Как лечить заикание



страница4/8
Дата19.05.2019
Размер1.14 Mb.
#89869
ТипКнига
1   2   3   4   5   6   7   8

Стремясь устранить возможный психологический барьер, в начале этого этапа мы проводим с группой новую разъяснительную беседу, во время которой сообщаем элементарные сведения об актуальном членении речи, вводим в обиход упрощенное понятие синтагмы. Объясняем заикающимся смысл предстоящего этапа, который заключается в том, чтобы выработать у них несложный стереотип, усвоить новый речедвигательный навык, обучить руку основным интонационным приемам.

В дальнейшем этот несложный (но непременно правильно усвоенный и заученный) алгоритм позволит чисто автоматически раскладывать речевой поток на короткие речевые отрезки синтагмы, и рука, взяв на себя заботу о технике речи, всякий раз будет решать привычную задачу, отлаживая саморегулировку механизма речи, снимая тревогу, страх и ожидаемые запинки.

После беседы переходим к тренировкам. Общие принципы организации логопедических занятий при этом остаются прежними: сначала концентрация внимания и расслабление, затем голосовые тренировки и только после этого новый цикл, новые упражнения.

Упражнение 1.

Рука свободно лежит на бедре. Нажатием большого пальца запускаем последовательные ряды открытых слогов (2345). Каждый слог "пропевается" акцентированно, причем нажатие каждого пальца должно быть синхронизировано с произнесением отдельного слога. Сила нажатия управляет силой звучания голоса. По сути дела, мы имеем здесь образец равнометричной речи на замедленном темпе, при посредстве которой отлаживается техника синхронизированного с рукой произнесения ряда слогов. Требования к каждому пальцу при исполнении упражнения в принципе те же, что и к большому. Но так как первый палец играет роль пускового механизма, задает программу речевому аппарату, длительность первого слога в слогоряде всегда будет несколько выше, чем у последующих слогов. Во время упражнения мы следим за тем, чтобы голос заикающихся оставался на опоре, чтобы сохранялась мягкая голосоподача и т.д. Иными словами, наша задача сохранить наработанную ранее технику слога и перенести ее на работу со слогорядом.

Сохраняя необходимую последовательность движения пальцев (12345), следим за тем, чтобы все пальцы, кроме работающего, были свободными и расслабленными. По окончании каждого ряда слогов кисть руки опадает, наступает пауза ("пять"), после чего заикающиеся встряхивают кисть, сбрасывают на бедро, снова и снова обучая ее расслаблению. Упражнение повторяется до тех пор, пока не будет выполняться точно.

Упражнение 2.

Его задачей является выработка навыков естественной разнометричной речи, синхронизированной с движениями пальцев ведущей руки.

Работа начинается с проговаривания слов с различной метрической структурой. Сначала проговариваются слова двух, трех, четырехсложные с ударением на первом слоге, а затем с ударением на втором, третьем, четвертом слогах. Во время выполнения упражнения логопед внимательно следит за постановкой руки. Необходимо добиться от каждого пациента четкого "вплывания", что не только обеспечивает правильную технику речи, но и задает ей соответствующий темп. Ударный слог каждый раз выделяется более сильным и длительным нажатием соответствующего пальца. Безударные слоги лишь отслеживаются мягким нажатием пальцев на поверхность бедра.

Особое внимание необходимо уделить плавности перехода от слога к слогу в составе слов. Замечено, что в разговорной речи (как и при пении) заикающиеся менее всего испытывают трудности во фразах с сильной позицией (ударением) на первом слоге (см. приложение 3). А так как главная цель всех упражнений обеспечить состояние спокойствия, ощущение порядка во время речи, то при произнесении синтагмы первый слог мы акцентируем, добиваясь некоторого его удлинения по сравнению с остальными слогами, кроме ударного.

Пациенты, как правило, стремятся уравнять по длительности первый слог с ударным, что влечет за собой возникновение монотонной, невыразительной речи. При проведении упражнений нужно избежать этой типичной ошибки и добиваться правильного соотношения длительности ударных и безударных слогов. Сохранение их динамики на замедленном темпе с самого начала тренировок является важным условием формирования в будущем стереотипа естественной разнометричной речи.

С переходом к полноценным словам методические задачи усложняются, и прежде всего это касается повышения требований к интонации. Сначала мы обучаем пациентов передавать при помощи интонации буквальное значение слова, затем контекстуальное значение, смысл.

И, наконец, начинается работа над сочетанием слов и элементарными фразами. Теперь мы обучаем пациентов выделять более сильным и длительным нажатием пальца логическое ударение, добиваемся слитности произнесения слогов в синтагме. Если количество слогов в синтагме больше пяти, то пальцы рук отслеживают слоги, начиная с пятого, в обратном направлении (54321). Интонационные навыки отрабатываются на разных сочетаниях слов, помещаемых в разные контексты, при этом используются всевозможные интонационные штампы (см. главу 4).

К концу данного этапа пациенты усваивают на замедленном темпе навык интонированной речи с участием руки в пределах синтагмы. Постепенно рука становится действительным синхронизатором речи, берет на себя контроль за ее техникой.

Расслабление приобретает менее гротескный характер: у пациентов продолжают складываться и закрепляться навыки речи с рукой в рамках следующего алгоритма: пауза (расслабление и спокойствие) - речь - пауза (снова расслабление и спокойствие) речь и т.д.

Четвертый этап работа над текстом.

Первоначально для логопедических тренировок используются небольшие по объему, знакомые пациентам тексты, на которых нарабатывается техника речи с рукой. Каждое предложение делится на минимально возможные синтагмы, в паузах между которыми пациенты должны успеть расслабиться, снять мышечное напряжение, ощутить спокойствие. Со временем используются более сложные тексты, предложения делятся на естественные синтагмы, протяжённость пауз между синтагмами уменьшается. И на этом этапе продолжается работа над интонацией. Для обучения пациентов выразительности фраза проговаривается без руки, с использованием жестовых знаков (см. главу 4), затем мелодический рисунок переносится на речь с рукой. Интонационные навыки отрабатываются на песенных, стихотворных, прозаических текстах.

Это позволяет сравнительно легко осуществить переход к импровизированной речи, когда необходимо отстоять свое мнение, выступить без подготовки на определенную тему. Но все же такой переход требует специальных упражнений, в процессе которых мы обучаем пациентов навыкам импровизации, композиции. Выполняя такие речевые упражнения, пациенты, естественно, не могут осуществлять детальный контроль за техникой речи, к этому времени составляющие навыка должны быть уже достаточно автоматизированными. Проводя функциональные тренировки, мы проверяем прочность усвоенных навыков и в случае необходимости проводим дополнительные занятия.

4.ОСОБЕННОСТИ ПРОСОДИЧЕСКОЙ СТОРОНЫ РЕЧИ ЗАИКАЮЩИХСЯ И СПОСОБЫ ЕЕ КОРРЕКЦИИ
В последнее время все больше внимания обращается на изучение просодической стороны речи людей, страдающих заиканием. М.Вингейт /44/ прямо говорит о заикании как о "просодическом дефекте", который проявляется в перемежающихся нарушениях ударений. Г.Бергман /23/ также сводит заикание к нарушению просодики. По его данным, эпизоды заикания встречаются главным образом на ударных слогах, интервалы между которыми в речи заикающихся очень изменчивы даже в отсутствие речевых судорог. Он также отмечает у них затруднения с постановкой ударения. Другая просодическая особенность речи заикающихся выражается в ограничении способности к модуляции голоса. Факт монотонности речи при заикании широко известен. О.Фон Эссен /51/ и Х.Фернау Хорн /104/ даже выделяли монотонность речевой мелодии как основной симптом заикания.

В ряде работ отечественных авторов говорится о нарушении ритма, мелодики, динамической гармонии речи заикающихся. Приводятся данные, подтверждающие это экспериментально. Так, А.Ю. Панасюк установил, что перепады основного тона у взрослых заикающихся на 30% меньше, чем у нормально говорящих людей /84/. Т.С.Когновицкая /60/, измерявшая максимальные и минимальные значения перепадов частоты основного тона у заикающихся детей, отмечает, что они на 15% ниже, чем у здоровых.

В литературе имеются отдельные рекомендации, направленные на коррекцию просодической стороны речи. Так, Н.П.Тяпугин /102/ замечает, что выразительность речи достигается игрой слогов и логических ударений. Многие советуют корригировать мелодику речи заикающихся, используя музыкотерапию /70/ и логопедическую ритмику /37,81/. Авторы указывают на возможность достижения выразительной речи демонстрацией правильных ее образцов.

В свете концепции Н.П.Бехтеревой, нарушение просодической стороны речи является частью устойчивого патологического состояния, которое формируется при возникновении и развитии заикания.

Просодику нельзя рассматривать отдельно от таких важнейших аспектов речевого общения, как мимика, поза, взгляд, жест. Все эти обязательные элементы коммуникации создают специфическую эмоциональную окраску речи, способствуют передаче не только вербального сообщения, но и подтекста, который часто определяет основной смысл высказывания. Как известно, в норме все названные элементы задействованы в речевом общении. Они дополняют друг друга. При заикании разрушается единство, целостность различных сторон речевой коммуникации, процесс общения оказывается нарушенным, в том числе вследствие дисгармонии, рассогласования различных элементов единой функциональной системы.

Заикание прежде всего сказывается на темпоритмическом рисунке фразы. Темп речи, как правило, ускоренный, обусловлен желанием сообщить необходимые сведения в промежутке между судорогами, скорее "отговорить", окончить тяжкий труд, которым является в этих условиях речь. Заикающихся подгоняют тревога, волнение, связанные с актом речи. Темп неровен и может значительно изменяться даже в одной фразе.

Речевые судороги дезорганизуют и ритмическую сторону речи. Речевой поток может неожиданно прерываться, что в свою очередь ведет к нарушению синтагматического и психологического паузирования. Исчезает упорядоченность, стройность речевого потока, его звучность.

В речи заикающихся царит хаос, который особенно ощутим, когда они стоят перед необходимостью развернутого высказывания. Страх перед фатальным беспорядком становится значимой частью невротической составляющей заикания. Из-за стремления скрыть дефект от окружающих возникает нечеткая артикуляция, причем согласные утяжеляются, а гласные как бы "цедятся" сквозь зубы. Купол практически перестает использоваться как резонаторная полость, и в целом речь создает впечатление "каши во рту".

Нечеткая артикуляция, с одной стороны, присущие заикающимся тревога и страх с другой, влекут за собой хронические голосовые зажимы, в результате чего звучание переводится, в основном, в верхний голосовой регистр. В речи заикающихся, как правило, недостаточно представлен низкий голос с грудным звучанием, а также средний голос с хорошо развитым головным и грудным звучанием. Крайне неэффективно задействованы диафрагмальная опора, нижние резонаторы, что увеличивает нагрузку на голосовые связки. В большинстве случаев такая речь представляет собой "шелест на связках", при котором воздушная струя используется крайне неэкономно. Даже при отсутствии явной инспирации заикающиеся обычно ощущают во время речи постоянный недостаток воздуха. Дополнительный вдох перед синтагмой вряд ли может существенно облегчить их страдание, которое объясняется не столько недостатком воздуха, сколько неэкономным его использованием, толчкообразным выдохом.

Состояние речи усугубляется фиксированностью пациентов на отдельных звуках. Звукофобия является одной из причин, способствующих формированию "твердой атаки" звуков. Речь теряет звучность, перестает быть "концентрированным пением", как у хорошо говорящих людей.

Таким образом, существенной стороной рассматриваемого дефекта является деформация темпа и ритма речи (речевой плавности), что на фоне постоянного эмоционального напряжения, тревоги, страха ведет к нарушению многих сторон интонации: паузирования, мелодики, динамической гармонии и т.д. У заикающихся нарушены, по существу, все характеристики музыкальности речи. Они теряют способность к эмоциональной окраске последней и изъясняются с помощью заученных, застывших интонационных схем и шаблонов. У заикающихся нарушено живое общение с собеседниками. Их лица во время речи амимичны, жест отсутствует или не точен, глаза избегают собеседника, не оживлены передаваемой мыслью, не "говорят".

Крайне зависимые от внешней оценки, заикающиеся боятся заявить о себе, в их речи не проявляется личность, не ощущается отношения к высказываемому. У нормально говорящих людей велика вариабельность интонационного рисунка, который зависит от конкретной ситуации общения, эмоционального состояния, интересов, способностей, характера, типа высшей нервной деятельности и т.п. У заикающихся, несмотря на значительные личностные различия, эта вариабельность крайне мала. Их речь имеет весьма ограниченный подтекст.

Специально нужно остановиться на понятии подтекста, играющего важную роль в правильной постановке всей коррекционно-воспитательной работы. Посвящая этому отдельную беседу, мы говорим о подтексте как о неявном, но чрезвычайно важном проявлении внутренней жизни человеческого духа, неразрывно связанном с побудительной силой высказывания, с тем, что человек хочет выразить на самом деле. Это "хочу" бывает глубоко запрятано. Но без него нет подтекста.

Для того чтобы общение состоялось, необходим волевой посыл, обращенный к слушателю. Говорящий не просто сообщает собеседнику определенную информацию, но реально переживает ее, стремясь зажечь слушателя своими чувствами, убедить его в истинности своих утверждений. Слова, не освящённые правдой человеческих чувств, представляют собой лишь ряд пустых звуков.

Но если "хочу" здорового человека реализуется в повседневном общении, то заикающиеся уверены в безнадежности этого намерения, что становится для них источником страданий и в конечном счёте невротизации. С возрастом они обычно примиряются со своим положением и в процессе вынужденного общения все чаще руководствуются вместо императива "хочу" императивом "надо", причем рядом с "надо" по прежнему живет "не могу".

Заканчивая характеристику особенностей просодики заикающихся, отметим, что наиболее серьезные нарушения в этой области имеют место при тяжелом заикании, протекающем на резидуально органическом фоне. Особенно в случаях, когда речевая судорога возникает при отстающем речевом онтогенезе. Несомненно, существует возраст, когда все лингвистические, а значит, также интонационные возможности развиваются наиболее продуктивно. Скудность словарного запаса чаще всего коррелирует с бедностью интонационного словаря. Это наблюдается у детей, страдающих общим недоразвитием речи, и еще более усугубляется, если на этом фоне возникает заикание.

Более тяжелые нарушения интонационной стороны речи отмечаются у заикающихся, которые воспитывались в неблагоприятной микросоциальной среде. Напротив, там, где речь ребенка формировалась на правильных речевых образцах, где дети жили в обстановке добра и любви, слушали музыку, их интонационные возможности стали богаче и способность интонировать сохранилась в более значительной степени, несмотря на заикание.

Вышеприведенные наблюдения могут быть истолкованы в свете современных представлений о функциональной асимметрии полушарий мозга.

Речевой сигнал (высказывание, сообщение) относится к системам знаковых уровней организации и несет информацию двоякого рода. Во-первых, это собственно вербальная информация, основным носителем которой является слово, точнее, заключенное в нем понятие. Ответственность за такого рода информацию обычно несет левое полушарие. Во-вторых, это эмоциональная информация, определяющая интонационную окраску речи, подтекст, заключающий в себе отношение говорящего к сказанному, но не находящий прямого выражения в самих словах. Такая информация получила название экстралингвистической. Управление ею осуществляет правое полушарие мозга.

Как указывает П.Г.Симонов /93/, именно эта вторая система является доминирующей в звуковой коммуникации ребенка в доречевой период. Овладение речью, однако, не приводит к утрате экстралингвистической коммуникации.

Оба полушария головного мозга интегрируются в единую функциональную систему, хотя каждое из них имеет свои специфические внешние каналы передачи информации. Так, вербальная система, представленная посредством объективных кодов (слов), использует преимущественно артикуляторный аппарат при минимальном участии интонации. Экстралингвистическая система, отвечающая за эмоциональную окраску речи, использует, по-видимому, другие механизмы, сопутствующие речи и влияющие на нее. Из повседневного опыта общения хорошо известно, что интонированная речь сопровождается мимикой, жестом, движением головы, плеч и пр. Однако для логопедической практики более важным является утверждение, что интонированная речь практически невозможна без этих сопутствующих движений.

Напрашивается гипотеза, что именно сопутствующие движения определяют механизм формирования интонационно окрашенной речи. Причем имеются в виду как движения в прямом смысле (рук, плеч, мышц лица, груди), которые могут приводить к изменению резонансных характеристик речевого аппарата, так и напряжение или расслабление мышц гортани или голосовых связок, от чего зависят частота основного тона, тембр голоса и т.п. Эти многочисленные и разнообразные движения позволяют сравнить аппарат речи здорового человека с музыкальным инструментом типа электрооргана, где различные рычаги, клавиши и педали дают возможность придать основной мелодии новую богатую оранжировку и иногда до неузнаваемости изменяют ее.

Особо следует остановиться на так называемом языке глаз. Взгляд это своеобразный интонационный включатель. Можно сказать, что любое сообщение начинается с разговора глаз. Зачастую люди умеют "говорить глазами" красноречивее, чем словами. Изменение выражения глаз органически вплетается в интонационный рисунок речи, пробуждая язык мимики и жеста. Только при этих условиях оказываются задействованными информационные каналы обоих полушарий, и мы получаем внятную, осмысленную, эмоционально окрашенную речь. Это норма.

При заикании сам факт существования речевых судорог приводит к целому ряду речевых и личностных нарушений, что вынуждает заикающихся во время речи одновременно думать о том, что сказать, как сказать и что о них подумают окружающие. Речь, становясь тяжким трудом, ставит перед необходимостью передать хотя бы элементарное содержание высказывания; тут не до позы, взгляда, мимики и жеста. Постепенно они перестают использоваться в акте коммуникации, речь заикающихся становится почти полностью обездвиженной.

Очевидно, что в этом случае, по существу, блокируются все каналы экстралингвистической информации. Тормозится сама потребность в такого рода информации, а следовательно, и потребность в коммуникации как таковой. А поскольку нарушаются коммуникативные функции речи, общение заменяется инвалидизированным говорением.

Отсюда вытекает необходимость, а также объем и содержание занятий по коррекции просодики. Мы считаем, что эта работа так же важна, как работа, направленная на устранение речевых судорог и коррекцию личности. Она ведется сразу в нескольких направлениях: устранение речевых судорог, навязчивых мыслей, страхов речи, уловок; снятие мышечных зажимов и внутреннее раскрепощение; коррекция темпоритма, ликвидация голосовых зажимов и постановка голоса; развитие речевого слуха; включение в речь подтекста. Мы относимся к речи как к живому организму, который трудно было бы настроить по частям ( узлам), как это делается со сложными машинами в технике. "Целостный по природе, он работает комплексно, по механизму "цепного рефлекса" /83/.

Работа сразу в нескольких направлениях одна из особенностей предлагаемого нами подхода к коррекции интонации.

Во время занятий мы широко используем движения, и прежде всего движения рук. Уже с первых дней, начиная с постановки голоса и коррекции звука, вводятся жестовые знаки, речь соединяется с движением. Это чрезвычайно важно для формирования подтекста, ведь, как известно, в проявлении всякой эмоции важнейшую роль играют двигательные реакции.

Занятия просодической стороной речи начинаются с первых же дней лечения. Они ведутся постоянно при прохождении всего основного курса и продолжаются в течение одного года диспансерного наблюдения на поддерживающих микрокурсах и в домашних условиях.

Заикающиеся только тогда активно включаются в эту работу, когда понимают смысл предлагаемых мероприятий. С этой целью проводятся специальные разъяснительные беседы.

В одной из первых коррекционно-воспитательных бесед мы объясняем, что интонировать не значит украшать речь: использование интонационных возможностей языка позволяет точно передать смысл сказанного (подтекст), а если интонация не откорригирована, то речь остается неполноценной, корни заикания сохраняются. Пациенты начинают понимать, что нарушение просодики является составной частью дефекта и без ее коррекции нельзя достичь исцеления. В беседе мы отмечаем, что просодическая сторона речи заикающихся нарушена столь значительно, что это заметно не только на уровне минимальной интонационной единицы текста синтагмы, но и на уровне звука, слога, слова

Монотонность звучания становится особенно явной при замедлении темпа речи. Слух человека обладает высокой чувствительностью к восприятию интонационной структуры речи. Ухо заикающихся (их собственный аудитор) не всегда фиксирует привычную нарушенную речь, а иногда даже не замечает легких спазматических задержек, но крайне строго судит монотонную речь. Мнительные заикающиеся часто обнаруживают неспособность к замедленной речи и, несмотря на активизирующие беседы, отказываются от нее. Необходимо, чтобы они поняли, что замедление не вызывает, а только проявляет этот существенный недостаток, и монотонность связана с самим характером дефекта. Объяснение этого тем более важно, что фактически почти всегда логопед на начальном этапе коррекционной работы с заикающимися вольно или невольно прибегает к замедлению *.

Логопед должен убедить пациента, что при правильной интонации замедление не ведет к монотонной речи, а может помочь передать смысл и чувство. Для заикающихся это является открытием. Доказательством того, что замедление и монотонное звучание прямо между собой не связаны, может служить простой эксперимент, когда мы, пользуясь разным темпом речи (медленным, средним, быстрым), читаем один и тот же отрывок сперва монотонно, а потом выразительно. Заикающиеся по секундомеру следят за временем. Оказывается, что нормальный темп речи при монотонном звучании воспринимается как крайне медленный и, наоборот, замедленная, но выразительная речь воспринимается как нормальная.

Такой эксперимент позволяет преодолеть неприятие замедленной речи, что имеет большое психотерапевтическое значение.

Работу по коррекции интонации мы начинаем с развития речевого слуха, который, как правило, страдает при заикании. Умение различать достоинства и недостатки голоса у себя так же, как и у других людей, является обязательным условием успешной коррекции интонации. Мы сразу же привлекаем внимание заикающихся к звучанию их собственной речи, просим произносить звуки как можно тише и сами стремимся к этому. В атмосфере тихого пения, тихой выразительной речи пациенты все время должны как бы прислушиваться. Слух в этом случае обостряется, работает более активно. Отвлекающие световые раздражители лучше исключить, и мы иногда предлагаем заикающимся слушать себя с закрытыми глазами или во время аутогенных тренировок.

С этой же целью рекомендуем наблюдать за речью окружающих людей, что позволяет сравнить интонационно окрашенное и монотонное звучание. Кроме того, мы стараемся обогатить их пассивный интонационный словарь, предлагая прослушивать записанные на пленку образцы речи чтецов, актеров. Именно в это время уместно начать разговор о том, что настоящий ритм не скороговорка, а наоборот, "чем выше ритм, тем медленнее мы говорим" /100/.

Как указывал К.С.Станиславский, "торопливость, нервность, болтание слов, выплёвывание целых фраз не только затушевывают смысл, но совершенно уничтожают его", а "нервность говорящего только раздражает слушающих, неясное произношение злит, так как заставляет их напрягаться и догадываться о том, чего они не поняли, суетливость тяжелит речь, облегчает ее только спокойствие и выдержка" /100/.


Каталог: wp-content -> uploads -> 2014
2014 -> Программа профессионального модуля техническое обслуживание и ремонт автомобилей Профессия: 23. 01. 03 Автомеханик
2014 -> Нп «палата судебных экспертов»
2014 -> Памятка по протезированию
2014 -> Маникюр маникюр от opi
2014 -> Cборник заданий тестового типа для контроля знаний учащихся по профессии нпо 190631
2014 -> Аир: Часто используется как связующий элемент в заклинаниях или в заговорах, а сам по себе для контроля над личностью. Растущий в саду, аир принесет удачу садовнику и большой урожай растений поблизости. Акация
2014 -> Разбудить сонную артерию
2014 -> Эльмир мамедов


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница