В гражданском праве


О.В. ГУТНИКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ



страница31/45
Дата18.05.2019
Размер7.01 Mb.
ТипЗакон
1   ...   27   28   29   30   31   32   33   34   ...   45

О.В. ГУТНИКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ

когда такие сделки совершаются финансовыми пира­мидами, занимающимися сбором денежных средств с населения под обещания высоких процентов при от­сутствии лицензий кредитных учреждений. По мне­нию B.C. Ема, «признание их ничтожными означало освобождение недобросовестных юридических лиц, действующих без лицензии, от обязательств перед до­бросовестной стороной»1.

Практическая ценность подобного рода «защиты» добросовестных контрагентов весьма сомнительна. Ука­занные финансовые пирамиды, как правило, не имеют средств на исполнение взятых на себя обязательств. В этих условиях простое применение последствий ни­чтожной сделки (возврат переданного по сделке) явля­ется достаточной мерой защиты граждан, доверивших своих вклады организациям, не удостоверившись в на­личии у них необходимой лицензии.

Если же эти лица все же исполнят свои обязательст­ва в пользу отдельных лиц, то это неминуемо приведет к нарушению прав других клиентов этих недобросовест­ных лиц, которым после такого исполнения не останется средств даже на возврат того, что было передано юридиче­скому лицу без лицензии. Кроме того, если в действиях финансовой пирамиды (с лицензией или без лицензии) существуют признаки обмана, то такая сделка может быть признана недействительной по иску обманутого вкладчика на основании статьи 179 ГК РФ.

Сделка может быть признана как совершенная без лицензии при наличии любого из указанных ниже условий:


  • лицензия не была получена юридическим лицом;

  • срок действия лицензии истек;

  • лицензия отозвана выдавшим органом;

  • сделка выходит за пределы прав, установленных лицензией.

СДЕЛКИ, СОВЕРШЕННЫЕ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ПОЛНОМОЧИЙ ИЛИ ПРАВОСПОСОБНОСТИ

В силу общих положений о недействительности сде­лок любой из видов отсутствия лицензий должен иметь место именно в момент совершения сделки. Если в мо­мент совершения сделки лицензия была, а в последую­щем она отозвана, то можно вести речь не о недействи­тельности сделки, а о юридической невозможности ее исполнения лицом, не имеющим лицензии. Наоборот, если в момент совершения сделки лицензии не было, а впоследствии она появилась, то сделку следует счи­тать недействительной.

Поэтому, на наш взгляд, ошибочно мнение О.Н. Са-дикова, считающего, что если «во время совершения сделки юридическое лицо не имело лицензии, однако на момент рассмотрения спора она была получена, нет оснований для признания сделки недействительной»1.

Законом (ст. 173 ГК РФ) установлен круг лиц, кото­рые могут требовать в судебном порядке признания не­действительными сделок, выходящих за пределы пра­воспособности. Ими являются само юридическое лицо, его учредитель (участник) или государственный орган, осуществляющий контроль или надзор за деятельнос­тью юридического лица. Другая сторона в сделке не мо­жет оспорить ее по данному основанию.

Указанный крут субъектов оспаривания вызван на­личием в статье 173 ГК РФ двух составов недействи­тельности: сделка без лицензии (по сути - ничтож­ная, а по форме - оспоримая) и сделка с выходом за пре­делы правоспособности, ограниченной частной волей (по сути - оспоримая).

Именно ничтожной сущностью сделок без лицензии объясняется включение в круг субъектов оспаривания органа, осуществляющего контроль и надзор за деятель­ностью юридического лица. В сделках с выходом за пре­делы ограниченной правоспособности такой орган не дол­жен наделяться правом оспаривания: ограничения эти




1 Гражданское право: в 2 т. Том I. Учебник. М.: Издательство БЕК, 1998. С. 365.

372


1 Гражданское право: в 2 т. Том I. Учебник. М.: Издательство БЕК, 1998. С. 366.

373


О.В. ПУТНИКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ

установлены не законом, а частной волей, и судить о на­рушении этой воли могут лишь лица, устанавливаю­щие соответствующие ограничения (само юридическое лицо или его учредители).

Поэтому правильным было бы оставить в статье 173 ГК РФ только один состав оспоримых сделок: сделки, совершенные с выходом за пределы правоспособности, определенно ограниченной учредительными документа­ми. Право оспаривания таких сделок должно принадле­жать самому юридическому лицу или его учредителям.

Что же касается сделок, совершенных без лицен­зии, то они должны являться ничтожными и оспаривать их должно иметь возможность любое лицо, а не только лица, перечисленные в статье 173 ГК РФ. Лицо, подаю­щее иск на основании данной статьи, должно доказать, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о ее незаконности.

Для сделок, совершенных в противоречие с целями деятельности, определенно ограниченными учреди­тельными документами, данное требование на практи­ке означает необходимость доказать, что другая сторо­на знакомилась с учредительными документами или должна была ознакомиться с ними (например, имеются доказательства, что учредительные документы другой стороне в сделке передавались для ознакомления).

На наш взгляд, это требование должно применять­ся только в отношении сделок, совершенных юридиче­ским лицом за пределами правоспособности, опреде­ленно ограниченной учредительными документами по сравнению с тем, как она определена законом. Что же касается сделок без лицензии, то их совершение са­мо по себе противозаконно, и доказывать осведомлен­ность контрагента о правовом запрете совершать сдел­ки без лицензии было бы излишне.

Тем не менее в настоящее время и для сделок, со­вершенных без лицензии, необходимо доказывать, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна'бы­ла знать о незаконности такой сделки.

374


СДЕЛКИ, СОВЕРШЕННЫЕ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ПОЛНОМОЧИЙ ИЛИ ПРАВОСПОСОБНОСТИ

На практике это требование сводится к тому, чтобы доказать осведомленность другой стороны в сделке об от­сутствии у своего контрагента лицензии на соответству­ющий вид деятельности. Но формулировка закона «зна­ла или заведомо должна была знать о незаконности сделки» позволяет любого контрагента стороны, дейст­вующей без лицензии, считать обязанным знать об отсут­ствии лицензии, поскольку в любой сфере деятельности, требующей лицензирования, действующее законода­тельство обязывает всех лиц, действующих на основании лицензии, предоставлять копию лицензии своим кон­трагентам.

Имея копию лицензии, можно без труда проверить в лицензирующем органе действие этой лицензии на мо­мент заключения договора. Поэтому любое лицо, всту­пающее в отношения с контрагентом по лицензируемому виду деятельности, можно считать лицом, которое заве­домо должно было знать о незаконности сделки и об от­сутствии у контрагента лицензии.

Непоследовательность позиции законодателя, со­гласно которой безлицензионные сделки являются оспоримыми, проявляется также в том, что оспори-мость таких сделок установлена лишь в отношении сде­лок юридических лиц. Сделки физических лиц (в том числе и индивидуальных предпринимателей) без ли­цензии должны признаваться ничтожными (ст. 168 ГК РФ).

Иной точки зрения придерживается О.Н. Садиков, считающий допустимым в отношении сделок без ли­цензии предпринимателей-граждан применять закон (ст. 173 ГК РФ) по аналогии1. Но данная позиция не вы­держивает критики: оспоримые сделки характеризу­ются тем, что правом их оспаривания наделены только субъекты, прямо указанные в ГК РФ.

1 Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федера­ции, части первой (постатейный). М.: Юридическая фирма КОН­ТРАКТ; ИНФРА-М, 1999. С. 366.

375


О.В. ГУТНИКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ

Тем не менее кодекс не содержит указания на лиц, имеющих право оспаривать сделку физического лица -предпринимателя, действующего без лицензии. В ста­тье 173 субъектами оспаривания названы: юридическое лицо, его учредитель (участник) или государственный ор­ган, осуществляющий контроль и надзор за деятельнос­тью юридического лица. По нашему мнению, круг этих лиц не подлежит расширительному толкованию.



4.3. СДЕЛКИ, СОВЕРШЕННЫЕ С ПРЕВЫШЕНИЕМ ОГРАНИЧЕННЫХ ПОЛНОМОЧИЙ

В статье 174 ГК РФ приводится еще один состав не­действительной сделки, в котором имеется конфликт между волей лица, осущетвляющего волеизъявление, и волей лица, от которого исходит полномочие на совер­шение сделки. Имеются в виду случаи, когда у действу­ющего лица имеются все полномочия на совершение сделки, вытекающие из доверенности, закона, обстанов­ки, в которой совершается сделка.

С этими полномочиями в большинстве случаев кон­трагент знаком. Он вступает в сделку, исходя из нали­чия их у своего партнера. Однако данные полномочия могут иметь дополнительные ограничения, установлен­ные в договоре или в учредительных документах лица, от которого исходит полномочие.

Подобные дополнительные ограничения часто быва­ют неизвестны контрагенту, добросовестно вступающе­му в сделку на основании тех полномочий, которые оче­видны из обстановки, доверенности или закона. В целях защиты интересов добросовестной стороны такие сдел­ки не могут быть признаны недействительными. И толь­ко в тех случаях, когда доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об ука­занных ограничениях, сделки с превышением ограни­ченных полномочий могут быть признаны недействи­тельными.

При рассмотрении данного вида недействительных сделок заслуживают внимание следующие вопросы:

376

СДЕЛКИ, СОВЕРШЕННЫЕ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ПОЛНОМОЧИЙ ИЛИ ПРАВОСПОСОБНОСТИ


  1. в чем выражаются дополнительные ограничения полномочий;

  2. чем может подтверждаться осведомленность дру­гой стороны о таких ограничениях;

  3. кто может подавать иск о признании сделки не­действительной ;

  4. может ли недействительная сделка впоследствии быть одобрена лицом, от которого исходит ограничение полномочий;

  5. при каких условиях суд при наличии оснований недействительности тем не менее может оставить такую сделку в силе.

1. В статье 174 указано только два источника, в ко­торых могут содержаться ограничения полномочий: до­говор или учредительные документы юридического ли­ца. Договор может содержать ограничения полномочий любого лица, действующего в интересах другого субъ­екта (но не органа юридического лица), учредительные документы - только ограничения полномочий органа юридического лица. Наличие ограничений в каких-ли­бо иных документах не должно рассматриваться как ос­нование применения статьи 174 ГК РФ1.

Договор должен содержать ограничения уже имею­щихся полномочий лица по сравнению с тем, как эти полномочия определены для него в доверенности, зако­не или следуют из обстановки, в которой совершается

сделка.

Учредительные документы должны содержать ог­раничения имеющихся полномочий органа юридичес­кого лица по сравнению с тем, как эти полномочия оп­ределены в законе.



1 Высший арбитражный суд, тем не менее, в одном из своих ре­шений указал на необходимость учитывать ограничения полномо­чий, закрепленные в решении общего собрания членов общества. См. постановление Президиума ВАС РФ от 16 сентября 1997 г. № 435/96 // СПС «Гарант». Такой подход представляется нам оши­бочным и не соответствующим статье 174 ГК РФ.

377
О.В. ГУГНИКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ

Например, доверенность выдается на основании до­говора поручения, в котором установлено, что поверен­ный может совершать от имени доверителя сделки толь­ко в ограниченных пределах (например, не более, чем на 3000 рублей). Между тем в самой доверенности тако­го рода ограничений нет. Договор поручения в этом слу­чае будет тем документом, который ограничивает пол­номочия лица по сравнению с тем, как они определены в доверенности.

В уставе может содержаться ограничение полномо­чий генерального директора действовать от имени об­щества, не предусмотренное законом. Например, в ста­тьях 78 и 79 Закона «Об акционерных обществах» уста­новлено, что генеральный директор может совершать крупные сделки только с согласия совета директоров или общего собрания акционеров (в зависимости от сум­мы сделки). Однако по уставу генеральному директору может быть запрещено совершать без одобрения совета директоров не только крупные, но вообще любые сдел­ки с недвижимостью.

Согласно пункту 1 статьи 72 ГК РФ, каждый участ­ник полного товарищества вправе действовать от имени товарищества, если учредительным договором не уста­новлено, что все его участники ведут дела совместно ли­бо ведение дел поручено отдельным участникам.

В случае если на основании учредительного дого­вора участники ведут дела совместно, для совершения каждой сделки требуется согласие всех участников то­варищества. Если же ведение дел поручено отдельным участникам товарищества, остальные участники для совершения сделок от имени товарищества должны иметь доверенность от участника (участников), на кото­рого возложено ведение дел товарищества. Аналогич­ные по сути нормы предусмотрены для участников про­стого товарищества в пунктах 1 и 2 статьи 1044 ГК РФ.

Продавец, стоящий за прилавком магазина, может быть ограничен трудовым договором, в соответствии с ко­торым он может совер'шать сделки только в пределах определенной суммы. В трудовом договоре может быть

378

СДЕЛКИ, СОВЕРШЕННЫЕ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ПОЛНОМОЧИЙ ИЛИ ПРАВОСПОСОБНОСТИ

предусмотрено, что сделки свыше этой суммы он мо­жет совершать только при наличии подписи менедже­ра по продажам.

Следует подчеркнуть, что в соответствующем дого­воре или в учредительных документах ограничение полномочий должно быть четко установленным. Это может быть прямая запись о том, что орган (поверен­ный) не вправе совершать сделки, отвечающие опреде­ленным признакам (выше определенной суммы, с не­движимостью и т. п.). Ограничение полномочий может также следовать из остаточного характера компетен­ции органа юридического лица.

Например, по уставу решение вопроса о заключении кредитного договора отнесено к исключительной компе­тенции правления, а генеральный директор может со­вершать только сделки, не отнесенные к компетенции правления. В этих условиях заключение директором кредитного договора без решения правления будет яв­ляться выходом за пределы ограничений, установлен­ных уставом. Высший арбитражный суд по данному де­лу указал следующее:



«Вывод судов всех инстанций о том, что посколь­ку конкретно полномочия генерального директора в ус­таве АОЗТ «Арктиктииви» не определены, то они не могут быть превышены, является неверным. Со­гласно уставу, компетенция генерального директора носит остаточный характер, то есть он вправе при­нимать решения по вопросам, не относящимся к веде­нию заседания сторон-учредителей и правления»1.

Не должно считаться ограничением полномочий общее предписание, в соответствии с которым «гене­ральный директор вправе совершать от имени общест­ва сделки в пределах, установленных советом директо­ров (общим собранием акционеров)». При отсутствии соответствующего решения совета директоров (общего



1 См. постановление Президиума ВАС РФ от 11 декабря 1996 г. J* 2506/96 // СПС «Гарант».

379


О.В. ГУТНИКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ

собрания) о конкретных пределах действий генерально­го директора ограничение полномочий нельзя считать установленным.

С другой стороны, если в уставе предусмотрено, что директор совершает какие-либо сделки только в слу­чае, если он уполномочен на это другим органом общест­ва, то без наличия такого полномочия заключенные им сделки следует считать недействительными. Так, в од­ном из дел Высший арбитражный суд указал, что «за­конные полномочия директора были ограничены уста­вом, и он мог заключить договор гарантии только в том случае, если был уполномочен правлением»1.

Полномочия в учредительных документах могут быть ограничены путем прямого указания на документ, в пределах содержания которого может действовать ис­полнительный орган организации. Так, в одном из дел по уставу садоводческого товарищества правление распо­ряжалось имуществом и денежными средствами в преде­лах утвержденной сметы, председатель правления был вправе заключать от имени товарищества договоры в пре­делах планов и смет, общее собрание утверждало при­ходно-расходную смету.

Высший арбитражный суд указал в этом случае:

«Таким образом, из устава следует: полномочия по распоряжению имуществом предоставлены обще­му собранию членов товарищества, а председатель вправе заключать сделки с имуществом, в отношении которого принято соответствующее решение общего собрания. Поскольку в смете нет указания на поступ­ление средств от продажи магазина, сделка, заклю­ченная председателем правления, является недейст­вительной»2.

СДЕЛКИ, СОВЕРШЕННЫЕ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ПОЛНОМОЧИЙ ИЛИ ПРАВОСПОСОБНОСТИ

В целях применения статьи 174 ГК РФ не могут приниматься во внимание ограничения, установленные в каких-либо иных документах, кроме договора или учредительных документов. Так, в судебной практике имеется случай, когда директор представительства страховой организации превысил полномочия (квоту максимальной ответственности по единичному риску), ограниченные приказом страховой организации.

Высший арбитражный суд РФ не нашел оснований для применения статьи 174 ГК РФ, указав следующее:

«Размер ограничения страховой суммы не указан страховщиком ни в доверенностях, ни в положении о представительстве. Доказательств ознакомления страхователя с приказом, содержащим размер квот на момент заключения договоров страхования, стра­ховая компания не представила... Поскольку СК «Амур-Аско» не доказала, что НПК ТОО «Анкир» зна­ло или заведомо должно было знать при заключении до­говоров страхования об ограничениях полномочий пред­ставительства определенным размером разовой квоты принятия на риск, оснований для признания недействи­тельными договоров страхования у суда не имелось»1.

К сожалению, в данном деле Высший арбитражный суд не увидел оснований для признания сделки недей­ствительной только из-за того, что не была доказана ос­ведомленность другой стороны об установленных огра­ничениях.

Хотя на самом деле в приведенном примере ста­тья 174 не должна применяться уже потому, что ограни­чение полномочий было установлено в приказе, который не является ни договором, ни учредительным докумен­том юридического лица. Руководитель представитель­ства действует на основании доверенности, и если пол­номочия доверенности не ограничены договором, сделка


1 См. постановление Президиума ВАС РФ от 6 апреля 1999 г.
№ 2117/98 // СПС «Гарант».

2 См. постановление Президиума ВАС РФ от 2 июня 1998 г.
№ 6007/96 // СПС «Гарант».

380


1 См. постановление Президиума ВАС РФ от 12 ноября 1996 г. № 1776/96 // СПС «Гарант».

381


О.В. ГУТНИКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ

СДЕЛКИ, СОВЕРШЕННЫЕ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ПОЛНОМОЧИЙ ИЛИ ПРАВОСПОСОБНОСТИ


не может быть признана недействительной на основа­нии статьи 174 ГК РФ.

Аналогичную позицию применительно к ограниче­ниям полномочий органов юридических лиц занял Пле­нум Высшего арбитражного суда РФ. В пункте 6 поста­новления Пленума от 14 мая 1998 г. № 91 указывается:

«В правоотношениях с участием юридических лиц судам надлежит иметь в виду, что статья 174 ГК РФ может применяться в тех случаях, когда полномочия органа юридического лица определенно ограничены уч­редительными документами последнего.

Наличие указанных ограничений, установленных в других документах, не являющихся учредительны­ми, не может являться основанием для применения данной статьи».

Руководствуясь данным разъяснением, Федераль­ный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа правомерно отказал в признании недействительным дополнительного соглашения, заключенного генераль­ным директором с нарушением полномочий, которые ограничены протоколом заседания совета директоров акционерного общества, указав следующее:



«Уставом ОАО «Фирма-КПД» полномочия генераль­ного директора не ограничены.

Протокол Совета директоров учредительным до­кументом акционерного общества не является. Таким образом, в иске ОАО «Сибиряк» отказано правильно»2.

Ограничение полномочий, установленное в ста­тье 174 ГК РФ, не следует смешивать с действиями



1 Постановление Пленума Высшего арбитражного суда РФ
от 14 мая 1998 г. № 9 «О некоторых вопросах применения статьи 174
Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации орга­
нами юридических лиц полномочий на совершение сделок» // Вест­
ник Высшего арбитражного суда РФ. 1998. № 7.

2 См. постановление Федерального арбитражного суда Восточ­
но-Сибирского округа от 6 марта 2000 г. по делу № АЗЗ-7981/99-С2-
Ф02-289/00-С2 // Долженко А.Н., Резников В.Б., Хохлова Н.Н. Су­
дебная практика по гражданским делам. М.: ПБОЮЛ Гриженко Е.М.,
2001. С. 277.

за пределами полномочий, предусмотренными в ста­тье 183 ГК РФ. Это имеет важное практическое значение, поскольку в случае действий за пределами полномочий по статье 183 ГК РФ возникает не недействительность сделки, а иное последствие: сделка считается заключен­ной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии пря­мо не одобрит данную сделку1.

Необходимо напомнить, что в статье 183 ГК РФ речь идет только об отношениях представительства, и в силу этого она не применяется к ограничениям полномочий органа юридического лица. Что же касается выхода за пределы полномочий лицами, не являющимися орга­нами юридического лица, то статьи 174 и 183 ГК РФ име­ют совершенно самостоятельные сферы применения.

Если имеет место выход этих лиц за пределы огра­ничений, установленных в отдельном договоре, по срав­нению с тем, как полномочия первично определены в до­веренности или следуют из обстановки — то применяется статья 174 ГК РФ. Если же имеет место выход за преде­лы «первичных» полномочий, установленных в самой доверенности, законе, акте государственного органа или следующих из обстановки, то следует применять статью 183 ГК РФ.

Если же говорить о действиях лица вообще без пол­номочий, то во всех случаях надлежит применять ста­тью 183 ГК РФ. На практике нередки случаи, когда

* Следует согласиться с М.И. Брагинским и В.В. Витрянским, считающими, что «необходимо ограничительное толкование этой нормы: соответствующие последствия - договор признается заклю­ченным с представителем - наступают только при наличии согласия третьего лица» (См.: Договорное право. Общие положения. М., 1997. С. 140). Такое толкование вполне логично, поскольку третье лицо, видевшее в лице «представителя», не имеющего полномочий, лишь стоящего за ним представляемого, изначально хотело иметь дело с представляемым. После того, как оказалось, что представитель не имеет полномочий действовать от имени представляемого, сделку следует считать заключенной с представителем лишь в том случае, если на это согласен контрагент.




382

383


О.В. ГУТНИКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ

СДЕЛКИ, СОВЕРШЕННЫЕ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ПОЛНОМОЧИЙ ИЛИ ПРАВОСПОСОБНОСТИ


действия неуполномоченного субъекта от имени юриди­ческого лица пытаются квалифицировать по статье 174 ГК РФ.

Например, руководитель филиала действует без до­веренности от имени юридического лица. На этом осно­вании суды пытаются применить статью 174 ГК РФ.

Однако в силу закона (п. 3 ст. 55 ГК РФ) руководи­тель филиала не является органом юридического лица и не имеет никаких полномочий действовать от имени юридического лица. Все его полномочия должны следо­вать из доверенности. Поэтому в данном случае надле­жит применять статью 183 ГК РФ.

То же самое можно сказать о действиях от имени юридического лица бывшего генерального директора или лица, выдающего себя за генерального директора. Только в том случае, если у руководителя филиала (бывшего директора юридического лица или иного ли­ца) имеется доверенность, и при этом в отдельном дого­воре с юридическим лицом его полномочия ограничены по сравнению с тем, как они определены в довереннос­ти, можно говорить о применении статьи 174 ГК РФ.

Аналогичная ситуация возникает, когда от имени юридического лица без полномочий действует коммерче­ский директор или заместитель директора организации, не являющийся полномочным органом юридического ли­ца1. При отсутствии у такого лица доверенности либо при выходе его за пределы полномочий, установленных дове­ренностью, применению подлежит статья 183 ГК РФ. Только если полномочия коммерческого директора, дей­ствующего на основании доверенности, будут ограниче­ны отдельным договором (например, договором поруче­ния), по сравнению с тем, как они определены в доверен­ности, может применяться статья 174 ГК РФ.

Если же от имени юридического лица действует его орган, то при превышении полномочий, установленных учредительными документами по сравнению с тем, как они определены в законе, следует применять статью 174 ГК РФ. Но при превышении органом полномочий, уста­новленных самим законом (иным правовым актом), со­вершенные им сделки признаются ничтожными (ст. 168 ГК РФ). Ни статья 183, ни статья 174 ГК РФ при этом применению не подлежат1.

Например, компетенция руководителей приватизи­рованных предприятий была в свое время ограничена пунктами 6.3 и 9.3 Типового устава, утвержденного указом Президента РФ от 1 июля 1992 г. № 721 «Об ор­ганизационных мерах по преобразованию государст­венных предприятий в акционерные общества». Судеб­ная практика однозначно признает сделки руководите­лей предприятий с превышением этих ограничений ничтожными.

Следует также учитывать, что после применения статьи 183 ГК РФ к сделке, заключенной неуполномо­ченным лицом, возможно применение статьи 168 ГК РФ (ничтожность сделки) или иных норм о недействитель­ности, если для этого есть отдельные основания.

Например, от имени банка коммерческим директо­ром, действующим без доверенности, заключается кре­дитный договор. Так как коммерческий директор не яв­ляется органом банка и не имеет доверенности, то к дан­ному договору подлежит применению статья 183 ГК РФ: кредитный договор будет считаться заключенным от име­ни и в интересах коммерческого директора. Если заем­щик по кредитному договору предъявит к банку исковое требование о предоставлении кредита, то суд должен


1 См. постановление Президиума ВАС РФ от 30 мая 2000 г. № 9507/99; постановление Президиума ВАС РФ от 23 июня 1998 г. № 112/98; постановление ФАСМО от 16 июня 2000 г. № КГ-А40/2310-00 // Долженко А.Н., Резников В.Б., Хохлова Н.Н. Судебная практика... С. 236, 257, 262.

384


1 См. п. 1, 2 постановления Пленума ВАС РФ от 14 мая 1998 г. №9 «О некоторых вопросах применения статьи 174 ГК РФ при реа­лизации органами юридических лиц полномочий на совершение сде­лок» ; п. 2, 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 23 ок­тября 2000 г. № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации».

385


О.В. ГУТНИКОВ. НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ СДЕЛКИ



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   27   28   29   30   31   32   33   34   ...   45


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница