Издатель: Вече Год: 2005



страница23/46
Дата05.03.2019
Размер7 Mb.
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   46

где еще лет пятьдесят назад водились даже грозные туранские тигры. Да

и сейчас в тугаях настоящий рай для птиц, черепах, кабанов и завезенных сюда недавно ондатр. Рыбаки же вытаскивают на спиннинг иной

раз двухметровых сомов.

А за зеленым морем тугаев ожидает Амударью страдающий от безводья Арал, лишившийся почти полностью подпитки водами Сырдарьи,

второй по значению реки этого региона. Практически всю ее воду разбирают на орошение, и она впадает в Аральское море лишь в половодье.

Вот и приходится Амударье одной поить высыхающее море в одиночку.

Так заканчивает свой путь от далеких ледников Гиндукуша эта напоившая три республики СНГ удивительная река с тремя названиями.

А если быть точным, то на двух с половиной тысячах километров ее

неутомимого бега мы увидели три разные реки: бешеный горный поток, могучую водную артерию среди бескрайней пустыни и паутину

проток в камышовых лабиринтах дельты. Такой вот разноликой и необычной останется в памяти эта изменчивая, грозная и благодатная

река, которую четыре страны и пять народов называют древним именем Амударья.

САРЕЗСКОЕ ОЗЕРО

(Таджикистан)

Река Мургаб веками текла, пенясь на водопадах и порогах, через крутостенное ущелье у подножья памирского хребта Музкол. Но февральской ночью 1911 года склоны хребта содрогнулись от мощного подземного толчка. В результате землетрясения от правого борта ущелья оторвалась гигантская скала и рухнула вниз, в долину, завалив ее на протяжении восьми километров. Высота завала достигла семисот метров —

это высота 200-этажного дома!

В ущелье Мургаба обрушилось тогда больше двух миллиардов кубометров обломков скалы, полностью завалив находившееся внизу небольшое селение — кишлак Усой. Усойский обвал считается величайшим по

масштабам из всех, случавшихся на земном шаре.

Воды реки, остановленные образовавшейся естественной плотиной,

стали накапливаться за ней, заполняя ущелье. Так возникло самое молодое на нашей планете горное озеро. Оно быстро росло, и уже через

Полгода затопило расположенный в двадцати километрах выше завала

^шлак Сарез. Жители его, не успев даже убрать урожай со своих огоро

240

100 ВЕЛИКИХ ЧУДЕС ПРИРОДы\



дов, бросили дома и перебрались на новое место. А кишлак скрылся а

водах озера, которое в память о нем назвали Сарезским.

Сейчас оно вытянулось в длину на шестьдесят километров, а глубина его превысила пятьсот метров. Высота зеркала воды Сареза над уров-1

нем моря составляет 3240 метров. Из крупных водоемов мира немногие

могут потягаться с памирским озером в этом отношении. |

Но самое удивительное, что ниже плотины Мургаб... исчезает! С вы-|

сокой плотины не видно внизу никакого водного потока. Воды реки про-|

сачиваются, как бы фильтруются, сквозь тело завала и на протяжении!

семи километров ниже плотины текут под землей, в толще галечных!

отложений на дне ущелья. Лишь затем они пробиваются на поверхность!

обильными родниками, которые, сливаясь, возрождают Мургаб.

Район Сареза поражает своей суровостью, безжизненностью и какой-то удивительной тишиной. Сначала трудно даже поверить, что здесь

когда-то рушились горы, грохотали водопады и катились по откосам огромные куски скальных пород. Но и в наши дни порой можно увидеть

как на склонах Музкола вдруг возникает серое облачко и, постепенно4

увеличиваясь в размерах, стремительно катится вниз. Долетев до озера,

оно плюхается в пучину, поднимая огромный столб воды. Это сходит

очередной обвал. Лишь через несколько минут успокаивается водная

гладь, и над озером снова воцаряется торжественное безмолвие.

Сухой воздух высокогорья на редкость прозрачен. Человеческий глаз

не в силах уловить перспективу, и дальние горы кажутся такими же четкими и резкими, как и стоящие рядом. Поражает и безлюдье на берегах

огромного (девяносто квадратных километров!) водоема. Ближайший

населенный пункт на востоке — поселок Мургаб — находится в двухстах километрах выше по реке. Да и вниз по течению до селения Бартанг тоже не меньше ста пятидесяти километров. Лишь редкие охотники да геологи появляются у озера летом. А зимой покой Сарезского

озера нарушает разве что «снежный человек», легенды о котором издавна ходят среди местных таджиков. И хотя несколько экспедиций,

побывавших здесь, так и не нашли следов нашего дикого родственника, охотники и пастухи на Памире верят в его существование и рассказывают о встречах с ним на горных тропах своего и по сей день

малоисследованного края.

Сарез расположен на границе двух различных частей Памира: высокогорного плато на востоке и сильно расчлененного Западного Памира,

или Бадахшана. Бадахшан — край покрытых ледниками высоких хребтов и бурных стремительных рек, проложивших себе путь в узких глубоких ущельях, подобных Мургабскому. Во многие из них солнце заглядывает лишь на два-три часа в середине дня. И вода в бадахшанских реках

то мутно-белая, когда поток мчится из-под самых ледников, то прозрачная ярко-голубая, если по пути река протекает через озеро и оставляет в нем песок и глину, доставшуюся ей от тающих льдов и снегов. На

241

САРЕЗСКОЕ ОЗЕРО



Рис. 102. Сарезское озеро

горах растут только чахлая полынь и колючие кустарники, прижавшиеся к земле, словно большие серо-зеленые подушки. А в садах кишлаков

на нижних террасах долин растут яблони и абрикосы, виноград и дыни.

Словом, Бадахшан — край контрастов: высотных, цветовых и растительных.

А Восточный Памир представляет собой равнину, только поднятую

на высоту четырех тысяч метров. Здесь полностью оправдывается его гордое название. (Памир в переводе означает — «Крыша мира».) Грандиозные, шести-семикилометровой высоты горы окружают плоскогорье

почти со всех сторон. Облака, напоенные влагой, не доходят до Памира, оставляя осадки на внешних склонах хребтов, и воздух здесь сух настолько, что у путешественника нередко трескается кожа на губах. К

тому же он на редкость прозрачен, так что, проходя по снежным полям, приходится защищать лицо маской, иначе неминуемы солнечные

ожоги.

Если же случайная тучка все же прольется редким дождичком, то



капли его испаряются, не достигнув земли — все из-за той же сухости

воздуха. В этой высокогорной пустыне осадков выпадает вдвое меньше,

чем в Каракумах. А мороз в январе бывает до минус сорока восьми градусов! Да и летом температура редко поднимается выше плюс десяти.

Случается, что даже в июне на перевале караван встречает снежная пурга. Словом, это край экстремальных условий. Не случайно на огромных

просторах Восточного Шмира, раскинувшегося на четыреста километров с севера на юг и на двести — с запада на восток, почти нет селений.

Можно проехать через все плато по Памирскому тракту, от перевала

Кызыл-Арт до Шугнанского хребта, и на всем трехсоткилометровом

пути встретятся только три крохотных кишлака, да уже упомянутый поселок Мургаб.

Такие «лунные» пейзажи: безлюдье, безводье, суровая холодная безжизненность — встречаются еще только в одном месте на нашей планете — на Тибетском плоскогорье. Недаром Восточный Памир называют «Тибетом в миниатюре». Из растений здесь попадаются только колючие растения-подушки да приземистые кустики терескена — един

242 100 ВЕЛИКИХ ЧУДЕС ПРИРОДЫ

ственного топлива для костра, который поможет путнику скоротать хо\

лодную ночь на плато.

Животные в этом районе обитают в основном на склонах окружают

щих гор, там, где текут ручейки с ледников. В норах между каменными

глыбами прячутся сурки и пищухи, по гребням прыгают с камня на

камень могучие архары — крупные горные бараны с тяжелыми двухпу!

довыми рогами. Необычны птицы Памира, многие из которых встреча|

ются и в Тибете: рогатый жаворонок, серпоклюв, снежный гриф, ти|

бетская горная индейка и тибетский ворон. А на равнинах пасутся, по-1

щипывая редкие пучки сухой травы, хозяева здешних мест — мохнатые

яки, за которыми следуют их злейшие враги — поджарые тибетские волки. И горе отбившемуся от стада теленку — стая хищников не упустит

добычи, и скоро парящий над плоскогорьем огромный орел-бородач

спикирует вниз, чтобы завершить их кровавое пиршество.

Если бы яка на Памире не было, его, безусловно, следовало бы выдумать, потому что по неприхотливости и полезности с ним может сравниться разве что северный олень Крайнего Севера. Шерсть яка так длинна и густа, что он не нуждается ни в какой подстилке и может спокойно провести ночь на мерзлой земле или даже на снегу. С грузом в полтораста—двести килограммов могучее животное, дающее горцам и молоко и шерсть, движется по горным тропам с ловкостью и уверенностью

циркового канатоходца. А про ячье молоко таджики говорят, что оно

такое густое, что «на молоке ячихи заяц пляшет и не тонет».

В холодной высокогорной пустыне Памира яки нашли для себя обширные, хоть и скудные пастбища, где у них практически нет конкурентов. На берегах медленно текущих рек Восточного Памира только эти

привыкшие к разреженному воздуху неприхотливые горные быки без

труда могут добыть для себя пропитание, и, может быть, именно поэтому единственным домашним скотом в заоблачном памирском краю

является этот косматый гигант с хвостом лошади, рогами быка и хрюкающий, как свинья.

В северной части плато находится самое высокое из крупных озер

СНГ — Каракуль. «Черное озеро» (так переводится с тюркского его название) расположено на высоте почти в четыре километра над уровнем

моря. По площади — 364 квадратных километра — оно равно половине

Ильмень-озера у Новгорода и вчетверо превышает площадь Сареза. Его

солоноватые и прозрачные как хрусталь воды даже летом не прогреваются выше двенадцати градусов, а семь месяцев в году оно вообще покрыто льдом. Пустынны просторы Каракуля. Лишь индийские гуси приземляются весной на его островах, летя из теплых краев на север.

Через эти места пролегали когда-то древние торговые пути из Китая

к Средиземному морю. Но описаний Памира мы почти не встретим в

записках побывавших тут купцов или паломников. Лишь китайский путешественник VII века Сюань Цзян посвятил Памиру несколько строк:

САРЕЗСКОЕ ОЗЕРО 243

«Царствует здесь страшная стужа, и дуют порывистые ветры. Снег идет

зимой и летом. Ни зерновой хлеб, ни плоды произрастать здесь не могут».

А через шесть веков по караванным тропам Памира прошел неутомимый венецианец Марко Поло. В своей книге под 1270 годом он записал:

«Поднимаешься на самое высокое, говорят, место на свете. Двенадцать дней идешь по той равнине, называется она Памиром, и во все

время нет ни жилья, ни травы, еду нужно везти с собой. Птиц тут нет

оттого, что высоко и холодно. От великого холода и огонь не так светел

ц не того цвета, как в других местах, и пища не так хорошо варится».

Действительно, мясо варить здесь лучше в скороварке: ведь в котелке

вода на такой высоте кипит уже при восьмидесяти градусах.

До сих пор дорога, соединяющая столицу Таджикистана Душанбе с

центром Памира — Хорогом — действует только в летнее время. Зимой,

когда снег засыпает перевалы, единственный путь на Памир ведет из

ферганской долины, от древнего города Ош. Через четыре горных перевала бесконечными серпантинами поднимается Памирский тракт на

«Крышу мира». Последний, самый высокий перевал Акбайтал, находится на высоте 4655 метров. Это всего на полтораста метров ниже Монблана! А на перевале Талдык автомобиль на десятикилометровом отрезке

оказывается на высоте две тысячи метров. Шофер здесь — профессия в

прямом смысле слова геройская, но для страховки машины всегда идут

в рейс по две, чтобы в случае аварии не остаться одному в холодной

пустыне.

Трасса Ош — Хорог в полтора раз длиннее дороги на Памир из Душанбе, но зато ее не заносит снегом, и для Памира это поистине «дорога жизни». Она проходит мимо мрачного Каракуля, мимо рудника

Кух-и-Лал, где добывают дивный темно-синий камень — лазурит (таких мест всего два в мире — здесь и в Афганистане), мимо горячих фонтанирующих источников Гарм-Чашма, кишлака Билянд-Киик, где, по

слухам, видели «снежного человека», и многих других замечательных

уголков Памира.

И только самая драгоценная жемчужина этого высокогорного края —

Сарезское озеро — по-прежнему надежно спрятано в сердце бадахшанских гор. Путь к нему и сегодня нелегок и непрост. Но люди снова и

снова пробираются к заветному озеру, и не только из-за его красоты.

Гидрогеологи уже давно тревожатся за судьбу Сареза. Представьте,

что может случиться, если вода, пока мирно фильтрующаяся через

Усойский завал, размоет его и прорвет высоченную семисотметровую

плотину! Гигантский водяной вал ринется тогда вниз по ущелью Мур^ба, отрывая от берегов каменные глыбы, выворачивая деревья, снося

^шлаки и мосты и уничтожая все на своем пути. Бешеный водно-гря^-каменный поток — сель — промчится вниз до впадения Мургаба в

Пяндж и дальше, туда, где Пяндж и Вахш, сливаясь, образуют АмуДарью. Десятки городов и селений будут стерты с лица земли. Это была

^ь! величайшая катастрофа современности!

244


100 ВЕЛИКИХ ЧУДЕС ПРИРОДЬ

Пока наблюдения ученых не вселяют опасения: естественная плоти

на ведет себя спокойно. Но кто знает, как обернется дело после очеред

ного землетрясения, которые здесь не редкость. И поэтому гидрогеоло

круглый год несут вахту на Сарезе. Жемчужина Памира не должна ста

угрозой для людей.

БАДХЫЗ

(Туркменистан)



На самом юге Туркменистана, близ границы с Афганистаном, за

безжизненными просторами Каракумов, находится удивительный край.

Когда впервые попадаешь сюда, возникает ощущение, что ты не в сердце Азии, а в африканской глубинке, где-нибудь у озера Чад или в

Судане.


Здесь соседствуют саванна и пустыня, горы и солончаки, здесь живут леопарды и гиены, черные грифы и газели, дикобразы и термиты.

Имя этому краю — Бадхыз.

Ландшафты Бадхыза необыкновенно разнообразны. Основная его

часть — холмистое плато, поднятое на 800 метров над уровнем моря Но

с запада его окаймляет горный хребет Гез-Гедык, вершины которого

возвышаются над местностью на 1200 метров. Хребет прорезан узкими

каменистыми ущельями с отвесными скалистыми стенами. А на юге плато обрывается крутым уступом к обширной и глубокой (до 500 метров)

впадине Ер-Ойлон-Дуз с соленым озером и причудливыми скалами-останцами. С севера почти отвесный склон впадины как бы разрублен огромным восемнадцатикилометровым оврагом Кызыл-Джар. Его обрывистые красные склоны, уходящие на десятки метров вверх, чем-то напоминают американский Большой Каньон.

Весной холмистое плоскогорье Бадхыза похоже на необычную приземистую саванну, где зеленую степь оживляют поднимающиеся над

травой высокие зонтичные злаки — ферулы, издали напоминающие

странные экзотические кусты. По мере того как весна вступает в свои

права, а затем сменяется летом, саванна меняет цвета, словно по мановению волшебной палочки.

В марте холмы Бадхыза (их тут называют баирами) фиолетовые от

цветущих хохлаток и первоцветов. К началу апреля баиры краснеют: это

распускаются маки и тюльпаны. А ближе к маю степь окрашивают в желтый и синий цвета многочисленные ирисы и колокольчики. В жаркие

майские дни всюду цветут белые астрагалы, а в июне — шаровидные

кусты алтея, живокости и вьюнков.

В западной части плоскогорья, по склонам гор и холмов раскинулась

уже настоящая, классическая саванна, где среди высоких трав растут

отдельные деревья высотой в 5—7 метров. Но это — не африканские ака

БАДХЫЗ 245

ции и баобабы, а... фисташки. Уже с высоты полуметра они начинают

ветвиться, образуя густую крону, в которой обязательно чернеет птичье

гнездо. А под деревом, как правило, находится лежка кабана, а то и

деопарда. Ведь это единственное место, где зверь в летнюю жару может

укрыться в тени.

Совсем другой вид имеет впадина Ер-Ойлон-Дуз. Это настоящая пустыня, с солончаковыми и каменистыми безжизненными равнинами,

где можно встретить только юрких ящериц-гекконов, а изредка и самую

крупную из наших рептилий — серого варана Полутораметровый «сухопутный крокодил» бродит по пустыне в поисках добычи: грызуновпесчанок, ящериц, молодых черепах или птиц.

Человеку лучше уклониться от близкого знакомства с вараном. Широкая пасть этой рептилии полна острых зубов, а удар хвоста оставляет

на коже багровый кровоподтек.

Встречаются тут и типичные обитатели пустынь — змеи, в том числе кобра, а также эфа и стрела-змея. У стрелы тонкое туловище и удлиненный заостренный хвост. Песчано-серая защитная окраска делает ее

совершенно незаметной на фоне песка. Нападая на ящериц, стрела-змея

как бы на лету схватывает свою добычу. Яд ее убивает жертву за 5—6

секунд. К счастью, ядовитые зубы стрелы находятся в задней части верхней челюсти, поэтому для человека она не опасна. Змея просто не мо

Рис. 103. Куланы в горах Бадхыза

246

100 ВЕЛИКИХ ЧУДЕС ПРИРОДЫ



жет настолько широко раскрыть свою маленькую пасть, чтобы глубоко

захватить ею человеческую руку или ногу.

Совсем другое дело песчаная эфа — одна из самых крупных и ядовитых змей Средней Азии. Ее желтое или буро-серое туловище толстое и

мускулистое. На голове светлое пятно в форме креста. При виде опасности она сворачивается в полукольцо, слегка приподняв голову и извиваясь всем телом. При этом она издает звук, похожий на шипенье воды,

льющейся на раскаленную сковороду. Укус эфы смертелен для человека, но летом эта змея охотится только по ночам, так что шанс встретиться с ней невелик.

В саванне животный мир куда интереснее и разнообразнее. Здесь обитает главное украшение Бадхыза — дикий осел-кулан. Для науки эти

быстрые и пугливые копытные были открыты в конце XIX века знаменитым Пржевальским. В то время их многочисленные табуны резвились

на огромном пространстве от Урала до реки Хуанхэ. Но человек, занимая редкие водопои в пустынях, оттеснял куланов в лишенные влаги

каменистые и глинистые равнины, где без воды эти животные были

обречены на гибель. К тому же на них охотились: ведь из кожи кулана

выделывали самый лучший сафьян для сапог. И теперь в степях и пустынях Монголии и Китая счет куланам идет уже на десятки, а в Казахстане их не осталось совсем. Уникальный зверь занесен ныне в Красную

книгу.


А в саваннах Бадхыза этих красивых копытных пасется больше 700

голов — почти половина всего поголовья в мире! Окрашенный в защитный палево-песчаный цвет, кулан далеко видит и быстро бегает. Угнаться за ним всаднику практически невозможно — ведь он может часами бежать со скоростью 70 километров в час, тогда как лошадиный

рекорд — всего 58 километров.

Табун куланов легко уходит от преследования при малейшем намеке

на опасность. На водопой табуны приходят ночью. Подгоняемые громким ржаньем жеребца-вожака, куланы неудержимой лавиной катятся к

реке. На несколько минут они замирают у самой воды, а затем долго и

шумно пьют. Вокруг водопоя далеко разносятся цоканье копыт по прибрежной гальке, фырканье, тревожное ржанье кобылиц, подзывающих

жеребят, и повелительный голос вожака.

Красив и грациозен еще один обитатель Бадхыза — джейран. Этих

небольших газелей здесь несколько тысяч, и зимой не редкость встретить стадо из сотни джейранов, а то и больше. Весной же они поодиноч- ке или небольшими табунами пасутся на зеленой траве, и в случае опасности стремительно уносятся прочь.

А по горным склонам неторопливо передвигаются от распадка к распадку красавцы-архары. Увенчанный могучими рогами силуэт этого горного барана четко вырисовывается на фоне синего неба, когда архар

бежит по гребню хребта. Архар — красивое животное, величиной с небольшую лошадь. Его завитые крутой спиралью рога желтоватого цве

247

Рис. 104. Варан — «сухопутный крокодил»



та — завидный охотничий трофей, столь же большой, сколь и тяжелый.

Пара рогов иной раз весит до тридцати килограммов.

Занятный и необычный зверь — индийский медоед — на территории СНГ водится только в предгорьях хребта Гез-Гедык. Отдаленно напоминающий барсука, он роет норы на склонах холмов, под фисташковыми деревьями. Шерсть его окрашена на брюхе в черный цвет, а сверху

имеет защитную песчано-белесую окраску. Во время своего стелющегося бега он поминутно замирает, распластываясь по земле, и при этом

полностью сливаясь с почвой.

Повсюду в Бадхызе можно встретить следы работы трудяги-дикобраза. В поисках луковиц тюльпанов — своей любимой пищи — он роет на

холмах многочисленные лунки (до четырех тысяч на одном гектаре!).

Дикобразы также большие любители сочных огурцов, помидоров, дынь

и арбузов. Поэтому они часто наведываются на бахчи и огороды местных жителей, которые ловят их капканами ради вкусного мяса.

Из хищников в саванне встречается полосатая гиена. Зверь этот

скрытный, осторожный и покидает свое логово только по ночам. Обычно гиена бродит за стадами джейранов, пожирая трупы или доедая остатки зарезанных волками газелей. Не брезгуют гиены и черепахами,

благо мощные челюсти позволяют им легко разгрызать их панцири.

В Бадхызе обитает много кошачьих хищников. Дымчатых леопардов

здесь больше, чем в любом другом уголке Средней Азии. Изредка попадается здесь и гепард — самая быстрая дикая кошка на Земле. Скорость

бега этого зверя достигает 120 километров в час, и его жертвой нередко

єтановится не только джейран, но и неосторожный кулан. В густой вы^кой траве охотятся на грызунов, медоедов и прочую мелкую живность

степной кот и пустынная рысь-каракал.

А среди бадхызских птиц больше всего жаворонков. Весной достаточ

248 100 ВЕЛИКИХ ЧУДЕС ПРИРОДЫ

но пройти по степи километр, не больше, чтобы насчитать с полдюжины этих птиц, поющих высоко в небе. Богат Бадхыз и птицами — такими как розовый скворец, золотистая щурка, изумрудный сизоворонок

цветная дрофа и фазан. Встречаются здесь и совсем редкие для СНГ

виды: индийский украшенный чибис и жулан. В скалах устраивает свои

лепные гнезда скалистый поползень.

Немало тут и хищных птиц: черных коршунов, стервятников, орловкурганников. Встречаются также орел-змееяд, сокол-балобан, орел-карлик и самый крупный из всех — черный гриф, постоянно парящий над

саванной. Свои огромные, как у аиста, гнезда он устраивает на фисташковых деревьях.

Кстати, фисташка является для многих животных не только местом

проживания или укрытием от солнца. Ее вкусные орехи служат пищей и

для птиц, и для хомячков и медоедов, и для кабанов и архаров, а то и

для куланов. Питаются ими даже лисицы и волки, особенно в зимнее

время.


Весной из своих подземных жилищ вылетают на волю крылатые термиты. Сопки в такие моменты словно курятся серой дымкой. Сотни

птиц — от дроздов и славок до коршунов и орлов устраивают тогда себе

настоящее пиршество. Упавших на землю термитов подбирают лисицы

и дикобразы. Редко где встретишь рядом таких разных животных, собравшихся на столь необычный банкет.

Саванны встречаются во многих странах мира. Эти жаркие полустепи-полуредколесья есть в Северной и Южной Африке, в Южной Америке и на Кубе, в Австралии и на Ближнем Востоке. Но, положа руку

на сердце, надо признать, что саванновые ландшафты, в общем, однообразны. Исключения, конечно, есть, но они очень редки. И ни одна

саванна на свете не сравнится по красоте с полыхающей весенним разноцветьем фисташковой саванной Бадхыза.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   46


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница