Журнал №6. indd


Иностранные военнопленные Великой Отечественной войны на Урале: численность, состав, размещение



страница14/19
Дата09.08.2019
Размер3.31 Mb.
#128480
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19

Иностранные военнопленные Великой Отечественной войны на Урале: численность, состав, размещение



В.П. МОТРЕВИЧ – профессор кафедры истории государства и права Уральской государственной юридической академии (г. Екатеринбург), док- тор исторических наук, профессор

Статья посвящена иностранным военнопленным Великой Отечественной войны на Урале: определены и проанализированы источники информации о военноплен- ных, дана характеристика их численности, составу, размещению по областям и ла- герям для военнопленных в военные и послевоенные годы. Статья также рассказы- вает о судьбе некоторых военнопленных.



Ключевые слова: великая Отечественная война; военнопленные; плен; лагерь военнопленных



Военнопленные – это лица, принадлежащие к вооруженным силам воюющих стран, включая добровольческие отряды партизан, участников движения сопротивления и др., оказавшиеся во власти противника. Военнопленными также счи- таются некоторые некомбатанты (военные кор- респонденты, члены экипажей торгового флота, гражданской авиации и др.). Режим плена регу- лируется положениями о законах и обычаях су- хопутной войны (приложение к 4-й декларации Гаагской конференции 1907 г. и Женевской кон- ференции 1949 г. об обращении с военноплен- ными).

Изучение данной проблематики опирается на серьезную источниковую базу. Спецификой ее является отсутствие какого-либо единого комплекса документов. Типологически все они делятся на следующие группы: источники меж- дународно-правовогохарактераидипломатиче- ские документы; акты высших органов государ- ственной власти, советских, административных и карательных органов; документы местных ор- ганов власти; делопроизводственная докумен- тация областных управлений НКВД–МВД СССР; архивно-следственные дела; источники личного происхождения; фотодокументы. Большинство из них до сих пор не стали достоянием науки, что составляет вторую особенность источниковой базы. Среди источников международно-право- вого характера и дипломатических документов



  • конвенций о защите жертв войны, междуна- родных договоров, дипломатической перепис- ки – значительная часть сегодня уже опублико- вана. Эти документы, прежде всего, позволяют

изучить проблему военнопленных в контексте международных отношений.

В равной степени это относится и ко второ- му комплексу источников. Практически все они сформированы в органах власти; в них сумми- руются однотипные признаки в соответствии с логикой развития политики государства по от- ношению к военнопленным. Главной же особен- ностью источников рассматриваемой группы является то, что подавляющее большинство из них составляют ведомственные нормативно- правовые акты. При этом по субъекту издания это преимущественно документы НКВД–МВД и УПВИ-ГУПВИ НКВД–МВД СССР. Акты мест-

ных органов власти являются своего рода до- полнением к предыдущей группе источников. Будучи немногочисленными, они тем не менее позволяют проследить, как политика центра по отношению к иностранным военнопленным пе- риода Второй мировой войны проводилась на местах, какие особенности она приобретала под воздействием местных условий. Наиболее информативными в конкретно-историческом плане являются источники четвертой группы. В настоящее время они хранятся в центральных архивахФ: Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ), Российском государствен- ном военном архиве (РГВА), Российском госу- дарственном архиве экономики (РГАЭ), а также в местных государственных и ведомственных архивах тех республик и областей Российской Федерации, где находились лагеря для военно- пленных.

Главным хранителем информации по пробле-


ПРЕСТУПЛЕНИЕ • НАКАЗАНИЕ • ИСПРАВЛЕНИЕ



74





ме нахождения в СССР военнопленных Второй мировой войны является РГВА (бывший Центр хранения историко-документальных коллекций, а до этого «Особый архив»). В фондах архива по данной проблеме сохранился крупный массив документальных материалов, среди которых можно выделить следующие: формуляры лаге- рей для военнопленных, отчеты лагерной адми- нистрации, справки отдела трудового использо- вания, документы отделов по антифашистской борьбе и антифашистских школ1. Имеется много свидетельств о зверствах немецко-фашистских войск на временно оккупированной территории Советского Союза, а также благодарственных писем от военнопленных в адрес И.В. Сталина. В архивах хранятся литературные произведе- ния военнопленных, фотоальбомы об их жизни в плену, многочисленные воспоминания о пре- бывании в нашей стране. Материалы подобраны отдельно по немцам, австрийцам, голландцам, французам, японцам и т.д. На всех военноплен- ных сохранились личные дела и учетные карточ- ки2. Учетные карточки сосредоточены в специ- альном алфавитном каталоге, среди них особо выделим картотеку на оказавшихся в советском плену генералов иностранных армий.

В структуре рассматриваемой группы ис- точников особое место занимают материа- лы ведомственных архивов на местах – От- дела спецфондов Информационного центра Главного управления внутренних дел Сверд- ловской области (Отдел спецфондов ИЦ ГУВД Свердловской области) и архива Управления Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Свердловской области (Архив УФСБ РФ по Свердловской области). Выявлен- ные в фондах архива УФСБ РФ по Свердловской области источники в массе своей представлены документами отчетно-исполнительного харак- тера: докладами, рапортами, сообщениями, донесениями и отчетами управлений лагерей, отделов областного ОПВИ УНКВД–УМВД СССР по Свердловской области. Среди них наибо- лее ценными представляются спецсообщения о работе лагерей военнопленных в началь- ный период их существования, то есть в 1942– 1943 гг. Будучи уникальными, эти источники про- ливают свет на проблему становления и функ- ционированияна Среднем Уралепервыхлагерей военнопленных, а также динамику численности военнопленных, производственной деятельно- сти лагерей и ее первых результатов3.

Документы Отдела спецфондов ИЦ ГУВД Свердловской области охватывают более позд- ний период, когда большая часть военноплен- ных была репатриирована на родину. В СССР остались лишь те из них, кто был осужден за совершенные в годы войны преступления и пе- реведен в категорию военных преступников. Здесь также хранятся дела об организации и функционировании кладбищ военнопленных, которые позволяют продуктивно исследовать самые разные аспекты проблемы иностранных

воинских захоронений. Эти материалы пред- ставляют огромную ценность не только в сугубо научном, но и практическом плане. Они позво- ляют выявить судьбы отдельных людей, места их захоронения, идентифицировать могилы умер- ших и восстановить кладбища военнопленных, если на их территории не велось строительных, сельскохозяйственных или лесоустроитель- ных работ4. Архивно-следственные дела воен- нопленных, осужденных Военным трибуналом войск МВД Уральского округа за военные и го- сударственные преступления в 1940–1950 гг. и в настоящее время реабилитированных, хранятся в Государственном архиве административных органов Свердловской области.

Специфический комплекс материалов со- ставляют фотодокументы Российского госу- дарственного военного архива и архива Управ- ления ФСБ России по Свердловской области, запечатлевшие пребывание на Среднем Урале осужденных военнопленных, условия их жизни и результаты трудового использования. Являясь особым источником, фотодокументы освещают лишь некоторые отдельные фрагменты событий. Очевидно также и то, что администрация лагеря

№ 476 при составлении альбомов с фотография- ми своих подопечных стремилась показать ус- ловия жизни последних в самом выгодном свете и подходила к отбору снимков избирательно5.

В целом представляется, что только ком- плексное использование всех названных групп источников максимально приблизит исследова- телей к объективной картине пребывания ино- странных военнопленных Второй мировой вой- ны в СССР во всем многообразии ее ракурсов. Ввод в научный оборот на рубеже 1980–1990-х гг. ранее закрытых материалов вызвал большой интерес исследователей к военнопленным Вто- рой мировой войны, поскольку до этого недос- тупность источниковой базы не позволяла серь- езно заниматься данной проблематикой.

В начале 1990-х гг. вышли первые работы по истории советского плена, выполненные на материалах бывшего «Особого архива» и опи- рающиеся на серьезную источниковую базу. Среди них отметим работы В.П. Галицкого, по- священные политике Советского государства в отношении военнопленных, участию военно- пленных в антифашистском движении, их тру- доиспользованию, а также положению в СССР военнопленных иностранных армий. В начале 1990-х гг. начинается исследование проблемы военнопленных и в российских регионах. По Ев- ропейскому Северу стал активно разрабатывать данную тему В.Б. Конасов, по Западной Сибири – С.С. Букин и А.А. Долголюк, по Восточной Сибири – Е.Ю. Бондаренко, С.И. Кузнецов и др. На уральских материалах выходят пер- вые публикации В.П. Мотревича. В нашей стра- не различные аспекты военного плена впервые широко обсуждались на международной науч- ной конференции «Распад фашистского блока и проблемы послевоенного устройства», состо-



В Е С Т Н И К И Н С Т И Т У Т А






явшейся в июне 1992 г. в Уральском государст- венном университете. Данной проблеме была посвящена специальная секция, привлекшая пристальное внимание как отечественных, так и зарубежных исследователей. Интерес к про- блематике в России и за рубежом оказался на- столько значительным, что это позволило через несколько лет провести в Вологде специальную международную научно-практическую конфе- ренцию, посвященную проблемам военного плена6.

Во второй половине 1990-х гг. в регионах на- блюдается повышенный интерес к разработ- ке данной темы. В результате появилась целая когорта исследователей, которые достаточно интенсивно трудятся в данном направлении. Среди них следует отметить Н.В. Баранова, Р.С. Бикметова, В.А. Всеволодова, А.Л. Кузьми- ных, С.Г. Сидорова, А.В. Терещук, А.И. Тимошен- ко, Т.А. Щелокаевой и др. На Урале по материа- лам Свердловской области активно работают А.С. Смыкалин и Н.В. Суржикова, Оренбургской области – Е.К. Рожкова. Изучение проблемы во- еннопленных в СССР ведется и учеными других государств, в первую очередь бывших совет- ских республик. Среди них следует отметить О.В. Буцько, В.Ю. Короля, В.В. Левикина, А.В. По- тыльчака и А.С. Чайковского в Украине, Л.В. Ми- хееву в Казахстане и др.

Иностранные военнопленные в СССР появи- лись с началом Великой Отечественной войны. В 1941 г. в советском плену содержалось 9147 военнослужащих германской армии и их союз- ников. Более 10 тыс. их добавилось в течение десяти месяцев 1942 г., и свыше 150 тыс. – за период с ноября 1942 г. по февраль 1943 г. В дальнейшем число пленных неуклонно возрас- тало. Всего в результате Второй мировой войны в плену на территории СССР оказалось 4,1 млн военнопленных германской армии и ее союз- ников. Держать пленных вблизи линии фронта было опасно, поэтому их отправляли в глубокий тыл, в районы, испытывающие наибольшую по- требность в рабочей силе. На Урал военноплен- ные стали прибывать весной 1942 г. Вначале их размещали в специально отведенных зонах


  • лагерях ГУЛАГа, а затем в формируемых от- дельных лагерях в системе Главного управления по делам военнопленных и интернированных (ГУПВИ НКВД СССР). На местах лагерями воен- нопленных и их трудоиспользованием руково- дили отделы по делам военнопленных и интер- нированных (ОПВИ УНКВД).

В Свердловскую область военнопленные стали поступать весной 1942 г. В мае 1942 г. был издан приказ НКВД СССР об использовании во- еннопленных на торфоразработках Наркомата электростанций в Свердловской области, на основании которого военнопленных первона- чально разместили в специально отведенных зонах – лагерях для советских заключенных. В мае 1942 г. в Свердловской области были орга- низованы Басьяновский (лагерь № 67) и Монет-

но-Лосиновский лагеря, а в августе – Исетско- Аятский лагерь для военнопленных. Всего за период 1941–1942 гг. в советском плену оказа- лось около 20 тыс. военнослужащих вражеских армий, из них на территории Среднего Урала был размещен 4921 чел., из которых в течение 1942 г. умерло около половины – 2217 чел.7

В начале 1943 г. в составе УНКВД по Сверд- ловской области был организован Отдел по делам военнопленных и интернированных (ОПВИ) Управления НКВД–МВД по Свердлов- ской области. В его структуру входили учетное и планово-производственные отделения, квар- тирно-эксплуатационная, продовольственная, обозно-вещевая и медико-санитарные служ- бы, а также сельскохозяйственное отделение. По состоянию на конец 1945 г. на территории Свердловской области насчитывалось 13 лаге- рей для военнопленных. Это Асбестовский ла- герь № 84 (в составе лагеря насчитывалось 9 лагерных отделений), Нижнетагильский лагерь

№ 153 (7 лаготделений), Краснотурьинский ла- герь № 197 (3 лаготделения), Алапаевский ла- герь № 200 (9 лаготделений), Уральский лагерь

№ 245 (6 лаготделений), Дегтярский лагерь

№ 313 (6 лаготделений), Нижнеисетский лагерь

№ 314 (9 лаготделений), Новолялинский лагерь

№ 318 (6 лаготделений), Красноуральский ла- герь № 376 (6 лаготделений), Кировградский ла- герь № 377 (5 лаготделений), Карпинский лагерь

№ 504 (4 лаготделения), Артемовский лагерь

№ 523 (8 лаготделений) и Верхнепышминский

лагерь № 531 (6 лаготделений)8.

Таким образом, первоначально лагеря для военнопленных размещались преимуществен- но в индустриальных центрах – Алапаевске, Артемовском, Асбесте, Каменск-Уральске, Не- вьянске, Нижнем Тагиле, Первоуральске, Ревде, Реже, Свердловске и др. Начиная с 1944 г. от- деления с военнопленными стали входить в со- став расположенных на территории Свердлов- ской области лагерей лесной промышленности НКВД СССР – Востокураллага (3 лаготделения), Ивдельлага (5 лаготделений) и Севураллага (7 лаготделений).

Большая часть военнопленных была разме- щена и в других областях Уральского региона. Так, в Челябинской области функционировал Потанинский лагерь № 68 в составе 9 лагер- ных отделений, рассчитанный на 20,0 тыс. чел., Челябинский лагерь № 102 (11 лаготделений),

Кыштымский лагерь № 180 (5 лаготделений), Златоустовский лагерь № 337 (10 лагерных от- делений), Оздоровительный лагерь № 443 и Магнитогорский лагерь № 527 (5 лаготделений). На территории Челябинской области был разме- щен и Ашанский лагерь № 130 (3 лаготделения), который подчинялся УНКВД по БАСССР.

В Молотовской (Пермской) области нахо- дились Краснокамский лагерь № 207 (10 лаг- отделений), Губахский лагерь № 346 (4 лагот- деления) и Березниковский лагерь № 366 (4 лаготделения). В Чкаловской (Оренбургской)


ПРЕСТУПЛЕНИЕ • НАКАЗАНИЕ • ИСПРАВЛЕНИЕ



76





области были организованы Новотроицкий ла- герь № 235 (1 лаготделение), Орский лагерь

№ 260 (2 лаготделения) и Чкаловский лагерь

№ 369 (5 лаготделений). В Башкирии находился Уфимский лагерь № 319 (5 отделений). В Удмур- тии были размещены Рябовский лагерь № 75 (2 лаготделения) и Ижевский лагерь № 371 (3 лаг- отделения). В Курганской области размещался лагерь для военнопленных № 514, в Тюменской


  • № 93 в составе трех отделений. Кроме лагерей на территории Уральского региона размеща- лись и спецгоспитали. Для нуждавшихся в дли- тельном лечении военнопленных в пос. Талица г. Первоуральска был организован спецгоспиталь

№ 1893, который действовал до начала 1956 г. Кроме того, с 1947 по 1950 гг. в г. Нижнем Тагиле работал передислоцированный с Дальнего Вос- тока спецгоспиталь № 2929. В г. Магнитогорске Челябинской области функционировал спецгос- питаль № 5921, в г. Шумихе Курганской области

  • спецгоспитали № 3757. Ряд спецгоспиталей были расположены в Оренбургской области

  • спецгоспитали № 3318 и 3926 в пос. Ак-Булак Акбулакского района, спецгоспитали № 1069 и 3315 в г. Бузулуке, спецгоспиталя № 1659 и 1660 в г. Бугуруслане, спецгоспитали № 5888 и 5889 в пос. Ракитянка г. Медногорска, спецгоспиталь

№ 3922 в г. Орске. Шесть спецгоспиталей нахо- дились в Удмуртии (№ 3779, 3888, 5122, 5879, 5880, 5882) и два в Молотовской (Пермской) об- ласти (№ 3952, 5935).

В 1945–1946 гг. по линии Наркомата оборо- ны СССР на территории Свердловской области было создано 8 отдельных рабочих батальонов для интернированных немцев (№ 1095, 1099,

1100, 1103, 1105, 1801, 1802, 1803) и 3 отдельных

рабочих батальона для японских военноплен- ных (№ 428, 429, 435). Четыре рабочих батальо- на были организованы в Чкаловской (Оренбург- ской) области – № 359, 1090, 1901, 1902; по три в

Молотовской (Пермской) области (№ 1093, 1751,

1752), в Челябинской области (№ 1083, 1651,

1652) и Удмуртии (№ 431, 438, 445); два в Кур- ганской области (№ 437 и 1085). По националь- ному составу примерно две трети военноплен- ных составляли немцы. Так, в начале 1946 г. на территории Свердловской области находилось 82,3 тыс. военнопленных. Среди них насчиты- вались 56,8 тыс. немцев, 4,1 тыс. австрийцев, 14,5 тыс. венгров, 4,6 тыс. румын, 0,3 тыс. по- ляков, а также испанцы, итальянцы, французы, словаки, чехи, хорваты и др.

В 1947–1948 гг. почти все военнопленные были освобождены и репатриированы на роди- ну. В Советском Союзе остались лишь те из них, кто отбывал наказание за воинские преступле- ния или был осужден за преступления, совер- шенные за время нахождения в плену, то есть во- енные преступники. Военные преступники – это организаторы, подстрекатели, руководители, исполнители и соучастники военных преступле- ний, преступлений против мира и человечности. Виды и состав этих преступлений определены

в уставах международных военных трибуналов. Индивидуальная уголовная ответственность военных преступников устанавливается рядом международных договоров и соглашений, а за некоторые виды военных преступлений – на- циональным уголовным законодательством. К военным преступникам не применяются сроки давности, им не предоставляется право убежи- ща, они подлежат выдаче9.

Проблема осуждения военнопленных за во- инские преступления в период Второй мировой войны стала объектом исследования отечест- венных историков только в начале 1990-х гг., что было вызвано как недоступностью соответст- вующих документов, так и спецификой самой проблематики. В публикациях В.П. Галицкого, А.Е. Епифанова, В.Б. Конасова, А.А. Крупеннико- ва, Н.В. Петрова были рассмотрены отдельные аспекты проблемы осужденных военнопленных в СССР. Одновременно проблема нахождения осужденных военнопленных и гражданских лиц на Среднем Урале стала объектом исследова- ния и уральских ученых. В работах В.П. Мотре- вича, А.С. Смыкалина, Н.В. Суржиковой рас- сматривались вопросы численности, состава, трудоиспользования, материально-бытового положения размещенных на территории Сверд- ловской области осужденных военнопленных. Весьма интересные сведения содержатся и в монографии профессора института им. Людви- га Больцмана по изучению войн (Австрийская Республика) С. Карнера.

Как известно, после окончания Второй миро- вой войны в г. Нюрнберге состоялся судебный процесс над группой главных военных преступ- ников. После этого привлекать к ответственно- сти за военные преступления стали и в других странах, в том числе и Советском Союзе. В ян- варе 1948 г. в Москве состоялось всесоюзное совещание руководящих работников мини- стерств и управлений органов внутренних дел, а также руководства лагерей для военноплен- ных. Выступивший на этом совещании министр внутренних дел С.Н. Круглов в ряду важнейших задач своего ведомства поставил выявление нацистских преступников в лагерях МВД для военнопленных, с тем чтобы они не ускользнули от органов МВД во время репатриации. По мере проведения этой операции военных преступни- ков предписывалось задерживать, не выпуская за пределы Советского Союза, и судить. В ре- зультате в 1948–1949 гг. по всей стране в лагерях была развернута следственная работа по выяв- лению лиц, совершивших преступления на тер- ритории СССР и стран Восточной Европы. Вы- явленных лиц на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г. «О мерах наказания для немецко-фашистских зло- деев, виновных в убийствах и истязаниях совет- ского гражданского населения и пленных крас- ноармейцев, для шпионов и изменников Родины из числа советских граждан и их пособников» судил военный трибунал войск МВД и пригова-


В Е С Т Н И К И Н С Т И Т У Т А






ривал, как правило, к 25 годам исправительно- трудовых лагерей.

В результате препринятых мер по фильтрации военнопленных и их уголовному преследованию по состоянию на февраль 1950 г. в СССР было оставлено 13 515 осужденных и подследствен- ных военнопленных. В дальнейшем их количе- ство возрастало в основном за счет осужденных советскими военными трибуналами и интерни- рованных в СССР из стран Восточной Европы иностранных граждан. По состоянию на 1 июля 1953 г. в СССР насчитывалось 19 118 иностран- ных граждан, осужденных за воинские преступ- ления. Среди них было 17 528 военнопленных и 1590 интернированных10.

Работа по выявлению среди военнопленных участников зверств и злодеяний активно прово- дилась и на территории Свердловской области, для чего были созданы постоянные следствен- ные группы. В результате их работы были при- влечены к уголовной ответственности и осу- ждены судом военного трибунала войск МВД УралВО 1126 чел. Кроме того, в Свердловской области были привлечены к ответственности 368 военнопленных, служивших в годы войны в карательных частях германской армии, хотя их преступная деятельность полностью разобла- чена не была11.

Для содержания осужденных военноплен- ных в СССР в системе ГУПВИ МВД СССР было создано 11 особорежимных лагерей. Это были специальные лагеря со строгим режимом, предназначенные для содержания опасных го- сударственных преступников, шпионов, дивер- сантов, террористов, участников антисоветских групп и организаций. Лагеря были расположены на территории России и Украины, в том числе в Ворошиловградской, Ивановской, Ростовской, Сталинградской областях, а также Хабаровском крае. В конце 1949 г. на базе Нижнеисетского ла- геря для военнопленных № 314 был образован лагерь № 476 МВД СССР. Спецлагерь № 476 для военных преступников являлся самым крупным среди подобных лагерей, находившихся тогда на территории Советского Союза. По состоя- нию на 1 июля 1953 г. в нем насчитывалось 7170 осужденных иностранных граждан, в том числе 6455 военнопленных и 715 интернированных. Среди них были не только немцы, но и гражда- не Австрии, Бельгии, Венгрии, Голландии, Испа- нии, Италии, Люксембурга, Китая, Кореи, Поль- ши, Румынии, Финляндии и Югославии12.

Управление лагеря размещалось в пос. Ниж- не-Исетск г. Свердловска, в областном центре находились и три отделения этого лагеря. Пер- вое лагерное отделение располагалось южнее завода «Уралхиммаш», второе – недалеко от завода РТИ, восьмое – в Кировском районе го- рода, недалеко от Каменных Палаток. Третье лагерное отделение находилось в пос. Талица г. Первоуральска, четвертоелагерноеотделение


  • на восточной окраине г. Ревды, пятое – в цен- тре г. Дегтярска, шестое – на окраине г. Асбеста,

и седьмое – в рабочем пос. Ключи Сысертского района. Весной 1955 г. в первом лагерном отде- лении насчитывалось 640 чел., во втором – 939, в третьем – 1300, в четвертом – 792, в пятом – 873, в шестом – 1471, в седьмом – 518 и в восьмом

  • 388 чел. Кроме того, в размещенном в пос. Та- лица г. Первоуральска госпитале № 1893 МВД СССР находилось на излечении 127 чел.13

Контингент лагеря составляли лица, служив- шие в воинских частях и силовых структурах, замешанных в совершении воинских преступ- лений, а также те, кто совершал преступления, находясь в лагерях для военнопленных. Следует отметить, что далеко не все заключенные лаге- ря № 476 являлись военными преступниками. В п. 3 приказа НКВД СССР № 00955 прямо указы- валось, что освобождению не подлежат: 1) уча- стники зверств; 2) лица, служившие в СС и СА, полевой полиции и жандармерии; 3) сотрудники гестапо, СД, включая Абвер, разведывательных и контрразведывательных органов других госу- дарств; 4) руководящие члены фашистских пар- тий и их организаций: национал-социалистиче- ской рабочей партии Германии, «Скрещенные стрелы», «Железная гвардия» и др.; 5) все лица, подозрительные по вышеуказанным признакам, находящиеся в разработке; 6) осужденные в плену за совершенные преступления14.

Кроме осужденных военнопленных среди уз- ников лагеря № 476 было много и гражданских лиц, арестованных советскими органами в стра- нах Восточной Европы и вывезенных для отбы- вания наказания в СССР. Содержались здесь и те осужденные иностранные граждане, которых по разным причинам нельзя было выпускать из Советского Союза. Уральский лагерь стал пристанищем для многих, кто был в свое вре- мя близок к Адольфу Гитлеру или хотя бы знал его лично. Среди них были адъютант А. Гитлера майор О. Гюнше и капитан Люфтваффе, шеф- пилот его личного самолета Х. Баур, приемный сын рейхсфюрера СС Гимлера, сыновья гене- рал-фельдмаршала фон Клейста и премьер- министра Венгрии Каллаи, племянник видного дипломата фон Папена, а также начальник от- дела «Е» VI Управления СД, руководитель гер- манской разведки на Балканах и в Италии пол- ковник Херман, начальник Главного управления военной разведки Верховного командования вермахта (ОКВ), полковник Зюскинд Швенди и др. Среди заключенных находился и сын казнен- ного в Нюрнберге лидера австрийских нацистов рейхскомиссара Нидерландов Зейсс-Инкварта. В октябре 1946 г., через несколько дней после вынесения смертного приговора, А. Зейсс-Ин- кварту сообщили, что его пропавший в Совет- ском Союзе сын жив15.

Архивы содержат интересные сведения о родственнике промышленника Круппа – Героль- де Круппе фон Болене. Как известно, Густав Крупп фон Болен был крупнейшим германским промышленником, оказавшим значительную поддержку нацистскому движению. На пред-


ПРЕСТУПЛЕНИЕ • НАКАЗАНИЕ • ИСПРАВЛЕНИЕ



78





приятиях Круппа в огромных количествах про- изводились танки, артиллерия, другая военная техника и снаряжение, широко использовался труд военнопленных и других узников концлаге- рей. В 1948 г. Крупп фон Болен предстал перед американским военным трибуналом как воен- ный преступник, однако по возрасту и состоя- нию здоровья был освобожден от уголовной от- ветственности16.

Его племянник, обер-лейтенант вермахта Ге- рольд Крупп фон Болен, во время войны нахо- дился в Румынии в составе германской военной миссии. После заключения перемирия между СССР и Румынией он был направлен в лагерь для военнопленных. Судя по документам, во время нахождения в плену обер-лейтенант Крупп фон Болен вместе с другим сотрудником бывшей германской миссии – принцем Альбертом фон Гогенцоллерном – готовились совершить побег. Подготовка к побегу оказалась раскрыта, и пле- мянник немецкого промышленника оказался в Москве в Бутырской тюрьме, где был отдан под суд военного трибунала.

На суде ему было предъявлено следующее обвинение: обер-лейтенант Крупп фон Бо- лен, являясь сыном фон Круппа, неоднократ- но встречался и был лично знаком с Гитлером, Гессом, Гимлером и другими гитлеровскими нацистами. Принимал участие в боевых дей- ствиях против Советского Союза и оккупации территории СССР, где захватчиками творились насилия и злодеяния. Будучи в сентябре 1941 г. по личному приказу Гитлера отозван с фронта, в 1942 г. Крупп фон Болен был назначен на долж- ность адъютанта начальника артиллерийского отдела германской военной миссии в Румынии. Являясь убежденным фашистом, принимал ак- тивное участие в организации и подготовке ар- тиллерийских кадров из румынских солдат и генералов для борьбы против СССР, подрыва и уничтожения нового демократического строя Румынии. Наряду с этим поддерживал связь с разведывательными органами Германии, а в 1943 г. с разведывательными целями выезжал в Одессу и другие города, после чего добытые сведения передавал в военную разведку.

Таким образом, Крупп фон Болен получил 25 лет исправительно-трудовых работ фактически только за личное знакомство с руководителями Третьего рейха. После вынесения приговора он был отправлен на Урал в пятое лагерное отделе- ние особорежимного лагеря № 476 МВД СССР, расположенное в г. Дегтярске. Вначале он тру- дился разнорабочим на строительстве жилых домов, затем стал старшим прачечной зоны. В справке лагерной администрации об этом за- ключенном отмечалось, что Крупп фон Болен соблюдал установленный порядок и выполнял любую порученную работу17.

Следуетотметить, чтовообщепроцедурапри- влечения иностранных военнопленных к уголов- ной ответственности и порядок рассмотрения дел в суде были максимально ускорены и упро-

щены. Военные трибуналы выносили приговоры в течение 20–30 мин. без участия обвинения, защиты и свидетелей. Нарушение процессуаль- ных норм в дальнейшем сыграло злую шутку с советским правосудием: часть осужденных во- еннопленных впоследствии пришлось реабили- тировать, поскольку следствие осуществлялось в спешке и вина осужденных материалами уго- ловно-следственных дел часто не подтвержда- лась. В результате сотни осужденных военных преступников оказались реабилитированными Главной военной прокуратурой Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

Среди реабилитированных – Г. Бартель, Г. Би- цингер, А. Бишоф, Э. Бромбах. Унтер-фельдфе- бель Бартель являлся комендантом концлагеря для советских военнопленных в г. Берлине, им были созданы невыносимые условия для жизни заключенных. Обер-ефрейтор Герман Бицин- гер, будучи сапером, участвовал в карательных операциях против мирного населения в Крыму. В ходе проведенной с его участием операции было уничтожено свыше 600 чел. из скрывавше- гося в каменоломнях гражданского населения.

Служили в концентрационных лагерях для со- ветских военнопленных фельдфебель Арнольд Бишоф и унтер-офицер Эмиль Бромбах18. Из архивно-следственного дела последнего сле- дует, что унтер-офицер Эмиль Бромбах служил в лагере № 203 для советских военнопленных и был осужден на основании ст. 17 УК РСФСР и ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г. «О наказаниях для немец- ко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, из- менников Родины из числа советских граждан и их пособников» на 25 лет ИТЛ. На основании ст. 3 Закона РСФСР от 18 октября 1991 г. «О реа- билитации жертв политических репрессий» приговор военного трибунала войск МВД от 16 декабря 1949 г. в отношении Эмиля Бромбаха был отменен, и производство по делу прекра- щено за отсутствием в его действиях состава преступления19.

Следует отметить, что далеко не все заклю- ченные лагеря № 476 являлись военными пре- ступниками. Карательная машина НКВД безжа- лостно работала не только в нашей стране, но и в тех странах Восточной Европы, где находились оккупационные части Советской армии. Многие дела были просто сфабрикованы. Так, летом 1945 г. в Свердловскую область из Германии был интернирован Герман Мюллер, житель деревни Кичендорф. Он был крестьянином, в армии ни- когда не служил. Г. Мюллера осудил военный трибунал 193-й стрелковой дивизии на 15 лет ка- торжных работ за то, что он использовал в своем хозяйстве вывезенных из СССР советских граж- дан, плохо их кормил и заставлял работать20.

Широко при этом использовалась и практика вынесения групповых приговоров. Так, 10 янва- ря 1949 г. военный трибунал войск МВД УралВО



В Е С Т Н И К И Н С Т И Т У Т А






осудил четырех военнослужащих танковой ди- визии СС «Мертвая голова» (Э. Томаса, Ф. Лан- гкау, К. Пайка, О. Каапке) только за сам факт про- хождения воинской службы в данной воинской части. Впоследствии все они были реабилити- рованы. По агентурному делу «Майская гроза» прошли 113 чел. из 87-й пехотной дивизии СС, по делу «Злодеи» – 59 чел. из 3-й танковой дивизии СС «Мертвая голова», по делу «Завоеватели» – 52 чел. из 31-й пехотной дивизии СС и т.д.21

Следует отметить, что вследствие недоб- росовестной работы некоторых следователей часть дел прекращалась вскоре после их воз- буждения. Так, в октябре 1949 г. заместителем начальника лагерного отделения № 6 лагеря

№ 476 в г. Асбесте было заведено дело на унтер- офицера Курта Денараде и ефрейтора Вальтера Рента. Они обвинялись в том, что, будучи воен- нослужащими 743-го саперного батальона гер- манской армии, в июле 1944 г. взорвали мост через реку Неман в г. Каунасе. Дело против них было возбуждено 29 октября 1949 г., в тот же день эти военнослужащие германской армии были арестованы, им было предъявлено обви- нение в преступлениях, предусмотренных ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г., и в тот же день рассмотрение данного дела было завершено. После изуче- ния материалов данного дела в ОПВИ МВД по Свердловской области выяснилось, что в дей- ствиях вышеуказанных лиц отсутствует состав преступления, поскольку мост был взорван в ходе боевых операций, что не попадает под ст. 1 указа22.

За годы нахождения на территории Сверд- ловской области заключенные лагеря № 476 ак- тивно участвовали в восстановлении народного хозяйства и построили немало объектов. Среди них жилые дома, дворцы культуры, стадионы, школы, магазины, детские сады, дороги и мос- ты. Это соцгородки в Асбесте, Первоуральске, Ревде. Много построили они и в областном цен- тре, только в 1955 г. в г. Свердловске осужденные иностранные граждане трудились на 27 объек- тах. Вместе работали и офицеры, и рядовые, и осужденные гражданские лица. В результате были построены жилые дома во Втузгородке и в районе заводов Уралхиммаша и РТИ, здание по- жарно-технического училища, центральный ста- дион, баня по ул. Первомайской, дача облиспол- кома в Малом Истоке, мост поул. Белинскогои т.д. Интенсивно использовали труд осужденных во- еннопленных и в промышленном строительстве: на их счету бетонозавод и завод ЖБИ в г. Асбе- сте, фабрика № 5 треста «Союзасбест», Ключев- ский завод ферросплавов, Первоуральская ТЭЦ, многие цеха таких предприятий, как ПНТЗ, РТИ, УЗХМ, заводоуправление Ревдинского метизно- металлургического завода и др.23

Разумеется, добросовестно трудились дале- ко не все, некоторые отказывались, занимались саботажем и организовывали диверсии. Среди них бывший командир танкового полка полков-

ник Ганс Герцог. Он был осужден на 25 лет ИТЛ за участие в карательных операциях против совет- ских партизан в Белоруссии. За отказ трудиться он неоднократно подвергался различным нака- заниям, но к работе так и не приступил. В мае 1992 г. на основании Закона РСФСР от 18 октяб- ря 1991 г. Ганс Герцог был реабилитирован24.

Еще больший «послужной список» у Людвига Фигля, австрийца по национальности, служив- шего во время войны рядовым в германской ар- мии. Первый раз он был осужден в декабре 1946 г. судом военного трибунала войск МВД Мур- манской области за организацию диверсии во время работы на Мурманской городской элек- тростанции, когда сбросил вагонетку в шахто- подъемник и вывел его из строя. Второй раз в 1951 г. за то, что бежал из лагеря в Белоруссии и около года находился на нелегальном поло- жении. В третий раз Л. Фигль оказался обвиняе- мым по делу генерала Германа, когда он всту- пил в подпольную организацию военнопленных в Дегтярском лагере, пытавшуюся осуществить групповой побег, и был осужден на 25 лет ИТЛ. В мае 1955 г. Л. Фигль отказался выходить на ра- боту и потребовал отправить его домой25.

25 лет исправительно-трудовых лагерей – ог- ромный срок, и многие заключенные пытались бежать из уральского лагеря. Так, в 1952 г. во- еннопленный Пицона с группой единомышлен- ников заготовили несколько килограммов су- харей, купили часы, достали карту Советского Союза. Пользуясь плохой погодой, бежать они собирались либо из лагеря, отодрав доску в заборе, либо с места работы, где устроили под одним из ограждений подкоп. Пицона сделал даже рогатку, собираясь разбить из нее лам- почку, чтобы выбранное для побега место ста- ло непросматриваемым. На основе поступив- шей агентурной информации о готовившемся побеге все его участники были арестованы и на 10–20 суток отправлены в карцер. В начале 1953 г. была предотвращена попытка осужден- ных военнопленных бежать из лагерного от- деления в г. Дегтярске. Заговорщики, которых возглавлял бывший командир германской авиа- дивизии Х. Герман, планировали уйти в Казах- стан, а оттуда с помощью немцев-спецпересе- ленцев перебраться за границу26.

Примерно четверть содержавшихся в лаге- ре военнопленных составляли офицеры и ге- нералы. По состоянию на 1 октября 1953 г. на учете в лагере № 476 находилось 4647 чел., в том числе 1127 офицеров, 82 генерала и 48 ад- миралов. Основной массив последних состав- ляли генералы вермахта и адмиралы флота, но были среди них генералы венгерской и румын- ской армий. Всего в плену в СССР находилось одних только генералов германской армии и ад- миралов военно-морского флота 376 чел. Сре- ди обитателей лагерных бараков наибольший процент составляли представители сухопутных войск. Второй по численности была категория отставных генералов, на конец 1948 г. их насчи-


ПРЕСТУПЛЕНИЕ • НАКАЗАНИЕ • ИСПРАВЛЕНИЕ



80





тывалось 40 чел. Из этого числа 277 генералов и адмиралов были репатриированы, а 99 умерли, из них 18 чел. приговорены к высшей мере нака- зания и казнены27.

В феврале 1954 г. на Среднем Урале находи- лось 92 генерала, из них 86 генералов герман- ской армии, 1 – румынской и 5 – венгерской. Был среди них и адмирал германского флота. В ар- хивных делах сохранился эшелонный список, составленный при переводе осужденных для отбытия наказания в г. Иваново, что позволяет назвать находившихся в Свердловской области генералов поименно. Это генералы германской армии: К. Агрикола, О. Аудорш, О. Барт, Г. Бау- эр, Э. Беге, К. Беккер, В. фон Беркен, Г. Беттхер, Э. фон Боген, В. Бремер, О. Брюкер, Э. Бу- шенгаген, Ф. Вайнкнехт, Р. Буттман, Г. Ганоу- эр, М. Гартман, Г. Гейне, К. Герсдорф, А. Гешен, Ф. Гольвигцер, Э. Енеке, Д. фон Заукен, И. Зее- бот, Э. Зилер, Э. фон Килиани, Г. Кламт, Г. Кольс- дорфер, А. Конради, К. Коссман, Р. Кретцер, Т. Кречмер, Э. фон Куровский, Б. Лаш, Г. Ленген- фельдер, Ф. Лигман, Г. Линдеман, Г. Ломбард, Ф. Макке, В. Макс, Г. Медер, Э. Мерк, Г. Миха- элис, Э. Мюллер, Г. Нигафф, В. Бойман, В. Рай- гель, О. Раузер, К. Репке, Г. Риттберг, К. Роден- бург, Ф. Раске, В. Рунге, К. Родигер, И. Тарбук, З. Томашки, Г. Траут, А. Трабитц, Г. фон Фаль- кенштайн, З. фон Фалькенштайн, З. Ферхайн, Г. Фишер, Ф. фон Кирхензитенбах, Л. Фрикке, Г. Хакс, Э. Хелль, А. Хемман, В. Хенне, З. Хен- рици, А. Хенце, А. Хиггер, Ф. Хохбаум, Б. Хюль- зен, В. Шартов, Б. Шац, И. Шватло-Гестердинг, Г. Ширмер, Ф. Шлипер, Р. Шлигер, З. фон Шляй- ниц, В. Шмидт-Хаммер, А. Шмидт, Р. Шперль, Ф. фон Штейккеллер, И. Энгель, Ф. Энгель; ге- нералы венгерской армии: Ф. Вашвари, Г. Бу- ковари, Л. Сабо, Г. Фехер, Г. Ерлих; румынской: Т. Станеску, а также контр-адмирал герман- ского флота В. Арнсвальд28. Пленные генералы иностранных армий содержались в лагерных отделениях, расположенных в Асбесте, Дегтяр- ске и Первоуральске. Об их пребывании на Ура- ле имеются весьма любопытные воспоминания М.А. Егорова, который после демобилизации из армии до декабря 1955 г. работал начальником отдела управления лагеря № 47629.

В апреле 1953 г., вскоре после смерти И.В. Сталина, Президиум ЦК КПСС поручил межведомственной комиссии под председа- тельством министра юстиции К.П. Горшенина пересмотреть приговоры в отношении тех ино- странных граждан, дальнейшее содержание которых не было необходимостью. Через ме- сяц члены комиссии пришли к заключению о том, что могут быть освобождены от наказания 12,7 тыс. германских подданных. В конечном счете было признано необходимым освобо- дить от наказания 13,1 тыс. немцев, их которых 6,1 тыс. были осуждены советскими военными трибуналами и содержались на территории ГДР. В результате численность заключенных лагеря

№ 476 стала постепенно сокращаться. В Ива-

новскую область в лагерь № 48 МВД СССР от- правили всех оставшихся в живых генералов, в Ворошиловградскую область – 76 испанцев из

«Голубой дивизии», небольшие группы немцев отправляли в ГДР30. Однако массовое сокраще- ние контингента началось только весной 1955 г.

В мае 1955 г. был заключен мирный дого- вор между Советским Союзом и Австрийской Республикой, и Президиум Верховного Совета СССР издал указ об амнистии и репатриации на родину всех осужденных австрийских граждан. После этого осужденных иностранных граждан стали группировать по национальному призна- ку. В Хабаровском крае в лагере № 16 стали со- бирать всех подлежащих репатриации граждан Китая, Кореи, Монголии и подданных Японии, в Свердловской области – граждан Австрии и Германии, частично Венгрии и Румынии, в Мор- довии – всех остальных. В этих сборных пунк- тах устанавливался облегченный режим содер- жания (снимали установленные по периметру вышки, убирали сторожевых собак) и срочно приводили их в образцовый порядок. В четвер- тое лагерное отделение лагеря № 476, распо- ложенное в Ревде, из лагерей и тюрем со всей территории Советского Союза стали поступать осужденные австрийские граждане. Здесь они проходили медицинский осмотр и ставились на усиленное питание. Сбор австрийцев в Ревде был завершен 14 мая, а на следующий день им было объявлено об амнистии и освобождении. В оставшиеся до отъезда дни бывшие заключен- ные смотрели кино, играли в футбол и просто загорали. В порядке культурного обслуживания силами самих австрийцев было организовано несколько концертов самодеятельности, пока- заны кинофильмы, поставлен спектакль на не- мецком языке «Укрощение строптивой», разы- граны футбольные матчи.

Перед отправлением на родину всем осво- божденным австрийцам выдали новую одежду и обувь, произвели денежный расчет, вернули изъятые документы и ценности. Правда, с воз- вратом ценностей возникли сложности. Дело в том, что в соответствии с установленным в 1939 г. Народным комиссариатом внутренних дел СССР порядком все изъятые у заключенных вещи оценивались и передавались в Управле- ние драгметаллов Минфина СССР для зачисле- ния в доход государства. И при освобождении их владелец получал либо изъятые у него цен- ности, либо ему компенсировали их оценочную стоимость. Однако часто изымаемые при аре- сте ценности оценивались по символическим ценам. Так, в частности, изъятая у контр-адми- рала В. Арнсвальда золотая нумизматическая медаль XVIII в. весом свыше четырех граммов золота была оценена в 18 руб. 56 коп. в ценах тех лет31.

Первый эшелон с 250 репатриантами был отправлен из Свердловской области 25 мая 1955 г., а 2 июня он прибыл на пограничную станцию Чоп. Здесь репатрианты прошли тамо-


В Е С Т Н И К И Н С Т И Т У Т А






женный досмотр и были пересажены в пасса- жирский поезд, который 4 июля пересек австро- венгерскую границу. В Австрии вернувшихся из Советского Союза сограждан принимали радо- стно и тепло, было много корреспондентов, на промежуточных станциях их встречали делега- ции с оркестрами. По прибытии в Вену репатри- антов встретил федеральный канцлер Австрий- ской Республики Ю. Рааб, другие официальные лица, а также многочисленные родственники и знакомые.

10 июня 1955 г. из четвертого лагерного отде- ления в г. Ревде отправили вторую группу осво- божденных австрийцев в количестве 185 чел. По прибытии в Австрию их встретили представите- ли Международного Красного Креста и вручили подарки и цветы. В Вене прибывших встречала толпа, состоящая из нескольких тысяч человек, среди которых были федеральный канцлер, ми- нистр внутренних дел и столичный бургомистр.

Обращаясь к прибывшим репатриантам, ми- нистр внутренних дел Австрии отметил: «Нам больших трудов стоило возвратить вас на Роди- ну. Вы были осуждены советским судом незакон- но, поэтому мы не считаем вас преступниками и окажем необходимое содействие в устройстве вашей жизни и благополучия». После заверше- ния митинга каждому прибывшему преподнес- ли подарки, выдали по 3 тыс. шиллингов и на ав- томашинах развезли по домам. В этот же день в австрийских газетах появились статьи и фото- графии, посвященные возвращению на родину амнистированных граждан Австрии32.

В сентябре 1955 г., после визита в СССР канц- лера ФРГ К. Аденауэра и достижения соответст- вующих договоренностей, началось освобожде- ние осужденных германских граждан. В конце сентября 1955 г. был принят соответствующий указ Президиума Верховного Совета СССР, по- сле чего амнистированные граждане считались свободными. Основным местом сбора подлежа- щих репатриации на родину германских граждан также стал лагерь № 476, куда их стали собирать со всей страны. Вскоре на улицах г. Свердловска в сопровождении сотрудников милиции появи- лись группы бывших заключенных немцев. Они гуляли по проспекту им. Ленина, посещали ки- нотеатры, музеи, осматривали достопримеча- тельности города. Первый эшелон с репатрии- рованными немцами отбыл со станции Хромпик 29 сентября 1955 г., за ним последовали другие. Затем репатриация была временно приостанов- лена и возобновилась только в начале декабря.

Одновременно с репатриацией граждан Гер- мании шла репатриация венгерских и румын- ских граждан. Часть из них освобождалась, но многие передавались властям этих стран для дальнейшего отбывания наказания. В сентябре 1955 г. в лагере № 476 насчитывалось 394 вен- герских и 442 румынских гражданина. Из них было амнистировано соответственно 239 и 268 чел., не попавшие под амнистию передавались правительствам соответствующих стран для

дальнейшего отбывания наказания.

Архивные документы свидетельствуют о том, что некоторые осужденные военноплен- ные венгры, и особенно румыны, отказывались уезжать из Советского Союза. Они хотели отси- деть свой срок в СССР, так как режим содержа- ния заключенных в их странах был строже. Так, младший сержант венгерской армии К. Золан- тен, узнав о предстоящей репатриации, заявил о том, что в лагере № 476 он получает 600 г хле- ба в день, а у себя на родине – 200 г, а вдобавок еще будет получать по спине дубинкой. Другие просили предоставить им советское гражданст- во либо отправить не на родину, а в Австрию или Германию. Всего таких заявлений было свыше полусотни. Категорически отказывались ехать в ГДР и некоторые амнистированные германские граждане33.

Последними в декабре 1955 г. со станции Хромпик г. Первоуральска в ГДР были отправ- лены тяжелобольные из спецгоспиталя № 1893, тем самым репатриация осужденных иностран- ных граждан из лагеря № 476 была в основном завершена. В нем осталось всего 65 иностран- цев, исключенных из списков на репатриацию. Основную часть их составляли румынские граж- дане – бывшие сотрудники разведки и военной полиции, которых планировали передать вла- стям этой страны. Остальные являлись гражда- нами СССР, служившими в германской армии и получившими германское гражданство. Репат- риация этих граждан была отложена до особого распоряжения, судьбу их до настоящего време- ни проследить не удалось. В феврале 1956 г. ла- герь № 476 МВД СССР был закрыт.

Таким образом, в 1942–1955 гг. на Урале нахо- дилось свыше 250 тыс. военнопленных Второй мировой войны, оказавшихся в советском пле- ну в основном летом и осенью 1945 г. Создание здесь первых лагерей для военнопленных вес- ной 1942 г. было обусловлено высокой потреб- ностью в рабочей силе, а также удаленностью региона от театра военных действий. В даль- нейшем именно потребность в дополнительных трудовых ресурсах, вызванная быстрым эко- номическим развитием «опорного края держа- вы», явилась главным фактором размещения на Урале многотысячного контингента из числа военнопленных и интернированных иностран- ных граждан. Лагеря для военнопленных были организованы во всех областях и республиках Уральского региона, однако больше всего их было в Свердловской и Челябинской областях, имевших наиболее мощный промышленный по- тенциал. Значительное число военнопленных и интернированных находилось в Удмуртии и Мо- лотовской (Пермской) области, также игравших важную роль в военной экономике СССР. Свои особенности в размещении военнопленных имела Чкаловская (Оренбургская) область. Они заключались, во-первых, в значительном коли- честве спецгоспиталей, а во-вторых, в наличии крупного контингента военнопленных из соста-


ПРЕСТУПЛЕНИЕ • НАКАЗАНИЕ • ИСПРАВЛЕНИЕ



82





ва итальянской армии. Данное обстоятельство было обусловлено, по нашему мнению, близо- стью Сталинграда.

Потребностью в трудовых ресурсах был обу- словлен выбор Свердловска и прилегающих к нему городов в качестве места размещения самого крупного в СССР лагеря для осужден- ных военнопленных. Интенсивное использова- ние на протяжении первой половины 1950-х гг. семи тысяч дополнительных работников сыгра- ло важную роль в развитии экономики региона, особенно в жилищном и промышленном строи- тельстве.



ПРИМЕЧАНИЯ

1 См.: РГВА. Ф. 1и/п. Оп. 17, 18, 40, 49, 55, 58, 59.

2 См.: Там же. Ф. 4п. Оп. 19–29.

3 См.: Архив УФСБ РФ по Свердловской области. Ф. 1. Оп. 1. 4 См.: Отдел спецфондов ИЦ ГУВД Свердловской области. 5 См.: Архив УФСБ РФ по Свердловской области. Ф. 9. Оп. 1. 6 См.: Распад фашистского блока и проблемы послевоен-

ного устройства: Тезисы междунар. научн. конф. (10–14 июня 1992 г.). Екатеринбург, 1992; Проблемы военного плена: ис- тория и современность: Материалы междунар. науч.-практ. конф. (23–25 октября 1997 г.). Вологда, 1997. Ч. 1.



7 См.: Архив УФСБ РФ по Свердловской области. Ф. 1. Оп. 1. Д. 161. Л. 43.

8 См.: Мотревич В.П. Солдаты вермахта в рабочих спецов- ках // Вечерний Первоуральск. 1992. 7, 9 июля.

9 См.: Уральская историческая энциклопедия. Екатерин- бург, 1998. С. 122.

10 См.: РГВА. Ф. 1и/т. Оп. 19. Д. 4. Л. 4.

11 См.: Смыкалин А.С. Колонии и тюрьмы в Советской Рос- сии. Екатеринбург, 1997. С. 165–166.

12 См.: РГВА. Ф. 1и/т. Оп. 19. Д. 4. Л. 4.

13 См.: Отдел спецфондов ИЦ ГУВД Свердловской облас- ти. Ф. 56. Оп. 1. Д. 29. Л. 15; Д. 33. Л. 3–6.

14 См.: Конасов В.Б. Судьбы немецких военнопленных в СССР: дипломатические, правовые и политические аспекты проблемы. Вологда, 1996. С. 177.

15 См.: РГВА. Ф. 1т. Оп. 13. Д. 5 Л. 177, 313; Д. 6. Л. 4.

16 См.: Энциклопедия Третьего рейха. М., 1996. С. 235, 267.

17 См.: Отдел спецфондов ИЦ ГУВД Свердловской облас- ти. Ф. 56. Оп. 1. Д. 31. Л. 4–13.

18 См.: ГААОСО. Ф.1. Оп. 2. Д. 45554. Л. 1–44.

19 См.: Там же. Д. 45540. Л. 1–20; Д. 45552. Л. 1–46.

20 См.: Там же. Л. 38.

21 См.: Там же. Д. 48654. Л. 3–32.

22 См.: Смыкалин А.С. Колонии и тюрьмы в Советской Рос- сии. С. 157.

23 См.: ГААОСО. Ф.1. Оп. 2. Д. 33195. Л. 45.

24 См.: РГВА. Ф. 1. Т. Оп. 4. Д. 19. Л. 183–200; Отдел спец-

фондов ИЦ ГУВД Свердловской области. Ф. 56. Оп. 1. Д. 33. Л. 3–9.



25 См.: ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 45638. Л. 2–28.

26 См.: Отдел спецфондов ИЦ ГУВД Свердловской об- ласти. Ф. 56. Оп. 1. Д. 30. Л. 10–13, 18; Егоров М.А. Бунт генералов // Уральский рабочий. 1992. 7 апр.

27 См.: РГВА. Ф. 1и/т. Оп. 2. Д. 88. Л. 74.

28 См.: Отдел спецфондов ИЦ ГУВД Свердловской облас- ти. Ф. 56. Оп. 1. Д. 28. Л. 4–5.

29 См.: Егоров М.А. Бунт генералов.

30 См.: Конасов В.Б. Судьбы немецких военнопленных в СССР. С. 169.

31 См.: Отдел спецфондов ИЦ ГУВД Свердловской облас- ти. Ф. 56. Оп. 1. Д. 28. Л. 80; Д. 56. Л. 99.

32 См.: Там же. Д. 30. Л. 45–46, 52. 35, 146–152.

33 См.: Там же. Д. 31. Л. 175–178; Д. 32. Л. 26, 188.






Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница