Действующие лица: владимир юноша, 17 лет



Скачать 442.13 Kb.
страница1/3
Дата27.12.2017
Размер442.13 Kb.
  1   2   3

Дэн и Яна Гуменные

МОЯ ЛОЛИТА

пьеса
Действующие лица:

ВЛАДИМИР — юноша, 17 лет;

АННА — репетитор, 42 года;

ДЖЕЙН — мама Владимира, подруга Анны, 40 лет;

ЛОРА — одноклассница Владимира, 18 лет;

ЛИЛАНД — отчим Лоры, 47 лет.

ПЕРВЫЙ АКТ.
СЦЕНА ПЕРВАЯ.

Квартира АННЫ.
ВЛАДИМИР. (читает)

«...все проходит, мой друг, — забормотал он. — Любовь, молодость все, все. История пошлая, обыкновенная. С годами все проходит. Как это сказано в книге Иова? «Как о воде протекшей будешь вспоминать».

Что кому бог дает, Николай Алексеевич. Молодость у всякого проходит, а любовь другое дело.

Он поднял голову и, остановясь, болезненно усмехнулся:



Ведь не могла же ты любить меня весь век!

Значит, могла. Сколько ни проходило времени, все одним жила. Знала, что давно вас нет прежнего, что для вас словно ничего и не было, а вот... Поздно теперь укорять, а ведь правда, очень бессердечно вы меня бросили, сколько раз я хотела руки на себя наложить от обиды от одной, уж не говоря обо всем прочем. Ведь было время, Николай Алексеевич, когда я вас Николенькой звала, а вы меня помните как? И все стихи мне изволили читать про всякие «темные аллеи»...»
ВЛАДИМИР. Мне кажется, она права. По-любому остается след.

АННА. Можешь дать более полный ответ?

ВЛАДИМИР. Но отрывок же я выбрал правильный?

АННА. Отрывок правильный, но я хочу услышать твои мысли по этому поводу.

ВЛАДИМИР. Ну, по-любому человек после себя что-то оставляет: мусор, может детей...

АННА. Ты как современный немецкий писатель: употребляешь «мусор» и «дети» в одном предложении.

ВЛАДИМИР. От детей остаются горы мусора.

АННА. У Бунина ребенок умер в пятилетнем возрасте.

ВЛАДИМИР. Я не знал...

АННА. Тебе-то откуда про детей знать?

ВЛАДИМИР. Я раньше сидел с соседским ребенком. Мне иногда даже нравилось. Они теперь переехали.

АННА. И все, что ты запомнил — это беспорядки после игры?

ВЛАДИМИР. Мне приходилось за ним убирать. Вот это мне, кстати, в них не нравилось. Дети прикольные сами по себе, но только не то, что после себя оставляют.

АННА. Почему мы говорим о детях, а не о Бунине?

ВЛАДИМИР. Мне кажется, его это волновало...

АННА. Например?

ВЛАДИМИР. Это тоже будет в билетах?

АННА. Тема счастья и смысла жизни в творчестве И. А. Бунина.

ВЛАДИМИР. Я ж не на филологический поступаю.

АННА. Поздравляю! Журналистика — это тоже филологический.

ВЛАДИМИР. Может, тогда лучше в театральный? Меня в школе в спектакль выбрали.

АННА. Там тексты наизусть учить нужно!

ВЛАДИМИР. Тогда — на филологический.

АННА. Не сдашь экзамены — твоя мама снова со мною разговаривать не будет.

ВЛАДИМИР. Она мне о вас никогда не рассказывала.

АННА. Мы долго не общались.

ВЛАДИМИР. А как вы познакомились?

АННА. Для успешной сдачи экзамена это не важно.

ВЛАДИМИР. Я не понимаю, почему Бунина считают классиком.

АННА. Подумай, о каком времени он писал? А в каком жил?

ВЛАДИМИР. Ну, я понимаю, что он писал про империю, которой больше нету. Но я не понимаю, как можно тосковать так за прошлым.

АННА. Я вчера составляла расписание. Написала преподавателю, которого кладут на обследование, можно ли поставить занятие на конец февраля? Мне пришел ответ: «Ставьте, я не знаю будущего...» (пауза) Я не знаю будущего, но помню прошлое. Вот и вся правда о жизни. Безжалостная красота. Не понимаю, зачем тебе это рассказала...

ВЛАДИМИР. Мне кажется, это логика трупа. Человек умер — гниет в земле. Еще год назад он был богат и счастлив, а сегодня — все...

АННА. По-твоему, я — труп?



ВЛАДИМИР. Я такого не говорил, вы первая начали!

АННА. Ты многое себе позволяешь!

ВЛАДИМИР. Мы говорим о вечных темах у Бунина, а вы снова принимаете на свой счет.

АННА. Джейн вырастила редкостного хама.

ВЛАДИМИР. Давайте не будем о маме!

АННА. С удовольствием!


Молчат.
ВЛАДИМИР. Не пойму, что вас так взбесило: труп или дети?

АННА. Не перегибай!

ВЛАДИМИР. Я напишу про вас рассказ.

АННА. И чем я это заслужила?

ВЛАДИМИР. Мне интересны такие женщины.

АННА. Почему «женщина»? Девушка!

ВЛАДИМИР. Ну, возраст... опыт...

АННА. Возраст... опыт... Знаешь, как больно, когда тебя впервые называют «женщиной»? Девочки, такие как ты, на кассах в супермаркетах: женщина, вам большой пакет? Женщина! А мне ей хочется этот пакет на голову...

ВЛАДИМИР. Если вам так комфортнее... Девушка!

АННА. Мне комфортнее — чтобы ты ушел.

ВЛАДИМИР. У нас еще 7 минут.

АННА. Ты знаешь притчу про слона и волка?

ВЛАДИМИР. Слон наступил волку на ухо?

АННА. Почти угадал!

ВЛАДИМИР. За 7 минут успеете рассказать?

АННА. Тебе еще одеваться!

ВЛАДИМИР. А чай?

АННА. Обойдешься!

ВЛАДИМИР. Ну, девушка!

АННА. Убирайся!

ВЛАДИМИР. А ведете себя, как «женщина»!

АННА. Попробуй еще хоть раз!

ВЛАДИМИР. Женщина!

АННА. Пошел вон!

ВЛАДИМИР. Точно, женщина!

АННА. Уходи, пожалуйста!

ВЛАДИМИР. «Лишь бы бог меня простил! А ты меня, видно, простила».

АННА. И не надо мне тут цитировать Бунина!

СЦЕНА ВТОРАЯ.

Класс. Звонок прозвенел. Учителя нет. ВЛАДИМИР тоже опаздывает.
— Снова Толстопузая опаздывает!

— Пока свое пузо дотянет!

— Прикинь, у Толстопузой родится пузатый ребенок!

— Ты попробуй ей это в глаза сказать! Лучше домашку спиши правильно!

— Там во втором задании ошибка!

— Толстопузая не заметит!

— Если весь класс перепишет, то точно заметит!

— Не заметит!

— Пусть думает, что это от таблеток — она их пригоршнями жрет!

— У нее будет ребенок-обдолбышь, с рождения на колесах!

ЛОРА. Рты закрыли! Еще 10 минут — и законно уходим.
Резко открывается дверь. ВСЕ встают. Входит ВЛАДИМИР.
ЛОРА. А, это ты! Высадил, блин!

ВЛАДИМИР. Присаживайтесь!

— Там Пузатой не видно?

ВЛАДИМИР. У нее есть имя!

ЛОРА. Книжек начитался?

ВЛАДИМИР. Так сложно к человеку нормально относиться?

ЛОРА. А мы, что — ненормально? Как заслуживает, так и относимся!

ВЛАДИМИР. Наша страна нуждается в идиотах!

ЛОРА. Ты на что намекаешь?

ВЛАДИМИР. Свободная касса!

— А ты, значит, лучше!

— Маменькин сынок!

ВЛАДИМИР. У меня хватает ума не списывать домашку.

ЛОРА. Поговори еще 5 минут и мы уйдем!

— Лора, снова будут проблемы с директором!

ЛОРА. То есть, вы остаетесь?

— Нам не нужны проблемы!

ЛОРА. Остаетесь с нашим Владимиром? Давайте все будем такими как он — эгоистичными ублюдками!

ВЛАДИМИР. Вижу, я тебе не безразличен. Слышишь, а ты не влюбилась?

ЛОРА. А ты не охуел?

ВЛАДИМИР. Точное попадание!

ЛОРА. Не знаю, как кому, а мне уже надоело! Вы идете?


Класс гудит.
ЛОРА. Или оставайтесь с тем, кто об вас ноги вытирает! Если все уйдут, ничего не будет!

— Скажем Толстопузой, что она урок перенесла.

— Не, скажем, что ее урок отменили!

— Или в другом кабинете ждали!

— Может, она вообще рожает, а мы ее ждем!

ЛОРА. Тогда, это надолго! Владимир, последний шанс — идешь с нами?

ВЛАДИМИР. Я на такое не поведусь!

ЛОРА. Ну и сиди, как лох!

ВЛАДИМИР. Ты хоть понимаешь значение этого слова?

ЛОРА. Умничаешь? Оставайся один!


Класс медленно, не все сразу — уходят. ВЛАДИМИР остается один. Достает из портфеля книгу. Открывает. Читает:
ВЛАДИМИР. (читает)

Лолита, свет моей жизни, огонь моих чресел. Грех мой, душа моя. Ло-ли-та: кончик языка совершает путь в три шажка вниз по небу, чтобы на третьем толкнуться о зубы. Ло. Ли. Та. Она была Ло, просто Ло, по утрам, ростом в пять футов (без двух вершков и в одном носке). Она была Лола в длинных штанах. Она была Долли в школе. Она была Долорес на пунктире бланков. Но в моих объятьях она была всегда: Лолита...

Вот он с ритмом работает... Наверное, один из последних... Вот как он это делает?
Далее — читает, но не вслух. Через некоторое время дверь открывается — входит ЛОРА.
ВЛАДИМИР. Довольно неплох получилось. Но про «вытирает о нас ноги» — ты уже загнула!

ЛОРА. Что-то меня понесло.

ВЛАДИМИР. Ты иногда переигрываешь. А вот про «эгоистичного ублюдка» мне очень понравилось!

ЛОРА. Я старалась.

ВЛАДИМИР. Ты слишком в это вкладываешься. Попробуй остраниться!

ЛОРА. Так будет естественнее?

ВЛАДИМИР. Не надо «естественнее», надо — чтобы поверили.

ЛОРА. А они и поверили!

ВЛАДИМИР. Думаю, на сцене будет не сложнее.

ЛОРА. Ты уговорил маму прийти в школу?

ВЛАДИМИР. Мы с ней не разговариваем!

ЛОРА. А если поиграть?

ВЛАДИМИР. Я не могу с нею играть.

ЛОРА. И как же быть с «Днем Матери»?

ВЛАДИМИР. Может Толстопузая и правда родит к тому времени! Нам дадут нового учителя и ты сможешь сыграть мою маму.

ЛОРА. Я буду играть свою маму!

ВЛАДИМИР. Отчим так и не привел в дом никого?

ЛОРА. Мы можем поговорить о чем-то другом?

ВЛАДИМИР. Чего ты заводишься?

ЛОРА. Ничего, мы будем репетировать?

ВЛАДИМИР. С какой сцены? Пока тебя не было, я повторял монолог!

ЛОРА. Ло-ли-та... Уже получается?

ВЛАДИМИР. Да, как-то не очень.

ЛОРА. «Seva ascendes, pulsata, brulans, kitzelans, dementissima. élevator clatterans, pausa, clatterans, pupulus in corridoro. Hanc nisi mors mihi adimet nemo! Juncela puelulla, jo pensavo fondissime, nobserva nihil quidquam».

ВЛАДИМИР. И что это значит?

ЛОРА. Все в свое время!

ВЛАДИМИР. Следующая репетиция у тебя?

ЛОРА. Когда отчима дома не будет.

ВЛАДИМИР. И когда его не будет?

ЛОРА. Думаю, завтра в четыре.

ВЛАДИМИР. И чем займемся сейчас?

ЛОРА. Первым монологом!

ВЛАДИМИР. (читает)

Лолита, свет моей жизни, огонь моих чресел. Грех мой, душа моя. Ло-ли-та: кончик языка совершает путь в три шажка вниз по небу, чтобы на третьем толкнуться о зубы. Ло. Ли. Та...


Дверь открывается. Входит учительница.
— Ааа... Где все?

ЛОРА. Они, это...

ВЛАДИМИР. Приходил Гамельнский крысолов, заиграл и все крысы ушли с ним.

ЛОРА. Он вообще-то детей уводил!

ВЛАДИМИР. Наш — увел крыс.

— А вы почему здесь?

ВЛАДИМИР. А мы — мышки!

ЛОРА. Белые и пушистые!

ВЛАДИМИР. На нас это не действует!

СЦЕНА ТРЕТЬЯ.



Дома у ВЛАДИМИРА.
ВЛАДИМИР. Что у нас есть?

ДЖЕЙН. Посмотри в морозилке!

ВЛАДИМИР. Могла бы и приготовить!

ДЖЕЙН. Ты уже большой мальчик!

ВЛАДИМИР. Достали полуфабрикаты.

ДЖЕЙН. Тогда сам себе готовь.

ВЛАДИМИР. Можно подумать, ты мне готовишь.

ДЖЕЙН. Что ты от меня хочешь?

ВЛАДИМИР. В школу сходи.

ДЖЕЙН. Достал со своим «Днем Матери»! Я же сказала: не могу!

ВЛАДИМИР. «И не хочу!», да?

ДЖЕЙН. Да!

ВЛАДИМИР. При папе ты такой не была.

ДЖЕЙН. Давай не будем о нем!

ВЛАДИМИР. Не вижу причины, почему нет.

ДЖЕЙН. Ты хочешь поговорить об этом? Давай!

ВЛАДИМИР. Присядешь на кушеточку?

ДЖЕЙН. Мне и так удобно!

ВЛАДИМИР. Начинай: «Ты мне жизнь испортил, бла-бла-бла...».

ДЖЕЙН. А что, нет? Из-за тебя мы с отцом редко были вместе! Сколько дней мы недополучили! Все тебе, ничего не жалея! Ночи недоспанные... Дети должны приносить радость! А ты? Что ты нам принес? Отца в могилу...

ВЛАДИМИР. Я устал уже от этого бреда! Снова и снова одно и то же. Смени пластинку!

ДЖЕЙН. Не говори со мною! Каждый раз после наших разговоров я вынуждена бежать к психологу. Знал бы, сколько я на это трачу. Только о себе и думаешь!

ВЛАДИМИР. Это деньги отца.

ДЖЕЙН. Если бы ты только знал, как мне плохо, но я желаю тебе добра. Я должна наполнить свою жизнь радостью. Когда твой «День матери»?

ВЛАДИМИР. Все-таки пойдешь?

ДЖЕЙН. Конечно пойду, я же все-таки твоя мать. Как я тебя брошу?

ВЛАДИМИР. Через неделю.

ДЖЕЙН. Точнее?

ВЛАДИМИР. В следующую пятницу. В 16-00.

ДЖЕЙН. Нет, ты не можешь так со мной поступить! Ты прекрасно знаешь, что в это время по пятницам у меня визит к психологу. Я не могу его пропустить!

ВЛАДИМИР. Ты же только что обещала!

ДЖЕЙН. Жизнь такая переменчивая. Сегодня ты готовишь ему завтрак. А завтра его больше нету.

ВЛАДИМИР. Ты хоть его любила?

ДЖЕЙН. Мне нужны таблетки.

ВЛАДИМИР. Ты слышишь меня?

ДЖЕЙН. Где мои таблетки?

ВЛАДИМИР. Ты любила его?

ДЖЕЙН. Мне нужны мои таблетки!

ВЛАДИМИР. О чем это я? Ты не способна любить!

ДЖЕЙН. Откуда тебе знать про любовь? Найди эту чертову баночку... коробочку... найди и катись отсюда!

ВЛАДИМИР. Под холодильником!

ДЖЕЙН. Достань! Мне плохо. Я задыхаюсь!

ВЛАДИМИР. Я же просто маленький мальчик!

ДЖЕЙН. Помоги мне!

ВЛАДИМИР. А волшебное слово?

ДЖЕЙН. Пошел вон!


ВЛАДИМИР уходит.
ДЖЕЙН. Стой! Куда ты пошел!

ВЛАДИМИР. Определись уже!

ДЖЕЙН. Мне нужна твоя помощь. Я не хотела тебе говорить. Я была у врача — я умираю. Уже скоро. Мне нужны эти долбаные таблетки.

ВЛАДИМИР. Ты всегда умела красиво врать! Папе это нравилось. Но я же — не он.

ДЖЕЙН. Четвертая стадия. Метастазы везде. Неоперабельно. И химия бесполезна.

ВЛАДИМИР. Завтра будет свиной грипп? А послезавтра СПИД? Зачем вообще весь этот разговор?

ДЖЕЙН. Похоронишь меня возле отца?

ВЛАДИМИР. Будешь стоять в урне на холодильнике. (Уходит)

ДЖЕЙН. И кто ж тебе меня заменит?

СЦЕНА ЧЕТВЕРТАЯ.



У дверей дома Лоры. ВЛАДИМИР стучит в дверь. Еще и еще. Никто не открывает. И тут наконец:
ЛОРА. Я тебя не ждала. Мы на завтра договаривались!

ВЛАДИМИР. Скажем так, возникли непредвиденные обстоятельства.

ЛОРА. Ты должен уйти!

ВЛАДИМИР. Мне некуда. Мы с Джейн посрались...

ЛОРА. Ничем не могу помочь.

ВЛАДИМИР. Она говорит, что смертельно больна.

ЛОРА. Избавь меня от этих подробностей. Уходи!

ВЛАДИМИР. Мне, правда, некуда.

ЛОРА. Сейчас отчим вернется. Не хочу, чтобы вы встречались.

ВЛАДИМИР. Предлагаешь мне шляться по улицам?

ЛОРА. Иди и помирись с мамой! (захлопывает дверь)

ВЛАДИМИР. Помогла, блин...


ВЛАДИМИР идет домой по ночному городу.
На противоположной стороне улицы видит лежащего МУЖЧИНУ. ВЛАДИМИР подходит к нему.
ВЛАДИМИР. Вы живы? Плохо? Слышите меня? (МУЖЧИНА не отвечает) Можете встать? ( МУЖЧИНА что-то мычит в ответ) Давайте, я вам помогу! Вот так! Держитесь. Тяжелый. Блин, ну и разит... Зачем так напиваться. Пойдемте на лавочку. (сваливает МУЖЧИНУ на лавку) Держитесь?

МУЖЧИНА. Я долго держался.

ВЛАДИМИР. Простите?

МУЖЧИНА. Не прощу...

ВЛАДИМИР. Я спешу. Вам еще что-то надо?

МУЖЧИНА. Не ври.

ВЛАДИМИР. Простите...

МУЖЧИНА. Я пока лежал, видел, как ты прогуливался.

ВЛАДИМИР. Что-то не спится.

МУЖЧИНА. Я знаю это выражение лица — тебе просто некуда идти.

ВЛАДИМИР. Помочь вам добраться домой?

МУЖЧИНА. Ты слишком добрый — этот мир сожрет тебя.

ВЛАДИМИР. Поверьте, я не добрый. Совсем...

МУЖЧИНА. Мир сожрет тебя...

ВЛАДИМИР. Простите.

МУЖЧИНА. Много извиняешься!

ВЛАДИМИР. Если вам больше ничего не надо — я пойду.

МУЖЧИНА. Садись! Расскажу тебе...

ВЛАДИМИР. (уходя) Хватит на сегодня историй!

МУЖЧИНА. У нее были тонкие руки, медового оттенка кожа, длинные ресницы и большой яркий рот... (МУЖЧИНА встает с лавки. Идет за ВЛАДИМИРОМ. Но снова падает. Садится на асфальт). Мозги у нас были настроены в тон...


ВЛАДИМИР пытается поднять МУЖЧИНУ. Потом — садится рядом.
МУЖЧИНА. Она мечтала стать сестрой милосердия в какой-нибудь голодающей азиатской стране. А я мечтал быть знаменитым шпионом. Мы были неуклюже влюблены друг в друга. И, знаешь, безнадежно. Мы даже не могли найти место, чтобы переспать. Все, что нам разрешали: лежать под присмотром взрослых. Там, на мягком песке в нескольких шагах от старших. Ее загорелые пальцы подползали ко мне. А песочные замки служили прикрытием для беглого соленого поцелуя.
Она говорила, что этот поцелуй напоминает ей о родине. Соль была дорога, но стоила дешевле, чем кофе и сигареты. У ее отца было много алкоголя — это помогло им выжить. Помогло бежать из края, где дерьмо попало на вентилятор, а политики продолжали говорить, что все хорошо.
Парень, тебе стоит подготовиться. Спички, зажигалки и батарейки. Батарейки дороже, чем алкоголь. Ты будешь самым богатым. Женщины станут отдаваться тебе за кофе и сигареты. Жаль, что не все они курят.
Ты готов к новой Великой Войне?
ВЛАДИМИР. Я, пожалуй, пойду...

МУЖЧИНА. Сядь! Все,что от нее осталось, это отпечатки на песке. Утром их смыло прибоем. А четыре месяца спустя она умерла от тифа. Кто в наше время умирает от тифа?

ВЛАДИМИР. Ей не повезло.

МУЖЧИНА. Это нам не повезло! Ты готов к Великой Войне?

ВЛАДИМИР. Да пошел ты!

МУЖЧИНА. (бьет не глядя. Наваливается на ВЛАДИМИРА. Тот пытается вырваться. Хватает за ноги. Борются. МУЖЧИНА оказывается сверху. Избивает ВЛАДИМИРА) Ты должен быть готов! Всегда готов! Мир сходит с ума! Мало ли, кого ты встретишь на улице. Не все вернутся с Великой Войны! (С трудом встает. ВЛАДИМИР харкает кровью) Иди домой и будь на чеку. Все изменится в один день! Сегодня ты готовишь ей ужин, а завтра ее больше нет! (уходит)


ВЛАДИМИР встает. Пошатываясь бредет домой. Через время он перед дверями собственного дома. Стоит. Не решается стучать. Уходит.

СЦЕНА ПЯТАЯ.



У дверей квартиры АННЫ.
АННА. Я тебя не ждала!

ВЛАДИМИР. Возникли непредвиденные обстоятельства.

АННА. Что с лицом?

ВЛАДИМИР. Получил урок.

АННА. А почему ко мне пришел?

ВЛАДИМИР. Больше не к кому.

АННА. Так и будем стоять? Заходи — умоешься. Кто тебя так? Помнишь, где ванна? Заходи, сейчас принесу чистое полотенце.
ВЛАДИМИР моет лицо. АННА входит в ванную.
АННА. Снимай это. Я заброшу в машинку.

ВЛАДИМИР. Может, вы выйдите?

АННА. Я отвернусь.

ВЛАДИМИР. Ну, пожалуйста.

АННА. Думаешь чем-то меня удивить?
Отворачивается. ВЛАДИМИР раздевается. Лезет в ванную.
АННА. Отмокай. Возьму аптечку. (протирает раны) Это Джейн тебя так?

ВЛАДИМИР. Вы издеваетесь?

АННА. Почему же? Она сильная женщина.

ВЛАДИМИР. Ай, больно...

АННА. Потерпи. Мужчины не плачут. Давай подую. Ну, вот. Гораздо лучше.

ВЛАДИМИР. Теперь вы уйдете?

АННА. Ты хочешь, чтобы я ушла из собственной ванной?

ВЛАДИМИР. Простите, мне не удобно...

АННА. Никогда еще не был в ванной с «женщиной»?

ВЛАДИМИР. Мне кажется, я извинился.

АННА. Кажется! У тебя губы распухли. Нужно лед приложить. (Целует его) Прости, я не хотела! Точнее, хотела, но... (снова его целует. Сбрасывает с себя халат. Погружается к нему в ванную)
Через некоторое время. Кухня. АННА готовит чай. ВЛАДИМИР входит в полотенце.
АННА. Выглядишь уже лучше.

ВЛАДИМИР. И что это было?

АННА. Я просто тебя поцеловала. Джейн, вообще, знает, где ты?

ВЛАДИМИР. Думаю, ей не стоит.

АННА. Кто тебя так? Увел чужую девушку?

ВЛАДИМИР. Помог одному пьянице, а он меня так...

АННА. Отблагодарил?

ВЛАДИМИР. Мне две ложки сахара.

АННА. Я пью без сахара.

ВЛАДИМИР. Белая смерть?

АННА. Белая смерть — это соль. А сахар — просто сахар. И у меня его нет.

ВЛАДИМИР. А мед?

АННА. Твоя подружка не обидится?

ВЛАДИМИР. Она — не моя подружка.

АННА. Это ты так считаешь или она сказала?

ВЛАДИМИР. Мы просто играем вместе в одной пьесе...

АННА. Какая прелесть — школьная самодеятельность. Целовались за кулисами?

ВЛАДИМИР. Она не... Целовались.

АННА. Тебе стоило бы потренироваться.

ВЛАДИМИР. Все так плохо?

АННА. Потенциал хороший. Не хватает практики.

ВЛАДИМИР. Удар ниже пояса.

АННА. Только не впадай в депрессию.

ВЛАДИМИР. Давайте обойдемся без психоанализа.

АННА. Все проблемы мужчин — из детства. Мама недолюбила?

ВЛАДИМИР. Вы — опытная женщина. Знаете, где надавить. Но только мужчине на первом свидании такого не говорят.

АННА. У нас с тобою свидание?

ВЛАДИМИР. А почему бы и нет?

АННА. Для этого нужно как минимум одеться и пригласить меня в приличное место!

ВЛАДИМИР. То есть, вы не против?

АННА. Почему бы и нет. Но первое свидание ты с треском провалил.

ВЛАДИМИР. Порекомендуете что-то почитать на эту тему?

АННА. Чтение тебя не спасет. Нужна практика.

ВЛАДИМИР. (после некоторого раздумья, становится на колени) Не согласитесь ли вы стать моею девушкой?

АННА. Переигрываешь!

ВЛАДИМИР. Я никогда этому не научусь...

АННА. Просто пригласи меня в ресторан! Каждый платит за себя.

ВЛАДИМИР. Я в состоянии заплатить.

АННА. Разобьешь свинку-копилку?

ВЛАДИМИР. Сам заработал!

АННА. О, да ты уже большой мальчик.

ВЛАДИМИР. Обидно получилось.

АННА. Ладно, прости. Не выходит серьезно, когда ты в полотенце. Давай попробуем сначала.

ВЛАДИМИР. Пойдете со мной в ресторан?

АННА. Да! (пауза) По крайней мере, это может быть забавно.

СЦЕНА ШЕСТАЯ.



В трамвае.
ВЛАДИМИР. Забавно?

АННА. Какая дурацкая идея — ехать в ресторан на трамвае!

ВЛАДИМИР. Учтите, что я их с детства боюсь!

АННА. Аннушка неудачно пролила масло?

ВЛАДИМИР. Что?

АННА. Это Булгаков!

ВЛАДИМИР. В книжке про кота?

АННА. Ты никогда не сдашь эти экзамены!

ВЛАДИМИР. Сдам! У меня есть ты.

АННА. Как просто ты перешел на «ты». Но меня нельзя взять с собою на экзамен!

ВЛАДИМИР. Я положу тебя в карман!

АННА. Ты строишь слишком долгосрочные планы!

ВЛАДИМИР. С тобою нет страха облажаться.

АННА. Мне сложно привыкнуть к твоему сленгу.

ВЛАДИМИР. Ты еще не слышала сленга!

АННА. Уступи дедушке место! (тихо.) А то он сейчас развалится.

ВЛАДИМИР. Ой, простите, садитесь!

ДЕДУШКА. Спасибо! И я, девушка, хорошо слышу!

АННА. Так неудобно. Но смешно...

ДЕДУШКА. Обхохочишься! Вы как моя третья жена.

АННА. А что с первыми двумя?

ВЛАДИМИР. Он их убил в каморке под лестницей, как Синяя Борода!

ДЕДУШКА. Какие сказки вы читаете сыну на ночь! Кем он у вас вырастит?

ВЛАДИМИР. Мама, можно я его ударю?

АННА. Владимир, веди себя прилично! Разве можно грубить старшим?

ВЛАДИМИР. Только не наказывай меня, мамочка.

АННА. Останешься без сладкого!

ДЕДУШКА. В мое время за такое пороли!

АННА. Предлагаете его отшлепать?

ВЛАДИМИР. Вот поэтому я и ненавижу трамваи!

АННА. Почему же, вполне милая беседа, поучительная. Такой солидный мужчина... А что с третьей женой?

ДЕДУШКА. Жива моя птичка-мозгоклюйка!

АННА. Какая у вас искренняя любовь! А давно вы вместе?

ДЕДУШКА. А вы со своим?

АННА. Он давно уже сбежал к моей лучшей подруге. Зато, оставил мне это сокровище!

ВЛАДИМИР. Мама, нам нужно выходить!




Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница