Книга 1 Ирина Медведева tайhoе учение даосских воинов



страница6/13
Дата09.08.2019
Размер2.6 Mb.
#128063
ТипКнига
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13

В случае, когда я должен был выглядеть слегка «пришиб­ленным» и просить о чем-то собеседника, я опускал энергию в область нижнего дань-тяня*. формируя энергетический диск от пупка до корня полового члена. Ли заставлял меня общаться с людьми, навязывая им свою волю и вызывая те или иные эмоции только с помощью перемещения энергии, без обычных для Спокойных трюков, и, к моему удивлению, это срабатывало.

Как-то в перерыве между упражнениями я спросил:

—Ли, ты обучаешь меня такому количеству шпионских уловок. Мне всегда казалось, что шпионаж в первую очередь связан с политикой. Преследует ли клан Спокойных какие-либо политические цели?

— Во-первых, я обучаю тебя средневековому искусству не­заметности, а не современной разведке, во-вторых, нет ничего более отвратительного, чем политика, — резко ответил он. — Политика распространяется вовне. Она воздействует на людей, на окружающий мир и всегда связана с духовным, а подчас и с физическим насилием. Клан Спокойных отличается от других кланов, причастных к политике, в первую очередь тем, что его влияние распространяется внутрь, а не наружу. Спокойные за­няты своими проблемами, и их образ жизни не приводит ни к

* Донь-тянь—энергетический центр человеческого тела. Здесь под дань-тянем подразумевается нижний дань-тянь. расположенный приблизитель­но на 3 цуня ниже пупка. Один цунъ равен максимальной ширине ногтевой фаланги большого пальца руки.

духовному, ни к физическому насилию, что сплошь и рядом случается в этом мире. когда политические и экономические интересы объединяются ради достижения могущества и богат­ства, которые составляют две стороны одной монеты. Ради этих целей жертвуют не только чужими, но и своими жизнями. Это не отвечает традициям воинов жизни.

— Мне кажется, в этом мире клан не может существовать, замкнувшись на себе, не распространяя своего влияния нару­жу, —возразил я.—Для нормальной жизни членам клана необ­ходимы деньги и свобода, а свобода—почти синоним власти. ТЫ говорил мне, что Спокойные умеют зарабатывать деньги, и я сам убедился, сколь совершенно их воинское искусство. Мо­жет ли такой могучий клан быть в стороне от всего внешнего? Насколько мне известно, все более или менее сильные тайные кланы за рубежом рано или поздно перерождаются в мафию.

— Ты путаешь цели и средства. Для мафиозных кланов цель —это богатство и власть, а учение, доктрины и традиции— лишь средство удержать и приумножить власть и богатство. Все зависит от идей, которые заложены в основу учения клана.

— Ли, но ты же сам говорил, что любые идеи, любое учение можно трактовать так, что оно будет использоваться в угоду обогащения и усиления власти группы людей, его проповедую­щих.

— Это верно. Но воины жизни не извращают своих идей. Они могли бы стать одной из могущественнейших организа­ций, если бы деньги или власть стали их целью, но их цель— счастье, свобода, самосовершенствование и бессмертие, и свою силу они используют только для ответа на агрессию, и тут в ход идут все средства. Главное для клана Спокойных—проблема людей. Тут, как говорится, «кадры решают все». Мы отбираем людей, имеющих светлые помыслы и добрую душу. Не думай, что мне легко было найти и выбрать тебя, европейца, вместо того чтобы воспользоваться сотнями других желающих стать моими учениками.

Вопрос, почему Ли сделал меня своим учеником, все время не давал мне покоя, несмотря на его сказку об оплате сыном долга отца. Я подумал, что, может быть, теперь сумею получить ответ на это. и спросил:

— Ли. по каким критериям Спокойные отбирают учеников? По каким критериям ты выбрал меня?

—Таких критериев очень много. Учитель должен хотеть учить ученика, а ученик должен хотеть учиться. Только тогда

жажда Учителя и ученика будет удовлетворена. Но еще более важно, чтобы ученик хотел учиться именно тому, чему его хо­чет научить Учитель, потому что одно и то же знание можно получать с разными целями и использовать его по-разному. Кроме того, ученик должен контролироваться Учителем. Учи­тель должен знать об ученике больше, чем о самом себе, в том числе и о его внутренних возможностях, жаждах и пристрасти­ях. Таким образом. Учитель будет охранен от предательства уче­ника. от его ошибок и, в случае чего, сможет обезопасить клан от последствий действий ученика, сняв таким образом с себя ответственность за неудачу. За учеником надо наблюдать, как за врагом, и уметь нейтрализовать любые его осознанные или неосознанные нежелательные для клана поступки.

От подобной откровенности мне стало как-то не по себе.

— Ли, неужели к ученику действительно надо относиться как к врагу?

— Да, до тех пор, пока он не стал тебе сыном.

—А как ты относишься ко мне—как к сыну или как к вра­гу?

— Ты задаешь слишком много вопросов. Это слишком ин­тимный вопрос, чтобы на него было легко ответить. Подожди, придет время и ты узнаешь, что ты значишь для меня и что я значу для тебя.

— Ты очень много для меня значишь,—сказал я.

— Ты так думаешь, но ты даже представить себе не можешь, как много я значу для тебя на самом деле, —Ли улыбнулся весь­ма двусмысленно, и я не смог понять, какой подтекст он вкла­дывает в эту фразу, но мне очень хотелось, чтобы этот подтекст был благоприятным для меня.

— Ученик, —продолжал Ли, —должен подходить под учение как ножны под клинок, для которого они созданы. Ученик пред­ставляет собой форму, которую можно заполнить, но которую крайне трудно изменить. Есть ученики, имеющие форму вои­на, отшельника, знахаря или Хранителя знания. Хранителя знания отыскать труднее всего. Принцип духовного ненасилия заключается в том. чтобы заполнить форму ученика тем, что он сам желает получить и к чему он предназначен, делая это так, чтобы ученик, получив знания, не мог принести вреда ни себе, ни окружающим.

— О каком вреде ты говоришь?

— Это глупый вопрос. Подумай, и ты сам сможешь на него ответить.

— Я не так выразился. Меня интересует, как ученик может принести вред клану. Я, например, из всех членов клана Спо­койных знаю только тебя, но мне неизвестно даже, где ты жи­вешь и как можно тебя отыскать. ТЫ всегда находишь меня сам. Как же я могу причинить вред клану?

— Видишь, как плохо, когда твои мысли опережают слова. когда ты думаешь об одном, а спрашиваешь о другом. Но, по правде говоря, твой второй вопрос еще глупее, чем первый. На­деюсь, ты не ждешь, что я буду учить тебя, как можно принести вред клану?

Глядя на мое лицо. Ли расхохотался.

—Ладно, не будем об этом говорить. А как мне выбирать учеников для себя, если возникнет такая необходимость?

—Ты научишься этому после того. как мы пройдем основ­ной курс обучения.

—Тогда давай еще немного поговорим о политике. Неужели клан Спокойных ни разу за все время своего существования не вмешивался в политические интриги?

— Я понимаю, почему тебя так заботит политика. То, что тебя беспокоит на самом деле.—это твое будущее. Ты хочешь стать офицером КГБ и поэтому в глубине души ты тревожишь­ся о своей карьере, боясь, что политические взгляды клана Спо­койных разрушат твои мечты. Запомни, что воины жизни ни­когда не вмешиваются в политику, не участвуют в политичес­кой деятельности. Это учение ради учения, оно направлено лишь на сохранение и выживание людей, которые выходят за рамки человеческого бытия. Оно направлено на гармоничное развитие личностей, которые умеют управлять жизнью и учат других управлять жизнью.

Естественно, что клан будет себя защищать. Естественно, что люди, познавшие «Вкус плода с дерева жизни», не захотят с ним расстаться, но они будут действовать только в случае, если агрессия общества будет направлена непосредственно на них, только ради того. чтобы спасти свою жизнь. Точно так же лю­бой член клана должен уметь защищаться и выживать. Еще рано говорить о целях клана, о смысле постижения знаний, но когда-нибудь ты об этом узнаешь.

Могу сказать тебе только одно.—если когда-нибудь ты из­берешь карьеру офицера госбезопасности, знания Спокойных не только не помещают тебе. но и не раз пригодятся. Не нужно мечтать о том, чего ты не знаешь, и бояться того. что еще не случилось. То. что ты уже имеешь, имеют немногие, и даже эта

маленькая толика знаний изменяет тебя. заставляя по-другому относиться к себе, к миру и к общественным ценностям. То, что ты умеешь, никогда не покинет тебя. потому что ты сам этого не захочешь.

ГЛАВА VIII

Как-то вечером после тренировки мы с Ли пошли на набе­режную, и он предложил мне посидеть на скамейке. В этой день я с ребятами в институте разучивал карточные фокусы, и в кармане у меня осталась колода карт. Как-то незаметно разго­вор перешел на карточные игры, фокусы, трюки с передергиванием. Я продемонстрировал несколько фокусов Ли. рассказал ему о других, которые я когда-то видел, но не знал. как они выполняются. Я восхищался ловкостью пальцев фокусников и профессиональных шулеров и сказал, что было бы неплохо это­му научиться. Потом я спросил Ли, знает ли он какие-нибудь карточные фокусы.

С загадочным выражением лица и почему-то без своей обычной ехидной ухмылки Ли сказал:

—Видишь ли, мой маленький друг, дело в том, что есть фокусы и Фокусы. Он так подчеркнул интонацией второе слово «фокусы», что было ясно, что речь идет о фокусах с большой буквы.

Он помолчал и вдруг неожиданно предложил:

— Загадай какую-нибудь карту.

Я ответил, что загадал.

Ли взял колоду, перетасовал ее и, держа колоду в руке, про­тянул ее мне.

— А теперь вытащи из колоды эту карту, — сказал он. Я взял колоду и начал было разыскивать среди карт свою. но Ли меня остановил.

— Не так, —сказал он. —Ты должен перетасовать колоду и вытащить наугад одну карту, и это карта будет той, которую ты загадал.

— Но это же невозможно, —запротестовал я.

— Неверие не должно быть определяющей силой твоих по­ступков, —сказал он.—Ты должен стоять на пути исследования Истины, поиска Истины, и ни в коем случае не поддаваться своему прошлому эмпирическому опыту. Вернее, ты не должен принимать решения, основываясь только на прошлом опыте.

Почему ты не хочешь проверить, возможно это или нет, тем более что сама проверка не представляет опасности для тебя и не требует особого труда.

Я посмотрел на него, взял колоду, долго перетасовывал кар­ты, несколько раз их снимал и снова перетасовывал и, наконец, решившись, вытянул карту и посмотрел на нее. Это была та самая карта, которую я загадал!

Я не поверил своим глазам. Мне казалось, что это просто невозможно. Потом я подумал, что это могло быть совпадени­ем.

— Я мог случайно вытащить эту карту, — сказал я, почему-то не решаясь попросить Ли повторить фокус.

— Загадай еще какую-нибудь карту, —с ехидной усмешкой предложил он. — Похоже, моему маленькому брату жаль рас­ставаться с иллюзиями жизненного опыта и так называемого здравого смысла.

Я снова тщательно перетасовал колоду и снова вытащил карту, которую я загадал в этот раз. Ли снисходительно похло­пал меня по плечу.

— Ты будешь продолжать настаивать на том, что это невоз­можно?—поинтересовался он.

— Как ты это делаешь?—спросил я.

—А разве я это делаю?—Ли с деланным изумлением при­поднял брови.—По-моему, ты сам это делаешь!

Я снова попытался узнать, в чем тут дело, но Ли только поддразнивал и насмехался надо мной, и я понял, что лучше оставить эту тему.

Секрет этого фокуса я понял примерно год спустя, когда мы учились применительно к рукопашному бою управлять психи­кой и поведением противника.

Ли мог даже не знать, какую карту я загадал, но он мог заставить мое тело почувствовать, независимо от моего созна­ния, где в колоде находится эта карта, и заставить вытянуть ее. Процесс поиска карты другим человеком относился к упражне­ниям с неживыми предметами того же типа, что и охота на зверя в джунглях, когда ты учишься ощущать шестым чувством местонахождение и состояние зверя, а на более высоком уровне —управлять поведением зверя.

— А сейчас я научу тебя фокусам попроще, —сказал Ли. Он попросил меня протянуть руку. и, вытащив из колоды карту, положил ее мне на ладонь рубашкой вверх.

— Сосредоточься на ощущениях, которые передаются тебе от этой карты,—предложил он.—Какие образы или ассоциа­ции у тебя возникают?

Я закрыл глаза, сосредоточился, и вдруг передо мной воз­ник образ букета алых роз и даже почудилось, что в воздухе разливается их тонкий сладковатый аромат.

— Я вижу букет роз, —сказал я.

—Хорошо,—сказал Ли.—Алые розы скорее всего означа­ют, что у тебя на ладони лежит дама червей.

Я перевернул карту, и она действительно оказалась черво­вой дамой.

— Неужели любой человек, сосредоточившись на даме чер­вей, увидит розы?—удивился я.

— Конечно нет, — ответил он. — Можно увидеть все, что угодно. У каждого человека своя система ассоциаций и мыслеобразов. Хотя, конечно, существуют мыслеобразы общие для определенных групп людей. Я хорошо тебя знаю, и поэтому мне легко истолковать твои ощущения и понять, откуда они проис­ходят. Тынатура возвышенная, романтическая, жизнь еще не била тебя, поэтому довольно естественно предположить, что червовая дама может ассоциироваться у тебя с розами. Возьми другую карту.

Я вытащил карту, положил ее на ладонь и ощутил в руке тяжесть, шероховатость и покалывание, исходящее от нее.

— Я чувствую шероховатость и какие-то легкие, почти не­заметные уколы, —сказал я.

— Наверняка это пика. —сказал Ли, — и наверняка на карте изображено несколько пик. Попробуй почувствовать, сколько их там.

—А как это сделать?—спросил я.

— От каждого изображения пики ты чувствуешь покалыва­ние. Поводи другой рукой над картой и постарайся сосчитать, сколько раз тебя уколет.

Я так и сделал.

— По-моему, это девятка, —сказал я.

Я перевернул карту, и это оказалась восьмерка пик.

— Почти угадал,—похвалил меня Ли.

Мы продолжили упражнения, и Ли заставлял меня ощу­щать карты то визуально, то тактильно, учил трактовать воз­никающие ассоциации, потом управлять ими, выбирая наибо­лее простые и четкие, —например, ощущение тепла от карт красной масти и холода от пик и треф.

Для разнообразия он клал мне карту на колено или на ка­кой-нибудь другой участок тела, заставляя чувствовать им. Я научился различать покалывающее тепло и нейтральное теп­ло. Покалывающее тепло я чувствовал от бубен, а нейтральное

—от червей. Разное ощущение холода давали пики и трефы.

Труднее всего было определять масть и достоинство карти­нок. но картинки от остальных карт отличались легко.

Когда я пытался определить достоинство карты визуально, у меня перед глазами возникали, например, пять букетов роз на пятерку червей или пять собак на пятерку треф.

Я выяснил, что самый первый образ обычно бывает самый верный, потому что потом подключалась логика, и чувство не­уверенности в себе порождало серию других образов, затмева­ющих первый.

Я приучился говорить сразу о первом возникшем образе и потом, если мне казалось, что есть и другой вариант, я описы­вал изменения в образе.

— Логика всегда следует у тебя за интуицией, —говорил Ли.

—Поэтому второй ответ чаще всего—надуманный ответ.

Он объяснял мне цепочку моих логических рассуждении, вызвавших второй образ, например, он говорил, что я считал, что раз карта, которая ассоциировалась с первым образом, уже выпадала, она не должна повториться, и поэтому я прикиды­вал, какая карта появится с наибольшей вероятностью.

— Нужно научиться доверять своим ощущениям, — сказал Ли. —Если когда-нибудь станешь шулером, это может тебе при­годиться.

Он объяснил мне, что упражнения с картами показывают на возможности человека, но что у нас нет времени заниматься этим, отшлифовывая свое мастерство, и главное—знать, как сделать что-то для того, чтобы суметь это сделать в нужный момент. В дальнейшем он показывал мне много упражнений и техник как из области парапсихологии, так и рукопашного боя, объясняя, как это можно выполнить и применить, но времени для совершенствования у нас не было, и мы переходили к дру­гим темам.

На следующий день мы продолжили упражнения с карта­ми, но теперь Ли добавил к ним формирование мыслеобразов и управление ими.

Ли сказал:

— Можно работать с любым предметом, создавая мыслеобраз и направляя его на этот предмет. Для этого достаточно сфо­кусировать на объекте часть своего желания, и тогда объект приобретет некоторые другие свойства, и информация, исходя­щая от него, будет несколько иной, чем обычно присущая ему информация.

Он разложил на скамейке несколько карт и спросил:

— Как ты думаешь, какую из этих карт я загадал?

Сам не понимая, почему я так решил, я указал на одну из карт.

— Верно, —сказал Ли.

— Попробуй еще раз.

Я снова указал на карту. У меня при этом не возникало никаких образов, просто рука сама тянулась к ней.

— Угадал, — сказал Ли. —Давай еще раз,

Я решил проверить его и. вообще не пытаясь что-либо по­чувствовать, наугад ткнул пальцем в первую попавшуюся кар­ту.

— Правильно.

— Мне кажется, что ты меня обманываешь, — сказал я, — потому что я показал на эту карту, даже не настраиваясь на то, чтобы угадать. Как я могу проверить, что ты действительно задумал ее, а не какую-нибудь другую?

— Нет ничего проще. —ответил он. —Я буду писать на бу­мажке, какую из пяти карт, лежащих на скамейке, я собираюсь загадать, и ты каждый раз будешь проверять, правильно ты отгадал или нет.

Ли перетасовал карты, вынул пять карт из колоды, посмот­рел на них и разложил рубашками вверх. Потом он записал что-то на бумажке и сказал:

— Сейчас, пытаясь угадать карту, которую я выбрал, ты бу­дешь испытывать самые различные ощущения, потому что я буду тебе очень сильно помогать, и ты будешь ощущать то, что тебе подскажет мое желание. Проведи рукой над картами и скажи, что ты почувствуешь.

Я провел рукой над картами и признался, что не ощущаю ничего.

— Совершенно верно,—подтвердил Ли. —А теперь проведи еще раз рукой над картами, и ты сразу узнаешь ту. которую я избрал.

Я начал двигать рукой и вдруг почувствовал, как над одной из карт мою руку резко потянуло вниз. Я снова провел рукой, и над той же картой ощущение повторилось. Я указал на эту кар­ту, и Ли сказал:

— Вот видишь. Ты ее нашел.

Он развернул бумажку и показал мне запись, чтобы я убе­дился, что он меня не обманывает, но я в этот раз мог бы и не проверять, потому что ощущение, которое я испытал над кар­той, было слишком сильным и четким. Рука мгновенно тяжеле­ла и сама устремлялась вниз.

— Почему карта притянула мою руку?—спросил я.

—Ты ошибаешься. Карта не может притягивать твою руку. Это я воздействовал на твою руку, вызвав в ней ощущение тя­жести. Я просто надавил на нее вниз своим взглядом, и тебе передалось мое настроение. Естественно, это давит не мой взгляд, а мое настроение. Но ты чувствуешь это как физическое давление. Твоя рука устремляется вниз к карте, и ты легко уга­дываешь ее.

—Давай еще раз.—попросил я.—Только в этот раз давай попробуем какое-нибудь другое ощущение.

—Ты начинаешь угадывать ход моих мыслей, мой малень­кий брат.—сказал Ли со свойственным ему очарованием, снова разложил на скамейке пять карт и отметил на бумажке свой выбор.

Я провел рукой над картами и почувствовал, как над одной из них мою руку резко укололо и обожгло. Рука дернулась вверх.

— Сейчас я поставил на карту острую раскаленную пира­мидку. и ты об нее укололся, —сказал Ли. — Но так или иначе. ты определил карту, которую я загадал.

И он продемонстрировал мне запись на бумажке.

— Видишь, каким сильным может быть мыслеобраз, —ска­зал Ли. — Используя мыслеобразы, можно научиться воздей­ствовать на живую и неживую природу в нужном для нас на­правлении и использовать ее в своих целях.

Мы продолжили упражнения по отгадыванию карт, и я пос­ледовательно ощутил увод в сторону, ощущения жара и холода, ощущение усилившегося пульса, покалывания и мурашек.

Потом Ли начал записывать на бумажке, какое ощущение в какой-либо части моего тела он вызовет, используя мыслеобра­зы, и его воздействие было настолько сильным, что я ни разу не ошибся.

—ТЫ должен быть очень внимателен,—говорил Ли.—Ви­дишь, насколько многообразен язык мыслеобразов. Если ты научишься хорошо говорить на этом языке, ты сможешь разго­варивать со своим партнером в момент боя, даже в момент боя. Ты сможешь передавать ему ту или иную информацию, воздей­ствовать на противника, отвлекая его или причиняя ему боль. Ты сможешь угадывать зону своего тела. в которую противник собирается нанести удар, читая его мыслеобразы, и сможешь обманывать его мыслеобразами своих нереализуемых ударов. Сейчас мы только начинаем работать с мыслеобразами. А те­перь возьми карту и ты увидишь, как она оживет.

Он протянул мне карту, я взял ее двумя пальцами и вдруг карта, как рыбка, забилась в моих руках. Я изо всей силы сжал ее рукой. Упругое, скользкое, сильное тело рыбки билось и из­вивалось так. что у меня едва хватало сил его удерживать. Я прижал карту другой рукой, ошалело на нее вытаращившись. Потом я взглянул на Ли и увидел, как он хохочет.

— Это карта живая, — сказал Ли, отсмеявшись. — Более того, ты будешь следовать за ней, она поведет тебя.

Биения карты ослабли и приобрели ритм и направлен­ность. Я убрал вторую руку и расслабился, прислушиваясь к ощущениям. Карта начала двигаться, и моя рука последовала за ней. рисуя в воздухе причудливые фигуры. Следуя взглядом за траекторией карты, я понял, что Ли пишет моей рукой.

— Это один из способов передачи тебе моей мысли, — ска­зал он. —Но ту же самую информацию ты можешь получать, не используя таких размашистых движений. Ты можешь получать эту информацию одним пальцем. В данном случае карта—это предмет, который усиливает движения, к которым стремится твое тело. То же самое можно сделать и одним пальцем.

Он забрал у меня карту и спросил:

— Где сейчас ты ощущаешь пульс?

— В районе ногтя большого пальца, —ответил я.

— В каком направлении хочет двигаться твой палец?

— Мне кажется, что мой палец начинает двигаться вперед в сторону ногтя.

— Хорошо. А теперь куда хочет двигаться твой палец?

— Он движется в сторону среднего пальца. Пульс перешел на указательный палец.

— А сейчас?

— Пульс движется в обратном направлении.

— И что у нас получилось?

— Буква «П».

—А что ты чувствуешь сейчас?

— Сильный и тяжелый пульс.

—Это может быть буквой «О»,—сказал Ли,—но если ты хочешь, чтобы твой палец описал круг, твои ощущения в круге будут читаться немного сложнее. Давай попробуем.

Он сосредоточился, и мой палец выписал нижнюю полуок­ружность буквы «О».

— Таким же образом можно очертить и верхнюю полудугу, — сказал он. — Главное — это ощущение пульса, которое ведет твой палец.

Но лучше на первых порах тренироваться через ломаные линии, четко выписывая буквы, потому что дуга менее выраже­на в ощущениях. Если ты четко сможешь почувствовать мои сигналы с четырех сторон пальца, тебе легче будет угадывать угловатые буквы. Воспринимать плавные линии немного слож­нее.

Следующими упражнениями, которые я выполнял в этот день. было восприятие мыслеобразов кожей. Я сосредотачи­вался на каком-либо участке моей кожи и телом ощущал фигу­ру, которую мысленно чертил на нем Ли.

Начал он с простейших геометрических форм—треуголь­ника, круга, квадрата, прямой линии, волнистой линии, потом перешел к цифрам и. наконец, к буквам.

Ли настолько виртуозно владел техникой передачи мысле­образов, так четко представлял загорающуюся на моем теле цифру или фигуру, что мне было не трудно ощутить и узнать ее. Чаще Ли заставлял меня использовать лоб и центр груди. Луч­ше всего я воспринимал лбом и спиной, потому что на нее Ли передавал мне мыслеобразы большого размера и было легче их отгадать.

Потом Ли сказал:

— Представь какую-либо фигуру и постарайся слепить эту фигуру тепловым полем твоих рук. Если тебе покажется, что теплового поля не будет хватать, ты можешь выдохнуть через руки, как я учил тебя раньше в упражнении «31 вдох и выдох».

Я начал выдыхать через руки и через некоторое время по­чувствовал обволакивающую их теплую мягкую субстанцию. Почему-то вспомнив замки из песка, которые я лепил в детстве, я мысленно начал строить из этой субстанции замок.


Каталог: books
books -> А. А. Пономаренко в настоящем пособии изложены методы оказания первой доврачебной помощи на месте происшествия. Приведены основы и принципы базовых реанимационных мероприятий. Приведены алгоритмы действий на месте прои
books -> Информатизации и телекоммуникационных технологий республики узбекистан
books -> Во имя аллаха, всемилостивого и всемилосердного
books -> Удальцовой Розалии Владимировны студентки 401 группы отделения славянской (русской) филологии факультета иностранных языков на соискание академической степени бакалавра данное выпускное квалификационное исследование
books -> Эволюция сексуального влечения: Стратегии поиска партнеров
books -> Уйгуры: сквозь тернии веков
books -> Об абортах


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница