В гражданском праве


О.В. ШИНКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ



страница23/45
Дата18.05.2019
Размер7.01 Mb.
ТипЗакон
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   45

О.В. ШИНКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ

ДЕЛЕНИЕ НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫХ СДЕЛОК НА НИЧТОЖНЫЕ И ОСПОРИМЫЕ


а у покупателя - право на получение определенного до*-ма. С этой точки зрения бессмысленно требовать приме­нения последствий недействительности незаконны* сделок (включая гражданско-правовую ответствен­ность в виде возмещения убытков и уплаты процентов за неправомерное пользование денежными средства­ми), уже исполненных обеими сторонами: продавец возвращает покупателю деньги, чтобы тот мог купить такой же дом, который покупатель, в свою очередь, воз­вращает продавцу, чтобы тот мог его продать и полу­чить те же самые деньги, которые отдал покупателю»1*

Единственный вид ничтожных сделок, который должен иметь формальный состав, по мнению В. Арте-мова, - это когда одна из сторон сделки недееспособна, или ее дееспособность ограничена, или заключением, сделки затрагиваются государственные или обществен­ные интересы.

Но если следовать указанной логике до конца, хо и сделки недееспособных, и сделки, нарушающие государственные или общественные интересы, долж­ны также иметь материальные составы: какой смысл признавать противоречащую закону сделку недействи­тельной, если охраняемое этим составом право или го­сударственный интерес реально не пострадали?

На наш взгляд, В. Артемов прав в том, что деист: вующее законодательство, устанавливая составы ни­чтожных сделок, безусловно, должно в большей степе­ни обращать внимание не только на формальную сто­рону нарушения, но также и йа реальное нарушение прав и Интересов. Однако до тех пор, пока соответству­ющие составы недействительных сделок Признаются ничтожными, то есть нарушающими волю государства, в качестве общего правила должен действовать прин­цип, согласно которому выполнение состава ничтож­ной сделки уже яв^яетЬяДсчзт^а'то^ным, чтобы1 считать

такую сделку ничтожной. Поэтому состав ничтожных сделок должен иметь формальный характер.

Это не означает, что законодательство в этом смыс­ле должно стоять на месте. Очевидно, что многие соста­вы признаваемых на сегодняшний день ничтожными сделок заслуживают того, чтобы учитывать реально на­рушенные такой сделкой права и интересы. Сделано это может быть в двух направлениях.

С одной стороны, в некоторых составах ничтожных сделок можно было бы прямо предусмотреть, что они признаются недействительными (являются ничтожны­ми), если их совершение нарушает чье-либо право или законный интерес. Так, например, можно поступить в случае совершения сделок, нарушающих обязатель­ную нотариальную форму или требование о государст­венной регистрации (ст. 165 ГК РФ).

С другой стороны, постепенно можно расширять ко­личество составов оспоримых сделок, перенося в их чис­ло те ничтожные сделки, которые по природе своей явля­ются относительно недействительными (оспоримыми).

Так, необходимо предусмотреть, что во всех случа­ях, когда происходит нарушение юридически значи­мой воли определенного лица (сделки без согласия третьих лиц1), соответствующие сделки являются ос­поримыми, а не ничтожными, В результате произойдет реальное упрочение гражданского оборота, основанное не на произвольном расширении числа оспоримых сде­лок за счет введения обязательного судебного призна­ния ничтожных сделок, а на научно обоснованном под­ходе, учитывающем специфику соответствующих сде­лок - нарушение воли определенного лица.

Автоматически, с включением этих сделок в состав оспоримых, решится и проблема нарушенного матери­ального интереса. При введении в законодательство об­щего правила о том, что в оспоримых (относительно




1 В. Артемов. Недействительность сделок и их последствия: от­дельные аспекты // Хозяйство и право. 2002; J* 9. С. 120, С; 115.

1 См. главу S настоящей работы

275


О.В. ГУТНИКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ

ДЕЛЕНИЕ НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫХ СДЕЛОК НА НИЧТОЖНЫЕ И ОСПОРИМФ


недействительных) сделках состав должен быть мате­риальным, такие сделки можно будет признавать не­действительными лишь при причинении ими вреда.

Если понимать «свободное» судейское усмотрение в этом смысле, то стоит только поприветствовать воз­вращение ГК РФ к старым принципам древнеримской реституции, которая могла применяться по усмотре­нию претора лишь в случаях, когда договором был при­чинен ущерб (laesio).

Таким образом, собственник, не давший согласия на отчуждение своего имущества, вверенного другому лицу, арендодатель, без чьего согласия сдано имущест­во в субаренду, государство, не давшее согласия на от­чуждение унитарным предприятием недвижимого иму­щества, генеральный подрядчик, не давший согласия на привлечение субподрядчиком иных лиц к выполне­нию работ, доверитель, без чьего согласия представи­тель совершил сделку без полномочия или с выходом за пределы полномочия, юридическое лицо, с наруше­нием воли которого генеральный директор произвел от­чуждение имущества, супруг, без чьего согласия дру­гой супруг совершил отчуждение вещи, - все эти лица вполне могли бы защитить свои права, если соответст­вующие сделки будут являться оспоримыми.

Оспаривать такие сделки должны иметь возмож­ность только те лица, юридически значимая воля кото­рых нарушена, и никто другой. Возможность оспари­вать должна быть обусловлена сокращенными сроками давности: один год с момента, когда соответствующее ли­цо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (о совершении или об исполнении такой сделки). \

Эта давность в целях упрочения гражданского обо­рота должна иметь прееекательный характер по отно­шению к праву лица на оспаривание сделки. Подтверж­дение всеми этими лицами состоявшейся оспоримой сделки (в том числе - своими конклюдентными дейст- '-| виями) должно влечь за собой безусловную действи- \, тельность сделки и иметь значение одобрения, анало- k

гичного одобрению ведения чужих дел без поручения» или одобрению сделки, совершенной лицом без полно­мочий (п. 1 ст. 183 ГК РФ).

Однако те сделки, которые останутся после этог^ ничтожными, то есть которые действительно нарушй' ют волю государства, а не определенных в законе лип» должны иметь по общему правилу формальный состав» возможно, с некоторыми исключениями. Эти исключи' ния необходимо делать лишь для тех сделок, несоответ ствие закону которых не носит характер правонаруше' ния, то есть нарушения установленных правом запретов'

Если же несоответствие сделки закону не нарушаем запретов, то можно рассматривать вопрос о том, допуС" тим ли в данном случае в тех или иных формах учет ре' ального нарушения прав и интересов при совершение данной сделки.



2.7. ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ РАЗГРАНИЧЕНИЕ НИЧТОЖНЫХ Й ОСПОРИМЫХ СДЕЛОК: ОСПАРИВАНИЕ НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫХ СДЕЛОК

Рассмотренные выше признаки и особенности осйО' римых и ничтожных сделок позволяют взглянуть на пр0' блему их разграничения в процессуальном аспекте.

Принципиальная разница между ничтожными и об' поримыми сделками лежит в основаниях их недейств!*' тельности. В одном случае имеет место нарушение вол** государства, в другом - нарушение воли отдельны^ лиц. Поэтому цри определении того, является ли coot'' ветствующая сделка недействительной, лицу, ссылав' щемуся на недействительность сделки, необходимо д0' казать наличие соответствующего основания.

В ходе такого доказывания происходит опроверж^' ние презумпции того, что сделка является действител*'" ной. Это, собственно, и является оспариванием любо** недействительной сделки (ничтожной или оспоримой)' Презумпция действительности любой сделки основан*1 на двух других презумпциях:



О.В. ГУ1НИК0В. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ

ДЕЛЕНИЕ НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫХ СДЕЛОК НА НИЧТОЖНЫЕ И ОСПОРИМЫЕ


а) презумпции соответствия сделки (волеизъявле­
ния) воле государства (закону); •

б) презумпции соответствия волеизъявления внут­


ренней воле лица, совершающего сделку или воля кото­
рого имеет юридическое значение для действительнос­
ти сделки.

Хотя презумпций действительности любой сделки (и ничтожной, и оспоримой) в законодательстве прямо не содержится, наличие такой презумпции де-факто признают многие ученые и практикующие юристы1.

Как справедливо отмечает Д.М. Щекин, «оценивая правовые дефекты сделки, мы сталкиваемся с вопросом о презумпции ее законности. Эта презумпция может быть сформулирована следующим образом: до тех пор, пока иное не доказано, действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение, прекра­щение гражданских прав и обязанностей, должны рас­сматриваться как соответствующие законодательству»2.

Презумпция законности,, по мнению автора, следу­


ет из пункта 2 статьи 15 Конституции Российской Фе­
дерации, где установлена всеобщая обязанность соблю­
дения Конституции РФ и законов. Поэтому, указывает
он далее, как это ни парадоксально, презумпция закон­
ности действует и в.отношении ничтожных сделок. «Бе­
ли противоречие закону не доказано, то сделка должна
рассматриваться как действительная» В этом и состоит
презумпция законности сделки в отношении ничтож­
ных сделок»3. .;■<..- ■-•'•:

1 См.5 Гримм ДД. Основы учения о юридической сделке в совре­
менной немецкой доктрине пандектного права. 1900. С. 237; Новиц­
кий И.Б. Сделки. Исковая давность... С. 19-21; Гражданское право:
В 2 т. Том I: Учебник / Отв. ред. проф. Е.А. Суханов. М.: Издательст­
во БЕК. 1.998. С. 343 (автор главы - B.C. Ем); Рабинович Н. В. Указ.
соч. С. 8; Хейфец Ф.С, Указ. соч. С. 9; Брагинский М,И,, Витрян-
ский В.Б. Договорное право: Общие положения, М.: Изд-во «Ста­
тут», 1997. С. 136-137.

2 Щекин Д.М. Указ. соч. С. 10. ' I,

3Тамже. С. 12. , . v-v. , ■■:■::■■

т

В отношении оспоримых сделок автор также ссыла­ется на презумпцию законности. Однако, исходя из при­роды оспоримых сделок, правильнее вести речь о пре­зумпции их действительности, основанной на презумп­ции соответствия волеизъявления внутренней воле.

Таким образом, процедура установления (подтверж­дения) недействительности и ничтожных, и оспоримых сделок есть процесс опровержения косвенной презумп­ции действительности любой сделки, которая, хотя и не выражена прямо в законе, но вытекает из логики построения соответствующих норм о недействитель­ных сделках1. Следует признать, что в практических целях такую презумпцию следовало бы сделать пря­мой, то есть прямо установить в ГК РФ, что до тех пор, пока не доказано обратное, любая сделка предполагает­ся действительной.

В зависимости от оснований, по которым происхо­дит это опровержение (оспаривание), можно говорить о ничтожных или оспоримых сделках. Но нельзя ска­зать, что одни сделки являются безусловно ничтожны­ми, а другие - безусловно оспоримыми.

Одна и та же сделка, в зависимости от оснований не­действительности, может быть признана как ничтожной, так и оспоримой. Весь вопрос только в том, какое основа­ние (ничтожность или оспоримоеть) будет доказано. Не исключено даже, что одна и та же сделка может быть признана недействительной одновременно по самым раз­ным основаниям2, и это является серьезной процессуаль­ной проблемой, требующей своего разрешения.

В атом аспекте вопросы о том, является ли оспори­мая сделка действительной с самого начала, происходит ли решением суда преобразование правоотношения

* Подробнее о прямых и косвенных презумпциях, в том числе о презумпциях', касающихся сделок, см.: Ойгензихт В.А. Презумп­ции в советском гражданском праве. Душанбе. С. 21-59.

2 Подробнее см.: Приходько И. Недействительность сделок и ар­битражный суд: процессуальные аспекты // Хозяйство и право. 2000. № 5. С. 101-107.

ОЛ.ГУПШКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ 01ЕЛКИ

ДЕЛЕНИЕ НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫХ СДЕЛОК НА НИЧТОЖНЫЕ И ОСПОРИМЫЕ


из действительного в недействительное, лишаются ка­кого-либо практического значения. Вся теория недей­ствительности сводится к теории права оспаривания или опровержения презумпции действительности лю­бой сделки по определенным основаниям.

Доказывание соответствующего основания недейст­вительности происходит по разным правилам, которые обусловлены спецификой соответствующего основания. Однако у оспоримых сделок есть одно принципиальное отличие в этом процессе от сделок ничтожных: доказы­вать основания недействительности этих сделок могут лишь конкретные лица, чья юридически значимая воля была нарушена.

Доказывать основания недействительности ни­чтожных сделок (то есть нарушающих волю государст­ва) может всякий. В этом смысле можно говорить об ос­поримых сделках как об относительно недействитель­ных, а-о ничтожных сделках - как об абсолютно недей­ствительных.

После того, как основание недействительности оспо­римой сделки доказано, она ничем не отличается от ни­чтожной сделки. Поэтому никакого различия между ни­чтожными и оспоримыми сделками по последствиям недействительности быть не должно. Не должно быть между ними различия и по формам доказывания недейст­вительности (юрисдикционной или неюрисдикционной), а соответственно - по формам защиты нарушенного .права.

Бели совершением недействительной сделки нару­шено право определенного лица и оно нуждается » судеб­ной защите, то такая защита в абсолютно равной степени должна быть предоставлена при доказывании недейст­вительности как ничтожных сделок, так и оспоримых.

Вся разница будет сводиться лишь к кругу субъек­тов судебного оспаривания, которые могут предъявить соответствующий иск. Этот круг будет определяться спецификой соответствующего состава недействитель­ной сделки: ничтожность могут доказывать все и каж­дый, оспоримость - только определенный круг лиц, во­ля которых нарушена.

Таким образом, при наличии спора или иной необхо­димости установить недействительность сделки должна применяться исковая форма защиты права через суд. Никакой разницы между ничтожными или оспоримы­ми сделками в этом смысле быть не должно.

Иск о признании недействительной ничтожной сдел­ки, как справедливо замечает Е. Годэмэ, «будет приме­няться чаще, чем предполагает классическая теория: он необходим не только в случаях порока соглашения и недееспособности, но также во всех случаях абсолют­ной недействительности в классическом смысле, где имеется, ко крайней мере, видимость акта, подлежаще­го уничтожению»1.

Однако нет никаких оснований делать различие меж­ду ничтожными и оспоримыми сделками при осуществ­лении неисковых форм защиты права. Так, возмож­ность заявить о недействительности сделки в форме возражения в уже начатом процессе должна быть пре­доставлена как в оспоримых, так и в ничтожных едел^ ках. Вся разница должна сводиться лишь к основаниям недействительности и к кругу субъектов доказывания.

Например, при подаче иска об исполнении сделки, совершенной под влиянием насилия, лицо, подвергшееся насилию (и только оно), должно иметь возможность за­явить в уже начатом процессе возражение о том, что его принудили к совершению этой сделки и он рассматрива­ет ее как недействительную. Если ему при этом удаст­ся доказать соответствующие обстоятельства, то Сдел­ка должна быть признана судом недействительной.

Нет также оснований ограничивать право лица, во­ля которого нарушена при совершении оспоримой сдел­ки*-на самозащиту. Если, например, совершена сделка несовершеннолетнего без согласия родителей, и такая сделка нарушает права несовершеннолетнего, об осно­ваниях недействительности этой сделки в порядке са­мозащиты могут заявить другой стороне сделки родите­ли несовершеннолетнего, одновременно приняв доступ-

1 Годэмэ Е. Общая теория обязательств... С. 158.

0,В. ГУТНИКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ

ДЕЛЕНИЕ НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫХ (ЩЕЛОК НА НИЧТОЖНЫЕ И ОСПОРИМЫЕ


ные им меры по приостановлению ее исполнения.

Родители вполне определенно могут указать другой стороне сделки на то, что не собираются рассматривать эту сделку как действительную, так как они не дают на нее своего согласия. Нет никакой надобности идти в суд и требовать признания такой сделки недействи­тельной, даже если другая сторона сделки настаивает на исполнении сделки.

Если же другая сторона обратится в суд с иском об ис­полнении, то родители несовершеннолетнего могут в на­чатом процессе заявить о недействительности сделки, так как они не дали на нее своего согласия. Существую­щая же в законодательстве необходимость судебного признания недействительности оспоримой сделки де­лает такой ход вещей невозможным и ограничивает право на самозащиту участников оспоримой сделки.

При отсутствии же спора о действительности оспо­римой или ничтожной сделки и в том, и в другом случае в равной степени должна быть предоставлена возмож­ность признать эту недействительность во внесудебном порядке (то есть по соглашению сторон) и добровольно урегулировать все возникающие в связи с этим вопросы.

Исходя из изложенного, процессуальное разграни­чение недействительных сделок должно проводиться не по методу установления недействительности (судебно- ', му или независимо от решения суда), а по субъектному составу опровержения презумпции действительности сделки в зависимости от основания такого опровержения.

Поэтому мы поддерживаем тех авторов, которые счи­


тают, что правила действующего ПС РФ, установившего •'
разделение ничтожных и оспоримых сделок в зависимости
от судебного признания недействительности, практичес­
ки не приемлемы. Решение суда не должно преобразовы­
вать оспоримую сделку из действительной в недействи­
тельную. Судебное опровержение презумпции действи­
тельности этих сделок должно быть допущено только '•;,
по воле указанных в законе лиц, причем как в исковой,
так и в неисковой (путем возражения) формах. (

При этом право на такое опровержение (оспарива- ; ние) в целях стабилизации гражданского оборота долж­но быть ограничено пресекатёльным сроком, а не сро-

282

ком исковой давности. По истечении срока на оспарива­ние презумпция действительности оспоримой сделки должна становиться неопровержимой.



Кроме того, сторонам должна быть предоставлена воз­можность в добровольном порядке (по взаимному согла­шению) признавать недействительность оспоримой сдел­ки и применять последствия этой недействительности.

Что касается презумпции действительности ничтож­ной сделки, то возможность ее оспаривания может быть как ограничена, так и не ограничена какими-либо сро­ками: решение этого вопроса целиком зависит от воли государства.

В целях стабилизации гражданского оборота можно было бы приветствовать ограничение права оспарива­ния ничтожной сделки определенным сроком» напри­мер, десятью годами с момента начала исполнения соот­ветствующей сделки. По, «стечении этого срока пре­зумпция действительности ничтожной сделки также становилась бы неопровержимой.

Таким образом, право оспаривать действительность сделки по основаниям оспоримости существовало бы в,течение одного года с момента* когда лицо, чья воля нарушена, узнало,или должно было узнать об обстоя­тельствах, являющихся основанием, для признания сделки недействительной. Право оспаривать действи­тельность сделки по основаниям ничтожности существо­вало бы в течение десяти лет с момента, когда началось исполнение ничтожной сделки. Если же исполнение ни­чтожной сделки не начиналось» то оспаривать такую сделку можно было бы бессрочно* •

Полезно было бы убрать из закона и фразу о том,
что ничтожная сделка недействительна независимо
от решения суда, как совершенно ненужную и.вызыва­
ющую -лишь дополнительные сложности правоприме­
нительной практики. ;.-=.-.; :..-.-> , ■ „

Следует, поэтому, вернуться к традиции ранее дей­ствующего законодательства, которое на уровне закона не проводило деления недействительных сделок на ни­чтожные и оспоримые в зависимости от необходимости судебного признания недействительности, .• .-.•■.»■ -.*= Такое деление доджи©; производиться в зависимое-



0.8. ГУШШЖ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ

ДЕЛЕНИЕ НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫХ СДЕЛОК НА НИЧТОЖНЫЕ И ОСПОРИМЫЕ


ти от того, чья воля нарушена при совершении соответ­ствующей сделки: если нарушена воля государства, то доказывать недействительность сделки может нео­пределенный круг лиц. Если нарушена воля конкрет­ного лица, то опровергать презумпцию действительнос­ти сделки может только это лицо.

Поэтому в ГК РФ целесообразно было бы внести сле­дующие изменения.

Статью 166 ГК РФ необходимо изложить в следую­щей редакции:

Статья 166. Оспоримые и ничтожные сделки

1. Любая сделка считается действительной до тех пор, пока ее недействительность не будет доказана в ус­тановленном законом порядке по основаниям, предус­мотренным настоящим Кодексом.

2* При наличии спора оспаривание действительнос­ти сделки может осуществляться любым лицом (ни­чтожные сделки) либо лицами, указанными в настоя­щем Кодексе или ином законе (оспоримые сделки).



  1. Основанием недействительности ничтожной (аб­солютно недействительной) сделки является несоответ­ствие сделки воле государства, выраженной в законе или ином правовом акте. Основанием недействительно­сти оспоримой (относительно недействительной) сделки является несоответствие сделки имеющей юридическое значение воле определенного лица и нарушение этой сделкой охраняемых законом прав й интересов.

  2. Оспаривание оспоримой сделки не допускается, если лицо, имеющее право оспаривать сделку и осведом­ленное об основаниях оспаривания, прямо или косвенно одобрило совершение сделки, в том числе путем соверше­ния конклюдентных действий.

Оспаривание действительности оспоримых и ни­чтожных сделок не допускается также по истечений сроков на оспаривание, предусмотренных статьей 181 настоящего Кодекса.

5- Требование о применении последствий недейст­вительности сделки может быть, предъявлено любым заинтересованным лицом, под которым понимается любая из сторон недействительной сделки» Требование о применении последствий недействительности сделки,



284

предусмотренной статьей 169 ГК РФ, может быть предъ­явлено также соответствующим государственным орга­ном, выступающим в защиту публичных интересов.

Суд вправе применить последствия недействитель­ности сделки по собственной инициативе лишь при при­знании сделки недействительной по основаниям, преду­смотренным статьей 169 ГК РФ».

На наш взгляд, такая корректировка положений статьи 166 ГК РФ более правильно будет отражать спе­цифику недействительных сделок и даст законодателю четкие ориентиры, при которых будет исключена воз­можность произвольного отнесения к числу ничтожных или оспоримых различных составов недействительных сделок. Соответственно, будут решены также многие важные практические вопросы, возникающие при совершении недействительных сделок, и в конечном ито­ге будет укреплен гражданский оборот.

Статью 181 соответственно следует назвать не «Сро­ки исковой давности», а «Сроки для оспаривания дейст­вительности сделок». Сроки исковой давности по требова­ниям о реституции должны быть выделены в отдельную статью. На наш взгляд, сроки для оспаривания сделок должны быть следующими:

- для оспоримой - один год со дня прекращения на­


силия или угрозы, под влиянием которых была совер­
шена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда лицо, име­
ющее право оспаривать, узнало или должно было уз­
нать об иных обстоятельствах,, являющихся основани­
ем для признания сделки недействительной;

— для ничтожной — десять лет со дня, когда нача­


лось ее исполнение.

Сроки исковой давности по применению последст­вий недействительности абсолютно и относительно не­действительной сделок можно оставить теми же, кото­рые существуют в статье 181 ГК РФ.





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   45


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница