Судебная реформа 1864 года и ее значение для формирования правовых систем государств постсоветского пространства: проблемы теории и практики материалы XIV международных Конивских чтений


Административное задержание: пробелы в законодательном регулировании



страница21/58
Дата27.11.2017
Размер5.23 Mb.
ТипСборник
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   58

Административное задержание: пробелы в законодательном регулировании

Е.Е. Козлова
Ю.Д. Перижогина
студентки 2 курса


С.А. Лаптев научный руководитель: доцент кафедры публичного права, кандидат юридических наук, доцент

Владивостокский государственный университет
экономики и сервиса


Россия, г. Владивосток

Для современной России актуальной проблемой является отсутствие более детального регулирования норм о процедуре административного задержания в самом Кодексе об административных правонарушениях. В нем следует закрепить не только права, но и обязанности лиц, подвергнутых административному задержанию. Ключевым компонентом кодекса должно стать более полное законодательное регулирование института административного задержания, устранение пробелов, наличие которых подрывает конституционный принцип личной неприкосновенности.

Ключевые слова и словосочетания: Кодекс об административных правонарушениях, Российская Федерация, регулирование административного задержание, должностные лица, устранение пробелов.

ADMINISTRATIVE DETENTION:
GAPS IN LEGISLATIVE REGULATION


Y.Y. Kozlova

Y.D. Perizhogina

Students of the 2nd grade, Institute of Law



S.A. Laptev – scientific adviser,

Candidate of legal sciences, Associate professor of Public law Department


Vladivostok State University of Economics and Service,

Russia, Vladivostok
The key problem for modern Russia is lack of detailed regulation of administrative detention procedure in the Code of Administrative Offences. It must

For today's Russia actual problem is the lack of more detailed regulation of the rules on the procedure of administrative detention in the Code of Administrative Offences. Rights and duties of individuals under administrative detention. Key component of the Code should be more comprehensive legislative regulation of this institution and termination of existing regulatiory gaps, the presence of which undermines the constitutional principle of personal security.

Keywords: Code of Administrative Offences of Russian Federation, the Russian Federation, regulation of administrative detention, officials, termination of gaps.

В статье анализируются пробелы законодательного регулирования административного задержания, сформулированы предложения о внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях.

Актуальность данной статьи заключается, во-первых, в том, что на современном этапе Российская Федерация нуждается в формировании более детального регулирования норм о процедуре административного задержания в самом Кодексе об Административных правонарушениях. Во-вторых, систематизация разрозненных и разбросанных в других кодексах и различных отраслевых нормативных актов правил рассмотрения административных дел, в частности с использованием административного задержания, установила бы сам процесс регулирования административного задержания, а также прекратила произвол со стороны уполномоченных органов.

Административное задержание регулируется главным образом Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях.

Законодатель под административным задержанием понимает кратковременное ограничение свободы физического лица, подозреваемого в совершении административного правонарушения. С целью лучшего уяснения сути данной меры обеспечения представляется необходимым обратиться к определению его А. О. Поддубным, верно отметившим, что «административное задержание – это кратковременное лишение свободы физического лица с содержанием его в специально отведенных для этого помещениях или учреждениях в условиях, исключающих возможность их самовольного оставления, осуществляемое для выполнения задач производства по делам об административных правонарушениях». Это одна из немногих дефиниций, наиболее полно определяющих роль и место данного процессуального действия в системе административно-деликтных отношений. Думается, что следует согласиться с А. О. Поддубным в необходимости уточнения ч. 1 ст. 27.3 КоАП России путем внесения в нее нужной конкретизации самого понятия административного задержания [1, с. 20]

Достоинством действующего КоАП РФ является то, что законодатель, отказавшись от совмещенной терминологии "органы (должностные лица), правомочные осуществлять административное задержание", следуя логике, оставил только должностных лиц. Об этом можно было бы сегодня не вспоминать, если бы не одно обстоятельство. В соответствии с ч. 2 ст. 14 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" полиции предоставлено право осуществлять задержание. Полиция, как нам представляется, имеет статус государственного органа [2, с. 19]. Государственный орган рассматривается как организованный коллектив людей. Следовательно, государственный орган не может осуществлять задержание. Кстати, в ч. 1 ст. 27.3 КоАП РФ указано, что административное задержание вправе осуществлять должностные лица органов внутренних дел (полиции). Отсюда можно сделать вывод о том, что ч. 2 ст. 14 ФЗ "О полиции" противоречит ч. 1 ст. 27.3 КоАП РФ [3]

Часть 1 ст. 27.3 КоАП РФ определяет круг должностных лиц, уполномоченных осуществлять административное задержание. Перечень должностных лиц, приведенный в указанной статье, представляется неполным [4]. Согласно ст. 13 Федерального закона от 3 апреля 1995 г. "О федеральной службе безопасности" органы федеральной службы безопасности имеют право осуществлять административное задержание лиц, совершивших правонарушения, связанные с попытками проникновения и проникновением на специально охраняемые территории особорежимных объектов, закрытых административно-территориальных образований и иных охраняемых объектов. Однако приведенная норма оказалась невостребованной, не нашла отражения в действующем КоАП РФ и, следовательно, не может применяться. Как известно, должностные лица соответствующих органов, согласно ч. 1 ст. 27.3 КоАП РФ, вправе осуществлять административное задержание только при пресечении закрепленных за ними административных правонарушений. Естественно, возникает вопрос: при выявлении каких административных правонарушений должностные лица органов федеральной службы безопасности могли бы осуществлять административное задержание? Представляется, что должностные лица органов федеральной службы безопасности могли бы осуществлять административное задержание при выявлении административных правонарушений, предусмотренных ст. 20.17 (нарушение пропускного режима охраняемого объекта), ст. 20.19 (нарушение особого режима в закрытом административно-территориальном образовании (ЗАТО)), ст. 20.27 (нарушение правового режима контртеррористической операции) КоАП РФ.

С учетом сказанного целесообразно ч. 1 ст. 27.3 КоАП РФ дополнить пунктом 11 следующего содержания: "Должностные лица органов федеральной службы безопасности – при выявлении административных правонарушений, предусмотренных статьями 20.17, 20.19, 20.27 настоящего Кодекса".

На несовершенство законодательного регулирования административного задержания обращалось внимание, в частности, П.И. Кононовым [5, с. 86], В.А. Тюриным [6, с. 60] и другими авторами.

Существенным пробелом КоАП РФ, по нашему мнению, является отсутствие в нем законодательного закрепления круга лиц, к которым не применяется административное задержание. К сожалению, круг лиц, обладающих неприкосновенностью, определен различными федеральными законами и не систематизирован. Анализ Конституции Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что административному задержанию не подлежат Президент Российской Федерации, обладающий неприкосновенностью (ст. 91), члены Совета Федерации и депутаты Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации (ст. 98), судьи (ст. 122). Не распространяется административное задержание в соответствии с действующим федеральным законодательством и на некоторые другие категории лиц. Так, например, не подлежат административному задержанию Президент Российской Федерации, прекративший исполнение своих полномочий, прокуроры, руководители следственных органов Следственного комитета Российской Федерации и следователи, сотрудники Счетной палаты Российской Федерации, сотрудники органов федеральной службы безопасности при исполнении своих обязанностей, сотрудники органов федеральной охраны при исполнении служебных обязанностей и некоторые другие категории лиц.

Должностные лица, уполномоченные осуществлять административное задержание, должны знать категории лиц, к которым не применяется административное задержание, не обращаясь при этом к десятку федеральных законов. Следует отметить, что только МВД РФ облегчило участь должностных лиц органов внутренних дел (полиции), применяющих административное задержание, издав Приказ МВД РФ от 30 апреля 2012 г. N 389 [7]. Данным Приказом было утверждено Наставление о порядке исполнения обязанностей и реализации прав полиции в дежурной части территориального органа МВД России после доставления граждан. Исключительную важность имеет приложение N 5 к Наставлению, в котором приведена выписка из нормативных правовых актов о лицах, пользующихся иммунитетом от задержания. Необходимо законодательное закрепление в КоАП РФ круга лиц, к которым не может применяться административное задержание.

В.Н. Харьков в своей статье приводит опыт белорусов. Согласно ч. 6 ст. 8.2 Процессуально-исполнительного кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях от 20 декабря 2006 г. административное задержание не допускается в отношении:

1) лица, занимающего высшую государственную должность Республики Беларусь, и лица, должность которого включена в кадастровый реестр Главы государства Республики Беларусь;

2) члена Совета Республики, депутата Палаты представителей Национального Собрания Республики Беларусь и депутатов местных Советов депутатов;

3) судьи;

4) народного заседателя.

В научной литературе справедливо обращается внимание на отсутствие в действующем КоАП РФ порядка обжалования административного задержания [6, с. 65]. Профессор Н.Г. Салищева, в частности, указывает, что в КоАП РФ в отличие от КоАП РСФСР отсутствует статья о порядке обжалования административного задержания. Это создает сложную ситуацию, поскольку в главе 30 Кодекса установлен порядок обжалования лишь постановлений по итогам рассмотрения дел [8, с. 15]. Н.Г. Салищева предлагает восполнить данный пробел. Солидаризируясь с мнением известного административиста, хотелось бы отметить, что позиция законодателя по данному вопросу нам представляется недостаточно последовательной. Как уже отмечалось, в КоАП РФ обжалование административного задержания не предусмотрено. Однако в Федеральном конституционном законе от 30 мая 2001 г. N 3-ФКЗ "О чрезвычайном положении" закреплен порядок обжалования административного задержания гражданами, нарушившими правила комендантского часа. Часть 2 ст. 31 ФКЗ предусматривает, что решение начальника органов внутренних дел или его заместителя о задержании может быть обжаловано вышестоящему должностному лицу или в суд [9].

Опережая законодателя, МВД РФ предприняло попытку урегулировать порядок обжалования доставления и административного задержания лица. В упоминавшемся уже Наставлении о порядке исполнения обязанностей и реализации прав полиции в дежурной части территориального органа МВД России после доставления граждан, утвержденном Приказом МВД РФ от 30 апреля 2012 г., была включена норма следующего содержания: "Доставленные лица в соответствии с законодательством Российской Федерации вправе обжаловать действия (бездействие) должностных лиц территориальных органов МВД России, решения, принятые ими в ходе исполнения обязанностей и реализации прав полиции в дежурной части после доставления граждан, в суд или в досудебном порядке вышестоящему должностному лицу или в вышестоящий территориальный орган МВД России, прокурору".

МВД РФ в рассматриваемом нами Наставлении закрепило ведомственный подход к обжалованию доставления, административного задержания. Полагаем, что порядок обжалования доставления, административного задержания должен регулироваться не ведомственными актами, а законом. Кроме того, необходим единый подход к порядку обжалования и административного задержания вне зависимости от того, должностные лица каких органов осуществляют доставление и административное задержание. Это можно сделать только в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях. В этой связи заслуживает поддержки предложение Н.Г. Салищевой закрепить в КоАП РФ не только порядок обжалования административного задержания, но и порядок обжалования других мер, обеспечивающих производство по делу об административном правонарушении [8, с. 16].

Представляется, что далеко не безупречна норма, содержащаяся в ч. 5 ст. 27.3 КоАП РФ. Приведем ее дословно: "Задержанному лицу разъясняются его права и обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом, о чем делается соответствующая запись в протоколе об административном задержании". Трудно понять, какие права и обязанности задержанных лиц законодатель имеет в виду, если учесть, что права и обязанности в данном случае не конкретизированы. Иногда административисты весьма категоричны в толковании данной нормы. В частности, А.С. Телегин указывает, что задержанному разъясняются его права и обязанности, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ [10, с. 220]. Такой подход не может не вызывать возражений. В ч. 5 ст. 27.3 КоАП РФ речь идет о разъяснении задержанному лицу его прав и обязанностей, предусмотренных КоАП РФ, но при этом отсутствует ссылка на ст. 25.1 КоАП РФ или какие-то другие статьи КоАП РФ, что, безусловно, является упущением законодателя. Необходимо подчеркнуть, что в ст. 25.1 КоАП РФ закреплены права лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, а не права лица, подвергнутого административному задержанию. Как справедливо отмечает П.И. Кононов, "лицо, задержанное по подозрению в совершении административного правонарушения, еще не является лицом, привлекаемым к административной ответственности. Оно обладает несколько иным правовым статусом по сравнению с лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, поскольку это лицо еще не признано правонарушителем, а лишь подозревается в совершении правонарушения" [5, с. 92]. Вывод, который напрашивается из рассуждений П.И. Кононова, однозначен: административно-правовой статус задержанного лица не тождественен административно-правовому статусу лица, привлекаемого к административной ответственности. С учетом сказанного, например, право представлять доказательства, право заявлять отводы не могут рассматриваться в качестве прав задержанных лиц, т.к. эти процессуальные права реализуются лицами, привлеченными к административной ответственности в ходе рассмотрения дел об административных правонарушениях.

Для нас очевидно, права задержанных лиц должны быть четко закреплены в КоАП РФ. Для начала целесообразно в КоАП РФ зафиксировать хотя бы те права задержанных лиц, которые закреплены в Федеральном законе "О полиции": 1) на юридическую помощь; 2) на услуги переводчика; 3) на отказ от дачи объяснения.

В КоАП РФ следует закрепить не только права, но и обязанности лиц, подвергнутых административному задержанию [11, с. 25].

В заключение отметим, что КоАП РФ нуждается в более полном законодательном регулировании института административного задержания, устранении пробелов, наличие которых подрывает конституционный принцип личной неприкосновенности.

1. Поддубный, А.О. Особые условия применения административного задержания в производстве по делам об административных правонарушениях: автореф. дис. …канд. юрид. наук. Административное право, финансовое право, информационное право / А.О. Поддубный, науч. рук. Ю.С. Адушкин. – Саратов, 2003. – 26 с.

2. Хорьков, В.Н. К вопросу о природе полиции / В.Н. Хорьков // Современное право. – 2012. – № 10. – С. 19–21.

3. Федеральный закон РФ от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» (ред. от 12.02.2015, с изм. от 06.04.2015) // СЗ РФ. 2011. № 7. Ст. 900. 

4. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ (ред. от 23.05.2015) [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www/consultant.ru (дата обращения: 01.05.2015).

5. Кононов, П.И. Нормы об административном задержании граждан: изменения необходимы / П.И. Кононов // Журнал российского права. – 1997. – № 11. – С. 86–93.

6. Тюрин, В.А. Административное задержание физических лиц как мера административно-процессуального пресечения и проблемы совершенствования юридических норм, его регламентирующих / В.А. Тюрин // Право и политика. – 2002. – № 3. – С. 60–65.

7. Приказ МВД РФ от 30 апреля 2012 г. N 389 «Об утверждении Наставления о порядке исполнения обязанностей и реализации прав полиции в дежурной части территориального органа МВД России после доставления граждан» (ред. от 19.06.2014) // Российская газета. 2012. №156.

8. Салищева, Н.Г. Проблемные вопросы института административной ответственности в России / Н.Г. Салищева// Административная ответственность: вопросы теории и практики / отв. ред. Н.Ю. Хаманева. – М., 2004. – С. 15–16.

9. Федеральный конституционный закон от 30 мая 2001 г. № 3-ФКЗ «О чрезвычайном положении» (ред. от 12.03.2014) // Российская газета. – 2001. – №105.

10. Телегин, А.С. Некоторые вопросы применения мер обеспечения производства по делам об административных правонарушениях / А.С. Телегина // Административное право на рубеже веков: Межвузовский сборник научных трудов. Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2003. 238 c.

11. Хорьков, В.Н. Актуальные вопросы административного задержания в связи с вступлением в силу Федерального закона «О полиции» / В.Н. Хорьков // Современное право. –. 2011. – № 11. – С. 23–25.

УДК 342.95




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   58


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница