Эй, скептик, когда-нибудь ты обязательно постигнешь одну главную Истину: Бог – есть



страница1/4
Дата02.02.2018
Размер0.7 Mb.
  1   2   3   4


Барлык АЛЬМАГАМБЕТОВ

БОГ – С НАМИ





Эта книжка написана с одной целью – помочь тем, кто находится в отчаянии, кто ищет Бога и не может Его найти, кто считает, что он одинок в этой жизни. Это не так! И в этой книжке автор постарался объяснить читателю, что каждый человек на земле должен быть счастливым, потому что его постоянно и вечно сопровождает Бог - это автор испытал на собственном опыте.

Можно использовать эту книжку и как издание, в котором вы можете найти ответы на свои вопросы. Сядьте спокойно, расслабьтесь, четко сформулируйте вопрос и после этого определите для себя страницу и строчку книги. Именно на этой странице и на этой строчке будет дан ответ для вас.

Удачи!

ОГЛАВЛЕНИЕ


ОТ АВТОРА

1. ЗЛОВРЕДНЫЙ ГОБЛИН



Вопросы без ответов

Трансовое состояние

Домовой или авитаминоз?

Моя мама Лидия Муратовна

«Я с тобой всегда…»
2. МОИ ВЕЛИКИЕ ГУРУ

Аллах

Иисус Христос

Сатья Саи Баба
3. СЛОВА ДУХОВНЫХ НАСТАВЛЕНИЙ

Диалог с Богом

Письма для Веры

ОТ АВТОРА

Эй, скептик, когда-нибудь ты обязательно постигнешь одну главную Истину: Бог – есть! И не только путем анализов и размышлений. В какой-то момент ты эту Истину просто почувствуешь – в глубине собственного сердца, являющейся источником духовной радости и блаженства. И осознаешь, что Бог там, в самой-самой глубине, но ты об этом не знал. Как не знал и о том, что Бог – наитончайшая сущность - пронизывает не только твое сердце, но и сердца всех, кто тебя окружает – твоих родных, друзей, знакомых и не знакомых тебе людей. Он также пронизывает твой дом, твой город, землю, луну, небо, Вселенную, мироздание… Он пронизывает всё.

Он и есть – Всё.

Не усмехайся, скептик, ты не ведаешь о своих заблуждениях! Потому что я тоже был скептиком и не знал, насколько я заблуждался. И это неведение частенько вызывало в моей душе беспокойство, тревогу, страх, доводило меня до отчаяния и даже до мысли о самоубийстве.

Но поистине Бог – милосерден, Он не дал мне духовно пасть и в самый пик отчаяния протянул руку помощи.

Сложно описать тот момент, когда Он реально открылся мне. Так просто и в то же время величественно, так обычно и в то же время таинственно. Он открылся мне как старый и добрый друг, знающий обо мне буквально всё. Он открылся и сразу же огорошил меня настоящим откровением: «Я с тобой всегда, ты – любовь моя и радость». Слезы умиления хлынули из моих глаз. Я в миг осознал, что Бог – есть. Вот он, передо мной! Такой светлый и такой реальный! Такой близкий и такой родной! Такой любящий и такой любимый!

Послушай, скептик, я - не вру.




  1. ЗЛОВРЕДНЫЙ ГОБЛИН


Вопросы без ответов

Кто как, а я лет с десяти стал задумываться над вопросами, над которыми сломали немало копий мудрецы всех времен и народов: в чем смысл человеческой жизни? Откуда я пришел, для чего я живу на земле и куда я потом уйду? Поскольку глубинное значение философских учений я постичь не мог в силу малого возраста, с этими вопросами я обращался к взрослым, считая, что они простым языком уж точно прояснят мой детский разум.

Но ответы были противоречивы.

Одни говорили: «Смысл жизни – в детях, в продолжении рода». Такой ответ меня не удовлетворял. Ну вырастут дети, родят своих детей, постареют и умрут, и так – по цепочке. Какое «великое значение» имеет все это?! Другие утверждали: «У каждого – свой смысл жизни. Кто-то его видит в том, чтобы оставить добрый след на земле, кто-то живет ради материального благополучия, кто-то - ради карьеры и т.д.». Абстрактность и пафос высказываний сбивали меня с толку. Мне казалось, что все аргументы взрослых неубедительны. Но настоящий протест моей детской души вызывало объяснение взрослых о том, что меня ждет впереди. Оказывается, я вырасту, затем состарюсь и умру. А затем меня съедят черви. Какой ужасный финал!

И хотя взрослые убеждали меня, что со смертью раз и навсегда прекратится мое существование, я не мог принять это. Ибо на интуитивном уровне чувствовал: я был всегда – и до рождения, до моего физического рождения на земле, буду я и после смерти! Такая «версия» в буквальном смысле обескураживала взрослых. Они говорили: «Ты не знаешь, какую ересь несешь! Как ты можешь «быть» после смерти, если тебя не будет в природе?!» И с сочувствием глядели на меня.

Оно и понятно: на дворе стояла эпоха «всеобщей эйфории». О смерти было думать некогда, о Боге – упаси Боже, все думали только о светлом будущем, которое строила для нас Коммунистическая партия Советского Союза. Со временем я тоже перестал задумываться над смыслом бытия – жил себе и жил по сценарию совковой жизни: школа – армия – институт – работа.

Помню, как только началась моя трудовая деятельность в редакции Светлинской районной газеты «Степные огни» (Оренбургская область), сразу же примкнул к компании своих коллег, которые все праздники отмечали с большим размахом – то у одного в квартире, то у другого. Мне, холостому парню, это жутко нравилось. Еще бы: на каждом праздничном вечере водка лилась рекой, стол ломился от яств. В разношерстной компании замужних и незамужних девушек, холостых и женатых мужиков было шумно и весело – танцевали до упаду, пели за столом до хрипоты в голосе. В общем, гуляли от души допоздна. Иногда во время гульбища, некоторые, разбившись на пары, уединялись в разных комнатах и через какое-то время выходили оттуда довольные и счастливые (а говорили, что в СССР секса нет!).

Вот такие веселые вечеринки устраивались нашей компанией в любой праздник. А затем стали собираться и вне праздников, без повода - душа все чаще и чаще требовала радости и веселья.

Как ни странно, частые вечеринки не отражались на работе. Гуляли до первых петухов, а затем, в спешке кое-как приведя себя в порядок, к девяти успевали в редакцию – с тяжелой головой, с перегаром и с паршивым настроением. Садились за свои творческие «мольберты» и выдавали статьи о том, как советскому народу прекрасно живется – хлебные урожаи растут, удои молока – рекордные, зарплаты – достойные. Не жизнь, а сказка!

Конечно же, никто из нас не верил в то, что сам писал. Достаточно было зайти в любой магазин районного городка, чтобы убедиться в обратном: прилавки были пусты, за хлебом – очередь, остервенелые лица продавцов… Реалии жизни то и дело давили на душу и вгоняли меня в пессимизм. В перерывах между вечеринками душа мучилась и стонала. А посему постоянное желание отвлечься и «оторваться с компанией по полной программе» было для меня весьма оправданным. Вот так и жил я – от вечеринки до вечеринки, от застолья до застолья.

Неизвестно, в какой бы тупик загнал меня такой «ограниченный» образ жизни, если бы со мной вдруг не стали происходить очень странные вещи…

Трансовое состояние

После того, как это в первый раз случилось со мной, я долгое время находился в смятении и отчаянно задавал себе вопрос: что же это было? Но ответа, как ни старался, не находил, и оттого чувство смятения усугублялось.

А случилось вот что.

Как-то в выходной день я находился у себя дома и откровенно скучал, лежа на диване. До очередной «корпоративной» вечеринки оставалось несколько дней – как долго! Пока обдумывал, чем себя занять до предстоящего веселого времяпрепровождения, внезапно впал в состояние транса. Такое было со мной впервые: я мыслил ясно, но пошевелить ни одной частью тела не мог, словно меня всего сковало параличом. Глаза мои были открыты, по крайней мере, обстановку в комнате я видел отчетливо, но вместе с тем картина интерьера казалось почему-то иллюзорной. Ни сон, ни явь – состояние пограничное. И пока я с досадой осмысливал, в какой такой ступор угодил, откуда ни возьмись, на моей груди возникло… маленькое мохнатое и злобное существо! Оно было примерно 40-сантиметрового роста, с ног до головы покрытое ярко-коричневой шерстью. Это существо стало прыгать на моей груди и издевательски хохотать. Голос его был скрипучим – как у лешего из мультфильма, который я когда-то смотрел в детстве. Существо все прыгало на груди, хохотало и не думало останавливаться. А я стал чувствовать – задыхаюсь!

Паника и страх охватили мою душу: я понял, что происходит что-то мистическое, не подлежащее моему контролю. Хотелось срочно вырваться из этого состояния, прийти в себя, пробудиться окончательно. Я с неимоверным трудом поднес ко рту ладонь правой руки и стал кусать большой палец, в надежде, что от боли очнусь. Но не тут-то было! С какой бы силы я это ни делал, боли я не чувствовал никакой. Словно кусал чужую руку! Тогда я лихорадочно стал вспоминать слова мусульманской молитвы, которую когда-то учили всей семьей. И опять – тщетно: слова молитвы не шли мне на ум, словно кто-то тщательно стер их из памяти. А существо все прыгало и прыгало с хохотом на груди, а я все задыхался и задыхался. И уже мысленно смирился с этой ситуацией, даже стал прощаться с жизнью, как вдруг – вспомнил! Вспомнил первое слово молитвы и отчаянно выкрикнул: «Биссмиля!».

Существо тут же исчезло, я резко пришел в себя. И сразу же почувствовал острую боль – на покрасневшем пальце руки все еще оставался глубокий след от моих зубов.

В тот день я до глубокой ночи не мог заснуть, все думал о случившемся. Мысли роились в голове: если это был сон, то почему я отчетливо осознавал происходящее? Да и не мог же я спать с открытыми глазами! Но если это была явь, то почему я не мог справиться с оцепенением и даже не ощущал никакой боли, пока кусал палец? Почему?

Совесть укоряла: вот до чего доводит твой образ жизни – до белой горячки! Разум возражал: да никакая это не горячка, не запойный же я, в конце концов, алкоголик. Я все же считал, что истина на стороне разума, но на всякий случай решил временно «завязать» с корпоративными застольями – вдруг от них все напасти?

Когда я отказался от участия в предстоящей вечеринке, коллеги искренне удивились и даже, как мне казалось, огорчились: как так? Ты же очень любил наши междусобойчики! Я сослался на то, что после вечеринок стал плохо себя чувствовать – организму-де необходим перерыв. Коллеги обозвали меня слабаком, но больше уговаривать не стали.

Прошла неделя, другая. Я углубился в работу и выдавал рекордное количество строк про надои молока и вспашку зяби. Чтобы чем-то занять себя по вечерам, я стал писать стихи и даже мечтал когда-нибудь выпустить поэтический сборник. Сказать, что абсолютно не скучал по застольям в компании коллег, ставших мне, по сути, дорогими и близкими людьми, - значит откровенно врать. Конечно же, скучал! Но изо всех сил держал себя в руках, полагая, что необходимо обождать с весельем месяца два-три, чтобы окончательно расстаться со страхом, навеянным тем мохнатым существом.

Но воздержание не принесло пользы: не прошло и месяца, как все повторилось. И опять – состояние транса, паралич, маленькое существо, покрытое шерстью, запах которой я помню до сих пор, и его идиотский хохот. Только на этот раз издевательства существа длились совсем недолго: я быстро вспомнил слова мусульманской молитвы, а чудище, как будто страшно испугавшись этого, тут же растворилось в воздухе.

Я терзался мыслями – что со мной происходит? Но никаких ответов не находил. Рассказывать кому-то об этом опасался – не поверили бы точно, а может быть, и засмеяли бы. Но носить все это в себе тоже было тяжко.

Я в конце концов, после долгих размышлений все-таки решился довериться своему знакомому врачу Андрею Давыдову, дабы узнать: возможно, тому, что со мной происходит, есть медицинское объяснение.
Домовой или авитаминоз?

Давыдов был выпускником Оренбургского медицинского института, с виду – обыкновенный ботаник: высокий, худенький, всегда коротко постриженный, в очках и галстуке. В общем, для того времени выглядел комильфо. Познакомились мы с ним тогда, когда он принес свою заметку в газету. Уже и не помню, о чем была эта заметка, скорее всего, из разряда «Остерегайтесь описторхоза! Не употребляйте рыбу в сыром виде – себе дороже». Молодому специалисту такие публикации были необходимы для накопления баллов, которые обязательно понадобились бы при построении собственной карьеры.

- Итак, с чем пришли? – поблескивая линзами очков, спросил Давыдов.

Я, краснея и бледнея, рассказал ему все, что со мной происходило – про состояние транса, издевательство мохнатого гоблина и прочую мистику. Как ни странно, молодой терапевт внимательно выслушал меня, причем с серьезным выражением лица. Затем без лишних слов измерил мне температуру, давление, прослушал дыхание. Я с нетерпением ждал, что же он скажет, но Давыдов молчал и что-то долго записывал себе в толстую тетрадь. После чего поднял на меня свой взгляд и вынес неожиданное резюме:

- Вы абсолютно здоровы.

- Нет, доктор, со мной что-то не так… - попытался возразить я.

- Все так. Просто из-за нехватки витаминов у вас нарушился сон. Ешьте побольше моркови и варенья, – последовал ответ.

С чувством разочарования покидал я кабинет терапевта. Но у самого порога Давыдов меня вдруг остановил:

- Если говорить с медицинской точки зрения, то это – да, нехватка витаминов. А так… - врач замялся. И после минутной паузы почти огорошил:

- А так … это вас мучает домовой!

Наверное, выражение моего лица было настолько странным или глупым, что врач тут же бросился «сглаживать» образовавшийся «угол»:

- Есть такое поверье у бабушек, что домовые на самом деле существуют. Может, оно так и есть? Если еще раз вы попадете в такую ситуацию – попробуйте перекреститься. И не важно, что вы мусульманин, поскольку старые люди говорят, что крест помогает всем.

Я ничего не ответил, вышел из врачебного кабинета в полном недоумении и смятении: визит к врачу мне ничего не принес, поскольку я не получил убедительных медицинских объяснений тому, что происходило со мной. Оставалось одно – терпеть и молчать, сколько хватит сил.

Но молчать долго не пришлось: однажды дома моя мама Лидия Муратовна, заметив мой смятенный вид, не на шутку забеспокоилась, стала выводить меня на откровенный разговор. И я в конце концов сдался – рассказал ей все, как на духу. Она молча выслушала, потом молча ушла в свою комнату и через минуту вышла оттуда, держа в руках тумар-оберег в кожаном футлярчике.

- Это злой дух тебя мучает, - сказала мне тихо мама. - Надень тумар на шею и носи его. С ним ни один неверный джинн даже приблизиться к тебе не посмеет. Но помни: пока носишь тумар на шее – нельзя пить водку, материться, грешить с женщинами. Иначе может быть еще хуже…

Под такой двойной прессинг я никогда еще не попадал. Получалось, на веселой жизни нужно в любом случае ставить крест – с одной стороны тумар, если верить маме, запрещал, с другой стороны – чудище, которое вводило меня в трансовое состояние и мучило, как ему заблагорассудится. Где-то на интуитивном уровне я понимал, что мои страстные желания, тяга к безудержному веселью – основные причины возникновения этого уродливого существа, которое вдруг решило компенсировать мои бесконечные пьяные посиделки в кругу друзей мрачной картиной своего мистического присутствия. А разум твердил другое: всему есть научное объяснение.

Но какое?

Маме я твердо пообещал – не пить, не грешить… Она сделала вид, что поверила. Мама, моя милая мама… Она всегда меня понимала и всегда прощала любые мои порочные поступки. Откуда она находила столько терпения и доброты? Про нее стоило бы написать отдельную главу.


Моя мама Лидия Муратовна

Мама моя выросла в селе Таналык Оренбургской области. Была сиротой при живых родителях. Когда ей было три года, отец ее ушел на фронт, а мать – моя бабушка – не сумев с маленьким ребенком на руках вынести трудностей военного времени, оставила дочь на попечение двоюродного дяди и его жены. А сама уехала в неизвестном направлении устраивать свою молодую жизнь.

Ни я, ни мой брат, ни три мои сестры никогда не слышали от мамы рассказов о ее детстве. По той простой причине, что детства у нее по сути и не было – с семи лет стала работать наравне со взрослыми: по ночам сторожила вместе с родственницей скотный двор, трудилась допоздна в поле – собирала в снопы колосья, ухаживала за животными… И не было человека, который бы мог ее в минуты отдыха по-матерински приголубить, пожалеть, приласкать. Или просто обнять и прижать к груди.

Как-то мама узнала от взрослых, что ее родительница нашлась в соседнем селе, там она, дескать, живет с каким-то местным парнем, но о дочери и слышать не хочет. Однако в детской душе была надежда, что все услышанное о матери – не больше чем слухи, что она помнит свою дочь и непременно приедет в Таналык, чтобы забрать ее к себе. Но мать не приезжала и с каждым годом надежда в детской душе все больше угасала.

Я спрашивал у мамы, ждала ли она в детстве своего отца? Ответила: еще как! То и дело выбегала за околицу села и всматривалась вдаль - не запылит ли проселок, не появится ли мужская фигура в солдатской гимнастерке? Но все ожидания оказались напрасными…

Отец ее пришел с войны в начале 50-х, и встречу с ним моя мама запомнила не совсем отчетливо. Возможно, потому, что представляла ее совсем по-другому.

Он пришел в дом тихо, посреди ночи, когда она спала. А утром, едва поздоровавшись, наспех поцеловал дочь в щеку, собрал вещи и куда-то ушел. С тех пор она отца никогда не видела. Взрослые родственники говорили: он уехал на Дальний Восток. И у него там другая семья...

А через несколько лет Таналык затопило: границы находящегося в Оренбургской области Ириклинского моря (водохранилища) в целях развития народного хозяйства так расширили, что под его водой оказалось несколько поселений - Таналык попал в это число. Людей переселили в другие деревни. Семью, где жила моя мама, отправили на новое место жительства – в поселок Новоорск, дали временное жилье. Но мама тогда была несказанно рада сложившимся обстоятельствам: ей казалось, что море затопило не только село, где она родилась и выросла, но и все плохое, с чем ей пришлось столкнуться в детстве – сиротское одиночество, изнурительный труд, нереализованные мечты о родительской любви и обманутые надежды. Ей казалось, что впереди ее ждет светлая часть жизни. И она оказалась права: впереди у нее была большая любовь, счастливое замужество и мы – пятеро желанных детей.

Наверное, из-за того что сама не получила родительской любви в детстве, она эту любовь с лихвой дарила нам, детям.

Помню, мама часто задавала себе вопрос: почему ей досталась такая доля – быть ненужной родителям? Естественно, ответов не находила. В конце концов, для себя, смирившись, решила – такая-де у нее судьба.

Забегая вперед, скажу: ответ на этот вопрос получил я, многие годы спустя, уже после смерти мамы. Однажды утром я занимался духовной практикой, во время которой у меня сложился разговор с Богом. Я спросил у Него: «Разве угодно было Тебе, чтобы мама моя с рождения не знала родительской любви, счастливого детства? Почему Ты допустил такое?» На что Бог ответил мне с большой любовью: «Если бы она жила в родительской любви, то не посмотрела бы на Меня». Тогда мне этот ответ показался немного странноватым. И только со временем я понял его истинный смысл. Мама, действительно, с раннего возраста «посмотрела на Бога», поскольку не было рядом ни отца, ни матери, делилась с Ним своими горестями и печалями. Ей казалось, что Бог ее слышит…

Как ни странно, в советское время разговоры на духовные темы в нашей семье были постоянными. Инициатором их была, конечно же, мама. Она с удовольствием приводила нам, детям, разные постулаты Корана. Например, без тени сомнения утверждала, что Аллах сверху пристально наблюдает за нашими действиями. А чтобы ни одна деталь не ускользнула от Его пытливого взгляда, Он за каждым человеком «закрепил» двух ангелов. Один – добрый - ангел сидит у человека на правом плече и записывает все хорошие его дела, а другой - злобный - примостился на левом плече, и записывает все скверные поступки, которые человек совершает. А затем, когда человек закончит свой земной путь, Всевышний взвесит на своих весах справедливости все его поступки. И если перевесят добрые, то человек прямиком отправится в рай, ну а если злых дел, совершенных им, окажется больше, то человеку несдобровать – ему будет уготовано место в огненном аду.

Честно сказать, в подобные истории я не особо верил: то, что говорила нам мама, никак не вписывалось в рамки общепринятых представлений о ценностях жизни советского человека. И в детском саду, и в школе нам неустанно твердили, что никакого Аллаха нет, а есть великий и всемогущий Ленин, который хоть и давно умер, но до сих пор живее всех живых. И это он, Ленин, подарил нам, жителям страны Советов, счастливое настоящее и счастливое будущее.

С мамой я, конечно же, никогда не спорил – возможно, щадил ее чувства и веру. Я видел, с какой радостью она рассказывала нам о Всевышнем, о его посланнике Мухаммеде Пайханбаре - глаза ее в те моменты наполнялись светом. Наверное, такая искренняя вера ей помогала в жизни, которая после ранней и внезапной смерти отца, оказалась нелегкой: маме пришлось в одиночку поднимать пятерых детей.

Она трудилась долгими годами в две смены и на зернотоке, и на животноводческой ферме в самую жаркую пору – жатвы, зимовки скота. Именно в эти периоды можно было заработать хорошие деньги. И мама зарабатывала – архитяжелым трудом, с которым далеко не каждый мужчина справился бы. Благодаря ее неимоверному терпению, упорству и стараниям, мы, ее пятеро детей, выросли в достатке и любви, ни в чем не знали нужды, получили образование, обзавелись своими семьями.

Свой материнский долг мама моя выполнила с лихвой – кто знает, может, тем самым на ментальном уровне она исправила жизненную ошибку своих непутевых родителей.

В последние годы жизни мама ежедневно с раннего утра возносила молитвы к Богу. Общение ее с Всевышним каждый раз длилось более четырех-пяти часов. Как-то я спросил маму, что она чувствует во время таких духовных практик. И она ответила: радость, покой, свет…

Она умерла во время утренней молитвы, со светлой улыбкой на устах. И я нисколько не сомневаюсь, что там, на небесах, она нашла приют у Того, о Ком она любила вести долгие беседы, Кто давал ей насладиться молчаливым общением с Ним, даря ее душе в эти часы радость, покой и свет…



«Я с тобой всегда…»

«Не пить и не грешить» удалось несколько месяцев. На это время маленькое злобное существо оставило меня в покое, ни разу не омрачило мою душу своим внезапным появлением. Я удивлялся: неужели причина – в тумаре, неужели этот маленький амулет, висевший у меня на шее, надежно оберегает меня от козней «злого джинна». Я даже стал опасаться его потерять и каждый раз – будь то дома, в редакции или командировке – через рубашку нащупывал пальцами оберег для собственного успокоения.

Воздержание от увеселительных мероприятий с коллегами и приятелями обеспечило мне уйму свободного времени, особенно после работы и в выходные дни. Жизнь начинала казаться скучной и однообразной. Вновь в голове стали крутиться вопросы, на которые я не мог найти ответы – в чем смысл человеческой жизни, в чем заключается счастье, почему человек не может его испытывать в полной мере?

Вопрос о счастье, который я задавал своим коллегам, нередко приводил их в замешательство. Ни один из них не сказал уверенно: «Да, я счастлив!» - у всех были какие-то оговорки. Например, наш фотокор Олег Саввин - милейший человек средних лет - говорил:

- Я был бы счастлив, если бы у меня на счету в сбербанке было несколько миллиончиков. Тогда бы я знал, что и я сам, и мои дети, внуки будут обеспечены всем в этой жизни. Вот это счастье!

- А я бы была счастлива, если у меня был любящий и любимый муж, - говорила наш бухгалтер Вера Кужантаева, одинокая женщина бальзаковского возраста.

- При чем тут муж? – парировала ответственный секретарь с 30-летним стажем редакционной работы Раиса Николаевна Закутина. - Главное в нашей жизни – иметь крепкое здоровье. Вот это действительно счастье.

Кто-то о счастье рассуждал с неким пафосом, подобно герою одного эпохального произведения, который сказал, что счастье – это когда тебя понимают. Но что бы ни говорили мои коллеги, было для меня ясно одно: никто из них не был по-настоящему счастлив. У всех для счастья обязательно чего-то не хватало.

Честно сказать, у меня тоже имелись свои представления о счастье, которые были связаны с материальным миром. Хотелось любить и быть любимым, создать семью, иметь интересную высокооплачиваемую работу, пользоваться всеобщим уважением, ни в чем себе не отказывать и так далее, и так далее. Казалось, все эти «параметры» вкупе способны сделать не только меня, но и любого человека по-настоящему счастливым.

Однако людей со счастливыми лицами я с каждым годом почему-то встречал все реже и реже. Все больше – с растерянностью во взорах. Особенно в то время, когда внезапно рухнул СССР, а вместе с ним и наше тихое существование.

Постсоветская жизнь стала строить немыслимые гримасы: закрывались заводы и фабрики, сотни тысяч людей чуть ли не в одночасье оказывались за бортом жизни, откуда ни возьмись, появлялись бомжи, проститутки, наркоманы. Тотальная безработица, безденежье, безнравственность…

Работая в газете, приходилось слышать много, происходивших в регионе и стране историй, от которых волосы вставали дыбом. Например, бывший партийный бонза, лишившись работы, впал в такое отчаяние, что зарубил топором жену, сына-подростка, а потом повесился сам. В предсмертной записке написал, что предпочитает смерть нищете и унижению. В другой семье отец заставлял свою 15-летнюю дочь заниматься проституцией, иногда и сам не упускал возможности пользоваться услугами доморощенной секс-рабыни. В одном из поселков района спившийся ветеран войны продал свои ордена и медали, купил на вырученные деньги водку, выпил ее и умер – спиртное оказалось «паленым». А в другом селе брошенная родными детьми старушка скончалась в собственной хибаре от холода и голода.

Было такое ощущение, что мир катится в пропасть. Повсюду – страдания, страдания…

На фоне социальной безысходности стали появляться, подобно лучу света, чудным образом проникнувшему в темное царство, церкви и мечети. Туда повалил народ.

Я видел, с каким отчаянием люди молились в божьих храмах, отдавали в качестве пожертвования последние копейки, плакали и просили о помощи Бога. Но ничего в их жизни не менялось, никто не приходил к ним на помощь, никто не утирал им слезы. В нашей редакции каждый день с самого утра ревела белугой прекрасный журналист Лариса Ивановна Барышникова, которую вместе с ребенком бросил муж – ради молодой любовницы. Она со слезами на глазах просила Бога вернуть ей мужа, а ребенку – отца. Но тщетно: Лариса Ивановна продолжала оставаться в одиночестве, в нужде, в горе. Зато в радости и в благополучии пребывал ее бывший муж с новой пассией.

Буквально через несколько лет Ларису Ивановну скосил рак и она умерла, так и не дождавшись возвращения в семью любимого человека.

В моей душе возникало ощущение, что Бог никого не слышит, что Он живет где-то с ангелами в своем царстве небесном и Ему до людей абсолютно нет никакого дела.

А может, Бога и вовсе нет в природе? Может, Он – плод фантазии слабых людей, не способных в одиночку справиться со своими проблемами и предпочитающих уповать на помощь мифических сил – ведь с надеждой жить куда легче?

Мысли заводили в тупик. Казалось, что на возникающие у меня вопросы нет никаких ответов. А если они и есть, то получить их не от кого. Поэтому решил для себя твердо: долой воздержание от разного рода развлечений (жизнь и так сложна!), буду жить так, как хочу – гулять, веселиться, кутить и стараться ни о чем не думать. Только в этом я видел прекрасную возможность отдохновения от трудов, жизненных неурядиц и мрачных мыслей.

Сняв с шеи и закинув подальше тумар, я принялся за старое – стал вновь активно участвовать в корпоративных междусобойчиках с обильным возлиянием. Было радостно в кругу друзей, подруг, и душе приятно – страсть к празднеству и веселью пленила меня основательно. Тем более, что маленький мохнатый злобный уродец меня теперь не тревожил, и казалось, что он вообще забыл о моем существовании, чему я был безмерно рад.

Но, увы… Радоваться пришлось от силы с полгода. А затем – он вернулся!

Однажды я, совершенно трезвый, лежал у себя дома на кровати, готовясь ко сну, как вдруг снова впал в состояние транса. Опять – ни сон, ни явь, совершенно не пошевелить ни одной частью тела. Зато мысли – ясные. Я отчетливо услышал быстрые шаги, шлепающие по полу в мою сторону. Это было то же самое мохнатое злобное существо! Оно подбежало ко мне, распространяя резкий запах шерсти, и вновь запрыгнуло на мою грудь, отчего я стал в буквальном смысле задыхаться. Тут же я принялся лихорадочно вспоминать молитву, но в условиях душевной паники и страха ни одно священное слово не всплыло в моей памяти. Тогда я решил по давнему совету доктора Давыдова осенить себя крестом. И уже пытался, что есть силы, поднять ко лбу правую руку, чтобы осуществить задуманное, как вдруг - вот беда! – существо, словно прочитав мои мысли, стало всячески препятствовать этому: оно схватило мою руку и не давало даже пошевелить ею. И в этот момент меня охватил… гнев! Как ни странно, чувство страха куда-то улетучилось, осталась одна злость на этого непрошеного гостя. Я отчаянно стал бороться с ним, хоть преимущество было явно не на моей стороне. А когда последние силы в этой яростной схватке стали покидать меня, я в злости ухватился руками за шерсть противника, смачно выругался, выкрикнув ему в сердцах: «Сволочь какая!». После этих слов чудище вдруг исчезло, освободив меня от оцепенения. Я резко пришел в себя и вскочил с кровати. Посмотрев на свои руки, я ужаснулся: между пальцами были длинные рыжие волосы, вырванные от шерсти существа во время яростной борьбы. Эти волосы – я не верил глазам! – стали быстро растворяться в воздухе, пока не исчезли совсем.

От всего случившегося меня колотила мелкая дрожь, а в носу еще долго оставался запах шерсти.

Почему такое происходит со мной? Откуда возникает этот мохнатый и вонючий гоблин, зачем он манипулирует мной, какие намерения движут им? Что он, в конце концов, от меня хочет? На эти вопросы я не находил ответов, но был уверен в следующем: этот гоблин своими эскападами отравляет мне жизнь. Еще я был уверен в том, что долго так продолжаться не может – либо он сведет меня с ума, либо – в могилу.

Наверное, отчаяние мое было велико, раз в ту же ночь, устав от мыслей и бесконечных вопросов, я рухнул на колени и стал взывать к Всевышнему. Я сказал Ему:

- Аллах, если ты есть на свете и слышишь меня, ответь на мой вопрос: что это за дикое мохнатое существо, которое приходит ко мне? За что оно мучает меня, чего оно хочет?

Наверное, в своем обращении к Всевышнему я был настойчив и искренен, поскольку Он отозвался незамедлительно.

То, что случилось тогда, до сих пор вспоминаю с неким волнением. Мою душу в миг охватил сладкий покой. Словно кто-то одним мановением руки снял с души моей смятение, тревогу, страх, заменив все эти горькие чувства тихой радостью и блаженством. И я отчетливо услышал слова: «Полюби его!». Эти слова не прозвучали у меня в ушах, а исходили откуда-то изнутри, из сердца. И я даже не мог понять – мужской это был голос или женский. Но я знал твердо, что голос был полон любви ко мне, заботы и нежности. А еще – полон света. Дальше я голоса не слышал, а объяснение, почему я должен полюбить то злобное мохнатое существо, являлось как озарение - просто в один миг я вдруг стал отчетливо понимать ответы на накопленные вопросы.

Оказывается, то мохнатое существо приходило ко мне и мучило меня с полезной целью и благими намерениями – чтобы избавить меня от страсти к празднествам, чтобы пробудить во мне духовное начало, чтобы дать понять, что есть мир невидимый, но вполне реальный. Возможно, даже более реальный, чем мир физический. А самое главное – это мохнатое существо привело меня к тому, что я обратился к Аллаху с молитвой, а значит, поверил всем сердцем, что Бог существует. И хотя я Его в тот момент не видел, но чувствовал всеми фибрами души, что Он рядом – такой светлый и любящий, такой любимый и родной, такой заботливый и такой близкий.

От избытка чувств я расплакался, слезы из глаз покатились градом. Я плакал и даже не хотел останавливаться, потому что реально чувствовал в ту минуту, что Бог невидимой дланью заботливо и с любовью гладит меня по голове. Мне казалось, что Он мне говорит: «Я с тобой всегда, ты – любовь моя и радость». Нет, не казалось – в ту минуту я был уверен, что из глубины сердца исходят эти слова. Я плакал и осознавал, что сейчас мою душу переполняет любовь ко всем – к Богу, родным, друзьям, врагам, незнакомым людям, животным и даже к тому мохнатому существу, которое вводило меня в транс и всячески мучило.

В ту ночь, после общения с Богом, я не мог сомкнуть глаз. Душа продолжала радоваться, а слезы умиления то и дело катились из глаз. Бог существует – это было главным моим открытием, которое не давало успокоиться сердцу. Но я тогда еще не знал, что меня ждет нелегкий – в моральном плане - путь к Нему…
х х х

А то мохнатое существо больше не появлялось в моей жизни и уже 20 лет никаким образом не дает о себе знать. Наверное, маленький устрашающий гоблин отпустил меня, потому что в полной мере выполнил возложенную на него миссию.

Кто знает, может, так оно и есть?

Спасибо тебе, зловредный гоблин!




2. МОИ ВЕЛИКИЕ ГУРУ

После той, ставшей для меня поистине святой, ночи я начал думать, что у меня появилась прочная связь с Всевышним. Мне казалось, что Он, если тогда быстро отозвался на мое отчаянное обращение, значит, относится ко мне не как ко всем людям – по-особенному. Я считал, что, когда обращусь к Нему в следующий раз, Он откликнется сию же минуту и вновь изольет на меня свою сладостную любовь. А если я что-то попрошу у Него – Он, конечно же, без промедлений выполнит мою просьбу.

Но я горько ошибался – протекция не состоялась. Сколько бы я потом ни падал на колени, ни звал Аллаха, в ответ получал лишь холодное молчание. Я даже неоднократно пытался войти в то душевное состояние, которое было той ночью – силился впасть в отчаяние, плакать и жаловаться на участь горемычную. Но ничего не выходило – Бог меня беспардонно игнорировал.

Со временем горячее желание войти в контакт с Аллахом сменилось чувством обиды. Если он Вездесущий и Всезнающий, то должен видеть мое томление по Нему - почему же Его это не трогает? Почему Он не проявит Свое великодушие и снова не вступит в общение со мной, даруя мне минуты радости и блаженства?

Я допускал, что, возможно, неправильно молюсь Аллаху. Но тогда Он, конечно же, должен был каким-то образом подсказать мне, как надо правильно к Нему обращаться – Он же Аллах благосклонный, милостивый…

Сколько бы я ни рассуждал и ни обижался, Всевышний был непреклонен и неумолим. Проходили дни, месяцы в молитвах, но Аллах безмолвствовал. Я приходил к мысли, что связующая нас нить где-то оборвалась, а значит, в моей жизни все возвращается на круги своя. Но в глубине души что-то подсказывало: это не так. И однажды я решил, что буду искать свой путь к Богу, сколько бы на это я ни потратил сил и сколько бы ни ушло на это времени. Я Его обязательно найду!

Я уволился из редакции светлинской газеты «Степные огни» и уехал из Оренбургской области в казахстанский город Кустанай. Мне необходимо было сменить обстановку и окружение. Кустанай я выбрал по простой причине: этот город находился ближе, чем другие города, к отчему дому. И мне казалось, на новом месте я начну новую жизнь.

Когда я приехал в Кустанай и осмотрел город (его можно на машине объехать всего за полчаса), более всего из немногочисленных достопримечательностей мне пришлась по нраву местная мечеть с резным деревянным айваном. Оттуда постоянно доносились милые сердцу мелодичные звуки намаза…


Аллах

Каталог: books -> ezoterika
ezoterika -> Во имя аллаха, всемилостивого и всемилосердного
ezoterika -> Сильван Мульдон, Хиеворд Каррингтон – Проекция астрального тела
ezoterika -> Руководство по целительству энергетическим полем человека
ezoterika -> Рой Мартина Искусство эмоционального баланса
ezoterika -> Ароматерапия с позиций аюрведы
ezoterika -> Пятая карта высчитывается путем сложением номеров этих четырех карт
ezoterika -> Лэд Скрэнтон – Тайные знания догонов об истоках человечества
ezoterika -> Давид Фроули – Тантрическая йога и Мудрость Богинь


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница