Илья Сапунов Кесарю Кесарево Первое Действие



страница5/7
Дата31.05.2019
Размер0.97 Mb.
#94434
1   2   3   4   5   6   7

Судья: С чего ты это взял?

Максим: Просто мне так кажется.

Судья: Я в любом случае не могу тебе ответить. Хотя да, у меня… есть картина событий. Даже более полная, чем ты можешь представить. Но скажу, что мое решение будет целиком и полностью зависеть от нескольких факторов.

Максим: И что это за факторы, конечно секрет?

Судья: Конечно. Прости, что мой ответ не дал тебе ничего.

Максим: Да, я, в общем-то, на него и не рассчитывал.

Судья: Разумно. Ответишь еще на вопрос?

Максим: Спрашивайте.

Судья: Доверяешь им? Тем, кто будет тебя защищать?

Максим: А почему я не должен?

Судья: А вдруг они не справятся?

Максим: Уже не важно. Даже если бы я им и не доверял, выбора у меня нет.

Судья: Разве? Выбор есть всегда. Если тебя не тревожит твоя судьба, то может тебя волнует хотя бы судьба этих людей?

Максим: Что-то я не совсем понимаю.

Судья: Просто пища для размышлений. От тебя многое зависит. Хочу, чтобы ты смотрел на вещи шире. (прислушивается) Кажется, мы сейчас будем не одни. Ладно, мне пора. Скоро все начнется. Об этом разговоре, лучше не распространяйся, сделаем вид, что встретились впервые. Идет?

Максим: Как хотите.

Судья: И да, подумай на досуге.

Максим: О чем?

Судья: О моем первом вопросе. О том, что бы ты сделал, если бы встретил Бога.

Максим: И зачем вам это?

Судья: Праздное любопытство, только и всего. (смеется) Не скучай. (уходит)

На перроне вновь появляется Проводник, а вслед за ним и Михаил. Они о чем-то оживленно спорят.

Проводник: Вот скажи, ну почему ты это делаешь? Тебе нравится издеваться над людьми? Почему ты просто не промолчал?

Михаил: Подожди, я не сказал ничего такого! (Максиму) Просто служебные разногласия.

Проводник: Поезд отходил через три минуты. Три минуты! Всего три минуты тебе нужно было продержать язык за зубами, и нам бы не пришлось связывать эту несчастную и закидывать её в тамбур как мешок с картошкой! Почему так всегда происходит, когда ты решаешь мне помочь?

Михаил: Я не виноват в том, что эта истеричка не понимает здорового юмора.

Проводник: Ах, здоровый? «Не плачь, может быть в аду будет не так уж и страшно»? Это здоровый юмор?

Михаил: Но ты же сказал им, что ни рай, ни ад не существует! Она должна была понять, что я шучу! (небольшая пауза) Ладно, может я чуть переборщил. Самую малость.

Проводник: Думаешь, моя задача просто отправлять их в неизвестность?

Михаил: Прости?

Проводник: Я делаю все возможное, чтобы убедить их, что это еще не конец. Я пытаюсь вселить в них надежду. По-твоему это просто? Ободрить человека, который уже переступил черту? Каждый из них как бочка с порохом. А ты берешь и разводишь костер у них под носом! Знаешь, что бывает, когда хотя бы у одного сносит крышу?

Михаил: Наверное, мало приятного?

Проводник: Слышал про леммингов?

Михаил: Это такие маленькие грызуны, которые стаей бросаются со скал в море?

Проводник. Угу. Хотя на самом деле они этого и не делают. Но люди все равно им подражают. Только вместо моря используют проходящий поезд.

Михаил: Гм…

Проводник: А самое веселое происходит, когда этот ошалевший «зверек», снова появляется на перроне, как ни в чем ни бывало, и видит собственные, разлетевшиеся по всем стенам ошметки!!

Михаил: (после паузы, недоверчиво) И ты сам все убираешь?

Проводник: (вздыхает) К черту. С тобой невозможно разговаривать. Разве трудно, хотя бы раз…

Михаил: Подожди. Кажется, у нас гости.

На перроне появляются Аю вместе со Следователем. В руках у каждого кипы документов. Вслед за ними неспешно выходит Судья.

Аю: Мы на месте. (поворачиваясь) Скажите, вы уверены, что слушание лучше провести прямо на станции?

Судья: Конечно. Почему нет? Это сэкономит массу времени. Я не вижу особой разницы, где объявлять приговор. Сказать по правде, эта обстановка меня прельщает гораздо больше, чем все судебные залы вместе взятые. Вижу, нас уже ждут. Господа, надеюсь, мы не заставили вас ждать?

Несколько секунд Михаил буравит Судью тяжелым, полным плохо скрываемого презрения, взглядом.

Михаил: Если честно, мы бы не расстроились, если бы вообще не пришли.

Судья: (усмехается) Согласен, не самый лучший повод для знакомства. Если память мне не изменяет, мы раньше не встречались?

Михаил: К счастью, нет. (Ловит негодующий взгляд Проводника) Но раз уж вы здесь. Располагайтесь. (оглядывается) Если найдете где.

Судья: Думаю, любая из скамеек меня устроит. (подходит к ближайшей, садится) Хм. Сойдет. (смотрит на Максима) Собственно, ты и есть тот безбилетник, из-за которого весь сыр-бор?

Максим: Для судьи вы какой-то странный.

Судья: (смеется) Многих встречал после смерти? Развлекаю себя как могу. Иногда тут бывает скучновато, знаешь ли.

Следователь: Мы можем приступать?

Судья: (отмахнувшись) Погодите, успеется. Дайте хотя бы выдохнуть. ( Проводнику) Хочу, чтобы у нас получился доверительный разговор. Чтобы мое решение оказалось правильным, каждое мнение должно быть выслушано и каждое доказательство проверено. Наши сотрудники очень редко попадают в такую ситуацию как сейчас. Угроза увольнения и ссылка… Просто жуть какая-то.

Аю: Тем более, угроза увольнения сразу двух человек. (смотрит на Михаила) Тебя это тоже касается.

Михаил: Нашла способ, значит?

Судья: (всплеснув руками) Вот зачем, зачем вы это сказали, я же просил подождать!

Аю: Я не думала…

Судья: Нельзя подобные новости вот так просто вываливать. Должна же быть хоть какая-то служебная этика! Спасибо, мой разговор потерял всякий смысл.

Аю: Простите.

Судья: Ох уж эта молодежь, неужели вам все надо объяснять?

Максим: Молодежь? Да вы же моложе чем она выглядите.

Судья: (смеется) Внешность бывает обманчива. Особенно здесь . (вздыхает) Придется сразу переходить к делу. Что уж поделать. У нас получится очень необычный процесс. Ладно… Начнем пожалуй. (Проводнику) Николай Темичев, вы обвиняетесь в серьезных нарушениях Станционного Кодекса. А именно: отказ от исполнения прямых обязанностей и препятствие служебному расследованию. (Михаилу) Михаил Скворцов. Вы обвиняетесь в нарушении условий принудительного ограничения свободы передвижения и незаконном использовании чужого станционного ключа. Выдвинутые обвинения понятны?

Михаил: (Двадцать Пятой) Я смотрю, ты подготовилась.

Аю: Думаешь, ты тут самый умный?

Судья: Я бы попросил впредь говорить только после моего разрешения, и только по делу. Надеюсь, вы учтете мои пожелания?

Аю: Да.

Судья: А вы Михаил?

Михаил: (после паузы) Посмотрим.

Судья: И все же не испытывайте судьбу. Обвинение будут представлять специалист по чрезвычайным ситуациям второй категории и судебный следователь первой категории. Со служебными номерами вы можете ознакомиться в соответствующем документе. Слово предоставляется обвинению.

Аю: Спасибо, ваша честь.

Михаил презрительно фыркает, Аю бросает на него гневный взгляд.

Судья: Вы с чем-то не согласны?

Михаил: Вы сидите на скамейке.

Судья: Да, сижу. Я сижу на скамейке. Что вы хотите этим сказать?

Михаил: На скамейке. Судья, представитель комитета сидит на скамейке. А процесс проходит в зале ожидания для самоубийц. Три совершенно разных дела слепили в одно бесформенное нечто.

Судья: К чему вы клоните?

Михаил: Если вы позволяете себе такие вольности. Может тогда, к черту весь этот цирк? Объявите приговор, и разойдемся. Плевать я хотел на этот фарс. В дрессированные собачки не записывался.

Судья некоторое время молча смотрит на Михаила. Затем, совершенно внезапно, откинувшись на спинку скамьи, начинает громко во весь голос смеяться.

Судья: Прекрасно! А вы действительно, такой как мне описали!

Михаил: (после паузы, сбит с толку) И что дальше?

Судья: (рассуждая) Собственно, почему нет? Свободы много не бывает. (Михаилу) Сделаем по-другому. Хотите справедливой борьбы? Замечательно. Я отменяю все правила.

Михаил, не отвечая, пристально смотрит на Судью.

Судья: Вам дорога ваша прежняя жизнь? Так боритесь за нее. Вгрызайтесь зубами. Цепляйтесь изо всех сил в то, что не хотите потерять.

Следователь: (возмущенно) Ваша честь, В Кодексе совершенно точно говорится о том…

Судья: (твердо, с холодом) Решено. Надеюсь, вы еще помните кто здесь судья. Будем считать, что я уравнял шансы. (Михаилу) Кстати, я даю вам добро.

Михаил: (пауза) И как мне это понимать?

Судья: Ваша маленькая авантюра. Не удивляйтесь так, конечно я знаю о ней. Кому как не мне это знать? Наверное, приберегли на самый крайний случай? Да, как я сказал, я даю добро.

Михаил: Даже так.

Судья: (вздыхает) Знаю, знаю… Любопытство кошку сгубило… Но все же ничего не могу с собой поделать. Ладно. Вы не против, если обвинение все же начнет?

Михаил: Да пожалуйста.

Судья: Тогда приступим. Думаю, много времени это не займет.(Двадцать Пятой) Начинайте.

Аю встает с места. Губы её поджаты, а выражение лица предельно собрано. Если она и нервничает, то не выдает этого.

Аю: Как вы знаете, у каждого работника вокзала и привокзальных территорий есть персональный станционный ключ. Именно ключи помогают нам связываться друг с другом и быстро путешествовать между станциями. Некоторое время назад в наш отдел чрезвычайных ситуаций поступил запрос о помощи со станции с порядковым номером… ( начинает перебирать листы)

Судья: Можно опустить.

Аю: Станция, на которой работает обвиняемый Николай Темичев. Хочу заметить, что мы принимаем вызовы в порядке очередности, и этот вызов достался именно мне. Однако, когда обвиняемый Михаил Скворцов услышал куда я направляюсь, он тут же проявил желание отправиться со мной. Хотя по документам уже как десять минут находился в отпуске и по закону не мог участвовать в официальном расследовании.

Михаил: Да кого волнуют десять минут? Я хотел помочь другу.

Аю: Правила существуют не для того, чтобы вы их нарушали.

Михаил: Вот как? Тогда мне не нужно напоминать, что ты специалист всего лишь второй категории. Еще помнишь, что это значит?

Судья: Представьте, что я это забыл.

Михаил: Это значит, что такому специалисту положен опытный напарник. В отделе на тот момент не было никого подходящего кроме меня.

Аю: Я спокойно могла дождаться других специалистов.

Михаил: И какой смысл терять время, когда на вызов можно отправиться немедленно?

Судья: (смеется) Согласен. Добровольный труд не преступление.

Аю: Не преступление. Когда он действительно добровольный.

Судья: У вас другое мнение?

Аю: Признаюсь честно, мы бы не смогли обнаружить серьезного нарушения Михаилом, если бы до этого не выдвинули обвинения Николаю.

Судья: Подробнее если можно.

Следователь: При вызове судебного следователя, стандартной процедурой является временное ограничение свободы передвижения. Всех участников конфликта. Сразу по прибытию, я ограничил использование ключей специалиста и проводника этой станции. Во время нашего визита проводник отказался от выполнения наших условий, и мы вернулись в офис ни с чем. Причин отказа он не назвал. Однако, после возвращения я обнаружил, что мое ограничение уже было нарушено. Причем прямо во время нашего разговора. Уже в тот момент его станционный ключ находился на значительном удалении от допустимых границ.

Судья: И как это возможно?

Аю: Действительно как? Сначала это поставило нас в тупик.

Следователь: Но потом мы решили поднять информацию обо всех последних использованиях ключа.

Аю: А заодно и проверить сам вызов, чтобы понять, не был ли ключ незаконно передан третьему лицу.

Судья: И?

Следователь: Как выяснилось, ключ использовали довольно часто. И почти всегда, целью назначения было несколько, одних и тех же станций.

Аю: Посещать которые, Николай физически не мог, потому, что в это же время, как правило, принимал очередной поезд.

Судья: И кто же их посещал?

Аю: Нетрудно догадаться. Все уже есть в обвинении.

Судья: Вот как. А куда делся его собственный ключ?

Аю: Видимо до сих пор у Темичева. В отдел запрос пришел именно с него. Я полагаю, сговор у них уже давно.

Судья: Значит обменялись? Но зачем кому-то чужой ключ, когда есть свой?

Следователь: Мы выяснили и это.

Максим: (Проводнику) Да когда они вообще успели это сделать? Времени прошло всего ничего.

Проводник: По нашим меркам.

Максим: То есть?

Проводник: (мрачно) Говорил же, время ведет себя здесь странно. Каждый день в среднем умирает по сто пятьдесят тысяч человек. В час по шесть семь тысяч. Хотя станций и много, не забывай, что каждого надо проверить, поговорить с ним, успокоить и объяснить что дальше.

Михаил: (с кривой усмешкой) В обычных условиях проводники просто не справились бы. Поэтому на каждой станции время течет в пять шесть раз медленней.

Следователь: А еще у нас есть Архивы. Где собрана информация абсолютно обо всем.

Аю: Вывод – Любое нарушение можно пресечь в кратчайшие сроки.

Максим: Жуть какая-то.

Судья: Так что насчет причин? Михаил?

Михаил: Идите к черту.

Судья: (Следователю) Мне кажется, он решил предоставить слово вам.

Следователь: Причины нашлись. В личном деле.

Проводник: ( Возмущенно) Подождите-ка. Разве, для этого не нужно специальное разрешение? Никто кроме судей не имеет права просматривать чужие служебные дела.

Следователь: Да, к сожалению, дело мы не просмотрели. Однако нам и не потребовалось.

Аю: К досье прилагался специальный бланк КПЗС. На них запреты не распространяются. Мы его проверили. И там черным по белому было записано, что Михаилу категорически запрещено посещение ряда станций.

Судья: Которые, как я понимаю, он все это время и посещал.

Аю: Вы правы.

Судья: Причины запрета?

Аю: (торжествующе) Он убийца. При жизни он был убийцей. По судейскому решению, оставаться в нашей реальности он может только с сильно ограниченной свободой передвижения. И он этот запрет нарушил.

Судья: Вот как.

Аю: Поэтому мы просим разрешения подробно изучить его дело.

Михаил: (медленно поднимаясь) Попробуешь это сделать, и я буду сбрасывать тебя под каждый поезд до тех пор, пока ты не передумаешь. Или пока местным Гиппократам не надоест тебя восстанавливать.

Аю: Ваша честь! Вы должны немедленно пресечь подобное поведение!

Судья: (раздраженно) Никому я ничего не должен. Погрозится и перестанет. Никто не станет вас сбрасывать. (ухмыльнувшись) Пока во всяком случае. (смотрит на Михаила) Однако, ты должен понимать, что я обязан выдать им разрешение.

Михаил: Только через мой труп.

Судья: Это будет немного затруднительно. В наших условиях. Для тебя есть второй вариант. Расскажи все сам. А я смогу подтвердить правдивость твоих слов. Ответственности это с тебя не снимет, но мы, во-первых, сэкономим время, а во-вторых, ты сможешь избежать лишнего ковыряния в своем прошлом.

Михаил: Боюсь, мне придется выбрать третий вариант. Катитесь к черту со своими угрозами. Ничего я рассказывать не собираюсь.

Судья: Уверен? Я предлагаю тебе идеальное решение.

Михаил: Уверен. Оставьте свои варианты себе.

Судья: (внезапно, легко согласившись) Как скажешь. Тогда тебе придется покинуть этот… (пауза) кхм… зал заседания.

Михаил: С чего бы? Процесс еще не закончен.

Судья: Для тебя уже закончен. Или ты думал, что можно отказаться от сотрудничества и остаться при своих интересах? Нельзя как видишь. Ты уйдешь. Или, если потребуется, я вызову пару силовиков и тебя выведут.

Михаил: А как же остальные обвинения?

Судья: Судьбу Николая и Максима мы решим своими силами.

Михаил: Так не пойдет, их защиту представляю я.

Судья: (смеется) Думаешь, я дам право голоса такому злостному нарушителю как ты?

Некоторое время ничего не происходит и Михаил долгие секунды в упор смотрит на Судью. Затем, внезапно, словно разом сбросив все напряжение, шумно выдыхает, а лицо его расползается в широкой улыбке.

Михаил: Отлично. Я согласен.

Судья: На что?

Михаил: Дать показания. Или они уже не требуются?

Судья: Отчего же. Я рад, что ты образумился.

Михаил: С чего начать?

Судья: С самого начала, конечно. Мне нужен ответ на три почему. Почему ты убил, почему получил запрет, и почему упорно продолжаешь его нарушать.

Михаил: Как скажете.



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница