Лосось без рек


ГЛАВА 4 Индустриальная экономика приходит на Северо-Запад



страница6/31
Дата09.08.2018
Размер3.99 Mb.
#43725
ТипРеферат
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   31

ГЛАВА 4

Индустриальная экономика приходит на Северо-Запад


В понедельник, 12 августа 1805 года капитан Меривезер Льюис с тремя своими людьми достиг истоков реки Mиссури. Один из членов группы, Хью Мак-Нил, стоял, поставив ноги на оба берега Mиссури и благодарил Господа за то, что дожил до момента, когда смог перешагнуть могучую и казавшуюся бесконечной реку. Льюис со своей небольшой группой перевалил через Великий Водораздельный Хребет Скалистых гор и двинулся вниз по Хорзшу-Бенд, притоку реки Лемхи. Позже Льюис освежился у чистого, холодного ручья и сделал в дневнике запись: «Здесь я впервые попробовал воду Великой реки Колумбии».1

На следующий день группа, двигаясь по тропе в долину Лемхи, время от времени замечала индейцев шошонов. В тот же день около шестидесяти воинов выехали прямо навстречу исследователям. Льюис вышел вперед невооруженным и приветствовал шошонов, изо всех сил демонстрируя радушие. «Обе стороны подошли друг к другу, - написал он, - и [мы] обнимались и пачкались жиром и краской, пока я основательно не был утомлен национальными объятьями».2 После того, как Льюис и его люди выкурили с индейцами трубку и сообщили, что не ели весь день, индейцы дали им сухие лепешки с виргинской вишней и канадской иргой, немного мяса антилопы и куски лососины. Льюис написал: «Это был первый лосось, которого я увидел, и который совершенно убедил меня, что мы находимся у берегов Тихого океана».3 Когда Меривезер Льюис пришел на тихоокеанский Северо-Запад, его встретили пищей, приготовленной из тихоокеанского лосося.

Льюис и Кларк не были первыми белыми людьми, проникшими в регион. Испанские и английские моряки посетили побережье Северо-Запада за несколько лет до них в поисках Северо-Западного Прохода, мифического водного пути, который, как некоторые верили, шел через Североамериканский континент и открывал короткий торговый путь в Ост-Индию и Китай. Капитан Джеймс Кук искал Северо-Западный Проход в 1779 году. Несмотря на то, что он потерпел неудачу в своей главной миссии, он нашёл нечто, имеющее большую коммерческую ценность. Во время пребывания в Нутка Саунд, на западном побережье острова Ванкувер, Кук купил 1,500 шкур бобра для того, чтобы команда смогла починить или заменить ужасно изношенную одежду. Позднее, по прибытии в Китай он продал кожи, которые стоили ему несколько пенни за штуку, по $100 за каждую.4 Вести об удивительной прибыли Кука разожгли интерес американских, испанских, и английских торговцев и положили начало масштабной морской торговле мехом.

Столкновение с рыночной экономикой изменило отношение индейцев к бобрам и выдрам. Меха больше не были подарком бобра индейцу; они были товаром, который покупали европейцы, чтобы удовлетворить спрос на далеких рынках. Торговля мехом создала первую, толщиной в волосок, трещину в экономике подарка Северо-Западного побережья. Но, пока европейцы оставались на своих судах, как они обычно это делали, индейцы управляли торговлей и минимизировали вторжение в свою традиционную культуру и экономику. Индейцы, внезапно оказавшиеся в условиях рыночной экономики, по крайней мере, в своих деловых отношениях с европейцами, быстро изучили искусство торговли. Они часто настраивали английских торговцев против испанских или американских, чтобы получить лучшие условия сделок по продаже меха.5

Сухопутные исследователи Александр Маккензи, Льюис и Кларк, Дэвид Томпсон расширили трещину в традиционной экономике региона и положили начало тому, что впоследствии превратилось в лавину перемен на Северо-Западе. Маккензи пересек Скалистые горы в 1789 году, спустившись вниз по Фрейзеру и срезав затем путь по суше к Белла Кула, что недалеко от Наму. Следующими были Льюис и Кларк со своим эпическим путешествием 1805 - 1806 годов. Потом Дэвид Томпсон исследовал верховья Колумбии и прошел по ней до океана в 1811 году. К тому времени, как Томпсон достиг устья Колумбии, американцы уже установили пост для торговли мехом в Астории. Северо-Запад сжимался перед евроамериканскими поселениями, наступающими с востока и запада.

Президент Томас Джефферсон послал Льюиса и Кларка, чтобы они обследовали новую территорию, приобретенную в Луизиане и нашли «наиболее прямую и практичную водную связь через этот континент в торговых целях».6 Но даже в самых буйных мечтах Джефферсон и посланные им исследователи не могли себе представить, до какой степени расширится торговля после экспедиций 1805-1806 годов. И не могли вообразить, насколько глубоко будет преобразован регион. Волны людей, которые последовали вслед за этим в 1840-ые и 1850-ые годы, принесли на Северо-Запад масштабные и необратимые перемены, навсегда изменившие отношения между людьми и лососем.

Первопроходцами Северо-Запада были торговцы мехом и охотники. За ними последовали волны шахтеров, лесорубов, скотоводов, рыбаков, и фермеров, и все отыскивали свободную долю природных ресурсов. Каждая новая волна преследовала другой ресурс, исчерпывала его, и затем отступала, оставляя за собой необратимые изменения ландшафта и среды обитания лосося. Пока волна росла, экономические интересы вели к тому, что росла и её политическая власть. А когда она отступала, политическая власть оставалась сильной, позволяя лесорубам, скотоводам, земледельцам и шахтерам придерживаться тех же методов работы, которыми они разрушали среду обитания и продолжать успешно бороться против принятия законов, которые уменьшили бы их губительное воздействие на дом лосося. Политическое наследие, полученное нами от истории - сплав законов, политики и мифов, возникший в девятнадцатом столетии, когда общество принимало, а правительство поощряло свободный рыночный доступ к общественным ресурсам. Ученый юрист Чарльз Вилкинсон назвал эти экономические интересы, обладающие затянувшейся властью над землей и водой – «Боги Вчерашнего дня».7

Больше столетия Боги Вчерашнего Дня использовали свою власть, задерживая, запутывая и предотвращая попытки создания баланса между естественной экономикой Северо-Запада и индустриальной экономикой евроамериканцев. Они бдительно охраняли свою власть над водоразделами Северо-Запада. Последствия ясны и очевидны. Лосось ныне вымер на 40 процентах исторического диапазона своего обитания на тихоокеанском Северо-Западе. Списки и потенциальные списки закона «Об Исчезающих Видах» включают популяции лосося от Пьюджет-Саунда до северной Калифорнии и на восток до Снейка в штате Айдахо. Боги Вчерашнего Дня добились успеха отчасти потому, что наше понимание процессов разрушения окружающей среды и истощения стад лосося испытывало недостаток знания истории. К тяжелому положению лосося, в общем, относятся, как к недавнему явлению, как к побочному результату быстрого роста населения после развития гидроэнергетического потенциала региона. Рост населения Северо-Запада и его способность уничтожить среду обитания с помощью современных технологий, конечно, представляют серьезную угрозу тому, что осталось от экосистемы лосося. Но ещё до 1930-ых годов меньшее население, используя меньше технологий, но при слабом законодательном ограничении, произвело массовые перемены в среде обитания лосося. Эти изменения были начаты первыми людьми, прибывшими на Северо-Запад в поисках меха.





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   31




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница