Книга 1 Ирина Медведева tайhoе учение даосских воинов



страница7/13
Дата09.08.2019
Размер2.6 Mb.
#128063
ТипКнига
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   13

Ли сказал, что у меня получилось какое-то строение готи­ческого стиля.

Действительно, замок, который я представлял, имел готи­ческие очертания и был украшен множеством остроконечных башенок.

Потом мы создавали всевозможные мыслеобразы—зайчи­ков, скамеек, машин, кубиков, чашек, ложек и всего, что только приходило в голову.

Я угадывал мыслеобразы Ли, он—мои, я почти не ошибал­ся, он не ошибался никогда. Я чувствовал такой подъем, такое возбуждение от происходящего, что разрушились все психоло­гические барьеры, я полностью раскрепостился, наслаждаясь открывшимися передо мной новыми возможностями.

—Дай мне руку, и я покажу тебе. что еще можно делать с помощью мыслеобразов, — сказал Ли.

Я протянул ему руку, и он, сосредоточившись, провел над ней пальцем, не касаясь ее.

Я почувствовал жгучую боль. и на коже появилась яркая красная черта, протянувшаяся от запястья до кончика указа­тельного пальца.

Ли снова, не касаясь меня, провел над чертой ребром ладо­ни другой руки. как бы сгребая ее, и, следуя за его движением. она исчезла.

—Я читал много литературы по парапсихологии,—сказал я.—Там говорилось о подобных вещах, но еще больше я читал критических статей, где утверждают, что все это—обман, шар­латанство и самовнушение. Почему об этих феноменах стара­ются умалчивать, почему людей не обучают этому?

— Причина очень проста, —ответил Ли. —Власть имущим не нужно, чтобы человек знал о себе больше, чем он знает сей­час. Любой полет мысли увлекает человека за собой, и в масш­табе государства последствия неконтролируемого притока зна­ний могут быть опасными как для правительства, так и для общества.

С одной стороны, человек, овладевший такими методика­ми. вместе с ними приобретает другой взгляд на мир, на обще­ство и на его ценности. Прежние авторитеты перестают быть авторитетами для него. и, усиливая свое могущество и незави­симость, он может стать опасным для общества, он будет нару­шать его законы, сказав самому себе, что он выше этих зако­нов, раз он может делать такие вещи. С другой стороны, люди, изверившись в правительстве, недовольные своим социальным положением и взаимоотношениями с окружающими, могут ув­лечься новыми идеями, обещающими им впереди счастье, сво­боду и свет. вообще не понимая, что это такое, и они будут рады пойти за любым новым пророком, готовые отдать жизнь за

идею, готовые следовать за богами, которых никогда не видели, поклоняться им. сами не понимая почему.

На самом деле и тот и другой путь ведут в пропасть, потому что вне общества человек все равно слаб. а нарушая законы общества, он подвергает опасности и себя и других людей.

Даже если для человека, владеющего сверхспособностями, безразлична судьба остальных, то, что он подвергает опаснос­ти себя, для него не должно быть безразлично. Поэтому не иди по такому пути. Ты всегда должен мимикрировать под обще­ство, использовать его как мощную систему, которая может слу­жить тебе и быть для тебя полезной. Общество со всеми его недостатками защищает тебя от агрессивного внешнего мира, оно может сделать твою жизнь более спокойной и безопасной. Но, с другой стороны, общество всегда эгоистично, оно супер­эгоистично. Ему безразлична судьба единиц, и оно часто жерт­вует ими в угоду каким-то кажущимся ему важными идеям или целям. Общество может жестоко эксплуатировать тебя, а потом пожертвовать тобой, и тут все будет зависеть от тебя. от твоего умения ориентироваться в этом мире, выживать в своей окру­жающей среде, используя все ее преимущества и недостатки. ТЫ должен уметь противопоставить эгоцентричным поползно­вениям власть предержащих свой эгоцентризм в лучшем смыс­ле этого слова, охраняя себя от разрушительных воздействий общества, независимо от того, будут ли эти воздействия физи­ческими, моральными или психологическими.

— Я не совсем понимаю тебя, —сказал я. — С одной сторо­ны. ты выступаешь за выполнение законов общества, а с дру­гой стороны, ты все время подчеркиваешь, что человек проти­востоит обществу, и что, фактически являясь членом общества, индивидуум ставит себя вне его.

— В этом и заключается срединный путь, —ответил Ли. — Если бы общество было идеальным и благоприятным для чело­века, не создавалось бы никаких других объединений людей по интересам, по общим стремлениям. Общество не совершенно и не может удовлетворить всех.

Именно поэтому отец помогает сыну добиться успеха в жиз­ни, чиновник вступает в кратковременный союз со взяточни­ком. чтобы они оба могли достичь успеха, а бедные боятся за завтрашний день. Именно из-за несовершенства общества между людьми существуют такие сильные различия. То. на чем ты воспитан—идеи свободы, равенства и братства, —это боль­шая утопия, потому что равенства между людьми не может быть с самого рождения, — это очевидно. И то, что люди не видят очевидное, даже став взрослыми.—это их слабость.

Первый шаг, который ты должен сделать и который раскро­ет тебе глаза на жизнь—это шаг в осознании мира. когда ты не принимаешь то. что тебе говорят в качестве готового рецепта, а пытаешься критически осмыслить это. пытаешься понять суть того, что тебе говорят, понять, кто это говорит, почему он это говорит, кому это выгодно, и что данное высказывание заклю­чает в себе для конкретного человека, а именно для тебя. Начи­ная со школы, вас не учат тому, что нужно и важно для жизни. Мы уже говорили с тобой на эту тему. Тебе внушают какие-то сомнительные общие идеи и истины, и ты, захваченный этими общими идеями, становишься рабом этих идей. а значит, и средством для их воплощения в жизнь. Став орудием воплоще­ния той или иной идеи, ты становишься управляемым, безо­пасным для государства, и государство может манипулировать тобой и использовать тебя как кирпичик в кладке своего зда­ния. Оно связывает тебя с семьей, и ты выполняешь свое пред­назначение, оставляя потомство, которое ты будешь воспиты­вать на тех же идеях и устоях, и которое станет кирпичиком в государстве будущего. Твоя задача—вырасти лояльным членом общества, хорошо работать на благо общества, воспроизвести на свет здоровое лояльное потомство, а когда ты не сможешь работать—в относительно короткий срок освободить государ­ство от бремени расходов на себя. потому что свои силы и здо­ровье ты исчерпал, работая на благо государства и выращивая потомство. Таким образом, члены общества сами создают мон­стра, который заботится больше не о процветании каждого кон­кретного человека, а о процветании той идеи. на которой зиж­дется это государство, и о процветании людей, находящихся у рулей власти.

Вот почему в дни великих потрясений, когда рушатся при­вычные устои государства, люди мечутся из стороны в сторону. им не хватает удобной идеологической жвачки для того, чтобы приспособиться к новой, изменившейся ситуации. Им нужна какая-то конкретная цель, потому что цель, поставленная дале­ко впереди, обещающая определенную стабильность и безопас­ность в обществе, помогает им перебороть их ежеминутные страхи. Такие люди бессильны перед лицом Жизни с большой буквы. Они бессильны перед лицом смерти, ее лик довлеет над ними, вытесняя мысли о смерти из сознания, но из подсозна­ния люди не могут вытеснить образ смерти, и они прибегают к

услугам религии, используя, ее, как наркотик, заглушающий неуверенность в собственных силах, сомнения и страх.

Принадлежность к сообществу, государству успокаивает их, создавая иллюзию их полезности, осмысленности их существо­вания, собственной важности и значимости. Они должны ви­деть какую-то перспективу развития. Человек старается побе­дить смерть, оставляя потомство, надеясь, что он будет суще­ствовать в своих детях и внуках. Он пытается сделать детей похожими на него. но дети обычно не хотят этого, а значит, возникают конфликты, часто превращающие жизнь в ад и для родителей, и для детей или для супругов, но человек продолжа­ет жить в аду и считать, что все нормально, —ведь он следует устоям общества и обеспечивает свое бессмертие в грядущих поколениях, которые, скорее всего, никогда и не вспомнят о нем.

Люди следуют готовым рецептам, они боятся новых непро­торенных путей, боятся оторваться от стада и оказаться одни наедине с неизвестностью. Лидер отличается от подчиненного тем, что он способен сделать что-то новое и действовать неза­висимо, но настоящие лидеры встречаются не так уж и часто.

Люди разные от природы—одни слабее, другие сильнее, одни умнее, другие глупее, но ирония жизни заключается в том, что часто глупость в определенной ситуации может оказаться полезнее, чем ум. интуитивное следование за лидером оказы­вается более благоприятным, чем само лидерство. Поэтому люди такие разные—это разнообразие обеспечивает выжива­ние человечества в целом.

В любой экстремальной ситуации—общественной или при­родной — всегда найдутся группы людей, которые за счет ка­честв, не проявляющихся у них в обычной жизни, могут ока­заться более приспособленными, чем другие, к перенесению жизненных или стихийных катаклизмов.

Ли еще некоторое время говорил об отношениях общества и индивидуума и привел примеры того, как человек с неорди­нарным мышлением, развивая сильные стороны своей личнос­ти, переходит на свой путь развития, как много он может взять от жизни, извлекая пользу для себя и получая удовольствие от ситуаций, в которых обычный человек будет страдать.

Ли сказал, что такой человек не вписывается в обычные рамки и поэтому вызывает естественное раздражение у окру­жающих его людей тем. что выделяется из толпы, и, по анало­гии с миром животных, он представляется чужаком, несущим потенциальную угрозу для стаи.

Но если такой человек сможет выйти из своего социума. добившись определенных успехов и доказав эффективность своего поведения, он становится лидером, вожаком, которому начинают подражать. Вокруг него создается свой социум до появления нового лидера такого же направления, который мо­жет стать для него соперником и конкурентом.

Ли приводил мне разные примеры отношения личности и государства, и я понял, что любое государственное устройство далеко от совершенства, но стало ясным и другое—государ­ственное устройство совершенствуется, хотя и постепенно, и жить в современном мире гораздо комфортней и безопасней, конечно в периоды его стабильности, пока очередные катак­лизмы не сметут привычные устои жизни.

— Со временем люди поймут, —говорил Ли.—что решение проблем силовыми методами—войнами, революциями—это далеко не самый лучший путь развития человечества, что лю­бой период мира можно использовать гораздо лучше, чем вой­ну, хотя на любом потрясении человечества какая-то его часть всегда зарабатывает материальные блага за счет счастья, здо­ровья и жизни остальных.

Ли часто во время наших встреч разговаривал со мной об обществе и государстве. Иногда он прерывал тренировку по ру­копашному бою для того, чтобы привести примеры взаимодей­ствий в воинском искусстве, и проводил параллели этих взаи­модействий с процессами, происходящими в обществе.

— Это тоже входит в систему «Вкус жизни"?—спросил я.

— Конечно, —ответил Ли, —потому что Вкус плода с дерева жизни зависит от умения поедать этот плод, а дерево жизни— это в том числе и общество как таковое. Ведь именно общество дает плоды, которые ты потребляешь...

ГЛАВА IX

Тренировки становились все сложнее и интенсивнее. По мере углубления в тонкости рукопашного боя Спокойных я все сильнее чувствовал нужду в партнере моего уровня для того, чтобы отрабатывать и совершенствовать технику. Ли слишком превосходил меня и, несмотря на то, что мы тренировались почти каждый день, я чувствовал настоятельную потребность спарринговаться и тренироваться с кем-то, находящимся на моем уровне. Конечно, некоторые элементы техники Ли я пока­зывал своим друзьям и ученикам, не говоря, откуда я это знаю, но тренироваться с ними на достаточно серьезном уровне было сложно.

Я несколько раз просил Ли разрешить мне найти напарни­ка, чтобы тренироваться вместе с ним. Ли обычно уходил от ответа, но однажды он неожиданно согласился со мной и ска­зал, что хороший напарник гораздо важнее, чем родители, не говоря уже о жене.

— Именно с напарником ты движешься к совершенству, по­этому от напарника очень многое зависит, —сказал он. —Про­блема заключается в том, что там, где ты живешь, очень трудно найти еще одного человека твоего уровня. Конечно, ты должен иметь напарника, но нам придется выбрать такого, который помог бы тебе стать человеком-деревом, не преследуя никаких личных целей и довольствуясь лишь тем, что ему перепадает.

—Это выглядит не очень справедливо по отношению к нему, — возразил я. — Естественно, что у него будут свои цели в изучении искусства Спокойных.

— При выращивании дерева, —сказал Ли. — семена погиба­ют. При совершенствовании Хранителя знания погибает пре­жняя личность Хранителя знания. Так стоит ли тебе пережи­вать о другом, который и так добьется предела своих желаний и подойдет к пределу своих возможностей.

Ли сказал мне, чтобы я выбрал несколько кандидатов в на­парники, и, не объясняя им основной причины, в разное время назначил им свидания около кинотеатра «Спартак».

Я встретился с Учителем на улице Пушкина незадолго до появления первого кандидата. Мы зашли в магазин напротив кинотеатра, и Ли принялся педантично примерять шляпы и все остальные головные уборы, представленные в магазине.

Я смотрел через витрину, ожидая появления моего первого товарища. Ли сказал, что если человек не прошел специально­го обучения, то его характер проще всего прочитать по лицу в момент, когда этот человек кого-то ждет.

Наконец появился К. Я вышел из магазина, подошел к нему, поговорил о каких-то пустяках. Я провел его перед окнами ма­газина, потом, сказав, что мне неожиданно пришла идея зайти в кафе, повернул обратно, снова пройдя мимо витрины. Мы выпили сок в какой-то забегаловке, что-то съели, я проводил его немного и простился, сославшись на неотложные дела.

Увидев, что второй возможный напарник еще не появился, я зашел в магазин и спросил у Учителя, что он думает по поводу К.

— Это человек огня,—сказал Ли. —Он никогда не остывает. он всегда горит. У него настолько огненная воля, что он может испепелить всех, кто вступит с ним в близкие отношения, и даже не заметит этого. Этот человек не сможет идти по пути Спокойствия. На какое-то короткое время он может быть вер­ным другом, но он не может быть хорошим партнером в твоем обучении, тем более, что у него непомерная жажда самоутвер­ждения. сильная воля и жесткая, всепоглощающая целеустрем­ленность. Даже если он будет чему-то следовать, он и в этом следовании не будет принимать то, что ему дают, и свернет на ложный путь, который ему покажется лучшим. Это человек, признающий только быстрые результаты. Он не терпит долгой работы над самосозиданием. Его интересуют лишь мгновен­ные достижения.

Потом пришел некто Д. Он мне не особенно нравился, хотя дрался неплохо. Я его позвал скорее для проверки, потому что мне было очень интересно узнать о нем мнение Ли.

— Этот человек—как лодка в океане, привязанная к кораб­лю,—сказал Ли.—С той лишь разницей, что, увидев корабль большего размера, лодка самостоятельно бросит своего первого спутника и начнет следовать за другим. Этот человек очень скрытный, сам себе на уме, но внутри у него прячется раб. Он жаждет подчинения и ищет себе господина, но, как раб, он лжив и коварен. Поэтому, с одной стороны, он будет следовать за господином до тех пор, пока тот будет наказывать его пал-

кой, и чем более жестоким будет господин, тем сильнее будет привязанность раба, но при первой же возможности он поме­няет господина, если кто-то окажется более сильным и жесто­ким.

Потом я встретился с П.. который, как и я, был студентом сельхозинститута и некоторое время тренировался со мной.

Ли сказал:

— Этот человек интересуется боевым искусством как кра­сивым цветком. Его не затронул сок, идущий от корней этого цветка. Он не может стать частью этого цветка. Он способен лишь, проходя мимо, сорвать его, понюхать, восхититься и тут же отбросить и забыть. Нам же нужен человек, который будет питаться соком и станет частью растения, станет его стеблем.

— Раз ты начал сравнивать учение с цветком, то что ты сможешь сказать в той же манере про следующего кандидата? —спросил я.

— Этот человек тоже интересуется боевым искусством, — сказал Ли,—но он пытается создать свой стиль. Он работает только для себя и поэтому он похож на толстого жадного шме­ля, который, полетав над цветком, напьется соку и улетит, оста­вив цветок иссушенным. Конечно, и шмеля можно использо­вать в дальнейшем для расширения славы учения подобно тому. как шмель переносит пыльцу с цветка на цветок, но этот человек не годится для того. чтобы помочь цветку окончатель­но распуститься и созреть. Для тебя он будет бесполезен.

Очередного кандидата Ли отмел, сказав, что этот человек очень тщеславен и слишком любит одеваться.

— Он может быть другом, даже верным другом европейца, но последователь Спокойных его в друзья не взял бы.—усмех­нулся Ли.

К концу дня. наконец, появился Славик.

— Этот парень может стать стеблем, поддерживающим цве­ток, —сказал Ли. —В данном случае под цветком я подразуме­ваю Хранителя знания, то есть тебя. Поддерживая цветок, бу­дучи хорошим стеблем, он выполнит свое предназначение, тем более, что он не рвется в лидеры, его интересует суть учения и сам процесс обучения. У твоего друга двоякая воля—горячая снаружи и ослабленная, холодная внутри. Этот ученик годится для тебя, это не мой ученик. Но как стебель для цветка он будет достаточно хорош.

Будущее показало, что Ли не ошибся в оценке Славика. Бу­дучи великолепно подготовленным физически. Славик достиг больших успехов в изучении боевых искусств, но духовная сто­рона учения прошла мимо него, не сумев трансформировать его волю и дух в соответствии с учением Спокойных. После того как мы расстались с Ли, он некоторое время не мог найти свое место в жизни, сформировать устойчивое самосознание. Он начал выпивать, потом, желая хотя бы физически быть ближе к Востоку, уехал на Камчатку, где стал рыбаком. На долгие годы я потерял его из виду...

Я понял, что Ли согласился сделать Славика моим напарни­ком, и предложил:

— Может быть. я попробую его догнать или схожу к нему домой, чтобы позвать его и вас познакомить?

— Настанет день. когда ты его приведешь и он сам со мной познакомится.

Славик служил в милиции, и я иногда для развлечения со­провождал его на отлов бомжей. Обычно это происходило без проблем, бомжи покорно отдавали себя в руки служителей за­кона. но для того. чтобы их застать в местах, где они спали, наряд милиции выезжал на работу рано утром, часа в четыре. Обычно бомжи ночевали в шалашах или в палатках, постав­ленных в лесополосах. Их хватали, сажали в машины и отвози­ли в приемник-распределитель. Во время одной из таких поез­док мы со Славиком обнаружили великолепную поляну для тре­нировок в центре лесополосы недалеко от Богдановки. Большая поляна была полностью скрыта деревьями от дорог. Еще она привлекала нас тем. что неподалеку находился сад, на который мы после занятий совершали набеги.

Первую встречу со Славиком Ли решил провести именно на этой поляне.

Я рассказал Славику о Ли, о том, что техники, которые я ему показывал, относятся к тайному знанию Спокойных, и о том. что Учитель согласен взять его в качестве моего напарни­ка. Славик был так взволнован, что не мог заснуть почти всю ночь, и приехал в лесополосу за несколько часов до назначен­ной встречи.

Славик тренировался, с нетерпением ожидая появления Учителя. Я пришел незадолго до встречи с Ли. и мы начали отрабатывать способы освобождения от захватов, немного поспарринговались и так увлеклись, что даже не заметили, как Ли подошел к нам вплотную.

Без всяких вступлений он сказал:

— Повторяйте за мной движения.

Мы, не произнеся ни единого слова, обойдясь без привет­ствий, гармонично перешли от своей тренировки к тренировке с Учителем.

Ли начал с движений по широкой амплитуде и постепенно перешел к движениям одними пальцами. Закончив упражне­ния, он присел, подложив под колени свернутую куртку и не­большой кусок дерева, и знаком приказал нам принять такую же позу. Земля была сырая и прохладная. Мы, подражая Ли, тоже подложили под ноги одежду и ветки.

—Сейчас, когда вы разогреты, вы открыты для вредной энергии ветра и сырости, —сказал Ли. —Поэтому вы периоди­чески должны активизировать кожу сильным потиранием, иначе мышцы и кожа охладятся, и болезнь незаметно войдет в вас.

— А почему ты не растираешься?—спросил я.

— Мне достаточно просто концентрироваться на поверхно­сти тела, чтобы не пропускать внутрь вредную энергию. Посте­пенно ты этому тоже научишься.

Я начал растирать свое тело. Славик последовал моему при­меру.

Ли сказал:

— Сегодня я покажу вам технику ведущих точек и «живых перьев». Это способ управления телом с помощью малых дви­жений. Техника малых движений состоит из десятков групп приемов «живые перья». «Живые перья»—это техника, очень тесно связанная с первичными медитативными практиками по управлению пульсами. по ведущим точкам, когда тело вхо­дит в состояние аутодвижений или когда вы разбираете движе­ния и приемы на составляющие и выясняете, в какой момент какая точка или несколько точек вашего тела определяли на­правление движения, усилие и другие составляющие, и в меди­тации учитесь выполнять прием, сосредотачиваясь на ведущих точках и мысленно управляя их движением.

Потом Ли рассказал нам о формосостояниях. Он сказал, что несколько десятков обычных форм, которые он мне пока­зывал раньше, —это первичная ступень, одна из ступеней лож­ного знания (он мне уже несколько раз намекал, что далеко не все, что он мне рассказывал с первой нашей встречи, является истиной в последней инстанции).

— Это части ложного знания, — объяснил он. — которые подготавливают тебя к более высоким ступеням мастерства, к более высоким состояниям.

Снова повторив, что ни поз, ни движения не существует, он ввел новые понятия состояния и навыка. Ли определил состоя­ние как весь комплекс изменений, происходящих в той или иной форме, и вывел из этого, что любая форма, а формой может быть поза, или положение рук, или застывшее положе­ние кисти, на самом деле формой не является, представляя собой квинтэссенцию нескольких подобных форм и их перехо­дов от одной к другой.

Формосостояние—это сочетание навыка—умения пользо­ваться формами для достижения той или иной цели и доста­точно большой группы форм с их изменениями и переходом одной в другую, то есть, в конечном счете, сочетание навыка с движениями и позами.

Как пример формосостояния. Ли показал мне большой па­лец и сказал, что одним только большим пальцем можно и ата­ковать, и защищаться.

Я ничего не ответил, но про себя подумал, что это должно быть небольшое преувеличение.

Ли усмехнулся и сказал:

— По выражению твоих глаз я вижу, что ты мне не веришь. Попробуй меня атаковать.

Я рванулся вперед и, даже не успев понять, что произошло, оказался на земле с жестокой болью в солнечном сплетении.

— А теперь посмотри на то же самое со стороны. Я сделаю это медленнее.

Ли сделал знак Славику атаковать его. Его большой палец скользнул вдоль атакующей руки Славика и подушечкой вон­зился в его солнечное сплетение. Ударив Славика ладонью по спине. Ли восстановил ему дыхание и жестом предложил нам попробовать этот прием друг на друге. Потом Ли показал нам серию приемов «живых перьев». (Техника «живых перьев" опуб­ликована в «БИП», начиная с 1-го номера за 1995 год.)

«Живые перья»—это пальцы рук и различные группы формосостояний пальцев рук. Их предназначение — направление движения рук и всего тела, формирование ряда атако-защитных положений кисти и осуществление контактного и бескон­тактного контроля.

Работа с «живыми перьями» начинается с медитативной ак­тивизации ладоней и пальцев. Первая фаза этой активизации —мысленное сосредоточение на ощущении тепла в кисти, от которого начинают трепетать и словно звучать точки Ши-сюань и Лао-гун или центр ладони.

Ли сказал, что наиболее часто используемыми формосостояниями «живых перьев» являются три группы пальцев: боль­шой палец, средний и указательный пальцы и безымянный па­лец с мизинцем. Это—стабильные формосостояния.



Каталог: books
books -> А. А. Пономаренко в настоящем пособии изложены методы оказания первой доврачебной помощи на месте происшествия. Приведены основы и принципы базовых реанимационных мероприятий. Приведены алгоритмы действий на месте прои
books -> Информатизации и телекоммуникационных технологий республики узбекистан
books -> Во имя аллаха, всемилостивого и всемилосердного
books -> Удальцовой Розалии Владимировны студентки 401 группы отделения славянской (русской) филологии факультета иностранных языков на соискание академической степени бакалавра данное выпускное квалификационное исследование
books -> Эволюция сексуального влечения: Стратегии поиска партнеров
books -> Уйгуры: сквозь тернии веков
books -> Об абортах


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   13




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница