Издатель: Вече Год: 2005



страница26/46
Дата05.03.2019
Размер7 Mb.
1   ...   22   23   24   25   26   27   28   29   ...   46

Денемом и Аудни впервые прошел от Средиземного моря до озера Чад.

Британская экспедиция обнаружила раскинувшееся среди песков бескрайнее водное пространство, которое даже не удалось нанести на карту.

Но когда тридцать лет спустя на берегу Чада побывал немецкий ученый и путешественник Генрих Барт, он увидел лишь сильно заросший

болотистый водоем с редкими пятнами свободной водной поверхности.

Еще через двадцать лет, в 1871 году, уровень озера вновь начал подниматься, и на северной окраине его вышедшие из берегов воды затонили и разрушили простоявший не одно столетие город Нгагми.

Такие колебания уровня и площади озера происходят каждые двад

270 100 ВЕЛИКИХ ЧУДЕС ПРИРОД^

цать—тридцать лет и связаны с изменением количества осадков в верховьях реки Шари. В обильные осадками периоды глубина Чада возрастает на три-пять метров, а территория, покрытая его водами, увеличивается в два с половиной раза, достигая двадцати шести тысяч квадратных километров. Озеро занимает тогда двенадцатое место в мире, превосходя такие большие водоемы, как Балхаш и Ладожское озеро. А потом наступает время, когда осадков становится меньше и уровень озера

на несколько лет вновь понижается.

Меняются размеры Чада и в течение года. Летний сезон дождей в

приэкваториальной зоне пополняет Шари и ее притоки. Полноводная

река к осени заполняет озеро до наивысших отметок. А в мае — в период самого низкого уровня озера — Чад теряет три четверти своей воды

и высыхает на глазах, обнажая десятки километров вязкого, илистого

дна. Ведь средняя глубина Чада — всего два метра, а наибольшая — четыре метра.

Вторая загадка Чада — его слабая соленость. Обычно в бессточных

озерах, расположенных в пустынях и полупустынях, вода соленая. И это

понятно: приносимые реками, пусть и в небольшом количестве, растворенные соли накапливаются в них, а вода постоянно испаряется. Но в

Чаде вода почти пресная, ее свободно пьют и животные и люди. В чем

же дело?

Ученые предложили несколько версий по поводу этой странной аномалии. Химики говорили, что соли каким-то образом цементируются и,

Рис. 113. Свайные хижины у берегов Чада

ОЗЕРО ЧАД

271

Рис. 114. Рыбаки на озере Чад



выпадают в осадок, биологи считали, что их поглощает водная растительность. Однако истинную причину малой солености Чада удалось разгадать лишь географам. Оказывается, в девятистах километрах к северовостоку от озера находится обширная впадина Боделе, дно которой на

восемьдесят метров ниже уровня воды в Чаде. К этой котловине протянулось от озера сухое русло реки Бахр-эль-Газаль (по-арабски — «Река

Газелей»). Но река эта только на первый взгляд высохшая. В толще песчаных наносов, под руслом Бахр-эль-Газаля, существует постоянный

отток воды из Чада в сторону впадины Боделе. Достаточно раскопать песок на дне «сухой» реки, как в образовавшейся ямке появится грунтовая вода. Этим свойством Бахр-эль-Газаля нередко пользуются кочевники, когда нужно добыть воды для питья или напоить скот.

А очень редко, раз в сто лет или даже реже, уровень воды в озере

Чад повышается настолько, что в сухом русле реки появляется поверхностный сток. Арабские летописи рассказывают, что в конце XVIII века

Бахр-эль-Газаль был так полноводен, что по нему плавали на пирогах.

Таким образом, Чад — не бессточное озеро в полном смысле слова,

и его низкая соленость вполне объяснима.

Естественно, что и побережье, и воды обширного почти пресного

водоема в этом жарком крае привлекают огромное число самых различных зверей и птиц. Особенно богат животный мир Чада и его окрестностей летом и осенью, когда саванны на южном и юго-восточном берегу

озера, напоенные дождями, покрываются пышной растительностью.

Густые заросли суданской травы в это время так высоки, что скрывают с головой всадника. Над травяным покровом возвышаются зеленеющие акации и баобабы.

В саванне пасутся стада зебр и антилоп, жирафов и страусов, буйволов и диких свиней-бородавочников. Здесь не редкость слоны и носороПі. За стадами копытных следуют львы и гиены. А в самом озере, особенно у островов восточного побережья, немало бегемотов, встречаю

272 100 ВЕЛИКИХ ЧУДЕС ПРИРОДЫ

щихся иной раз стадами по сорок—пятьдесят голов. В прибрежном иле,

высунув наружу одни ноздри, караулят добычу крокодилы.

Обитает в Чаде и редкий вид водных млекопитающих: близкий родич морской коровы — огромный четырехметровый ламантин. Как попал этот гигант, обитатель морских вод, в пресный водоем, расположенный посредине африканского континента — еще одна загадка озера.

А самое красивое и грациозное существо Чада — водяная антилопа,

живущая в прибрежных зарослях тростника. Это крохотное, ростом с

зайца, копытное поразило открывших его зоологов тем, что, кроме водной зелени, питается еще и... рыбой. Причем водяная антилопа сама искусно ловит ее на мелководье.

К сожалению, грядущая судьба уникального озера вызывает тревогу.

Вырубка лесов на берегах реки Шари и ее притоков, а также строительство оросительных каналов привели к тому, что главная питающая озеро водная артерия несет в него все меньше и меньше воды. К тому же в

половодье Шари смывает с оголившихся берегов песок и глину и несет

их в озеро Чад.

В XX веке уровень водоема ни разу не поднимался до высоты, отмечавшейся в прошлые века. С каждым десятилетием уменьшается площадь

водоема, и даже разливы его далеки от прежних бурных паводков. Ученые поговаривают о возможной скорой «смерти» озера Чад. Если это

произойдет, то последствия такой экологической катастрофы будут тяжелейшими. Исчезнет вода в колодцах на огромной территории к северо-востоку от Чада, там, где подземные воды подпитываются из озера.

Более чем четверти миллиона жителей Республики Чад грозит гибель

или вынужденное переселение. Пустыня распространится и на запад,

Рис. 115. Саванна близ устья реки Шари

ВОДОПАД ВИКТОРИЯ 273

захватит населенные районы Нигерии и Камеруна. Исчезнет, разумеется и уникальный животный мир Чада.

Впрочем, существует проект, причем отнюдь не фантастический, а

подтвержденный расчетами и позволяющий не только спасти озеро Чад,

но и коренным образом преобразовать природу Сахары на значительной территории.

Для этого предполагается использовать воды самой полноводной после

Амазонки реки земного шара — Конго, впадающей в Атлантический океан. В узком ущелье у водопадов Ливингстона несложно создать плотину,

выше которой образуется гигантское водохранилище — «море Конго».

Крупнейший приток Конго — река Убанги, подходящая верховьями

почти вплотную к притокам Шари, потечет из «моря Конго» в обратном направлении и через канал соединится с бассейном Чада. Уже через пятьдесят лет площадь озера вырастет почти в сто раз! Образуется

еще одно внутреннее море — «море Чад», величиной с половину Средиземного моря!

Из этого гигантского водоема на север, к Средиземноморью, потечет искусственная река — «Новый Нил». Вдоль ее берегов появятся миллионы гектаров орошенных благодатными водами «моря Чад» хлопковых и пшеничных полей, плантаций финиковых пальм и апельсиновых

рощ. Возникнет, по сути, огромный рукотворный оазис — второй Египет, где можно будет собирать по три урожая в год. Еще около миллиона

гектаров станут пригодными для земледелия на берегах самого Чада.

И это не будет насилием над природой, а лишь возвращением ее в

прежнее состояние. Уже давно доказано, что Сахара еще восемь-десять

тысяч лет назад вовсе не была пустыней, а ее нынешний облик — во

многом результат неразумной деятельности человека. Когда-то здесь водились бегемоты, слоны, жирафы и крокодилы, текли полноводные

реки, существовали многолюдные города и плодородные оазисы. Об

этом рассказали сохранившиеся на плато Ахаггар, в центре Сахары, наскальные рисунки древних людей, об этом же говорят и результаты раскопок археологов.

И XXI век может стать временем, когда технические достижения человечества позволят вернуть к жизни высыхающее уникальное озеро и

накормить немалую часть жителей самого бедного и голодного континента Земли.

ВОДОПАД ВИКТОРИЯ

(Замбия—Зимбабве)

Моси-о-Тунья — «Гремящий дым» — так с давних пор называли

°хотники племени батока водопад на реке Замбези. А живущие на противоположном берегу скотоводы-матабеле дали ему другое, не менее

Поэтичное имя — Чонгуэ, что на их языке означает «Место радуги».

274

100 ВЕЛИКИХ ЧУДЕС ПРИРОДЫ



Рис. 116. Водопад Виктория, вид с востока

Современное название — Виктория — дал водопаду в честь своей

королевы первый европеец, увидевший его в 1855 году, англичанин Давид Ливингстон. Он обнаружил это чудо природы после двухлетнего

трудного путешествия по саваннам и джунглям Центральной Африки.

Сопровождавшие исследователя триста воинов местного вождя Селекту

не решились приблизиться к ревущей громаде. По их мнению, в пропасти

под кипящей стеной воды обитало грозное божество, дававшее знать о

себе ужасающим рычанием. Лишь два самых смелых спутника Ливингстона отважились сесть с ним в челнок и доплыть до островка, находящегося

на гребне водопада. Но предоставим слово самому путешественнику:

«Перед нашими взорами предстали огромные столбы «пара», поднимающиеся вверх в пяти-шести милях от нас. «Пар» поднимался пятью

столбами и, отклоняясь в направлении ветра, имел такой вид, как будто эти столбы касались низкого обрыва, покрытого лесом. На таком расстоянии казалось, что вверху столбы смешиваются с облаками. Внизу

они были белыми, а выше становились темными, как дым. Вся эта картина была чрезвычайно красива.

Водопад с трех сторон ограничен обрывами около 100 м высотой,

которые покрыты лесом.

Гребцы, проведя челнок в среднюю часть потока среди водоворотов,

образованных множеством выступавших камней, доставили меня на остров, расположенный в самой середине реки, недалеко от выступа, поверх которого переливалась вода. Несмотря на то что водопад был очень

близко, мы не могли определить, куда идет эта огромная масса воды;

казалось, что она уходит в землю, так как противоположный выступ

трещины, у которого исчезала вода, находился всего в 27 м от нас. По

крайней мере я не мог понять этого до тех пор, пока не подполз со

страхом к самому краю и не взглянул вниз в огромную расселину, которая тянулась от одного до другого берега во всю ширину Замбези...

ВОДОПАД ВИКТОРИЯ 275

Глядя в глубь расселины, направо от островка, я не видел ничего,

кроме густого белого облака, на котором в это время были две яркие

радуги. Из этого облака вырывалась огромная струя «пара», поднималась

вверх на 200—300 футов; сгущаясь наверху, «пар» изменял свой цвет,

становясь темным, как дым, и шел назад градом мелких брызг, которые скоро не оставили на нас ни одной сухой нитки. Этот ливень падает

главным образом на другой стороне расселины; в нескольких метрах от

края обрыва там стоят стеной вечнозеленые деревья, листья которых

всегда мокрые».

Современный турист, подъезжающий к водопаду, видит почти ту же

картину, что и английский исследователь полтора века назад. Тысячетонные массы воды ударяются о базальтовое подножие Виктории с такой силой, что вода превращается в тучи брызг, вылетающих обратно

пятью столбообразными белыми облаками, поднимающимися на сотни

метров к небу. Их видно с расстояния в сорок километров, и почти так

же далеко разносится грохот водопада, похожий на непрерывные раскаты грома.

Река Замбези, разливающаяся в этом месте почти на два километра

в ширину, внезапно натыкается здесь на гигантскую трещину-разлом в

базальтах, и мощная водная лавина обрушивается на сто двадцать метров вниз, попадая в узкую пропасть со стометровыми обрывистыми стенами, расположенную под прямым углом к верхнему руслу. Островки

делят всю ширь Виктории на несколько отдельных потоков, носящих

названия: «Водопад Дьявола», «Главный Водопад», «Подкова», «Радужный» и «Восточный Водопад».

Водяные струи, напоминающие летящие вниз стрелы с пенными

окончаниями, уносятся в бездну и исчезают в облаке брызг. Над водопадом постоянно светятся две роскошные радуги. Потрясенный открывшейся перед ним картиной, Ливингстон записал в дневнике: «Это зрелище было так прекрасно, что им наверняка восхищались пролетавшие

ангелы».

Воды Замбези, стиснутые узким ущельем, бурлят и клокочут, как

вулканическая магма, пенятся и неистовствуют с диким ревом и грохотом. И карандаш ученого превращается под действием этой сказочной

величественной картины в перо поэта, ибо сухим языком научного отчета невозможно передать ощущения очевидца этого земного чуда. Вот

еще один отрывок из описания путешествия Давида Ливингстона:

«Вся масса воды, переливающаяся через край водопада, тремя метрами ниже превращается в подобие чудовищной завесы гонимого метелью снега. Водяные частицы отделяются от нее в виде комет со струящимися хвостами, пока вся эта снежная лавина не превращается в мириады маленьких комет, устремившихся в одном направлении, и каждая из них оставляет за своим ядром хвост из белой пены».

Водопад Виктория — единственное место на Земле, где можно увидеть редчайший природный феномен — лунную радугу. Она возникает

276 100 ВЕЛИКИХ ЧУДЕС ПРИРОДЫ

нечасто — лишь в те моменты, когда половодье на реке Замбези совпадает с периодом полнолуния. И даже люди, не раз побывавшие здесь

не всегда могут похвастать, что видели это ночное чудо. Ведь между очередными появлениями лунной радуги проходит иногда 10—15 лет. Лишь

недавно фотографам журнала «Нешнл джиогрэфик» удалось впервые запечатлеть ее на фотопленке. Увы, черно-белые иллюстрации в нашей

книге бессильны передать ее таинственное очарование.

Трудно даже сказать, что производит наибольшее впечатление на

побывавших у водопада Виктория: зрелище гигантской реки, внезапно

исчезающей в бездонном провале, чудовищный грохот водяной лавины, радуги в тучах брызг или влажное великолепие вечнозеленого леса,

обрамляющего эту фантастическую картину.

Каждый из десятков тысяч туристов, ежегодно посещающих водопад, уносит в памяти что-то свое, то, что особенно поразило его в этом

красивейшем уголке Африки.

Некоторые считают, что самое потрясающее впечатление возникает

Рис. 117. Ущелье водопада Виктория

ВЕРЕГ СКЕЛЕТОВ 277

при наблюдении белых колонн «гремящего дыма» в лучах заката, когда

угасающее солнце бросает золотистый поток лучей на облачные столбы, окрашивая их в серо-желтый цвет, и тогда кажется, что над водой

возвышаются какие-то гигантские факелы.

Надо сказать, что африканцы отнеслись к своему водопаду куда бережнее, чем американцы, испортившие пейзаж Ниагары нелепыми

смотровыми вышками. Чтобы увидеть сверху Викторию, достаточно

пройти полсотни метров до огромного баобаба, возвышающегося над

зеленым морем джунглей. Взобравшись по металлической лесенке на его

вершину, вы можете наслаждаться видом водопада с высоты птичьего

полета, не нарушая при этом природной гармонии.

Многие путешественники не ограничиваются лишь зрелищем водопада. Как бы ни был прекрасен и грозен вид стометровой водяной стены, падающей в бездну, Африка таит в себе еще немало чудес. И если

отправиться в путешествие на пироге по темным водам Замбези, разлившейся выше водопада, можно увидеть на берегах и островах реки

целый мир таинственной и удивительной африканской природы: зеленые стены джунглей, спускающиеся к воде, купающихся бегемотов и

слонов, притаившихся крокодилов и пришедших на водопой антилоп...

А любители острых ощущений порой решаются на отчаянный и полный риска сплав на надувных плотах по нижнему течению Замбези, ревущей и беснующейся в теснине под водопадом. На двадцатикилометровом отрезке реки им приходится преодолевать девятнадцать порогов с

волнами, достигающими шестиметровой высоты...

Первооткрыватель водопада Виктория, друг и учитель коренных африканцев доктор Ливингстон увековечен здесь навсегда. Всего в нескольких метрах от Водопада Дьявола стоит скромный памятник замечательному исследователю. А рядом, в городке, носящем имя Ливингстона,

открыт его мемориальный музей. И все-таки главным памятником великому путешественнику останется, наверное, то, ради чего люди со всего света стремятся сюда, в самое сердце Африки: открытый им грандиозный водопад на реке Замбези.

БЕРЕГ СКЕЛЕТОВ

(Намибия)

Узкой стокилометровой полосой протянулась вдоль Атлантического

побережья Южной Африки самая холодная и самая безводная пустыня

мира — Намиб. Какими только именами не величали этот район мира

бойкие журналисты и авторы приключенческих романов: Берег Скелетов, Берег Сокровищ, Берег Погибших Кораблей, Берег Туманов, БеРег Гигантских Дюн... И для каждого из этих названий африканская пустыня давала достаточно оснований.

278 100 ВЕЛИКИХ ЧУДЕС ПРИРОДЫ

С востока ее ограничивают крутые склоны плоскогорий Каоко, Хомас и других, а на юго-востоке Намиб сливается с не менее известной

хотя и не пользующейся столь мрачной славой, пустыней Калахари. Последняя, строго говоря, вообще не пустыня, а опустыненная саванна

дающая приют огромным стадам копытных и сворам хищников, а также множеству птиц. По ней текут реки, местами бьют источники, в ней

растут деревья, кустарники и травы, дающие пищу слонам и жирафам

зебрам, страусам и прочим ее обитателям. Совсем иное дело — пустыня

Намиб, где выжить могут лишь немногие наиболее приспособленные

существа, да и то не везде.

Образование пустыни на морском побережье обусловлено двумя причинами: во-первых, постоянно дующие здесь восточные ветры — пассаты, пересекая континент, теряют свою влагу на крутых склонах Драконовых гор и над высоким плато Юго-Западной Африки, так что Намибу дождей уже не достается; а во-вторых, холодное антарктическое

Бенгельское течение, проходя вдоль африканских берегов на север, охлаждает океанские воды, а с ними и нижний слой атмосферы. В результате вместо дождей на побережье образуются туманы. Они стоят над пустыней до 27 дней в месяц и распространяются в глубь материка иной

раз на 50 километров.

Большую часть Намиба занимают огромные песчаные дюны, достигающие трехсотметровой высоты. Нигде в мире нет больше таких гигантских гор сыпучего песка. Над их вершинами почти всегда можно увидеть

султанчики поднятой в воздух песчаной пыли, и кажется, что дюны курятся, словно вулканы.

Ближе к океану дюнные гряды имеют белый или желтоватый цвет, а

в отдалении от берега их окраска становится темнее, переходя в огненно-красную.

Лишь две реки, протекающие по северной и южной границам пустыни Намиб — Кунене и Оранжевая — доносят свои воды до Атлантики. Все прочие русла водных потоков годами остаются сухими. Лишь раз

в пять-шесть лет, после особенно дождливого влажного сезона (он приходится на май—сентябрь) по долинам прокатываются бурные паводки.

Они за день-два, а то и за несколько часов уносят годами копившийся в

руслах песок к берегу океана, где за него опять принимается ветер. И

грозные песчаные бури вновь и вновь обрушиваются на гряды дюн, которые под напором ветров постоянно перемещаются, засыпая ложбины

и наступая на редкие поселения людей.

В разгар лета температура здесь не достигает даже семнадцати градусов по Цельсию, а зимой опускается до двенадцати. Порой случаются и

ночные заморозки. Осадков же, по данным ученых, в Намибе выпадает

меньше, чем где бы то ни было: в среднем два миллиметра в год!

Тем не менее стоит все же пройти дождю (правда, такое случается

не каждый год), как пустыня оживает. В долинах появляется зелень, над

цветами кружатся бабочки, то тут, то там слышатся голоса жаворонков

БЕРЕГ СКЕЛЕТОВ 279

Рис. 118. Берег Скелетов

и вьюрков, а по склонам дюн пробегают табуны антилоп-ориксов с

длинными и прямыми, словно копья, рогами.

Среди травы ползают обитающие только здесь жуки-чернотелки. Они

прекрасно сумели устроиться в безводной и вроде бы непригодной для

жизни среде. В отсутствие дождя жуки могут напиться... туманом. Ночью

они наполовину зарываются в песок, оставив наружу заднюю часть

брюшка. На длинных отростках и щетках из волосков, покрывающих их

лапки, собираются капельки тумана, которые потом сами стекают по

брюшку в рот жуку. С помощью этих же щеток чернотелки скользят по

песку, как на лыжах.

А на гребне дюны можно встретить небольших ящериц-гекконов.

Пальцы ног у них соединяются перепонкой, как у наших гусей или уток.

Это позволяет им бегать по сыпучим пескам, не проваливаясь. Жизнь

гекконов, несмотря на всю быстроту их движений, полна опасностей.

Ведь на поверхности дюн на них охотится и птица-секретарь, и юркие

суррикаты, прозванные земляными человечками за свою привычку стоять столбиками возле норок, и даже огромный паук-цербалус. А зарывшихся в землю ящериц подстерегает пустынный златокрот. Этот поразительный зверек, покрытый длинной и мягкой золотистой шерстью,

280 100 ВЕЛИКИХ ЧУДЕС ПРИРОДЫ

всю жизнь проводит в толще песка. Глаза у него затянуты кожистой

пленкой, и добычу он находит по запаху.

Вылезают из нор шустрые грызуны-песчанки, а также характерная

для Намиба полосатая мышь с четырьмя темными полосками на спинке.

Встречается здесь и кафрский долгоног — довольно крупный (до четырех килограммов весом) зверек странного облика, похожий на гигантского тушканчика и способный совершать шестиметровые прыжки. Изредка по долинам сухих рек спускаются к океану стаи павианов, а иногда забредают и слоны.

Но дождливая погода — большая редкость в Намибе. И растения, да

и животные пустыни научились извлекать влагу из ночного воздуха. Насекомые умудряются пить капельки росы, оседающие на их телах из тумана, а растения всасывают конденсат, покрывающий листья, через устьица, которые находятся на их поверхности.

Самым необычным, можно сказать, удивительным растением Намиба является дерево-карлик вельвичия. Ее ствол наполовину спрятан в

песке и приподнимается над ним на 20—30 сантиметров, максимум на

полметра, зато в толщину достигает полутора метров. Основной корень

вельвичии уходит на 5—7 метров в глубину, а побочные корешки залегают у самой поверхности, жадно впитывая влагу случайных дождей и

обильной росы. Но особенно поражают листья вельвичии. Их у нее всего

два, но зато каких! Извивающиеся зеленые ленты метровой ширины

тянутся в обе стороны от ствола, достигая в длину шести метров. Их

стелющиеся по земле зеленые языки напоминают щупальца, из-за чего

вельвичию часто именуют «осьминогом пустыни».

Только благодаря такому своеобразному устройству кроны это растение может полноценно использовать прибрежный туман — главный источник влаги в Намибе. Древесина вельвичии не имеет годовых колец.

Она хорошо горит, почти не давая дыма. Живет вельвичия на редкость

долго — до двух тысяч лет.

Еще одно растение, встречающееся почти исключительно в здешних

краях, — дикая дыня нара, плодоносящая лишь раз в десять лет. Сочные

овальные плоды нары не раз спасали погибавших от жажды путешественников.

Жизнь в пустыне активизируется только в короткие утренние часы,

когда отступает ночной холод, но еще не раскалилась от солнца поверхность песчаных дюн. Ведь в разгар дня песок нагревается до семидесяти

градусов, и единственное спасение для жуков, ящериц и прочей мелкой живности — это относительно прохладная нора.

Лишь на океанском побережье весь день кипит жизнь. На пляжах у




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   22   23   24   25   26   27   28   29   ...   46


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница