Бюллетень верховного суда кабардино-балкарской республики и управления судебного департамента в кабардино-балкарской республике №1 2013г



страница5/8
Дата22.06.2019
Размер1.81 Mb.
#106165
ТипБюллетень
1   2   3   4   5   6   7   8

Признание комиссией многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу может основываться только на результатах, изложенных в заключении специализированной организации, проводящей обследование.

Согласно заключению межведомственной комиссии от 18.05.2006г. и постановлению Главы Местной администрации г.о. Нальчика КБР № 60 от 27.01.2006г. жилой дом по адресу: г. Нальчик, ул. Ахохова, 141 признан аварийным и непригодным для постоянного проживания.

Ш. обратился в суд к Местной администрации г.о. Нальчик с иском о признании незаконными указанное заключение межведомственной комиссии от 18.05.2006г., а также и постановление Главы Местной администрации г.о. Нальчика КБР № 60 от 27.01.2006г. в части признания непригодным для проживания жилого дома по ул. Ахохова, 141., мотивируя тем, что эти акты нарушают его права как собственника квартир № 17-18 этого жилого дома, а также как арендатора нежилого помещения в этом жилом доме, что решение о признании жилого дома непригодным для проживания принято без уведомления собственники квартир и необоснованно, поскольку согласно акту независимой оценки технического состояния строительных конструкций и инженерного оборудования само здание дома признаков аварийного состояния не выявляет и оно пригодно к эксплуатации. Кроме того, Местной администрацией г.о. Нальчика КБР заключен договор реконструкции жилого дома с ООО «Допнит», согласно которому по окончанию его реконструкции 100 % общей площади квартир переходит в собственность инвестора.

Муниципальное казенное учреждение «Департамента по управлению городским имуществом Местной администрации г.о. Нальчик» было привлечено к участию в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика.

В судебном заседании представитель Ш. поддержал заявленный иск, просил его удовлетворить по основаниям, изложенным в нем.

Представитель ответчика - Местной администрации г.о. Нальчика КБР – А., не признавая заявленного иска, просил отказать в его удовлетворении также и по причине пропуска срока исковой давности.

Решением Нальчикского городского суда КБР от 11.02.2013г. исковые требования Ш. были удовлетворены в полном объеме.

В апелляционной жалобе Муниципальное казенное учреждение «Департамента по управлению городским имуществом Местной администрации г.о. Нальчик» просил отменить решение суда и отказать в удовлетворении иска, ссылаясь на то, суд первой инстанции неправомерно принял в качестве допустимого доказательства акт независимой оценки технического состояния строительных конструкций и инженерного оборудования здания и подвального помещения, тогда как решение вопроса о признании жилых помещений непригодными для проживания и многоквартирного дома аварийным отнесено к исключительной компетенции межведомственной комиссии.

Заявитель считал, что суд первой инстанции неправомерно оставил без удовлетворения заявление ответчика о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности, поскольку течение этого срока для истца следовало исчислить 2009 года, когда он приобрел право собственности на жилое помещение в доме в порядке наследования

В апелляционной жалобе Местная администрация г.о. Нальчик также ставился вопрос об отменен решения суда и принятии нового решения об отказе в удовлетворении заявленного по делу иска, в силу несоответствия акта независимой оценки технического состояния строительных конструкций и инженерного оборудования здания и подвального помещения спорного дома, положенного в основу решения суда, требованиям закона.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда КБР от 17 апреля 2013 года решение Нальчикского городского суда КБР от 11.02.2013г. оставила без изменения, а апелляционные жалобы Местной администрации г.о. Нальчик Муниципального казенного учреждения «Департамента по управлению городским имуществом Местной администрации г.о. Нальчик» - без удовлетворения указав следующее.

Обращаясь в суд, истец Ш. оспаривал вышеназванные заключение и постановление, являющиеся ненормативными актами.

При этом оспариваемое постановление датировано, как следует из его содержания, 27.01.2006г., тогда как в нем содержатся ссылки на постановление Правительства РФ №47, датированное позже - 28.01.2006г. Данное обстоятельство косвенно свидетельствует об ошибочности указания в данном ненормативном акте даты его принятия. Несмотря на это, представитель ответчика К. в ходе апелляционного производства по делу утверждала об его принятии именно в этот день. В связи с этим, Судебная коллегия, принимая во внимание закрепленный ГПК РФ, в том числе и в его ст. 12, принцип диспозитивности сторон в гражданском процессе, при разрешении дела в апелляционном порядке исходит из того что этот акт был принят 27.01.2006г.

В то же время, ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут, как это установлено п. 1 ст. 13 ГПК РФ, быть признаны судом недействительными.

Как разъяснено в п. 6 постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ №6/8 от 01.07.1996г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта, в случаях, предусмотренных законом, также нормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием.

Следовательно, ненормативный правовой акт может быть признан недействительным только при условиях несоответствия его закону или иному правовому акту и, одновременно с этим, нарушения им гражданских прав и охраняемых законом интересов юридического лица и (или) физического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием.

Порядок признания помещения жилым помещением и требования, которым должно отвечать жилое помещение, а также порядок признания жилого помещения непригодным для проживания устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти в соответствии с ЖК РФ, другими федеральными законами (ч.ч. 3, 4 ст. 14 ЖК РФ).

На момент принятия оспариваемого постановления действовало Положение о порядке признания жилых домов (жилых помещений) непригодными для проживания, утвержденных постановлением Правительства РФ №522 от 04.09.2003г.

Согласно п. 4 данного Положения вопросы о признании жилых домов (жилых помещений) непригодными для проживания решаются межведомственной комиссией, создаваемой органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации (далее именуется - комиссия), которые с учетом региональных особенностей расположения муниципальных образований (территориальной разобщенности, плотности населения, состояния жилищного фонда, других факторов) и по согласованию с органами местного самоуправления могут создавать комиссии, действующие на территории одного или нескольких муниципальных образований.

В то же время, сообразно требованию п. 9 того же Положения решение комиссии оформляется актом по форме согласно приложению. Акт составляется в 2 экземплярах, которые подписываются всеми членами комиссии. Члены комиссии, имеющие особое мнение, выражают его (в письменной форме) в отдельном документе, который является неотъемлемой частью акта. В обоих экземплярах акта делается отметка о наличии особого мнения.

Орган местного самоуправления, как это следует из п. 12 того же Положения, в срок не более 10 дней, а в случаях, указанных в пункте настоящего Положения, не позднее дня, следующего за днем поступления акта комиссии, принимает решение о мерах по обеспечению жильем граждан, проживающих в жилых домах (жилых помещениях), признанных непригодными для проживания.

Следовательно, оспариваемое постановление могло быть принято исключительно на основании решения межведомственной комиссии, оформленного его актом, об отнесении названного жилого дома к категории непригодного для проживания.

Между тем, ответчик, не признавая заявленный иск, в обоснование своих возражений, вопреки ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, не представил доказательств принятия соответствующей комиссией на момент принятия оспариваемого постановления указанного решения.

Имеющееся же в деле заключение межведомственной комиссии (л.д. 15) таким доказательством признано быть не может, так как, во-первых, оно датировано 18.05.2006г. и, как следствие, к моменту принятия оспариваемого постановления еще не существовало, а, во-вторых, данная комиссия создана не органами исполнительной власти КБР, как того требует вышеприведенный п. 4 того же Положения, а органом местного самоуправления - Местной администрацией г. Нальчика.

Таким образом, оспариваемый ненормативный акт не соответствует требованиям упомянутого Положения.

В свою очередь, на момент составления межведомственной комиссией также оспариваемого истцом заключения уже действовало Положение о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу, утвержденное постановлением Правительства РФ №47 от 28.01.2006г.

Согласно абзацам первому, четвертому и пятому п. 7 данного Положения признание помещения жилым помещением, пригодным (непригодным) для проживания граждан, а также многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу осуществляется межведомственной комиссией, создаваемой в этих целях (далее - комиссия), на основании оценки соответствия указанных помещения и дома установленным в настоящем Положении требованиям. Орган местного самоуправления создает в установленном им порядке комиссию для оценки жилых помещений муниципального жилищного фонда. В состав комиссии включаются представители этого органа местного самоуправления. Председателем комиссии назначается должностное лицо указанного органа местного самоуправления. В состав комиссии включаются также представители органов, уполномоченных на проведение государственного контроля и надзора в сферах санитарно-эпидемиологической, пожарной, промышленной, экологической и иной безопасности, защиты прав потребителей и благополучия человека, на проведение инвентаризации и регистрации объектов недвижимости, находящихся в городских и сельских поселениях, других муниципальных образованиях, в необходимых случаях органов архитектуры, градостроительства и соответствующих организаций.

Исходя из требований абзаца 7 п. 44 того же Положения Процедура проведения оценки соответствия помещения установленным в настоящем Положении требованиям включает составление акта обследования помещения (в случае принятия комиссией решения о необходимости проведения обследования) и составление комиссией на основании выводов и рекомендаций, указанных в акте, заключения. При этом признание комиссией многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу может основываться только на результатах, изложенных в заключении специализированной организации, проводящей обследование.

Однако, оспариваемое по делу заключение межведомственной комиссии приведенным требованиям не соответствует. Так, в работе этой комиссии при вынесении данного заключения не принимали участия представители органов, уполномоченных на проведение государственного контроля и надзора в сферах санитарно-эпидемиологической, пожарной, промышленной, экологической и иной безопасности, защиты прав потребителей и благополучия человека. Более того, вывод заключения об аварийности и непригодности для проживания указанного жилого дома межведомственной комиссией каким-либо заключением специализированной организацией, проведшей соответствующее его обследование, не подтвержден. Отсутствие же такого заключения признал, в смысле ч. 2 ст. 68 ГПК РФ, представитель ответчика К. в ходе апелляционного производства по делу.

Поскольку оспариваемые ненормативные акты не соответствуют требованиям приведенных нормативных правовых актов и, одновременно с этим, нарушают имущественные права Ш. как собственника квартиры в указанном жилом доме, на которого вследствие их принятия необоснованно возложены обязанности, предусмотренные ч. 10 ст. 32 ЖК РФ в том ее смысле, содержащемся в абзаце 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009г. №14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Россиской Федерации», суд первой инстанции, хотя и по иным правовым основаниям, но по существу правильно удовлетворил, если следовать вышеприведенному предписанию ст. 13 ГК РФ, заявленный по делу иск.

При этом Судебная коллегия не входит в обсуждение довода апелляционной жалобы ответчика о том, что указанный жилой дом постановлением Правительства КБР от 23.10.2009г. №256-ПП отнесен к числу непригодных для проживания и подлежащих сносу, так как, при условиях непредставления им этого доказательства в суд первой инстанции и отсутствия, вопреки требованию абзаца второго ч. 2 ст. 322 ГПК РФ, в его жалобе обоснования невозможности такого представления, данный довод процессуального значения для дела не имеет.

Все остальные доводы апелляционных жалоб, в том числе и о пропуске истцом срока исковой давности, были, приводясь ответчиком и третьим лицом в возражениях на заявленный по делу иск, предметом обсуждения в ходе судебного разбирательства и по мотивам, изложенным в обжалуемом решении, правомерно отвергнуты судом первой инстанции как юридически несостоятельные.



В Судебной коллегии по уголовным делам

В соответствии с п. «а» ч. 4 ст. 18 УК РФ при признании рецидива преступлений не учитываются судимости за предыдущие умышленные преступления небольшой тяжести, а не категория совершенного затем преступления.

Приговором Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 12 февраля 2013 года Я., 1992 года рождения, судимый:- 11.10.2011 года Майским районным судом КБР по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 8 месяцам исправительных работ с удержанием в доход государства 10 % от дохода; 27.02.2012 года Нальчикским городским судом КБР по п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 325 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком в 2 года; 25.09.2012 года Нальчикским городским судом КБР по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы, с применением ст.ст. 70, 71, 74 УК РФ по совокупности приговоров путем присоединения неотбытой части наказания по приговорам Майского районного суда КБР от 11.10.2011 года и Нальчикского городского суда КБР от 27.02.2012 года окончательно - к 2 годам 1 месяцу лишения свободы с отбыванием в колонии - поселении, осужден по:- ч. 1 ст. 159 УК РФ к 1 году лишения свободы;- ч. 1 ст. 159 УК РФ к 1 году лишения свободы. С применением ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения Я. по совокупности преступлений назначено наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ Я. назначено окончательное наказание в виде 3 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима. Срок наказания исчислен с 17 октября 2012 года. Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения.

Я. признан виновным в том, что в середине августа 2012 года во дворе дома № ХХ по ул. Мусукаева в г. Нальчике путем обмана и злоупотребления доверием похитил у несовершеннолетнего Б.Р. сотовый телефон его матери – Б.Н. «Асеr Е 130», чем причинил ущерб на 2749 рублей.. Он же, в середине сентября 2012 года у подъезда дома №ХХ по ул. Ашурова в г. Нальчике путем обмана и злоупотребления доверием похитил у несовершеннолетнего Б.Р. сотовый телефон его матери – Б.Н.. «Nokia 5310», чем причинил ущерб на 1500 рублей.

В апелляционном представлении государственный обвинитель, ссылаясь на неправильное применение уголовного закона и несправедливую мягкость наказания, просил отменить приговор и вынести новый обвинительный приговор, назначив Я. наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима. В представлении было указано, что с учетом судимости по приговору Майского районного суда КБР от 11.10.2011 года действия Я. образуют рецидив преступлений, однако суд при назначении наказания не учел рецидив преступлений как отягчающее обстоятельство и назначил несправедливо мягкое наказание.

В возражении на апелляционное представление осужденный Я. просил оставить приговор суда без изменения, ссылаясь на то, что суд назначил наказание с учетом наличия в его действиях рецидива преступлений, хотя и не отразил это в приговоре.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного КБР апелляционным определением от 16 апреля 2013 года приговор Нальчикского городского суда КБР от 12 февраля 2013 года в отношении Я. изменила, исключив из описательно-мотивировочной части приговора указание на то, что действия Я. в соответствии с п. «а» ч. 4 ст. 18 УК РФ не образуют рецидива преступлений, признала отягчающим обстоятельством наличие в его действиях рецидива преступлений и оставила приговор суда в остальной части без изменения, а апелляционное представление – без удовлетворения, указав следующее.

Согласно ч. 1 ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор в отношении Я. в основном отвечает этим требованиям закона. Однако, как правильно указано в апелляционном представлении, суд вследствие неправильного толкования уголовного закона пришел к ошибочному выводу об отсутствии в действиях Я. рецидива преступлений. Согласно ч. 1 ст. 18 УК РФ рецидивом преступлений признается совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление.

Я. совершил умышленные преступления в отношении Б.Р., имея судимость по приговору Майского районного суда КБР от 11.10.2011 года за ранее совершенное умышленное преступление средней тяжести, за которое ему по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ назначено реальное наказание в виде 8 месяцев исправительных работ. То обстоятельство, что совершенные в отношении Б.Р. преступления относятся к преступлениям небольшой тяжести, не исключает наличие в его действиях рецидива преступлений. В соответствии с п. «а» ч. 4 ст. 18 УК РФ при признании рецидива преступлений не учитываются судимости за предыдущие умышленные преступления небольшой тяжести, а не категория совершенного затем преступления.

Согласно п. 3 ст. 389.15 УПК РФ неправильное применение уголовного закона является основанием изменения приговора суда в апелляционном порядке. Следовательно, из описательно-мотивировочной части приговора необходимо исключить указание на отсутствие в действиях Я. рецидива преступлений и признать наличие рецидива преступлений отягчающим обстоятельством.

Довод апелляционного представления о чрезмерной мягкости назначенного наказания подлежит отклонению, поскольку назначенное судом наказание за каждое преступление больше 1/3 максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ, что отвечает требованиям ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Виновность Я. в совершении преступлений, за которые он осужден, не оспаривается, установлена на основе достаточной совокупности доказательств, исследованных и оцененных судом в соответствии со ст.ст. 87 и 88 УПК РФ.

Принимая во внимание признание Я. своей вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья, на что указано в приговоре, судебная коллегия не считает назначенное ему наказание чрезмерно мягким.

Действия осужденного в обоих случаях правильно квалифицированы по ч.1 ст.159 УК РФ.

Предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований для других изменений или отмены приговора в отношении Я. суд апелляционной инстанции не усматривает.



Обязательным условием назначения исправительной колонии строгого режима является совершение преступления при рецидиве или опасном рецидиве преступлений.
Приговором Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 28 февраля 2013 года, С., 1988 года рождения, судимый Нальчикским городским судом 19.10.2010 года по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году лишения свободы в колонии-поселении (постановлением Прохладненского районного суда КБР от 08.07.2011 года переведен в исправительную колонию общего режима), освобожденный 21.11.2011 года по отбытии срока, осужден по: - ч. 1 ст. 228.1 УК РФ (в редакции ФЗ от 19.05.2010 года) к 4 годам лишения свободы; ч. 2 ст. 228 УК РФ (в редакции ФЗ от 08.12.2003 года) к 4 годам лишения свободы; ч. 1 ст. 232 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы; ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения по совокупности преступлений С. назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Мера пресечения С. в виде заключения под стражу оставлена без изменения. Срок отбытия наказания исчислен с 16.01.2013 года.

Этим же приговором А. осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ с применением ст. 70 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 5000 рублей.

С. признан виновным в том, что 18.10.2012 года примерно в 15 часов по месту своего жительства: КБР, г. Нальчик, ул. Мальбахова, д. ХХ, кв. ХХ незаконно изготовил наркотическое средство - экстракт маковой соломы весом не менее 5,49 гр., часть которого весом не более 0,564 гр., заправив в шприц, в этот же день примерно в 17 часов 30 минут незаконно безвозмездно сбыл находившемуся у него А., который потребил его там же, путем внутривенной инъекции, а оставшуюся часть весом 5,49 гр., что является особо крупным размером, без цели сбыта незаконно хранил на кухне до обнаружения и изъятия сотрудниками УФСКН РФ по КБР 18.10.2012 года в ходе осмотра.

Суд квалифицировал эти действия С. по:

- ч. 1 ст. 228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19.05.2010 года № 87-ФЗ) как незаконный сбыт наркотических средств; ч. 2 ст. 228 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 года № 162-ФЗ) как незаконные изготовление, хранение без цели сбыта наркотического средства, совершенные в особо крупном размере.

Он же, С. признан виновным в том, что с августа 2012 года по 03.01.2013 года содержал указанную квартиру в качестве притона, систематически предоставляя ее разным лицам, в частности, А. и Т. для незаконных изготовления и потребления наркотических средств опийной группы. С. за вознаграждение в виде дозы наркотических средств для личного потребления предоставлял указанным лицам, помимо помещения, специально отведённую посуду и бытовые приборы, необходимые для изготовления наркотических средств, а также сам участвовал в изготовлении наркотиков и принимал меры к сокрытию следов противоправной деятельности. Эти действия С. Квалифицировал по ч. 1 ст. 232 УК РФ как содержание притона для потребления наркотических средств.

Кроме того, С. признан виновным в том, что 03.01.2013 года по указанному месту своего жительства незаконно хранил для личного потребления без цели сбыта наркотическое средство в значительном размере - экстракт маковой соломы общим весом 1,32 гр., которое там же незаконно изготовил А. в тот же день из семян мака и растворителя.

Эти действия С. квалифицированы судом по ч. 1 ст. 228 УК РФ как незаконное хранение без цели сбыта наркотического средства в значительном размере.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный С. просил отменить приговор суда и провести дополнительные следственные действия, мотивируя существенном нарушением уголовно-процессуального закона, утверждая, что обыск в его квартире был незаконно произведен, что химическая экспертиза была проведена неверно, без учета разного состава и консистенции, вследствие чего масса наркотического средства завышена, что суд неоднократно немотивированно отклонял его заявления и ходатайства, в том числе, о назначении повторной химической экспертизу, кроме того, провозгласил приговор в его отсутствие и нарушил сроки вручения копии приговора.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда КБР апелляционным определением от 14 мая 2013 года приговор суда первой инстанции в отношении С. изменила, назначив ему отбывание наказания в исправительной колонии общего режима, в остальном оставила приговор без изменения, а апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения, указав следующее.

Доводы осужденного о существенном нарушении уголовно-процессуального закона опровергаются материалами уголовного дела.

Осмотр жилища С. в каждом случае произведен законно: с его согласия, при понятых и с оформлением протокола в соответствии с требованиями УПК РФ.

Законность осмотра жилища С. подтверждается его письменными заявлениями о согласии на осмотр своей квартиры /т. 1, л.д. 6, 125/ и показаниями, данными на предварительном следствии с участием защитника /т. 1, л.д. 54-56, 183-186/, а также показаниями А. на предварительном следствии /т. 2, л.д. 1-3/, протоколами осмотра места происшествия /т. 1, л.д. 7-9, 126-128/ и показаниями участвовавших при осмотре квартиры понятых: К. /т. 1, л.д. 43-45/, М. /т. 1, л.д. 86-88/, Б. /т. 1, л.д. 174-176; т. 3, л.д. 31-33/, .С. /т. 1, л.д. 177-179; т. 3, л.д. 33-35/.

Заключения химических экспертиз № 580 от 25.10.2012 года /т. 1, л.д. 62-66/ и № 21 от 23.01.2013 года /т. 1, л.д. 215-218/, которые оспаривает осужденный С., получены в результате произведенных на основании постановлений следователя /т. 1, л.д. 57, 210/ экспертиз.

Допустимость и достоверность этих заключений нашла объективную оценку в приговоре суда, не вызывает сомнений и у суда апелляционной инстанции, поскольку даны опытными экспертами соответствующей специальности, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, заключения отвечают требованиям закона по форме и содержанию. Кроме того, эксперт А. в суде показала, что по примененной при производстве химических экспертиз методике погрешностей в массе наркотического средства не бывает /т. 3, л.д. 38/.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованном отклонении судом заявлений и ходатайств не могут быть приняты, поскольку сведений о заявлениях и ходатайствах С., в том числе, на повторную химическую экспертизу, в протоколе судебного заседания нет, замечаний на протокол стороны не подали.

Оглашение приговора в отсутствие подсудимого С. в данном случае не может считаться существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора.

Перед удалением в совещательную комнату 27.02.2013 года председательствующий в соответствии с ч. 2 ст. 295 УПК РФ объявил участникам судебного разбирательства о том, что приговор будет оглашен 28.02.2013 года в 09 часов 30 минут /т. 3, л.д. 50/, заблаговременно предпринял меры по конвоированию содержащегося под стражей подсудимого С. в зал судебного заседания к указанному времени /т. 3, л.д. 27/.

Приговор суда провозглашен в соответствии со ст. 310 УПК РФ после наступления времени, объявленного перед удалением в совещательную комнату, в присутствии второго подсудимого А и секретаря судебного заседания. Неисполнение заявки суда на конвоирование подсудимого при таких обстоятельствах не препятствовало оглашению приговора в назначенное время, не позволяло суду отложить провозглашение приговора до доставки подсудимого С. в зал судебного заседания.

Копии приговора в пределах предусмотренного ст. 312 УПК РФ срока в 5 суток вручены защитникам, направлены начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН РФ по КБР для вручения осужденным С. и А. по месту содержания их под стражей / т. 3, л.д. 66-68/.

Суд, постановивший приговор, обеспечил право сторон, в том числе С., на апелляционное обжалование приговора.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, хотя обратное необоснованно утверждается в апелляционной жалобе осужденного С.

Суд учел все значимые обстоятельства, непосредственно исследовал и объективно оценил доказательства в соответствии с требованиями ст.ст. 87 и 88 УПК РФ, не допустил существенных противоречий в выводах.

Виновность С. в совершении каждого из преступлений, за которые он осужден, установлена судом на основе достаточной совокупности доказательств, приведенных в приговоре, не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции.

Квалификация действиям С. дана правильно, с учетом правил ст. 10 УК РФ о действии уголовного закона во времени.

Наказание осужденному С. назначено справедливо как за каждое преступление, так и по их совокупности. Суд согласно ст. 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, его личность, которая положительно характеризуется по месту жительства и прохождения военной службы. Смягчающими обстоятельствами суд признал молодой возраст С. и смерть его матери, а отягчающих обстоятельств не усмотрел. Необходимость назначения наказания в виде реального лишения свободы и невозможность применения к нему ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 и 82.1 УК РФ достаточно мотивированы в приговоре.

Вместе с тем, суд неправильно применил уголовный закон и при отсутствии рецидива преступлений ошибочно назначил осужденному С. за тяжкое преступление отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима вместо общего режима.

Пленум Верховного Суда РФ в абз. 3 п. 8 постановления от 12.11.2001 года № 14 «О практике назначения судами видов исправительных учреждений» указал, что в случае осуждения к лишению свободы за тяжкое преступление лица мужского пола, ранее отбывавшего лишение свободы, но действия которого не содержали рецидива или опасного рецидива преступлений, вид исправительного учреждения назначается в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, так как обязательным условием назначения исправительной колонии строгого режима является совершение преступления при рецидиве или опасном рецидиве преступлений.

Неправильно применение уголовного закона является согласно п. 3 ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке.

Допущенное судом первой инстанции неправильное применение уголовного закона в данном случае может быть исправлено судом апелляционной инстанции посредством изменения приговора.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущие отмену приговора судебная коллегия не усматривает.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница