Судебная реформа 1864 года и ее значение для формирования правовых систем государств постсоветского пространства: проблемы теории и практики материалы XIV международных Конивских чтений


Сравнительно-правовой анализ уголовного законодательства России и Казахстана в сфере защиты земельных ресурсов



страница45/58
Дата27.11.2017
Размер5.23 Mb.
ТипСборник
1   ...   41   42   43   44   45   46   47   48   ...   58

Сравнительно-правовой анализ уголовного законодательства России
и Казахстана в сфере защиты земельных ресурсов

Э.Э. Сергиенко
студентка 4 курса


А.В. Верещагина – научный руководитель,
заведующая кафедрой публичного права, кандидат юридических наук, доцент

Владивостокский государственный университет
экономики и сервиса


Россия, г. Владивосток

В статье рассмотрено уголовное законодательство России и Казахстана в сфере защиты земельных ресурсов. Уровень уголовно-правовой защиты земель является составным элементом экологической безопасности государства. В первую очередь он обусловлен действиями законодателя. Сравнительно-правовое исследование позволяет выявить недостатки законодательных конструкций уголовно-правовых предписаний и в последующем выработать пути их устранения.

Ключевые слова и словосочетания: компаративное исследование, состав преступления, Россия, Казахстан, преступления в сфере земельных правоотношений, земельные ресурсы, экологическая безопасность, правовая охрана.

COMPARATIVE RESEARCH OF CRIME LEGISLATION OF RUSSIA AND KAZAKHSTAN
IN THE FIELD OF LAND RESOURCES


E.E. Sergienko

Student of fourth grade, Institute of law



A.V. Vereshchagina – scientific adviser
Candidate of legal sciences, associate professor, head of Public law Department,

Vladivostok State University of Economics and Service

Russian Federation, Vladivostok

In article questions of the crime legislation of Russia and Kazakhstan in the field of land resources are considered. Level of criminal protection of lands is a component of ecological safety of the state. First of all it is caused by actions of the legislator. Comparative research allows to reveal shortcomings of legislative designs of criminal laws precepts and then to develop ways of their elimination.

Keywords: comparative research, crime structure, Russia, Kazakhstan, crimes in land relationships, land resources, ecological safety, legal protection.

Предметом настоящего компаративного исследования являются уголовно-правовые запреты, косвенно направленные на защиту земельных правоотношений. По своей сущности они являются земельными (экологическими) преступлениями и включают в себя:

1) нарушение экологических правил и требований при осуществлении хозяйственной деятельности (ст. 246 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УК РФ) [1] и ст. 324 Уголовного кодекса Республики Казахстан (далее по тексту – УК РК) [2]);

2) нарушение правил обращения с экологически опасными веществами и отходами (ст. 247 УК РФ, ст. 325 УК РК);

3) нарушение правового режима особо охраняемых природных территорий и объектов (ст. 262 УК РФ, ст. 342 УК РК);

4) нарушение правил охраны и использования недр (ст. 255 УК РФ, ст. 333 УК РК).

Цель анализа заключается в выявлении конкретных недостатков конструкций земельно-правовых составов в уголовном законодательстве Казахстана и России, и разработке в последующем конкретных путей их преодоления. В конечном итоге это должно привести к повышению уровня экологической безопасности на территории названных государств.

По итогам проведенного исследования был сделан ряд выводов, которые изложены ниже.

1. В первую очередь следует отметить, что все рассмотренные запреты сконструированы с использованием бланкетных и ссылочных норм, что влечет сложность их применения. Проявляется это в том, что при разрешении каждого конкретного дела правоприменителю необходимо обращаться к обширному массиву нормативно-правовых актов, содержащих специализированные нормы. Это законы об охране окружающей среды, об особо охраняемых природных территориях, о недрах (применительно к России), экологический кодекс и кодекс о здоровье народа и системе здравоохранения (применительно к Казахстану) и т.д.

2. Изученные составы имеют как общие недостатки, свойственные в равной степени законодательству обоих государств, так и особенные недостатки, свойственные отдельному государству.

Так, в качестве общих недостатков можно назвать не указание всех этапов жизненного цикла зданий или сооружений при формулировании норм ст. ст. 246 УК РФ, 324 УК РК. Эти этапы в обоих государствах совпадают и включают в себя инженерные изыскания, проектирование, строительство (в том числе консервацию), эксплуатацию (в том числе текущие ремонты), реконструкцию, капитальный ремонт, снос здания или сооружения [3]. Мы полагаем, что было бы логично уточнить объективную сторону рассматриваемого состава путем закрепления в качестве преступного деяния нарушение правил на всех этапах жизненного цикла зданий и сооружений, что помогло бы правоприменителю при использовании данных норм и способствовало бы более точной квалификации.

Также, общим для УК РФ и УК РК является использование экологических терминов, которые не имеют официальной интерпретации. В российских нормах это термины «отравление», «заражение», «существенное изменение радиоактивного фона» (ст. ст. 246-247 УК РФ), а в Казахстане – «массовое заболевание людей» (ст. 324, ст. 333 УК РК).

Особенных недостатков несколько. Первый из них заключается в обуженности объективной стороны большей части рассмотренных российских запретов. Проиллюстрировать данное высказывание можно следующим:

1) запрет нарушения экологических правил и требований при осуществлении хозяйственной деятельности более содержателен в Казахстане – он включает в себя не только нарушение правил на различных этапах жизненного цикла зданий сооружений, но и их нарушение при использовании природных ресурсов. В качестве объекта данного преступления в России выступают только «промышленные, научные, сельскохозяйственные и иные объекты». Однако, следует иметь ввиду, что отсутствует официальная позиция, что понимается под «иными объектами», а расширительное толкование в отношении норм уголовного права недопустимо. В Казахстане – перечень объектов более детализирован. Это «предприятия, сооружения и иные объекты… военные и оборонные объекты», а в отношении эксплуатации круг объектов он еще более подробен. Это объекты промышленности, энергетики, транспорта или связи, сельскохозяйственного назначения и мелиорации. Также рассматриваемая норма УК Казахстана содержит более конкретизированный перечень общественно опасных последствий, указанных в качестве квалифицирующие признаки, что влечет дифференциацию назначаемых санкций за совершение преступления. В России ст. 246 УК РФ квалифицированный состав не предусматривает;

2) применительно к нарушению правил охраны и использования недр, казахстанская норма имеет более широкую сферу применения благодаря формулировке «все стадии недропользования», по сравнению с российской нормой, которая криминализирует нарушение правил лишь при осуществлении одного вида недропользования – разведки и добычи полезных ископаемых;

3) в УК Казахстана превалируют земельно-правовые запреты, содержащие более конкретизированные перечни общественно опасных последствий (квалифицирующие признаки), что представляется положительным моментом, т.к. влечет дифференциацию назначаемых санкций за совершение преступления.

Однако есть и казахстанский запрет, обуженный по сравнению с российским. Так, согласно норме, содержащейся в ст. 325 УК РК, наступление угрозы причинения вреда здоровью человека в результате нарушения правил не влечет уголовную ответственность, в отличие от аналогичной нормы отечественного УК. Кроме этого, на наш взгляд, в норме ст. 325 УК РК не очень удачно сформулирован предмет преступления – «опасные вещества». В аналогичном российском составе говорится об «опасных веществах и отходах». Если сравнивать данные понятия, то можно сделать вывод, что отходы представляют собой вещества, или предметы, образованные в процессе производства (выполнения работ, оказания услуг) [4]. То есть, понятия «отходы» и «опасные вещества» могут быть равнозначны, однако, не всегда, и потому позиция российского законодателя здесь выглядит более обоснованной.

Второй особенный недостаток состоит в том, что оба законодателя в качестве общественно-опасного последствия нарушения правового режима особо охраняемых природных территорий и объектов называют причинение значительного ущерба окружающей среде. При этом только в Казахстане установлена фиксированная сумма, при превышении которой ущерб признается значительным. А в России вопрос о признании ущерба значительным зависит от конкретных обстоятельств дела и разрешается исходя из категории особо охраняемой территории (объекта), ее экономической и социальной значимости; тяжести причиненного вреда; способности данной территории к самовосстановлению; стоимости истребленных, поврежденных компонентов природной среды и т.п., что представляется более сложным и длительным процессом. Кроме того, анализ судебной практики показывает, что «значительный ущерб» в понимании правоприменителя может представлять собой и 9 000 рублей [5], и 5 000 000 рублей [6], и мы полагаем, что законодателю стоит провести четкую дифференциацию ущерба с назначением более жестких санкций за причинение тяжкого и особо тяжкого ущерба.

Кроме этого, примечательны различные подходы к конструированию диспозиций норм ст. 262 УК РФ и ст. 342 УК РК. Так, в УК РК в качестве предмета названы «особо охраняемые природные территории», что подразумевает отсылку правоприменителя к закону РК «Об особо охраняемых природных территориях» [7]. А российский законодатель, определяя предмет, перечисляет несколько видов таких территорий, и добавляет в конце «и другие, особо охраняемые государством, природные территории», что можно рассматривать в качестве недостатка, т.к. более предпочтительной выглядит конкретизированная норма УК РК.

3. Запреты, сформулированные казахстанским законодателем, являются в большей степени экологизированными (или, иными словами, имеют больший приоритет охраны окружающей среды и, в том числе, земельных ресурсов), по сравнению с российскими. Это проявляется в том, что в качестве общественно опасных последствий отечественный законодатель в большинстве случаев закрепляет только причинение реального вреда окружающей среде, а казахстанский – в том числе и потенциальную возможность наступления такого вреда, т.е. угрозу его причинения.

Таким образом, исходя из анализа уголовного законодательства Республики Казахстан и Российской Федерации, мы выявили ряд указанных выше недостатков конструкций составов земельных преступлений и предложили несколько вариантов их устранения.

1. Уголовный кодекс Российской Федерации [Электронный ресурс]: федеральный закон от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ (в ред. от 30.03.2015 г.). Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс». (дата обращения: 28. 04.2015).

2. Уголовный кодекс Республики Казахстан [Электронный ресурс]: закон от 3 июля 2014 г. № 226-V (в ред. от 07.11.2014 г.). Доступ из информ.-правовой системы «Әділет». (дата обращения: 28. 04.2015).

3. Технический регламент о безопасности зданий и сооружений [Электронный ресурс]: федеральный закон от 30 декабря 2009 г. № 384-ФЗ (в ред. от 02.07.2013) Доступ из справ.-правовой системы «Гарант» (дата обращения: 28. 04.2015).; Об утверждении технического регламента «Требования к безопасности зданий и сооружений, строительных материалов и изделий» [Электронный ресурс]: постановление Правительства Республики Казахстан от 17 ноября 2010 года № 1202 (в ред. от 23.07.2013) Доступ из информ.-правовой системы «Әділет» (дата обращения: 28. 04.2015).

4. Об отходах производства и потребления [Электронный ресурс]: федеральный закон от 24 июня 1998 г. № 89-ФЗ (в ред. от 29.12.2014). Доступ из справ.-правовой системы «Гарант». (дата обращения: 28. 04.2015).

5. Приговор Белорецкого районного суда Республики Башкортостан от 7 сентября 2011 г. по делу №1-152/2011 [Электронный ресурс] Доступ из базы судебных актов арбитражных судов, судов общей юрисдикции, мировых судей «Судебные и нормативные акты Российской Федерации». (дата обращения: 28. 04.2015).

6. Приговор Лазаревского районного суда г. Сочи Краснодарского края от 7 апреля 2011 г. г. по делу № 1-106/11 [Электронный ресурс] Доступ из базы судебных актов арбитражных судов, судов общей юрисдикции, мировых судей «Судебные и нормативные акты Российской Федерации». (дата обращения: 28. 04.2015).

7. Об особо охраняемых природных территориях [Электронный ресурс]: закон Республики Казахстан от 07.07.2006 г. № 175-III (в ред. от 29.09.2014 г.). доступ из информ.-справочной системы «Әділет». (дата обращения: 28. 04.2015).

УДК 343.221.51




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   41   42   43   44   45   46   47   48   ...   58


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница