Журнал №10. indd



страница1/24
Дата09.08.2019
Размер2.24 Mb.
#128481
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24



н а у ч н о - п р а к т и ч е с к и й ж у р н а л В о л о г о д с к о г о и н с т и т у т а п р а в а и э к о н о м и к и Ф е д е р а л ь н о й с л у ж б ы и с п о л н е н и я н а к а з а н и й

ПРЕСТУПЛЕНИЕ НАКАЗАНИЕ ИСПРАВЛЕНИЕ





ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР:

Попов В.В. — начальник ВИПЭ ФСИН России, канди- дат юридических наук, доцент, заслуженный юрист Российской Федерации
ОТВЕТСТВЕННЫЙ СЕКРЕТАРЬ:

Санташов А.Л. — начальник кафедры уголовно-ис- полнительного права ВИПЭ ФСИН России, кандидат юридических наук, доцент
РЕДАКЦИОННЫЙ СОВЕТ:

Селиверстов В.И. — начальник НИИ ФСИН России, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации;

Беляева Л.И. — профессор кафедры уголовно- правовых дисциплин и организации профилактики преступлений Академии управления МВД России, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации;

Бровкин В.Б. — начальник Санкт-Петербургско- го института повышения квалификации работников ФСИН России;

Немченков В.Ф. — и.о. начальника правового управ- ления ФСИН России;

Ищенко Е.П. — заведующий кафедрой криминали- стики Московской государственной юридической академии им. О.Е. Кутафина, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Рос- сийской Федерации;

Поздняков В.М. — профессор кафедры юридиче- ской психологии и педагогики ВИПЭ ФСИН России, доктор психологических наук, профессор;

Старостин С.А. — профессор кафедры админист- ративно-правовых дисциплин ВИПЭ ФСИН России, доктор юридических наук, профессор;

Трофимов В.Ю. — начальник управления социаль- ной, психологической и воспитательной работы с осужденными

РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:

Гаврилов Б.Я. — профессор кафедры уголовного процесса и криминалистики ВИПЭ ФСИН России, доктор юридических наук;

Жалбуров Е.Т. — начальник академии Комитета уго- ловно-исполнительной системы Министерства юс- тиции Республики Казахстан, кандидат юридических наук, доцент;

Зубкова В.И. — профессор кафедры уголовно-ис- полнительного права ВИПЭ ФСИН России, доктор юридических наук, профессор;

Крымов А.А. — заместитель начальника ВИПЭ ФСИН России по научной работе, кандидат юридиче- ских наук, доцент;

Кузьминых А.Л. — доцент кафедры философии и истории ВИПЭ ФСИН России, кандидат исторических наук;

Лапшин В.Ф. — начальник кафедры уголовного пра- ва и криминологии ВИПЭ ФСИН России, кандидат юридических наук, доцент;

Нагорных Р.В. — заместитель начальника ВИПЭ ФСИН России по учебной работе, кандидат юридиче- ских наук, доцент;

Оботурова Н.С. — начальник психологического фа- культета ВИПЭ ФСИН России, кандидат философских наук, доцент;

Попова И.Н. — начальник редакционно-издатель- ского отдела ВИПЭ ФСИН России, кандидат филоло- гических наук;

Софийчук Н.В. — ученый секретарь ученого совета ВИПЭ ФСИН России, кандидат юридических наук, до- цент;

Спасенников Б.А. — профессор кафедры уголовно- го права и криминологии ВИПЭ ФСИН России, доктор юридических наук, доктор медицинских наук, про- фессор;

Трунигер Л. — директор высшей школы социальной работы г. Ольтен (Швейцария), доктор, профессор;

Шабанов В.Б. — заместитель начальника Академии МВД Республики Беларусь по научной работе, доктор юридических наук, профессор;

Шахов О.А. — начальник инженерно-экономическо- го факультета ВИПЭ ФСИН России, кандидат техни- ческих наук, доцент

УЧРЕДИТЕЛЬ: Вологодский институт права и экономики ФСИН России

10



Журнал выходит четыре раза в год

ISSN 2076-4162


Вологда 2010



АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ЮРИСПРУДЕНЦИИ 4


УГОЛОВНОЕ ПРАВО

И.Я. КОЗАЧЕНКО, Е.Б. КОЗАЧЕНКО

Уголовно-правовая калькуляция цели уголовного наказания 4

В.Ф. ЛАПШИН

Совершенствование уголовного законодательства в условиях либерализации уголовной политики 8

С.О. СОБЧУК

Некоторые теоретические аспекты противодействия легализации (отмыванию) незаконных доходов, по- лученных преступным путем 12

М.В. ИСТОМИНА

Вина как признак субъективной стороны рейдерского захвата: уголовно-правовые и гражданско-правовые аспекты 15

Я.О. НОВИКОВ

Некоторые вопросы квалификации использования рабского труда в уголовном праве России 17

УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЕ ПРАВО

В.Б. МАЛИНИН, Л.Б. СМИРНОВ

Пенитенциарная система России в контексте пред- стоящих реформ уголовного и уголовно-исполни- тельного законодательства 21

В.В. ПОПОВ

Воспитательный центр как новый вид исправитель- ного учреждения для несовершеннолетних осужден- ных 27

А.Л. САНТАШОВ, И.А. ЯНЧУК

О совершенствовании ст. 113 Уголовно-исполнитель- ного кодекса Российской Федерации 36

ОРГАНИЗАЦИЯ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И УГОЛОВНОЕ СУДОПРОИЗВОДСТВО

Б.Я. ГАВРИЛОВ

Предъявление обвинения: современное состояние и проблемы правоприменения 38

С.В. КОСОНОГОВА

Государственный финансовый контроль в уголовно- исполнительной системе: проблемы правового регу- лирования 40

Т.В. ШАТАЛОВА

Процессуальные полномочия мирового судьи по рас- смотрению уголовных дел частного обвинения . . .42

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПСИХОЛОГИИ, ПЕДАГОГИКИ И СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ . .46


Т.Н. ДЕНИСОВА

Отношение ко времени у благополучных и девиант- ных подростков 46

А.А. БАБКИН, Д.Ю. КРЮКОВА

Применение образовательных, в том числе дистан- ционных, технологий в учреждениях УИС 50


АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ЭКОНОМИКИ, УПРАВЛЕНИЯ И ТЕХНОЛОГИИ 53


П.В. ГОЛОДОВ, Л.Л. МАЛКОВА

Механизм управления трудовой адаптацией осуж- денных в исправительных учреждениях 53

Д.А. СЫСОЕВ, О.В. КОШКО

Финансовые ковенанты как инновационный меха- низм обеспечения исполнения кредитного обяза- тельства в российской практике 57

М.М. АНДРОНОВА, В.А. САВЕЛЬЕВА

К вопросу об оценке экологической эффективности специальных учреждений 60


ЗАРУБЕЖНЫЙ ОПЫТ 62


Е.О. АЛАУХАНОВ

Проблемы соотношения национального уголовного права с международным уголовным правом 62

Н.Г. КАЛАШНИК

Некоторые аспекты реформирования пенитенциар- ной системы Украины 65


ПРИГЛАШАЕМ К ДИСКУССИИ 68


Е.В. СВИНИН

Правовой порядок как социальное явление и обще- правовая категория 68


СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ 71


А.Л. КУЗЬМИНЫХ

Эволюция системы НКВД–МВД СССР (1934–1956 гг.) 71

В.А. ГУСАК

Основные направления преобразования системы органов милиции в период Великой Отечественной войны (1941–1945) 79


НАШИ ИССЛЕДОВАНИЯ 83


С.А. СОФРОНОВА

Проблемы реализации конституционных прав и сво- бод осужденных к различным видам наказаний. . .83

А.М. ПОТАПОВ

Проблемы развития и совершенствования альтерна- тивных лишению свобод видов наказаний 84


НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ 86


НАШИ АВТОРЫ 87

ОБЗОР ДИССЕРТАЦИЙ 88

РЕЦЕНЗИИ 88

С.В. ИЗОСИМОВ

Рецензия на учебное пособие «Уголовно-исполни- тельное право. Особенная часть» 88

НОВИНКИ ЛИТЕРАТУРЫ 89


ИНФОРМАЦИЯ, ОБЪЯВЛЕНИЯ 91

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ 94






E






TOPICAL ISSUES OF JURISDICTION 4

CRIMINAL LAW AND CRIMINOLOGY

I.YA. KOZACHENKO, E.B. KOZACHENKO

The criminal – legal calculation of the aim of criminal punishment 4

V.F. LAPSHIN

The improvement of the criminal law in terms of liberalization of the russian criminal policy 8

S.O. SOBCHUK

Some theoretical aspects of antimoney laundering . . .12

M.V. ISTOMINA

Guilt as the attribute of the subjective aspect of forcible takeover: criminal – legal and civil – legal aspects 15

YA.O. NOVIKOV

Some qualification issues of slave labour in the Criminal law of Russia 17

CRIMINAL EXECUTIVE LAW

V.B. MALININ, L.B. SMIRNOV

Penitentiary System of Russia in the context of coming reforms in the criminal and criminal executive l egislature 21

V.V POPOV

Educationalcentreas a new typeofcorrectionalinstitution for juvenile offenders 27

A.L. SANTASHOV, I.A. YANCHUK

AAbout the development of the article 113 of the Criminal Executive Code of the Russian Federation 36

CRIMINAL COURT PROCEDURE AND ORGANIZATION OF LAW ENFORCEMENT ACTIVITY

AB.YA. GAVRILOV

The arraignment: current status and law enforcement problems 38

S.V. KOSONOGOVA

The state financial control in the penal system: the problems of legal regulation 40

AT.V. SHATALOVA

The procedural authorities of a magistrate in a criminal case of private prosecution 42


TOPICAL ISSUES OF PSYCHOLOGY, PEDAGOGICS AND SOCIAL WORK 46


T.N. DENISOVA

Secured and deviant juveniles’ time concept 46

A. A. BABKIN, D. Y. KRYUKOVA

Using of educational, particularly, remote technologies in correctional institutions 50


TOPICAL ISSUES OF ECONOMICS, MANAGEMENT AND TECHNOLOGY 53


P.V. GOLODOV, L.L. MALKOVA

Controlling mechanisms for prisoners’ labor adaptation in correctional institutions 53


D.A. SYSOEV, O.V. KOSHKO

The financial covenants as an innovation mechanism of discharge of credit obligation in Russia 57

M.M. ANDRONOVA , V.A. SAVELYEVA

On the issue of the estimate of ecological efficiency of special establishments 60


FOREIGN EXPERIENCE 62


EY.O. ALAUHANOV

The problems of national criminal law of correlation with international criminal law 62

V.G. KALASHNIK

Some aspects of the Ukraine penitentiary system reformation 65


DISCUSSION IS WELCOME 68


E.V. SVININ

Law order as a social phenomenon and common law category 68


HISTORY PAGES 71


A.L. KUZMINYKH

People’s Commissariat of Internal Affairs – Ministry of Internal Affairs of USSR (1934-1956) development 71

V.A. GUSAK

Militia in the system of agencies connected with combating child neglect and homelessness in the period of the Great Patriotic War (1941-1945) 79


OUR RESEARCHES 83


AS.A. SAFRONOVA

The problems of the implementation of constitutional rights and freedoms of convicted for different types of punishment (2006-2009) 83

A.M. POTAPOV

The research of the problems of development

and perfection of measures alternative to imprisonment 84

SCIENCE AND LIFE 86


OUR AUTHORS 87

DISSERTATIONS,REVIEW 88

REVIEWS 88

S.V. IZOSIMOV

A text-book review of the manuscript “The Penal Law: Special Part” 88

NOVELTIES OF LITERATURE 89


INFORMATION, ADVERTISMENTS 91

ANNOTATIONS OF ARTICLES

AND MATERIALS 94



4






Уголовно-правовая «калькуляция» цели уголовного наказания
И.Я. КОЗАЧЕНКО – заведующий кафедрой уголовного права Уральской государственной юридической академии, заслуженный деятель науки Рос- сийской Федерации, доктор юридических наук, профессор;

Е.Б. КОЗАЧЕНКО – судья судебной коллегии по уголовным делам Сверд- ловского областного суда, кандидат юридических наук

В статье рассматриваются вопросы достижения целей уголовного наказания. Отдельные цели, заявленные в ч. 2 ст. 43 УК РФ, фактически не могут быть достигну- ты при применении любого вида наказания. Более того, в некоторых случаях приме- нение наказания, наоборот, провоцирует осужденного на совершение новых пре- ступлений, характеризующихся, как правило, большей общественной опасностью. К л ю ч е в ы е с л о в а : мера уголовной ответственности; принудительные и сти- мулирующие компоненты; цели наказания; общее и специальное предупреждение; исправление осужденного; восстановление нарушенных прав потерпевшего; спра-

ведливость наказания.



Фактом совершения преступления виновный неизбежно, то есть во всех без исключения слу- чаях, приводит в действие сложный социально- правовой комплекс отношений, в упрощенном виде функционирующий в рамках известной триады: преступник, совершивший преступле- ние – потерпевший от данного преступления

– государство, обязанное соответствующим об- разом отреагировать на произошедшее путем принятия обоснованного решения.

За кажущейся простотой постановки пробле- мы кроется исключительно сложный и предель- но противоречивый процесс ее разрешения. Сложность заключается в том, что у каждой из сторон названной нами триады свои собствен- ные, чаще всего взаимоисключающие, приори- тетные интересы. Данные интересы обуслов- лены различными объективно-субъективными, субъективно-объективными, а в ряде случаев просто субъективными причинами. Государство заинтересовано в том, чтобы никто из его гра- ждан не совершал преступлений; преступник

преследует цель путем совершения преступ- ления удовлетворить свои потребности; потен- циальный потерпевший мечтает о своей личной безопасности. Что же происходит после совер- шения преступления? Можно предположить: государство получило право на привлечение ви- новного в совершении преступления куголовной ответственности; преступник использует свои возможности для того, чтобы уйти от уголов- ной ответственности; потерпевший опасается получить свое «звание» пожизненно, поскольку государство, заботясь в первую очередь о по- имке преступника, еще о нем (потерпевшем) не вспомнило, а преступник забыл о нем навсегда.

Оставим на время потерпевшего в покое. Нас в первую очередь интересует дальнейший уго- ловно-правовой диалог между государством и преступником при условии, что государству уда- лось изобличить преступника, а последнему не удалось избежать разоблачения и задержания. Фактом совершения преступления виновный создает ситуацию, когда: а) государство обяза-

В Е С Т Н И К И Н С Т И Т У Т А






но привлечь его к уголовной ответственности за совершенное им преступление и б) сам преступ- ник обязан принять как должное привлечение его к уголовной ответственности. Все остальные обязанности сторон имеют второстепенную, об- служивающую роль. Естественно, что преступ- ник, совершив преступление, обрел и специфи- ческое право требовать от государства, чтобы привлечение его к уголовной ответственности осуществлялось в пределах уголовного закона, который им были нарушен. Правда, уголовным законом и государству делегировано право при наличии законных оснований освободить пре- ступника от уголовной ответственности.

Итак, человек, совершивший преступление, привлечен на законных основаниях к уголовной ответственности. В этой связи закономерен во- прос: какие цели должны и могут преследовать обе стороны теперь уже уголовно-процессуаль- ного процесса? Рискнем предположить, что госу- дарство, решив задачу привлечения виновного в совершении преступления к уголовной ответст- венности, должно назначить ему оптимальное на- казание, памятуя о принципе справедливости. В этом и заключается основная цель привлечения к уголовной ответственности. Все другие возмож- ные и допустимые цели привлечения к уголовной ответственности являются сопутствующими, вспомогательными, второстепенными. В свою очередь привлеченный к уголовной ответствен- ности главным образом ставит целью с помощью доступных ему средств либо избежать наказания, либо быть наказанным по минимальной шкале уголовно-правовых координат. В таком форма- те цели сторон диаметрально противоположны: одна сторона (преступник) искренне убеждена, что предполагаемое наказание является неспра- ведливым по сути и бессмысленным в плане по- зитивного влияния; другая сторона – государство

– полагает, что назначаемое наказание является исключительно справедливым и достаточно эф- фективным для исправления осужденного. К со- жалению, вера в целительные свойства наказа- ния со времен царя Хаммурапи и до наших дней с поразительным постоянством не оправдывается, но, несмотря на это, она остается чрезвычайно живучей. Между тем официальная власть должна понять, что любые социальные преобразования, тем более в сфере противодействия преступно- сти, нужно начинать не с устранения негативных последствий (хотя это является важным направ- лением социальной политики государства), а с локализации и устранения причин, порождаю- щих преступность на макроуровне. Это позволит безошибочно определиться с постановкой целей перед карательными органами на микроуровне, то есть в каждом конкретном случае.

Среди великого множества деструктивных факторов, влияющих на выбор человеком по- веденческой модели, наиболее значимыми, на наш взгляд, являются нравственный кризис об- щества, социальное неравенство и социальная несправедливость.

Суть первого деструктивного фактора заклю- чается в масштабном и, как показывает соци- альная практика, небезрезультатном тотальном втягивании огромной массы людей в алкого- лизм, наркоманию, проституцию и другие виды негативного поведения. К сожалению, немалую роль в этом играют средства массовой инфор- мации, среди которых с большим отрывом ли- дируют телевидение и Интернет, за ними идут газеты и журналы. Однако, каким бы сильным ни было воздействие средств массовой информа- ции, самым развращающим фактором является сама социальная действительность, или среда, в которой нормальный человек постоянно боит- ся быть втянутым в ту или иную роковую бездну. Многочисленная армия людей, опустившихся (или опущенных) на самое дно социальной жиз- ни, становится источником для воспроизводства преступности и различных негативных явлений. Содержание второго упомянутого нами де- структивного фактора составляет полярное имущественное расслоение российского об- щества. К сожалению, к социальному неравен- ству российские граждане уже привыкли, его возвели чуть ли не в социальную норму. Опасно другое. Сегодня необходимо вести серьезный разговор о наметившемся социальном разло- ме между бедными и нищими, низведенными до уровня рабов. Рудименты далекого прошло- го реанимируются устрашающими темпами. Опасность социального неравенства более ощутима, на наш взгляд, в нравственной сфе- ре. Люди из разных социальных слоев с само- го своего рождения, будучи равноправными по конституции, имеют далеко не одинаковый доступ к социальным благам, разные возмож- ности для самореализации. Наивно полагать, что люди, живущие в богатых, бедных и нищих семьях, будут в равной степени чтить уголов- но-правовые нормы. Отсутствие возможности достичь социального успеха легально многих из них подталкивает к реализации своих спо-

собностей в обход закона.

Третий деструктивный фактор находит свое выражение, на наш взгляд, в том, что государст- во и общество, ожидая (требуя) послушания со стороны своих граждан, не вкладывает в них не- обходимый инвестиционный социально-нравст- венный капитал. Уделять внимание обездолен- ным людям по остаточному принципу и ожидать от них правопослушного поведения – несбы- точная утопия. К сожалению, многое из опыта, накопленного в прошлом, мы растеряли, а то и предали анафеме. А жаль!

Естественно, что факторов, отрицательно влияющих на состояние преступности, значи- тельно больше, но именно названные представ- ляются нам наиболее существенными.

На фоне столь мощных негативных социаль- ных процессов достаточно проблематично дос- тичь целей, которые ставит перед уголовным наказанием государство. Как известно, УК РФ 1996 г. впервые в истории отечественного уго-

ПРЕСТУПЛЕНИЕ • НАКАЗАНИЕ • ИСПРАВЛЕНИЕ



6





ловного законодательства закрепил понятие наказания и определил цели его применения. При серьезном анализе понятий наказания, его функций и целей становится очевидной их не- стыковка, а если быть предельно точным, то их противоречивость. Методологически данное противоречие заложено в определении понятия наказания. Составители ст. 43 УК РФ взяли его из доктринальной модели определения наказа- ния, которое к тому времени сформировалось в юридической литературе. Однако вольные формулировки ученых, пусть даже обладающих научным авторитетом, вряд ли употребимы в тексте закона, который должен быть логически и терминологически выверенным. Постараемся обосновать данный тезис.

В Уголовном кодексе наказание трактуется как «мера государственного принуждения». Это означает, что закрепленные в ст. 43 УК РФ цели наказания могут и должны достигаться исклю- чительно с помощью принуждения, так как закон ничегодругогонепредусматривает. Еслиприме- нительно к целям восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения новых преступлений устрашение принуждени- ем в какой-то мере допустимо и, может быть, оп- равданно, то идея об исправлении осужденного только принудительным воздействием порочна в своей основе. Исправлять только принуждени- ем можно лишь невменяемого человека. Резон- но поставить только один вопрос, на который в данном случае нет ответа: в каком соотношении с наказанием находятся многочисленные меры поощрительного, стимулирующего характера? Нам с трудом представляется, что осужденный, будучи психически здоровым, при применении к нему мер принуждения вдруг начнет испыты- вать сильное желание исправиться. Да и трудно себе представить поощрение осужденного при- нудительными мерами.



Вывод первый. Содержание наказания по- мимо принуждения (своего приоритетного компонента) содержит (должно содержать) стимулирующие, а значит, не принудительные компоненты. В этой связи наказание предпоч- тительнее рассматривать как одну из мер уго- ловной ответственности, включающей и прину- дительные, и стимулирующие компоненты.

Как уже отмечалось, определение наказания содержит указание на меру государственного принуждения. Понятие «мера» может толковать- ся как нечто достаточное, другими словами, на- казание есть мера ответственности. Вместе с тем «мера» подразумевает и единицу счета, она может исчисляться в единицах времени (годы, месяцы, часы) или в материальных единицах (рублях) в случае назначения штрафа. Вместе с тем в УК РФ имеют место «безмерные» на- казания, к которым, в частности, относятся: а) лишение специального, воинского или почет- ного звания, классного чина и государственных наград; б) пожизненное лишение свободы; в) смертная казнь.

Указанные наказания обладают характерной особенностью, которая выражается в том, что государственное принуждение по объему со- держания не совпадает с объемом содержания самого наказания. Так, в случае лишения (ото- брания) специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных на- град «государственное принуждение» воздейст- вует на осужденного всю его оставшуюся жизнь, то есть пожизненно, так как, лишившись звания, чина или награды (моральные страдания), чело- век может потерять стабильный заработок, ино- гда единственный источник его материального благополучия. Парадокс заключается в том, что в случае назначения лишения свободы в качест- ве основной меры наказания судимость будет погашена, а при дополнительном наказании че- ловек признается несудимым, но, по существу, бремя наказания он несет пожизненно. В дру- гом случае, при назначении пожизненного ли- шения свободы, государственное принуждение безмерно и растягивается, как и в предыдущем варианте, на всю оставшуюся жизнь осужден- ного. Еще больше вопросов о мере государст- венного принуждения возникает при анализе такого вида наказания, как смертная казнь. Оно, то есть государственное принуждение, имеет место лишь до момента приведения приговора к исполнению.

Вывод второй. Категория меры не может пре- тендовать на роль универсального признака на- казания, так как она применима не ко всем ви- дам наказания. Можно предположить, что само наказание в целом выступает мерой – мерой уголовной ответственности.

Согласно ч. 1 ст. 43 УК РФ наказание – это мера государственного принуждения, «назна- чаемая по приговору суда». Приведенная тер- минологическая конструкция требует своего рассмотрения. Во-первых, наказание может быть назначено как судом (то есть коллективно), так и судьей (то есть единолично). Во-вторых,

«мера» по законам логики не назначается (на- значаться может только наказание), она долж- на устанавливаться уголовным законом и в ка- ждом конкретном случае определяться судом (судьей). В-третьих, наказание назначается не

«по приговору суда», а приговором (и не только) суда или судьи. В противном случае получается, что сначала должен быть оформлен приговор, а уже по этому приговору должно быть назначено наказание.



Вывод третий. Мера уголовной ответственно- сти определяется на основе уголовного закона только судом или судьей единолично.

Уголовный закон говорит о том, что наказание

«применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренных настоящим Кодексом лише- нии или ограничении прав и свобод этого лица». Постараемся осуществить логическую «кальку- ляцию» приведенного текста закона. Нам пред- ставляется, что наказание, во-первых, логично

В Е С Т Н И К И Н С Т И Т У Т А






назначать, а не применять (применять можно свои знания, опыт и т.п.), во-вторых, в силу мно- гозначности слова «лицо» наказание назначает- ся человеку, а не лицу. По смыслу отечественного Уголовного кодекса получается, что преступле- ние совершает «лицо», а наказывается «деяние»

– кража, убийство и т.д. (см. ст. 158, 105 и др.). Так уж повелось у нас, что процессы совершения преступления, наказания и его отбытия обходят- ся без человека. Итак, объяснив, к кому должно

«применяться» наказание, закон как бы вскользь замечает, что наказание «заключается в преду- смотренных настоящим Кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица», хотя о сущности наказания следовало бы вести речь в первом предложении ч. 1 ст. 43 УК РФ.

Вывод четвертый. Указание о том, кого сле- дует наказывать, целесообразно перенести в раздел УК РФ о назначении наказания (напри- мер, в общие начала назначения наказания), а определение сущности уголовного наказания включить в определение понятия наказания, текст которого можно изложить в следующей редакции: «Наказание есть мера уголовной от- ветственности, определяемая судом или судьей единолично, включающая в свое содержание принудительные и стимулирующие компонен- ты, предусмотренные настоящим Кодексом, соотношение которых позволяет регулировать поведение осужденного в период отбывания им соответствующего наказания».

В ч. 2 ст. 43 УК РФ, судя по названию статьи, речь идет о целях наказания. Если цель понимать как то, к чему стремятся, чего хотят достигнуть, то наказание, даже уголовное, может преследо- вать только одну цель, указанную в названной статье, – устрашить читателя (в первую оче- редь склонного к правонарушению) возможно- стью подвергнуться каре в случае совершения им преступления. Иными словами, речь можно вести лишь о цели общего предупреждения. Мы склонны считать, что перед наказанием как уго- ловно-правовой категорией ставить какие-либо цели, мягко говоря, некорректно, так как в своем статическом состоянии наказание, даже самое жуткое, практически никакой (кроме информа- ционной) цели достичь не может. Законодатель ближе к истине, когда указывает в тексте ч. 2 ст. 43 УК РФ, что «наказание применяется в це- лях…». Конечно, лишь при назначении наказания естественен вопрос: с какой целью назначается наказание? Однако и в этом случае ответ один: для того, чтобы назначенное наказание было отбыто осужденным, причем с положительным результатом. Если это так (а мы убеждены, что это так), то закономерен другой вопрос: зачем говорить о целях назначения наказания в ст. 43 УК РФ? Логично было бы вести о них речь в главе УК РФ, которая так и называется – «Назначение наказания». Но при соблюдении элементарной последовательности определенные цели можно ставить перед исполнением наказания, что яв- ляется предметом регулирования Уголовно-ис-

полнительного кодекса. Действительно, о целях можно говорить лишь применительно к целям исполнения наказания. Мы сознательно выде- лили слово «исполнение», так как цели отбываю- щего наказание и цели исполняющих наказание чаще всего не только не совпадают, но и взаимо- исключают друг друга.

В качестве приоритетной цели «применения» наказания закон называет «восстановление со- циальной справедливости». Наверное, вряд ли можно найти в УК РФ более аморфное, а пото- му и лицемерное понятие. Прежде всего речь идет о восстановлении того, что разрушено, повреждено, наконец, попрано. Кто же, по мне- нию составителей закона, тот мудрец, который может утвердительно сказать: восстановле- на или не восстановлена справедливость, да еще социальная, скажем, при осуждении вора за карманную кражу. Что ему нужно сделать, чтобы социальная справедливость была вос- становлена – просить извинения у общества, социума? Логично – у потерпевшего. Вернуть ворованное имущество государству? Логично

– потерпевшему.

Далее в законе речь идет о восстановлении

«справедливости». Тысячи страниц посвящены раскрытию сущности справедливости, и все же до сих пор по этому вопросу нет единого мнения. Да его и не должно быть, так как понятие спра- ведливости настолько объективно, насколь- ко и субъективно. Убийство одним человеком другого несправедливо объективно, и в то же время убийство солдатом нескольких против- ников (чем больше, тем лучше) – справедливо, но субъективно. При назначении, а вернее, при исполнении наказания о справедливости можно будет говорить, если: а) будут восстановлены в полном объеме (если это возможно) нарушен- ные права потерпевшего; б) осужденным будет отбыто справедливо назначенное наказание. Вместе с тем закон говорит о восстановлении социальной справедливости. Прилагательное

«социальная» применительно к справедливо- сти означает, что есть просто справедливость. В этом можно убедиться, ознакомившись с со- держанием ст. 6 УК РФ, где речь идет о принципе справедливости, без указания на то, что она должна быть социальной. Возникает вопрос: чем просто справедливость отличается от соци- альной справедливости?



Вывод пятый. При перечислении целей ис- полнения наказания первую из них следует изложить в следующей редакции: «восстанов- ление нарушенных прав и законных интересов потерпевшего либо его близкий людей».

Второй указанной в ч. 2 ст. 43 УК РФ целью яв- ляется исправление осужденного. В данном слу- чае предполагается, что в процессе исполнения назначенного осужденному наказания он меня- ется, прежде всего нравственно, настолько, что на момент освобождения от наказания его мож- но считать исправленным. Как нам представля- ется, исправленным можно считать того осво-


ПРЕСТУПЛЕНИЕ • НАКАЗАНИЕ • ИСПРАВЛЕНИЕ



8





божденного от наказания осужденного, который после отбытия наказания: а) не совершает боль- ше преступлений; б) соблюдает элементарные правила социального общежития; в) включился в полезную для общества деятельность. К сожа- лению, уровень рецидива свидетельствует об обратном. В то же время, как известно, на прак- тике широко применяется статья о досрочном освобождении осужденных. Значит, позитив- ный процесс исправления все же имеет место. Если осужденных освобождают, значит, исправ- ленные осужденные есть и будут впредь, а если поинтересоваться, кого освобождают досрочно и почему среди них высок уровень рецидива, то ответ нужно будет искать в другой плоско- сти, когда речь идет об освобождении из мест лишения свободы по причине их переполненно- сти. Рассматриваемая нами цель лукавая, так как юридически она возложена на исполнителя наказания, а фактически переложена на плечи осужденного и имеет для него статус обязанно- сти, хотя прежде всего это желание (как равно и нежелание) осужденного.

Вывод шестой. Нам представляется умест- ным данную цель изложить в следующей редак- ции: «…создание необходимых условий испол- нения наказания, стимулирующих исправление осужденного».

Наконец, закон говорит о предупреждении совершения новых преступлений, то есть, ины- ми словами, речь идет о специальном преду- преждении рецидивной преступности со сторо-

ны тех, кто уже отбыл или отбывает наказание за совершенное ранее преступление. Лучшим средством предупреждения совершения новых преступлений является исправление осужден- ного. Но, увы! Наличие рецидивной, в том числе и пенитенциарной преступности, свидетельст- вует о том, что в наших отечественных условиях исполнения наказаний отсутствует надлежащий позитивный потенциал, что не позволяет гово- рить о массовом исправлении осужденных.



Вывод седьмой. Трудно объяснить, почему действующий уголовный закон отказался от та- кой цели, как общее предупреждение, хотя оно существует. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что не все граждане совершают пре- ступления. Правда и в том, что никто не скажет, какой процент из них не совершил преступле- ние из страха перед наказанием и для скольких граждан законопослушное поведение является естественным независимо от обстоятельств. В связи с этим рассматриваемую цель пред- лагаем сформулировать как «предупреждение совершения преступления». Данная формули- ровка охватывает общее и не исключает специ- альное предупреждение. Это тем более обосно- ванно, если учесть, что в процессе исполнения наказания преступление может совершать не только осужденный, отбывающий наказание, но и тот, кто призван исполнять данное наказание, да и любой другой человек, который при отсут- ствии общего предупреждения ничего и никого не боится.






Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница