов». Подробно останавливается на сцене возвращения Забелина из Кремля. (Репетирует с Тархановым).

Апрель 1


Работает с Грибовым над ролью Ленина.

Апрель 4


По просьбе Владимира Ивановича Погодин написал текст роли В. И. Ленина в сцене «На опушке». Новый вариант сцены автор читает на репетиции351.

Апрель 4, 5


Вместе с режиссером спектакля М. О. Кнебель репетирует сцену «У Иверской». «Товарищи, извините меня, что я вас терзаю. Но я хочу, чтобы в Художественном театре не было ни {559} одного кусочка плохого. Это такая трудная сцена. Какие-то две секунды — пустая пауза, мертвая. Еще что-то… Есть такие кусочки, которые я сорок лет слышу в разных театрах. Кому это нужно? Надо, чтобы были характерные фигуры». (Из стенограммы репетиции).

Апрель 8 – 10


Репетирует «Кремлевские куранты». Приходит к выводу, что должен быть написан новый финал пьесы. Говорит об этом Погодину352.

Апрель 15


Репетирует сцену В. И. Ленина с английским писателем («Кремлевские куранты»)353. Считает важным показать в нем филистера, с той мещанской моралью, которая владеет буржуазной Европой: до чего же он плоть от плоти, кровь от крови мещанского понимания вещей. В то же время нельзя сводить исполнение к штампу этакого «театрального иностранца», к франтоватому костюму, лакированным туфлям и самодовольно-нахальному тону. Здесь подразумевается Уэллс, знаменитый писатель, изучавший социально-экономические вопросы и приехавший в Россию, чтобы своими глазами увидеть социальный эксперимент. Спор Ленина с Уэллсом не нужно упрощать. (Из записей Л. М. Фрейдкиной).

Апрель 16 – 19


Ведет репетиции «Кремлевских курантов». Работает с М. П. Болдуманом и А. Н. Грибовым.

Апрель 19


Работает с Грибовым над ролью Ленина: «Вы опять сбиваетесь на интимный тон. — Вам нужно поднять всех. Здесь огромный подъем, а вы чего-то боитесь. Вы не даете простора гневу. Молнии должны лететь из ваших глаз и сверкать. В этой сцене самый настоящий пламень (показывает). “Это ж навсегда” — в этих словах Ленина нет предела пафоса». (Из стенограммы репетиции).

Апрель 22 – 26


Ведет репетиции «Кремлевских курантов». Хвалит Тарханова за исполнение роли Забелина: «Такого серьезного Тарханова — я не видел».

М. М. Тарханов: «Я должен быть благодарен, что вы меня окунули в эту серьезность». (Там же).


{560} Май 6, 7


Репетирует «Кремлевские куранты».

Май 14


Посылает телеграмму А. М. Бучме: «В дни расцвета Вашей актерской жизни желаю надолго сохранить свежесть и заразительность Вашего прекрасного таланта». (Избранные письма, стр. 430).

Июнь 5


«Потом Шолохов… вспомнил, что в свое время Вы так убедительно уговаривали его переделать “Тихий Дон” для драмы… Но как-то он не собрался это сделать». (Из письма Бокшанской. Архив Н-Д, № 3382/8).

Июнь 15


В газете «Советская Белоруссия» — письмо В. И. Немировича-Данченко: «Всей душой желаю, чтобы прекрасная советская традиция обмена художественными достижениями братских республик принесла новые плоды в гастролях МХАТ в Минске».


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   40   41   42   43   44   45   46   47   ...   56


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница