Хоронить нельзя кремировать: взгляд церкви



Дата09.08.2019
Размер0.54 Mb.
#127431


Материал выложен для ознакомления: не разбирать!


Иоакимо - Анновского храма Можайского благочиния Московской епархии РПЦ (МП)

Тема выпуска: "ХОРОНИТЬ НЕЛЬЗЯ КРЕМИРОВАТЬ: ВЗГЛЯД ЦЕРКВИ"



ХОРОНИТЬ НЕЛЬЗЯ КРЕМИРОВАТЬ: ЦЕНА ВОПРОСА

Россия переживает бум на кремацию. В Москве и Санкт-Петербурге кремируют 60% умерших. Почему в России кремация вытесняет привычные, веками устоявшиеся представления о похоронах? Как в Кирове бизнес ломает «устаревшие» понятия о кладбищах, и что думает о кремации Русская Православная Церковь?

Недавно прогуливался со знакомой вдоль массивной ограды Донского кладбища. Стены из красного кирпича навели на мысли о вечном.

– А я хочу, чтобы меня кремировали, – неожиданно выпалила подруга. – Чтобы не гнить.

До спора не дошло. Девушке 22 года, и она убеждена, что кремация – это современно, удобно и без лишних хлопот. Мои аргументы в поддержку традиционных похорон разбивались о невозмутимое спокойствие.

Россия переживает бум на кремацию. Ритуальные агентства через интернет предлагают решить все проблемы самым «современным» образом. А если у вас возникнут вопросы о том, что сжигать покойника в печи – традиция, мягко говоря, не наша, вам практически любой похоронный агент возразит: еще как наша!

Наверное, ничего удивительного в этом нет. СМИ слишком часто рассказывают о том, как в очередной раз кремировали известного и уважаемого человека. Кремация, по крайней мере для светских людей, – это уже привычное дело. Вот на днях Русская служба новостей сообщила: «В Москве и Санкт-Петербурге кремируют 60% умерших. Об этом рассказал президент Союза похоронных организаций и крематориев России Павел Кодыш». В Москве, где действуют 23 православных монастыря и сотни храмов, ежегодно кремируют не менее 60 000 человек. Цифру можно немного увеличить, поскольку Павел Кодыш отмечает, что «в Москве в год умирают 120 тысяч человек».

Мы попытались узнать, чем руководствуются люди, которые отправляют своих родных и близких в печь. Привлекает цена на кремацию? Мода на популярный сегодня способ погребения? Наследие советского прошлого, когда впервые стали превращать людей в пепел в промышленном масштабе? Нехватка земли или дороговизна кладбищенских участков? Или это желание современного человека не думать о смерти? Попытка вычеркнуть любые напоминания о похоронах, покойниках и траурных церемониях?

Русская Православная Церковь неоднократно высказывалась по поводу кремации. В мае 2015 года Архиерейский Собор рекомендовал священникам относиться к кремации как к нежелательному явлению. «Учитывая древнюю традицию благоговейного отношения к телу христианина как к храму Духа Святого, Священный Синод признает нормой захоронение почивших христиан в земле», – сообщается в специально подготовленном меморандуме «О христианском погребении усопших».

Слова Святейшего Патриарха Кирилла тоже не требуют пояснений и комментариев: «Кремация находится вне православной традиции. Мы верим, что в конце истории произойдет воскресение мертвых по образу Воскресения Христа Спасителя, то есть не только душой, но и телом. Если мы допускаем кремацию, то тем самым как бы символически отказываемся от этой веры».

Кремация «под ключ»

Кремация – это дешево и современно. Это один из главных аргументов, который приводят сторонники огненных похорон. Чтобы получить информацию из первых рук, звоню в крематорий при Николо-Архангельском кладбище.

– 7100 рублей, – отвечает сотрудник крематория. – В эту цену входит музыкальное сопровождение. Еще регистрация умершего, перенос гроба, сама процедура кремации, прощание, гравировка и герметизация урны.

Правда, еще нужно приобрести урну, заплатить за гроб, который после церемонии прощания сжигают вместе с телом усопшего. Естественно, нужно не забыть про транспорт.

Чтобы окончательно понять, какие деньги нужно иметь, чтобы кремировать человека, обратился в Единую ритуальную службу. Здесь все предложения уже сформированы «под ключ».

– Цена на кремацию в 2 раза выросла с 1 июля. У нас гроб и транспорт стоят 17 000 рублей. В эту же сумму входят постель, подушка и тапочки, – на тапочках сотрудник агентства сделал особый акцент. – У нас принято христиан в тапочках на кремацию привозить.

В среднем за кремацию со всеми необходимыми атрибутами придется отдать в районе 30 000 рублей. Это без захоронения. В Петербурге покойника сожгут, поместят в урну и разместят в колумбарии за 35 000 рублей. Это всего на 10 тысяч дешевле, чем традиционные похороны.

– Разница все-таки есть, – поясняет девушка. – За могилкой нужно же еще следить. Ограда, а потом и памятник. А урна с прахом хранится в нише вечно. Она не требует дополнительного ухода.

Поразительная закономерность. Подавляющее число сотрудников ритуальных фирм советовали мне воспользоваться услугами крематория. Аргументация простая: это в ногу со временем и никаких лишних движений. И только одна женщина с нескрываемым сочувствием сказала:

– Да уж похороните вы как полагается – в землю! В землю! Ну, 10 тысяч добавьте, ничего страшного!



Бесплатный участок на кладбище – или платная ниша в колумбарии?

После процедуры сожжения тела урну еще нужно захоронить. Чтобы уточнить стоимость этой услуги, обратился в ГБУ «РИТУАЛ». Это государственное бюджетное учреждение города Москвы.

Через этот сайт выхожу на Рогожское кладбище. Захоронить урну в открытом колумбарии, то есть в стене, здесь нельзя. Но можно купить место для урны в специальной нише.

 Это что-то вроде гранитного саркофага, – пояснили по телефону. – Цена зависит от рядности. Первый и пятый ряды стоят 70 000 тысяч рублей.

Первый ряд – это почти на уровне земли. А пятый ряд находится на высоте двух с небольшим метров.

– Это что-то вроде антресоли в коридоре, – слышу разъяснение по телефону. – Чуть повыше стоимость за второй ряд, третий и четвертый.

– Сколько это будет стоить? – спрашиваю.

– 90 тысяч, – ответил сотрудник Рогожского кладбища.



За эти деньги можно организовать скромные традиционные похороны для нескольких человек.

Разместить урну с прахом в открытом колумбарии на Химкинском кладбище предложили за 31 500 рублей. Это если ячейка будет расположена на уровне груди. За табличку придется заплатить отдельно – 5000 рублей. Еще нужно прибавить гравировку. Сумма за гравировку складывается из количества знаков. Получается что-то около 40 тысяч рублей. 



Итого, чтобы кремировать и упокоить останки в открытом колумбарии на Химкинском кладбище, придется заплатить в среднем 75 000 рублей.

На Люблинском кладбище захоронить в землю урну с прахом можно за 110 000 рублей. Столько стоит 1 квадратный метр земли. Скамейка и ограда не предусмотрены – места слишком мало для такой роскоши.

«Взгляды у жителей больших городов не такие, как в глубинке»

Московская область, Перепечинское кладбище. Здесь столичные власти предоставляют участок под два захоронения совершенно бесплатно. На Перепечинке, как зовут это место агенты, заплатить нужно только за копку могилы.

– В 20 000 рублей уложиться можно, – рассказывает сотрудник похоронной фирмы. – На кладбище ребятам на круг придется накинуть за копку могилы. Это такая традиция, – добавляет он.

Организовать традиционные похороны за 20 000 рублей предложили сразу несколько ритуальных служб. Правда, придется обойтись без венков, оркестра и прочего шика.

Похоронить любого неработающего жителя Москвы можно и без денег. На языке ритуальных агентов это называется «проводить в последний путь на безвозмездной основе». Единственное условие – трудовая книжка покойного должна быть закрыта.

Сторонники кремации могут возразить: мол, а как же памятник? А уход? Ограду же нужно красить. И делать это по возможности нужно каждую весну. А могила проседает, особенно когда свежая! Урна же с прахом, если из меди, – очень долговечная…

Сомнительные аргументы.

– Кремация – это удобнее и быстрее. Взгляды у жителей больших городов не такие, как в глубинке. Я имею в виду в духовном плане, – делится своими мыслями Дмитрий – диспетчер московского ритуального агентства.

«Земля должна быть для живых людей, а не для мертвых»

Вот и в Кирове люди обсуждают свой крематорий. Построить «социально-значимый объект» в городе решил предприниматель Андрей Катаев. Кремировать кировчан планируют по «низкой цене».

12 000 рублей – и дело сделано. А еще заплатить нужно за урну, гроб и транспорт.

– Не будет больше создаваться новых кладбищ. Люди поймут плюсы крематория, и в течение одного-двух лет мы выйдем на отметку в 50% кремаций от всех умерших, – рассуждает Андрей Катаев. – Но так как люди у нас с трудом принимают всё новое, нам придется проводить какую-то своеобразную акцию, разъяснения среди населения, что кремация – это цивилизованный способ захоронения умерших. Интересно, как будет проведена эта работа? Что это могут быть за акции?

К традиционному способу захоронений господин Катаев относится прохладно.

– На кладбищах грязно. Ну нет у нас такой культуры, как, например, в Европе, – рассуждает Катаев. – Для священников похороны – это бизнес: они отпевают. Для «ритуальщиков» – это бизнес, они хоронят в землю – это их хлеб, – отмечает Катаев.

То есть г-н Катаев решил, что кировчане не умеют вести себя на кладбище и лучше всего усопших отправлять в печь. И для него это совсем не бизнес! В интервью предприниматель с энтузиазмом рассказывает о том, что «земля должна быть для живых людей, а не для мертвых». Это его слова. В них выражено его отношение к умершему человеку.

Создается впечатление, что дебатировать вопрос о кремации и не нужно, поскольку рано или поздно кремировать будут всех и везде. По крайней мере в этом уверены те, кто открывает новые крематории в стране. Землю под захоронения даже в «дорогой и нерезиновой» Москве дают бесплатно. Сэкономить на кремации больших денег не получается, но количество урн с пеплом, по сравнению с могилами, всё увеличивается. Вот и подруга моя, которой всего 22 года, уже спокойно относится к тому, что ее тело могут сжечь.



Никита Филатов

ХОРОНИТЬ НЕЛЬЗЯ КРЕМИРОВАТЬ: ВЗГЛЯД ЦЕРКВИ

Протоиерей Владислав Цыпин: «Я бы советовал не преувеличивать сложности, связанные с преданием земле»

– Отец Владислав, почему Русская Православная Церковь не одобряет кремацию?

– Негативное отношение Русской Православной Церкви к кремации объясняется, прежде всего, тем, что такой способ погребения расходится с церковной традицией. Здесь есть еще и некая богословская проблема, потому что подобный способ погребения не соответствует христианскому учению о Воскресении из мертвых. Не в том, конечно, дело, что Господь не в силах воскресить кремированных. Но со стороны человеческого сообщества ожидается уважительное отношение к останкам усопшего.

– Насколько категорична Русская Православная Церковь в вопросе допустимости кремации?

– Церковь не воспрещает категорически кремацию под угрозой отлучения от Причастия тех близких, которые решили не предавать земле, а кремировать останки своих родных. Дело в том, что бывают разные обстоятельства. Бывают затруднения. Например, в Японии. Это, конечно, случай не для России, но в Японии тоже есть православные люди, принадлежащие к Русской Православной Церкви. А там законодательно запрещено предавать тело земле. Там есть единственный способ, если так можно выразиться, погребения – это кремация. Только этот способ разрешен законами страны.

– Каковы, на ваш взгляд, причины роста популярности кремации сегодня в России?

– Я думаю, что есть общая причина. Она связана с тем, что оставляются и забываются традиции. Ведь в советское время как верующих, так и неверующих все-таки хоронили, как правило, традиционным способом, то есть предавали земле. Хотя, естественно, существовала кремация. Она рекламировалась. Традиции сегодня оставляются. Играет свою роль урбанизация. Сельских жителей, которые обычно наиболее привержены традициям, становится всё меньше. Если 50 лет назад городских жителей была половина, то сейчас связь с деревней значительного большинства соотечественников уже относительная, отдаленная.

Уже дедушки, бабушки во втором, третьем поколении – горожане. Но, с другой стороны, казалось бы, восстановление нормальной церковной жизни должно было бы вытеснить кремацию. Тем не менее, мы наблюдаем то, что наблюдаем.

– Отец Владислав, какие могут быть контраргументы, которые позволили бы человеку не принимать поспешного решения кремировать своего родственника?

– Прежде всего, необходимо напоминать о церковном учении, о телесном воскресении из мертвых и о церковных традициях и обрядах. О том, что подобный способ погребения хотя Церковью и допускается, в том смысле, что не подвергается прещениям: не отказывают в отпевании тем, кто сам захотел, чтобы его кремировали, – но, тем не менее, Церковь не благословляет такой способ погребения. Мы можем обращаться к церковной и православной совести.

– Часто сторонники кремации в России приводят в пример цивилизованную Европу с чистыми ухоженными и аккуратными кладбищами, где нет места грустным воспоминаниям. Многие не хотят думать о плохом на кладбище…

– Чем кладбище чище и опрятнее, тем, конечно, лучше. Но это не значит, что кладбище не должно быть местом напоминания о смерти, о бренности человеческой жизни, о вечности. Оно призвано как раз быть местом напоминания о самом важном. Кто-то из русских мыслителей начала XX века сказал, что кладбище – это школа философии.

Это все-таки разные вещи. Да, в самом деле, и дороги, и тротуары во многих западных городах (я бы не сказал, что во всех, например Южная Италия совсем не такая уж чистая) аккуратнее, чище и опрятнее, особенно в Северной и Центральной Европе. Так же и кладбища там чище и опрятнее.

Но я не думаю, что там преобладает кремация. Я думаю, что всё еще и там чаще предают земле останки усопших. Кремация совсем не связана с чистотой и опрятностью кладбищ. Каким бы чистым и опрятным ни было кладбище, оно всё равно должно оставаться напоминанием о смертности человека и вечности.

– Как можно отнестись к позиции человека, который поддерживает кремацию исключительно в силу финансовых соображений?

– Если это человек нерелигиозный, то что ему можно сказать?! Только то, что в этом случае он еще и наплевательски относится к традициям. Все-таки безрелигиозные люди способны традиции уважать. Если он человек церковный, то всё, о чем мы уже говорили, должно быть для него авторитетно и убедительно.



 Отец Владислав, возможно, сейчас ваши слова слышат наши читатели, потерявшие своего близкого и родного человека, но которые не могут сделать выбор между традиционными похоронами и кремацией. Что бы вы посоветовали людям, которые оказались в такой непростой ситуации?

– Я бы им советовал не преувеличивать сложности, связанные с преданием тела земле традиционным способом погребения. И напомнил бы о том, что они долг имеют перед своими близкими усопшими. И этот долг все-таки более всего относится к заботе о спасении своих близких и усопших. Конечно, мы вовсе не утверждаем, что оно, спасение, недоступно тем, кого кремировали. Вовсе не так. Но мы со своей стороны должны сделать всё возможное, чтобы церковные нормы, церковные традиции были соблюдены.

– Бывают случаи, когда уже повзрослевшие и воцерковленные христиане узнают, что кого-то из родственников кремировали. И многие начинают переживать по этому поводу. Они беспокоятся о посмертной участи близких. Как можно их успокоить?

– Им не стоит беспокоиться, потому что вообще всякое обращение назад, сожаления о том, что надо было сделать что-то иначе, чем было сделано, непродуктивно. Они должны только усиленномолиться о своих близких усопших. На них не лежит вины, если против их воли так поступили с ними. А если они сами этого захотели… Ну что ж, это были греховные мысль и дело. Надо молиться Богу о прощении грехов.



В ногу со временем?

Идеологи большевизма сегодня могли бы стоя аплодировать тем данным, которые обнародовал господин Павел Кодыш, президент Союза похоронных организаций и крематориев России.

Еще раз процитируем его комментарий «Русской службе новостей»: «В Москве и Санкт-Петербурге кремируют 60% умерших». Сегодня нет транспарантов, призывающих к кремации, никто в обязательном порядке с высокой трибуны не принуждает сжигать тело после смерти. Единственная сдерживающая сила, открыто выступающая против строительства новых крематориев, – Русская Православная Церковь. Так, митрополит Ижевский и Удмуртский Викторин в июле 2015 года направил главе Удмуртской Республики Александру Соловьеву обращение о недопустимости строительства крематория в Ижевске:

«С глубокой скорбью я воспринял известие о строительстве в Ижевске крематория. Это не мое личное беспокойство, а беспокойство всех православных жителей Удмуртской Республики», – отметил митрополит Викторин.

Тем, кто полагает, что Церковь должна пойти на уступки в данном вопросе, напомним слова Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла по этому поводу:

«Конечно, речь здесь идет только о символах, ибо и похороненное в земле человеческое тело также превращается в прах, но Бог силою Своей из праха и тления восстановит тело каждого. Кремация, то есть сознательное разрушение тела усопшего, выглядит как отказ от веры во всеобщее Воскресение. Конечно, многие, кто верит во всеобщее Воскресение, по практическим соображениям все-таки кремируют усопших. В случае кончины близкого вам человека вы сможете его отпеть, но если есть у вас возможность убедить его не настаивать на кремации, то попытайтесь сделать это!».

Приведем слова из официального документа «О христианском погребении усопших», который был утвержден Священным Синодом РПЦ 5 мая 2015 года:

«Церковь верует, что Господь властен воскресить любое тело и из любой стихии (Откр. 20: 13). “Мы не боимся никакого ущерба при любом способе погребения, но придерживаемся старого и лучшего обычая предавать тело земле”, – писал раннехристианский автор Марк Минуций Феликс».

Русская Православная Церковь и сегодня считает кремацию явлением нежелательным и не одобряет ее.

Отношение к кремации в РПЦЗ

Любой человек, который ознакомится с итоговым документом Архиерейского Собора РПЦЗ, увидит, что решения Синода принципиальны и не допускают различных толкований. Документ отличает бескомпромиссность относительно кремации тел усопших.

«Сторонники кремации – атеисты и враги Церкви. Греческая и Сербская Церкви также отреагировали отрицательно на эту практику. Кремация тел умерших противоречит тому, что было установлено в христианской Церкви с самого начала», – говорится в документе. «На основании всех рассмотренных фактов Архиерейский Собор запрещает чадам Русской Православной Церкви Заграницей сжигать тела умерших в крематориях. Священники обязаны объяснять своим прихожанам нехристианский характер таких похорон. Они не должны служить церковную панихиду по тем, чьи тела предназначены для кремации. Имена таких умерших христиан могут поминаться только на Проскомидии».

В документе детально рассмотрен вопрос о том, как могут относиться христиане к воле родственника, который захотел, чтобы после смерти его кремировали:

«Может случиться, что какой-нибудь верующий православный по своему невежеству завещает близким родственникам кремировать свое тело и затем умирает, не получив благословения и не раскаявшись в своем намерении… Если близкие обещали покойному кремировать его тело, то они могут быть освобождены Церковью от этого неблагоразумного обещания путем установленной для таких случаев молитвы. Душа покойного после смерти, видя глупость своего желания кремации тела, будет только благодарна своим близким за такое решение».

Архиерейский Собор Русской Православной Церкви Заграницей на сессии от 20 августа / 2 сентября 1932 года по вопросу о кремации тел усопших решил: «Принципиально сожжение тел православных христиан в крематориях не разрешается ввиду того, что этот обычай вводится безбожниками и врагами Церкви. Во всех частных затруднительных случаях предоставить решение епархиальному архиерею».



Отношение к кремации Элладской Православной Церкви

Священный Синод Элладской Православной Церкви в октябре 2014 года заявил, что Церковь не будет отпевать тех, кто завещал себя кремировать. Также Церковь почитает своим долгом уведомить клир и благочестивый народ о тех канонических последствиях, которые несет кремация тел усопших.



  • Кремация не согласуется с практикой и Преданием Церкви по богословским, каноническим и антропологическим причинам.

  • Для того чтобы не впасть в богословское и каноническое заблуждение, необходимо уважение религиозных убеждений и уточнение собственной воли умершего, а не соблюдение воли его близких.

Если установлен факт, что умерший разрешил кремацию своего тела, то последование отпеваниянад ним не совершается.

Почему сожжение – поругание?

Некоторые православные продолжают искренне сомневаться и недоумевать, что плохого в сожжении тел, ведь душа несравненно важнее плоти. К примеру, вот комментарий Анны, нашей читательницы, возмущенной тем, что кремацию ставят под сомнение:

«Кажется, что всё сводится только к мнению священников о том, что к сосуду жизни нужно относиться благоговейно. А сжечь тело – это разве поругание? Ведь и старые рваные книги сжигают, и даже иконы, совсем вышедшие из употребления. В чем тут осквернение? По-моему, это все “оцеживание комара и глотание верблюда”».

На эти вопросы можно ответить словами святителя Николая Сербского:

«Вы спрашиваете меня: почему христианская Церковь возмущается сжиганием умерших? Во-первых, потому, что она считает это насилием. Сербы до сегодняшнего дня ужасаются преступлению Синан-паши, который сжег мертвое тело святого Саввы на Врачаре.

Сжигают ли люди мертвых лошадей, собак, кошек или обезьян? Я не слышал об этом, но видел, как их закапывают. Зачем же тогда совершать насилие над мертвыми телами людей – повелителей всего животного мира на земле? Да разве сжигание павших животных, особенно в больших городах, может служить оправданием сжигания умерших людей?

Во-вторых, потому, что этот языческий и варварский обычай был вытеснен из Европы христианской культурой почти 2000 лет назад. Кто желает обновить этот обычай, тот хочет привнести не нечто культурное, современное, новое, а наоборот, вернуть давно отжившее старье. В Америке я видел могилы великих президентов: Вильсона, Рузвельта, Линкольна и многих других знаменитых людей. Никто из них не сожжен».



Старец Паисий Святогорец об отношении к останкам

Сложно найти высказывания святых отцов первых веков христианства о кремации в силу того, что в то время писали, что называется, «на злобу дня»: темы их трудов касались вопросов появления различного рода ересей и лжеучений, споры же о кремации усопших тогда еще не приобрели такого размаха, который мы наблюдаем сегодня. Но мы можем узнать, что думали уважаемые современные духоносные старцы, многие из которых прославлены в лике святых.

Афонскому старцу Паисию Святогорцу рассказали о том, что в Греции «из соображений гигиены и для экономии земных площадей» собираются сжигать мертвых. Его ответ был прост и понятен:

«Из соображений гигиены? Да ты только послушай! И не стыдно им такое говорить? То, что всю атмосферу загадили, так это ничего, а косточки им, видите ли, помешали! А насчет «экономии земли»… Неужели нельзя в целой Греции со всеми ее лесами найти место для кладбищ? Как же так: для мусора находят столько места, а для священных останков не находят. Земли, что ли, дефицит? А сколько мощей святых может быть на кладбищах? Об этом они не подумали?

В Европе сжигают мертвых не потому, что их негде хоронить, но потому, что кремацию считают делом прогрессивным.

Вместо того, чтобы вырубить какой-нибудь лесок и освободить место для мертвых, скорее освободят место от них самих, сжигая и превращая их в золу. Мертвых сжигают потому, что нигилисты хотят разложить всё – включая человека.

Они хотят сделать так, чтобы не осталось ничего, что напоминало бы человеку о его родителях, о его дедах, о жизни его предков. Они хотят оторвать людей от Священного Предания, хотят заставить их позабыть о жизни вечной и привязать к жизни этой временной».

Вместо эпилога

Недавно я специально зашел на Донское кладбище. Посмотрел закрытый колумбарий. Он находится слева от храма преподобного Серафима Саровского. В здании было совсем тихо. Из живых людей никого не увидел.

Поймал себя на мысли, что я вообще не привык к тому, что вот так может выглядеть могила: розовая стена, пластмассовые цветы, которые никогда не потеряют своей формы, а на высоте трех метров табличка с фамилией и именем. И таких табличек сотни.

Обратил внимание на новую стенку: что-то наподобие массивного стеллажа со стеклянными дверцами. Видимо, новый, поскольку многие ячейки пока пустуют.

Мне они напомнили – прошу простить меня за такое, может быть, неуместное сравнение – ячейки в супермаркете, куда можно поставить сумку. Это был мой первый поход в колумбарий. И надеюсь, что последний.

Никита Филатов
БОГОСЛОВСКАЯ ОЦЕНКА И ЭККЛЕСИОЛОГИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ КРЕМАЦИИ МЕРТВЫХ

Выступление митрополита Навпактского и Cвятовласиевского Иерофея (Влахоса), посвященное теме кремации мертвых, которая была организована Священным Синодом Элладской Церкви 3 марта 1999 года.

***

Прежде всего, я хотел бы поблагодарить Священный Синод Элладской Церкви за то, что поручил мне высказаться по данной проблематике, которая столь волнует современное греческое общество. Речь не идет о том, чтобы я исчерпал эту сложную тему; я затрону в ней лишь богословские и экклесиологические аспекты. Другие стороны этой проблемы будут рассмотрены моими содокладчиками.

Вначале я хотел бы сказать, что в специальном исследовании профессора богословского факультета Афинского университета Георгия Антураки «Погребение, кремация и воскресение мертвых: свидетельства традиции и культуры» предоставлен богатый материал на эту тему. Я же сегодня остановлюсь на трех узловых моментах.

Первый. Все культурные народы древности заботились о своих умерших даже больше, чем о живых, и, кроме того, у большинства народов была возможность выбора между погребением или сжиганием мертвого тела. Считается, что сжигание было вызвано страхом перед мертвым человеком или чтобы уничтожить трупы, которые считались источником заразы. В Греции, и древней, главным образом в классические времена, и сегодняшних дней, преобладает традиция погребать своих мертвых, поскольку веровали, что душа непогребенного человека не может войти в Элисейские равнины  и блуждает до тех пор, пока не обретет могилу.

Тем не менее, в гомеровскую эпоху мы встречаемся с примерами сжигания тел умерших. В новые времена кремация мертвых была принята во Франции после революции апрельским указом 1789 года. Сегодня кремация широко распространена в различных Протестантских Церквах, в атеистических сообществах, среди масонов.

Второй. Сжигание умерших в древности всегда имело два существенных признака. Во-первых, оно сопровождалось определенным религиозным обрядом; во-вторых, никогда не применялся метод полного уничтожения, превращения в пепел. После сжигания тела собирались оставшиеся кости, они клались в дорогой ковчежец и захоранивались в отдельных могилах. То есть было и сжигание, и погребение тела, но не полное испепеление. Кремация в специальных печах является нововведением, неизвестным в древние времена. Это нужно особо подчеркнуть.

Третий. С началом христианского периода мы не встречаем никаких свидетельств о добровольном сжигании тел усопших. Всегда христианство было за погребение всего тела. Должен сказать, что я не нашел решений Вселенских или Поместных Соборов, которые бы запрещали кремацию, но это как раз потому, что никому и в голову не пришло ставить вопрос о сжигании тел усопших. Косвенно каждый может обратиться к апостольским словам: «Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог: ибо храм Божий свят; а этот храм – вы» (1 Кор. 3: 17). Это место свидетельствует против всякого разрушения тела. Спиридон Макрис  сообщает, что у Тертуллиана есть ясная позиция, отвергающая сжигание усопших, но я не смог найти это место в трудах Тертуллиана.

Существует решение Священного Синода Элладской Церкви по этой проблеме. Когда в 1960 году тело выдающегося музыканта и дирижера, почетного академика Димитрия Митропулоса было кремировано (согласно его завещанию) и пепел помещен в простую урночку, Элладская Церковь (несмотря на просьбы очень многих) отказалась от какого-либо официального или неофициального погребения и даже от простой литии.



Богословская оценка

Человек есть творение Божие, он имеет определенное начало и, конечно, не имеет конца, потому что так пожелал Бог. Само собой разумеется, что все тварное, которое имеет начало, имеет и конец.

Однако, согласно воле Божией, это не так по отношению к человеку. Связь души с телом очень сильная, и мы можем проследить ее онтологически – не только в процессе смерти, но и в последующей жизни человека после его смерти. То есть как после исхода души из тела, так и в процессе нового соединения души с телом.

Сотворенный человек есть определенная ипостась-лицо, отличающаяся от любой другой сущности. И ипостась человека не определяется и не заключается только в душе, но распространяется на все существо его. Чрезвычайно важно то, что говорит святой Иустин Мученик и Философ, давая свое определение человеку: «Что такое человек как не животное разумное, состоящее из души и тела? Разве душа сама по себе есть человек? Нет, она душа человека. А тело разве может быть названо человеком? Нет, оно называется телом человека». И продолжает далее, что человеком не называется что-либо одно из двух – либо душа, либо тело, но «только существо, состоящее из соединений той и другого, называется человеком».

Это значит, что тело не есть просто тюрьма для души, как считали различные идеологические и философские течения древности, но одно из существенных составляющих ипостаси человека. Душа присутствует в теле своей энергией, оживотворяет тело.

Очень показательно то, что в своих погребальных стихирах преподобный Иоанн Дамаскин, говоря о бездушном теле, которое находится во гробе, называет его «по образу Божию»: «И вижду во гробех лежащую, по образу Божию созданную нашу красоту, безобразну, безславну, не имущую вида». То есть мертвое тело продолжает называться образом Божиим. Это, конечно, не подразумевает, что Бог имеет плоть, но так говорится в двух значениях. Во-первых, Слово Божие, Христос, когда пришла полнота времен, воплотился, вочеловечился, и Он есть подлинный архетип человека. Во-вторых, как Господь оживотворяет все творение, так и душа человека оживотворяет тело.

Действительно, святой Григорий Палама говорит о том, что «по образу Божию» человека превосходит «по образу Божию» ангелов, хотя и люди, и ангелы имеют своим примером образ Святой Троицы – то есть имеют ум, слово и дух. Душа человека с его духом животворит соединенное с ней тело, которого не имеют ангелы. То есть ангелы имеют дух, но не животворящий, поскольку не имеют тела.

Напротив, умная и словесная природа души человека, так как была сотворена вместе с земным телом, «от Бога восприняла и дух животворящий». И действительно, душа имеет такую привычку и даже любовь к телу, «что никак не желает разлучаться его, но совсем не покидать и лишь насильно – по причине болезни великой или травмы извне».

Этот крепкий союз между душой и телом виден и в том обстоятельстве, что спасение человека не относится только к душе, но распространяется на всего человека, который состоит из души и тела. Все богослужение и таинства Церкви обращены ко всему человеку. Весь человек, состоящий из души и тела, возрожденный и живущий в Духе, является членом Тела Христова. Когда мы говорим о членах Церкви, то в действительности разумеем членов обоженной плоти, которую воспринял Христос от Пресвятой Девы.

Наша связь с Церковью не мысленная, не мистическая, но реальная, поскольку мы составляем Тело Христово; она не только духовная, душевная и психическая, но и телесная. И, конечно, когда мы говорим о спасении, мы имеем в виду сохранение всего человека.

Слово «спасение» происходит от двух слов: «невредимый» и «сохраняю». Очень важным является следующее место у апостола Павла: «Сам же Бог мира да освятит вас во всей полноте, и ваш дух и душа и тело во всей целости да сохранится без порока в пришествие Господа нашего Иисуса Христа» (1 Фес. 5: 23).

То, что человек есть ипостась, состоящая из единства души и тела, видно и из того, что душа не желает разделяться с телом и после смерти. Великое таинство смерти не исчерпывается просто фактом того, что человек теряет и разлучается с возлюбленными ему людьми, но в том, что душа покидает возлюбленную ей стихию, то есть тело.

Слово святого Иоанна Дамаскина очень точно: «Воистину страшное смерти таинство, как душа тела насильно разделяется, гармонией связанный естественный союз Бога повелением отсекается». Существует природная естественная связь между душою и телом; между двумя этими частями человеческой ипостаси сохраняется гармония, и, следовательно, разлучение между ними становится болезненным, но в согласии с волей Божией.

Но даже после разделения души от тела ипостась не разрушается. Хотя душа отделяется от тела, но ипостась остается неразделенной. Эту богословскую истину мы можем увидеть на примере двух важных положений. Во-первых, душа, отделившись от тела, сохраняет воспоминания о нем. Это мы можем увидеть из текста тропаря канона Великой субботы: «Ад, Слове, срет Тя огорчися, человека  зря обожена, уязвлена ранами, и всесильнодетеля». Здесь говориться, что ад увидел Слово Божие, имеющее раны, но всесильное. И объясняет святой Никодим Святогорец православно и святоотечески, что в ад сошла душа вместе с Божеством, а тело пребывало во гробе вместе с Божеством.

Тогда раны, которые увидел ад, должны были быть ранами Божества или ранами души? Первое исключается, потому что, когда страдала человеческая природа на Кресте, не страдала Божественная, так как Божественная природа бесстрастна. Следовательно, раны, которые видел ад, были ранами души. Но как это может быть, ведь раны были оставлены на теле? Из душевных сил некоторые действуют самостоятельно (ум, размышление, славление), а некоторые нуждаются в энергии тела (фантазия и ощущения). Так как раны Христа были ощутимы, значит, они были общими и для души, и для тела. Когда бичевалась и страдала плоть Христа, тогда «несколько смутные образы и типы и ощущения от ран и страданий запечатлелись и в самой душе. Когда слышим, что души грешников в ад следуют, то печати и знамения грехов своих с собою переносят».

Во-вторых, ясно, что с разделением тела от души не разрушается ипостась человека. Душа, несмотря на свое отделение от тела и распадение самого тела на части, узнает эти части и не отдаляется от них. Святой Григорий Нисский говорит, что душа признает эти части и приводится в те места, где находятся останки для признания частей всего тела.

Так, душа не отдаляется от своего тела и «не входит в общение и не смешивается с материей оставшихся частей». Следовательно, душа и после отделения от тела знает и узнает элементы и части тела, так что силою и энергией Божией вновь опять войдет в свое тело, и так произойдет воскресение мертвых тел. Очень показательно пророчество пророка Иезекииля, которое описывает это чудесное воскресение тел (см.: Иез. 37: 1–14).

Конечно, тело человека по восстанию из мертвых будет его же, но нетленное, бессмертное и обновленное. Апостол Павел говорит по этому поводу: «Так и при воскресении мертвых: сеется в тлении, восстает в нетлении; сеется в уничижении, восстает в славе; сеется в немощи, восстает в силе; сеется тело душевное, восстает тело духовное» (1 Кор. 15: 42–44). То есть воскресшее тело человека будет иметь характерные признаки его ипостаси, но будет оно обновленное, поскольку во время второго пришествия Христа станет новая тварь, без следов тленности и смертности. Возрожденное тело будет подобно Адаму и Еве до грехопадения, подобно телу Христа после славного Его воскресения. То, что человек станет обновленным созданием, не потерявшим при этом признаков своей собственной ипостаси, видно из святоотеческого учения. Согласно ему, исчезнут все болезни и все недостатки человеческого тела. Святой Иустин Мученик и Философ говорит, что если Христос во время первого своего пришествия на землю исцелял болезни тела и дополнял недостающие части тела человека, «насколько же более того соделает по общем воскресении, так что в целости и неповрежденности воскресит плоть».

Таким образом, откровенная истина, как она выражена в Святом Писании и в святоотеческих текстах, убеждает, что существует теснейшая связь между душою и телом и что, несмотря на разделение души от тела, не разрушается и не исчезает ипостась человека, но душа знает и признает члены своего тела, и, конечно, целое тело, преображенное и обновленное, воскреснет во втором пришествии Христа.

Пастырские и экклесиологические последствия

Эти богословские обоснования, рассмотренные нами, должны быть достоянием нашей церковной жизни. Поскольку мы живем в обществе обмирщенном, необходимо увидеть пастырские и экклесиологические параметры затронутой темы. Древние христиане питали безграничное уважение к мощам святых, которые, подвергаемые мучениям, возможно и сжигались. Останки собирали из огня, помещали их с великим благоговением в особых местах и поклонялись им. Почитаются и даже малые частицы, потому что и «в разделенном теле благодать нераздельно пребывает». То есть со святыми происходит некая аналогия того, что было и со Христом.

Душа Христа отделилась от тела, однако Божество пребывало нераздельно, душа вместе с Божеством сошла во ад, а тело с Божеством оставалось во гробе. Нечто похожее происходит и со святыми: когда душа их разрешается от тела, в мощах святого остается благодать Божия, свидетельствующая о себе.

К сожалению, обмирщенные христиане по другому смотрят на эту тему и считают вполне приемлемым практику кремации тел. Как мы можем подойти к этой проблеме с пастырской и экклесиологической стороны? Здесь я бы хотел очень кратко подчеркнуть два момента.

Первое. Церковь не может согласиться с кремацией мертвых и благословить на нее своих чад, потому что уважает человеческое тело, считает его храмом Духа Святого, одной из частей человеческой ипостаси. Осознавая то, что, несмотря на отделение души, единство ипостаси остается, такое действие может расцениваться как насилие над природой, поскольку естественным является разложение тела, а всякое насилие над естеством природы порождает экологические проблемы. А также мы не принимаем платонические теории о природе тел смертных и бессмертных. Мы не можем принять кремацию тел, потому что те, кто соглашается на нее, возможно, тем самым исповедуют платонические и древние философские взгляды, рассматривающие тело как узилище для души, или что тело не воскреснет, или что оно сосуд наслаждений, который должно отсечь и презреть, чтобы спаслась душа. Так скрытно в согласии на кремацию таится пренебрежение к телу, неверие в воскресение мертвых, возможно учение о переселении душ или вообще отрицание существование души после смерти.

Конечно, есть случаи, когда тела святых сгорели или тела людей сжигались по разным причинам. Но есть разница между добровольным и насильственным сжиганием. Одно дело, когда это происходит без желания человека, и совсем другое – добровольное согласие. В первом случае Господь не засвидетельствует неуважение к телу. А во втором, когда человек по своей воле так поступает, это показывает его неверие. Конечно, и в первом, и во втором случае Бог воскресит и воссоздаст тело и из пепла, поскольку во втором пришествии все люди воскреснут: и те, кто пострадали от гонений, и те, кто были съедены зверями или сгорели от огня. Но то, что имеет для нас значение, – это та идея, которая стоит за принятием практики кремации тел.

Именно поэтому Церковь столь внимательно исследует этот вопрос. Помимо богословских оснований есть и другие – психологические, социальные, которые не согласовываются со сжиганием усопших людей. Другие докладчики рассмотрят и с этих сторон этот феномен. Второе. Те, кто соглашаются на кремацию своих тел, потому что имеют другие взгляды на существование души, воскресение тела и вечную жизнь, но одновременно желают и церковного погребения, создадут большую проблему для Церкви. Что делать Церкви? Отпевать и погребать пепел? Согласиться совершить последование отпевания над мертвым телом, зная, что после службы тело отправят в печь для сжигания? А потом погребать пепел на кладбище?

Эти вопросы вызывают пастырские и экклесиологические проблемы, которые, как я уже сказал, касаются богословских воззрений. И Церковь должна занять ясную позицию в этом вопросе.

На мой взгляд, возможный ответ может сослагаться из двух производных. Первое. Служба погребения тесно связана с присутствием человеческого тела, а не пепла. Все тропари говорят об усопшем, а не об испепеленном, о теле, которое находится перед нами, о последнем лобзании и т.д. Как же можно совершать погребение без тела? Второе. Вся служба отпевания имеет непосредственную связь с погребением тела, а не с погребением пепла. Таким образом, два этих заключения приводят к выводу, что не должна совершаться служба погребения ни до кремации, ни после нее. В первом случае не будет самого погребения тела, а во втором не будет тела, а только пепел.

В заключение я хотел бы сказать, что Церковь должна оставаться не подверженной влиянию духа мира сего и продолжать отпевать и погребать тела, которые могут статься мощами святых. Они будут почивать в ожидании своего восстания, и когда случится их обретение, была бы возможность увериться в святости усопшего. Потому что нетленность и чудотворение мощей есть доказательство обожения человека, так как благодать Божия пронизывает и все тело. И конечно, подтверждение бытия святого имеет глубокое значение, поскольку тогда мы знаем, что его предстательство поможет и в нашем с вами спасении.



Митрополит Навпактский и Святовласиевский Иерофей (Влахос), Перевел с греческого Иван Дяченко
Каталог: files -> 2014
2014 -> Федеральные клинические рекомендации по диагностике и лечению
2014 -> Восстановление и повышение работоспособности в тренировочном процессе лыжников–гонщиков
2014 -> Техническое задание по оборудованию и эксплуатации используемых на платной основе парковок
2014 -> Федеральные клинические рекомендации по диагностике и лечению амнестического синдрома, вызванного употреблением психоактивных веществ
2014 -> Справочный материал к Отчету исполнительных органов
2014 -> Образовательный стандарт послевузовской профессиональной подготовки специалистов Специальность: №040129 «Урология» Москва 2001
2014 -> Руководство по подключение к конференции Для просмотра трансляции необходимо подключение к сети Интернет на скорости не менее 1 Мбит/с. Эти данные можно узнать, пройдя по адресу сайта
2014 -> Сборник научных статей кафедры журналистики Нижний Новгород, 2014 ббк 76. 0


Поделитесь с Вашими друзьями:




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница