Доклад Патриарха Московского и всея Руси Кирилла на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви



страница3/7
Дата17.11.2018
Размер1.03 Mb.
ТипДоклад
1   2   3   4   5   6   7

Монастыри и монашество

Центрами просвещения на Руси издревле были монастыри. Не случайно Собор 2013 года отдельное внимание обратил на необходимость выстроить «систему получения монашествующими богословского образования».33

Работу в этом направлении пока нельзя назвать в полной мере удовлетворительной. Лишь в 2015 году на утверждение Священного Синода была представлена Концепция создания и организации образовательных курсов для монашествующих. Еще позднее были разработаны Церковный образовательный стандарт по вопросам образования монашествующих и сопутствующие стандарту документы. На сегодняшний день сформирована документальная основа для организации базового образования монашествующих. Практическое осуществление соборного поручения до сих пор находится на начальной стадии, хотя мне известно, что в ряде епархий архипастыри уже в той или иной форме организовали обучение монашествующих. Синодальному отделу по монастырям и монашеству надлежит активнее участвовать в этой работе. Призываю всех вас, владыки, также уделить этому особое внимание. Если у вас есть какие-либо пожелания по этому поводу, прошу вас высказаться в ходе наших соборных заседаний.

В ходе изучения этой темы ряд епархий и монастырей предложили, чтобы образовательные курсы проводились на территории монастырей. Это позволит избежать вынужденного регулярного отсутствия монашествующих в обители для поездок в образовательные учреждения. Поскольку речь идет не о высшем образовании, но о преподавании базовых богословских знаний, это предложение было одобрено. При этом хотел бы предостеречь игуменов и игумений от попыток превратить это обучение в разновидность «бесед» с монахами. Обучение должно состоять из простых, но полноценных занятий и аттестации. Кроме того, напомню, что для монашествующих, представляемых к хиротонии в священный сан, требования к образовательному цензу не ограничиваются базовыми богословскими знаниями, но аналогичны требованиям к любым ставленникам.

Успешным можно назвать опыт проведения стажировок для кандидатов на игуменские должности прежде их утверждения Священным Синодом. От рекомендательной в 2011 году стажировка стала сегодня обязательной частью обучения таких кандидатов. Стажировка проходит, как правило, в одной из ставропигий или в крупном епархиальном монастыре, что позволяет кандидатам в игумены и игуменьи ознакомиться с внутренней жизнью современных монашеских центров нашей Церкви. Это особенно важно для тех, кто проходил свое монашеское послушание в отдаленных малочисленных монастырях. Как показала практика, одним из условий хорошего результата стажировки является личное участие игумена или игуменьи принимающего монастыря в обучении стажера. Постоянный контакт с ним принимающего настоятеля и отеческое попечение оказывают благотворное влияние и способствуют тому, чтобы стажер в будущем так же относился к тем монахам, которые будут вверены его руководству.

В ближайшие дни нам предстоит серьезный разговор о монашестве в связи с рассмотрением проекта Положения о монастырях и монашестве, который разрабатывался в течение почти семи лет в Межсоборном Присутствии. После разработки в профильной комиссии документ выносился на первое церковно-общественное обсуждение весной 2012 года и получил множество отзывов, после чего был направлен на доработку. Новый текст был опубликован летом 2014 года, после чего вновь дорабатывался, а затем был рассмотрен Пленумом Межсоборного Присутствия в январе сего года. Это поистине плод долгой и кропотливой работы, в ходе которой учитывались самые различные мнения. Это Положение, если оно будет нами соборно принято, должно послужить дальнейшему развитию современной монастырской жизни в русле исконных традиций русского монашества.


Миссионерская деятельность

Архиерейский Собор 2013 года определил несколько основных векторов миссионерской деятельности. Это так называемая внутренняя миссия, противосектантская работа и миссия среди коренных малочисленных народов34.

Что касается решения последней задачи, то усилиями Синодального миссионерского отдела, начиная с 2013 года, в епархии Дальнего Востока Крайнего Севера и Восточной Сибири был командирован в общей сложности 141 миссионер, а именно 92 священника и 49 мирян из числа студентов миссионерских учебных заведений. Опираясь на полученный опыт, можно сказать, что миссия среди коренных малочисленных народов наиболее успешна там, где в нее активно включается местная епархия, не дожидаясь призывов из синодальной структуры. В качестве положительного примера можно назвать Южно-Сахалинскую епархию, в которой в 2013 году был образован отдел по работе с коренными малочисленными народами. Помимо окормления крещеных представителей коренного населения, представители этого отдела на регулярной основе посещают национальные села, проводят встречи и беседы с населением, а также развивают сотрудничество с профильным региональным управлением и общественными организациями. Считаю, что именно таким образом, опираясь в первую очередь на местную инициативу, следует развивать данное направление церковной миссии, сохранив при этом практику временного командирования Синодальным отделом клириков для обеспечения регулярной богослужебной жизни в отдаленных населенных пунктах.

Относительно других векторов миссионерской деятельности прошлогодний Собор выразил озабоченность, а именно, счел «необходимым переосмысление и совершенствование миссионерской деятельности»35. Это касается, в первую очередь, «внутренней миссии», то есть просвещения тех, кто уже крещены, но не в полной мере приобщились к жизни Церкви, а также тех, кто, не будучи крещены, принадлежат к народам, исторически исповедующим Православие. Необходимо ясно определить, что такое миссионерская деятельность, а также как она должна осуществляться на общецерковном уровне и на уровне отдельных епархий или приходов.

Помимо прочего, в сфере «внутренней миссии» следует также уточнить распределение ответственности между синодальными и епархиальными отделами. В частности, надо обдумать, оправдано ли то, что катехизическая работа выделена из «внутренней миссии» и отнесена к компетенции отделов религиозного образования, повестка дня которых, как мы видели, и без того велика. И это при том, что, хотя «внутренней миссией» занимаются в рамках своей специфики и молодежные отделы, и структуры, окормляющие военнослужащих и другие учреждения, однако ответственность за «внутреннюю миссию» как целостное направление, требующее особого внимания, довольно размыта. К сожалению, в погоне за различными технологиями порой упускается из вида, что миссия — это не сборник методик, но конкретное делание. А именно: это просвещение тех людей, крещенных или еще нет, которые не знакомы или почти не знакомы с Евангельским посланием. Очень важно, владыки, чтобы мы сегодня тщательно обсудили, как развивать миссионерскую деятельность.

Отдельного упоминания заслуживает миссионерско-просветительская работа, адресованная казачеству. Казачьи объединения действуют в епархиях Белоруссии, Казахстана, России и Украины. Во всех этих странах окормлением казачества занимаются более 1100 священников. Выстроена система взаимодействия с казачьими обществами, осуществляется координирование служения казачьего духовенства, оказывается методическая помощь епархиальным отделам. Наиболее важной задачей была и остается консолидация казачьих общин вокруг храмов, укрепление церковного сознания среди казаков, особенно среди казачьей молодежи.

Особое место в церковной жизни принадлежит старообрядным приходам Русской Православной Церкви, количество которых постепенно растет, как и частота архиерейских служений в них древним чином. Продолжается развитие Патриаршего центра древнерусской богослужебной традиции, способствующего улучшению подготовки священно- и церковнослужителей старообрядных приходов: в нем действуют кружки по изучению знаменного пения и устава, проходят стажировку клирики, с участием других крупных приходов издается учебная и научная литература, а также молитвословы для практического употребления. Создан уже и первый епархиальный центр древнерусской богослужебной традиции в Симбирске. Все это способствует лучшему усвоению богатого наследия русского многовекового церковного предания.

Традиционно к миссии также относится противодействие сектам. Это еще одно направление деятельности, требующее более системной работы на общецерковном уровне, чтобы епархии и приходы, встречаясь с активностью тех или иных сектантских групп, получали своевременные и исчерпывающие практические консультации. В Синодальном миссионерском отделе имеется структура, которая обеспечивает правовое консультирование епархий при их противодействии сектантам. Следует расширить эту деятельность, чтобы рекомендации давались также в сфере профилактики сектантской угрозы и в сфере пастырского попечения о жертвах сект и об их семьях. В ряде епархий существуют епархиальные антисектантские центры с серьезными наработками. Необходимо, чтобы их опыт был доступен самому широкому кругу церковных миссионеров.

Актуальной является проблема неоязычества. Необходимо предпринять усилия, чтобы преодолеть эту угрозу умам и душам людей. Была проведена предварительная исследовательская работа, результаты которой направлены в епархии. Прошу тех Преосвященных владык, в епархиях которых есть успешный опыт противодействия неоязычеству, поделиться этим опытом.
Информационная работа

Распространять благую весть — это неотъемлемая задача Церкви с апостольских времен. При этом сегодня мы сталкиваемся с такими технологиями работы со словом, которые не имеют аналогов в прошлом. В новых условиях общество все более стремится к информационной открытости и к распространению максимального объема информации. В этих условиях на архиереев и их помощников по взаимодействию со СМИ ложится особая ответственность за общение в медиа-среде.

Наиболее важная задача в информационной сфере, поставленная Архиерейским Собором 2013 года, это «наполнение информационного пространства достоверными сведениями о церковном служении, в центре которого находятся проповедь о Христе и пастырский ответ на вызовы современности»36.

Хотел бы в связи с этим отметить высококачественную работу пресс-службы Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению, благодаря которой широкий круг людей смог познакомиться с усилиями многочисленных церковных тружеников, заботящихся об обездоленных. Этот информационный успех привел к укреплению той поддержки, которая оказывалась церковным социально-благотворительным проектам. Важно, что медийная работа в этом направлении не ограничивается информационными сообщениями. В светских и церковных СМИ выходят публицистические материалы, в частности, с размышлениями представителей Церкви и общества о социальном служении в евангельском понимании. Другими словами, информационное пространство наполняется не просто фактами, но идеями, основанными на Слове Божием. Церковь через свою информационную деятельность, посвященную социальному служению, продолжает проповедь о Христе.

В межсоборный период удалось достичь немалого в использовании технических возможностей для проповеди Евангелия. Все больше епархий и приходов активно наполняют свои сайты, развивают их мобильные версии и страницы в социальных сетях. Значительно изменился в лучшую сторону телеканал «Спас». Большим прорывом можно назвать географическое расширение вещания радио «Вера». Синодальный отдел по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ провел работу по укреплению взаимодействия с епархиями. Объединение церковного информационного пространства, понимаемого как координация всех информационных ресурсов Церкви с сохранением их автономности и специфики, продвигается вперед и продолжает оставаться среди приоритетных задач. При этом расширять информационное пространство посредством публикации похожих текстов на одну и ту же тему само по себе важно, но недостаточно. Ведь «информационное пространство» — это не только технологии. Это также совокупность идей и смыслов. Когда епархиальные пресс-службы добиваются многочисленных републикаций в региональной прессе послания епархиального архиерея к тому или иному празднику — это важный результат, но на нем нельзя останавливаться и считать, что работа выполнена. Недостаточно и того, что местные СМИ распространяют информацию о богослужениях или церковных мероприятиях. Диалог с представителями СМИ, в том числе районными, должен выходить за рамки официоза, причем, по возможности, при живом участии архиереев и духовенства. Общение со средствами массовой информации – это возможность сказать о Евангелии доступным языком в связи с теми вопросами, которые волнуют современного человека. Распространенный сегодня медийный жанр — это рассказы о конкретных людях, об их быте и увлечениях. В связи с такими рассказами порой затрагиваются глубокие социальные или нравственные проблемы. А ведь в жизни приходов найдется много интересных историй о том, как живут и активно действуют в обществе современные христиане. Наконец, было бы важно, чтобы жизнь епархий и приходов более активно отражалась на общецерковном уровне.

При этом следует понимать, что качество информационной работы во многом зависит от того личного внимания, которое ей уделяет архиерей. В противном случае нельзя ждать значимых результатов от епархиальных информационных подразделений. В частности, необходимо, чтобы руководитель соответствующего отдела имел прямой рабочий контакт с архиереем. К сожалению, это пока не всегда так, хотя во многих епархиях мы видим успешные примеры активного информационного присутствия при участии епархиального Преосвященного.

Особого внимания требует миссия в социальных сетях. Ее важность подчеркивалась в постановлениях уже двух Архиерейских Соборов – 2013 и 2016 годов37. В 2015 году Синодальный информационный отдел рекомендовал всем епархиям открывать в популярных социальных сетях официальные страницы, что и было сделано. Однако в большинстве случаев такие страницы дублируют епархиальные сайты, нет реального диалога между администраторами страниц и читателями. Подобное присутствие в социальных сетях почти не имеет эффекта. Пользователи социальных сетей увлекаются чтением тех страниц, за которыми видят живого человека, который говорит с ними обычным языком и отвечает на возникающие у них вопросы. Это вызывает симпатию и заставляет установить личный контакт, вступить в сообщество читателей такого человека. Социальные сети популярны, потому что позволяют лично узнавать кого-то, знакомиться с его размышлениями, понимать, чем он увлекается, как выглядит, чем делится с другими. Некоторые архиереи, священнослужители и миряне — представители епархий ведут подобного рода страницы, которые становятся местом разговора о Боге. Есть здесь и опасность увлечься собственным образом в социальных сетях, стать священником-блогером, стремящимся высказывать свое мнение по поводу и без повода, а не священником, для которого блог — это лишь одно из средств общения с людьми. Впрочем, не каждому дано умение пользоваться этим инструментом. Нельзя сказать, что даже на уровне синодальных учреждений миссия в социальных сетях уже в полной мере осмыслена и освоена. Но социальные сети — это такая же реальность нашего времени как телевидение или радио. Ошибкой будет пренебрегать этой реальностью.

Дорогие владыки, следует ясно понимать особенности текущей информационной ситуации. Сегодня очевидно, что часть общества будет негативно реагировать на происходящее в Церкви. И это будет отражаться в том числе и в СМИ. Дело в том, что Церковь не нейтральна к явлениям общественной жизни. Когда таковые явления расходятся с Евангелием, Церковь напоминает о том, что выбираемый людьми путь не благословлен Богом. И это вызывает раздражение со стороны той или иной части общества. Конечно, негативная реакция усиливается в связи с объективными проступками, недостатками, неосторожными словами или действиями тех или иных священнослужителей. К сожалению, периодически находятся клирики, которые дают повод ищущим повода (ср. 2 Кор. 11, 12). Конфликты, скандалы распространяются молниеносно и живут в информационном пространстве более длительное время, а эффект от положительных публикаций нередко кратковременен.

Каков должен быть наш ответ на недоброжелательность в адрес Церкви? Мы призваны быть для мира светом (ср. Мф. 5, 14). Повторю то, что сказал в вводной части моего доклада: язык проповеди Спасителя и апостолов, а, следовательно, и нашей проповеди — это язык любви. Участвуя в общественной деятельности, мы должны свидетельствовать об Истине. Печально, когда это свидетельство порицаемо только потому, что мы выбрали неправильный тон или неподходящую форму. Сегодня люди особо чувствительны к словам и ревностно относятся к границам личного пространства. Поэтому возвещая или отстаивая евангельские истины, нам следует быть аккуратными в выборе слов. Следует обличать грех, но не унижать человека. Напоминая о бедственных последствиях отхода от Божией воли, мы не должны своей неосторожностью подталкивать людей к краю пропасти. Пусть наше слово, обращенное к обществу, в том числе через СМИ, будет искренним, а не напыщенным или лицемерным, содержательным, а не декларативным и пустым, ободряющим, а не менторским и осуждающим. Чтобы даже напоминая о запретах, мы в первую очередь заботились о направлении людей к Божественной любви.
Епархиальное управление и взаимодействие в митрополиях

Данный Архиерейским Собором 2011 года импульс развитию разнообразных сторон церковной жизни стал началом процесса учреждения новых епархий, а затем — и создания митрополий. За истекшие годы прояснились как сильные стороны этой новой конструкции, идея которой восходит к Поместному Собору 1917-1918 годов, так и их шероховатости, которые следует сгладить.

Образование единой митрополии предполагает особо тесные, братские взаимоотношения между архиереями епархий, находящихся в одном регионе, а также в среде духовенства этих епархий. Безусловно, каждый епархиальный архиерей самостоятелен в своей канонической деятельности, в кадровых, административных, финансовых, юридических и иных вопросах. К сожалению, случалось, что после учреждения новых епархий митрополит по инерции продолжал устно, а иногда и письменно распоряжаться канонически не подчиненными ему монастырями, приходами или клириками на территории других епархий митрополии. Вместе с тем, встречалось ошибочное поведение и со стороны некоторых новопоставленных архиереев, которые, демонстрируя свою самостоятельность, пренебрегали добрыми советами митрополитов или игнорировали значимые для всей митрополии совместные мероприятия. И хотя такие случаи единичны, считаю важным напомнить об основах взаимодействия архиереев митрополии. Глава митрополии призван своим авторитетом содействовать решению важных для всей митрополии задач и наблюдать за тем, чтобы все епархии митрополии развивались. Еще в декабре 2013 года Священный Синод дополнил Положение о митрополиях указанием на то, что митрополит «в пределах митрополии имеет начальственное наблюдение за осуществлением решений Поместных и Архиерейских Соборов, а также Священного Синода»38. Как показала практика, термин «начальственное» здесь требует пояснения. Едва ли мы исчерпывающе сформулируем необходимые уточнения во время соборных заседаний, поэтому предлагаю обсудить эту тему, а дальнейшую работу поручить Священному Синоду. Важно, чтобы архиереи прислушивались к митрополиту. Более того, они должны уведомлять его о значимых для всей митрополии делах.

Успешному взаимодействию внутри митрополии должно способствовать правильное выстраивание работы архиерейского совета. Согласно Положению о митрополиях этому органу предписывается рассмотрение вопросов, касающихся координации «богослужебной, пастырской, духовно-просветительской, образовательной, миссионерской, молодежной, издательской, информационной, социальной, благотворительной деятельности епархий, … их взаимодействия с обществом и органами светской власти», а также материального обеспечения и деятельности духовных школ митрополии. На практике работа архиерейских советов порой сводится к определению дат совместных богослужений архиереев митрополии и проведения общих конференций. Впрочем, у многих митрополий есть положительный опыт работы архиерейских советов, которые занимаются такими вопросами, как, например, преподавание Основ православной культуры во всем регионе, прославление подвижников благочестия и развитие почитания уже прославленных в регионе святых, подготовка совместных издательских проектов, соблюдение законодательства при реставрации значимых памятников архитектуры. Все эти темы могли бы рассматриваться и на уровне отдельных епархий, но практика показывает, что их совместное обсуждение архиереями митрополии позволяет добиваться лучших результатов. Полезным может также быть ежегодное проведение расширенного архиерейского совета с приглашением руководителей ключевых епархиальных отделов всех епархий для совместного обсуждения планов и результатов деятельности. Более того, полезно поощрять регулярное взаимодействие однопрофильных епархиальных отделов, при соблюдении канонических прерогатив каждого епархиального архиерея.

Поскольку речь зашла о епархиальных отделах, предлагаю также обсудить координацию их деятельности внутри отдельных епархий. Некоторое время тому назад группа руководителей епархиальных отделов социальной направленности обратилась к председателю соответствующего синодального отдела с просьбой инициировать внесение в Устав поправок, предполагающих включение глав всех епархиальных учреждений в епархиальные советы. Предложение обсуждалось на Высшем Церковном Совете, который счел, что такие поправки затруднят административную работу епархиальных советов, поскольку повлекут за собой избыточное увеличение их составов. Вместе с тем, поступившее предложение свидетельствует о не вполне адекватном включении руководителей епархиальных отделов в жизнь епархий. Задача этих людей — «держать руку на пульсе» в подведомственной им сфере, координировать по своему направлению работу благочиний и приходов, а также помогать архиерею в принятии решений. Выполнение этих обязанностей затруднено в тех случаях, когда председатели епархиальных отделов никак не вовлекаются в работу епархиального совета. В конце октября этого года, отвечая на вопрос по этому поводу одного участников VII Общецерковного съезда по социальному служению, я говорил о том, что в епархиях можно было бы организовать координацию руководителей епархиальных отделов наподобие того, как работает Высший Церковный Совет. Для этого не обязательно создавать какой-то особый орган. В практике целого ряда епархий, в том числе Московской, раз в год или чаще — по усмотрению архиерея — проводится расширенное заседание епархиального совета, в котором участвуют руководители всех епархиальных учреждений и благочинные. Обсуждаются планы и результаты работы по каждому направлению, принимаются совместные решения. Руководители епархиальных отделов также приглашаются на заседания совета в течение года при обсуждении вопросов, связанных с их профилем. Они могут и сами попросить о включении того или иного вопроса в повестку дня совета.

Предлагаю сегодня подробнее обсудить, как выстраивать взаимодействие между епархиями одной митрополии, а также, в каждой епархии, между епархиальными отделами и благочиниями.

Плодотворной деятельности епархиальных отделов способствует активное взаимодействие с ними руководителей синодальных учреждений, которые в соответствии с прошлогодним решением Высшего Церковного Совета39 должны регулярно проводить интернет-совещания с профильными епархиальными руководителями. Такие совещания позволяют не только укреплять взаимодействие между людьми, отвечающими за одну сферу деятельности, но также решать практические вопросы. Прошу председателя Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению, который первый начал проводить подобные совещания на регулярной основе, подробнее рассказать о своем опыте во время дискуссии. В настоящее время в онлайн-совещаниях участвуют преимущественно представители российских епархий. Возможно, стоило бы расширить их географию. Буду рад услышать Ваши мнения о том, насколько это можно устроить, и в целом, о результативности подобных онлайн-совещаний.
Помощники благочинных

Нововведением, связанным с соборными решениями в области миссии и катехизации, социально-благотворительной деятельности и молодежной работы стало несколько лет тому назад появление института помощников благочинных и настоятелей крупных приходов.

На сегодняшний день должности профильных помощников благочинных замещены в российских епархиях более, чем на 90% — это почти пять с половиной тысяч человек. При этом 90% из них являются совместителями. Почти 75% трудятся на добровольной основе. Половина из таких сотрудников — это священнослужители. Другими словами, для подавляющего большинства профильных помощников благочинных эта работа не является основной.

Такая ситуация обусловлена, в первую очередь, материальными причинами. Не все благочиния могут выделить четыре полноценных ставки, особенно с учетом нынешней экономической ситуации. Отсюда много совместителей-добровольцев. Назначение помощниками благочинных клириков также объяснимо. В крупных городах, где на приходах назначены помощники настоятелей из числа мирян, помощники благочинных будут взаимодействовать с таковыми. А в тех благочиниях, которые расположены за пределами крупных городов, помощникам благочинных предстоит в основном взаимодействовать с настоятелями храмов. Практика показывает, что такое взаимодействие нередко плодотворнее, когда помощник благочинного и сам находится в сане.

Добровольное несение обязанностей профильного помощника благочинного, совместительство и, в том числе, совмещение со священнослужением — всё это само по себе неплохо. Плохо, если несение иных церковных послушаний или же светская работа помощника благочинного будет приводить к выполнению им своих обязанностей по остаточному принципу. Ведь известно, что «общественные нагрузки» на добровольной основе нередко воспринимаются как нечто вторичное. Этого можно избежать, если, с одной стороны, помощники благочинных будут достаточно мотивированы — в том числе материально, а с другой стороны — руководители епархиальных отделов будут активно взаимодействовать с ними, консультировать их, помогать им в работе. Еще достаточно распространена ситуация, когда руководитель епархиального отдела замыкается на своей деятельности или ограничивается пределами своего прихода или города, в котором он служит. Причем работу по своему профилю такие руководители отделов нередко делают хорошо. Но они не всегда обладают организационными навыками в масштабе епархии. Обучить их этим навыкам должны синодальные учреждения. Система подготовки руководителей епархиальных отделов без их чрезмерной нагрузки и без отрыва от епархий давно отработана в Синодальном отделе по церковной благотворительности, к опыту которого можно обратиться.

Необходимо также обучать самих помощников благочинных особенностям их профильной работы. Нашей целью является не замещение этих должностей для отчетности, но назначение специалистов, которые являлись бы профессионалами в конкретной области церковной деятельности. В 2013 году Архиерейским Собором были одобрены основные принципы организации подготовки специалистов в области катехизической, миссионерской, молодежной и социальной деятельности40. Исходя из этих принципов, создается сеть церковных образовательных центров для обучения соответствующих специалистов. На сегодняшний день Учебным комитетом уже одобрены 38 заявок из 35 епархий на открытие таких центров. В ряде епархий ведется подготовка необходимых документов.

Лица, окончившие полный курс в таких центрах, могут, согласно решению Священного Синода, быть рукоположены в диаконский сан, но не в сан священника. Выпускники центров также могут при условии успешной сдачи вступительных экзаменов поступить в семинарию на третий год обучения, то есть на второй из четырех курсов бакалавриата с учетом того, что в семинариях действует так называемый подготовительный курс41.

Весной 2017 года Учебным комитетом и профильными синодальными учреждениями были разработаны проекты квалификационных требований к должностям помощников благочинных и настоятелей по каждому направлению деятельности. Это формальные документы, в которых определяется требуемый уровень образования, перечень навыков и знаний, а также обязанности данных сотрудников. Между тем, проведенный в этом году мониторинг показал, что на сегодняшний день частично или полностью соответствуют сформулированным требованиям от 20% до 40% помощников благочинных, в зависимости от профиля, что ожидаемо, поскольку эта институция находится в становлении. В связи с этим мною было принято решение отложить рассмотрение упомянутых документов, тем более, что обязанности помощников благочинных еще в 2012 году были достаточно подробно описаны в рекомендациях к их деятельности, одобренных по каждому профилю Высшим Церковным Советом. Прежде, чем повышать формальные требования к помощникам благочинных, нам необходимо добиться фактического улучшения уровня их подготовки, в первую очередь — через те образовательные инструменты, о которых было сказано ранее.

Полагаю, что настало время всесторонне обсудить первые итоги введения института профильных помощников благочинных. Прошу вас поделиться тем, какие положительные результаты вы видите в их работе, какие возникают сложности и что, на ваш взгляд, стоило бы скорректировать.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница