Махабхарата заключительные книги XV



Скачать 371.87 Kb.
страница1/12
Дата09.08.2019
Размер371.87 Kb.
#128935
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12


МАХАБХАРАТА

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ КНИГИ

XV-XVIII

ИЗДАНИЕ ПОДГОТОВИЛИ



С. Л. НЕВЕЛЕВА И Я. В.ВАСИЛЬКОВ

САНКТ-ПЕТЕРБРГ «НАУКА»

2005


ОТ ПЕРЕВОДЧИКОВ

Предлагаемое вниманию читателей издание — «„Махабхарата", заключительные книги (XV—XVIII)», — подготовлено в рамках осуществляемого в России с 1950 года полного перевода с санскрита на русский язык великого эпоса древней Индии и следует за ранее опубликованными нами книгами этого памятника1. В состав настоящей публикации входит комментированный перевод четырех книг: «О жизни в обители», «О побоище палицами», «О великом исходе» и «О восхождении на небеса».

В том, что касается принципов перевода, то мы следовали тем из них, которые были выработаны нами в прежних изданиях. Метризованный эпический текст, использующий главным образом размер шлока, как и ранее, передается литературной прозой, разделенной на логические абзацы. По-прежнему соблюдается правило передачи санскритского стиха отдельным предложением, поскольку шлока представляет собой, как правило, завершенное в грамматическом и смысловом отношениях единство. Так называемые «крюки-переносы» (enjamberaent), когда границы стиха как бы размыкаются (в частности, за счет разного рода перечней), в тексте древнеиндийского эпоса встречаются чрезвычайно редко, что является одним из свидетельств его устного генезиса.

Нашей целью, как и прежде, была адекватная передача смысловой стороны многослойного, с точки зрения содержания, текста заключительных книг «Махабхараты», который и в этом отношении не слишком резко отличается от текста эпоса в целом, где архаика соуживается с классической героикой и представлениями зрелого индуизма.

Формульный характер (т. е. определенность метрической позиции) традиционных поэтических средств — постоянных эпитетов, сравнений и метафор, занимающих доминирующее место в образной системе эпоса, делает их основой устной импровизации. Стилевые повторы, рассматриваемые в современной фольклористике в качестве свидетельства устного происхождения эпоса, побуждают переводчиков «Махабхараты» к осознанному следованию обусловленной самим текстом этой тенденции. Данные, полученные в процессе работы над вошедшими в это издание книгами эпоса, позволяют внести некоторые дополнения в сделанные нами прежде выводы относительно эпической стилистики2.

Заметим также, что вопросы перевода религиозно-философской и иной терминологии требуют особого внимания переводчиков индийского эпоса, поскольку в отечественной индологии они далеки от своего решения. Вот почему предлагается следующий подход к этой проблеме: в том случае, если объемы смысла санскритского и русского терминов в основе своей совпадают, возможно (при непременном соблюдении меры) использование переводных эквивалентов (например, карма — «деяние», «воздаяние» и т. п.; дхарма — «закон»; майя — «волшебство», «иллюзия» и т. д.). То же относится к именам эпических персонажей, включая богов.

Четыре заключительные книги «Махабхараты» посвящены событиям в жизни героев эпоса, происходящим спустя много лет после великой битвы — в период благополучного правления царя Юдхиштхиры, который как «свернутое время» совершенно не затронут описанием. Лейтмотивом содержания XV, XVII и XVIII книг является идея ухода героев из мира к иному «бытию», т. е. возвращения к своим божественным «прототипам», воплощениями которых они были на земле. Словно бы ставится последняя точка в восприятии эпического действия как борьбы небесных и демонских сил, притом что на протяжении всего повествования это выявляется лишь опосредованно. Ряд черт конечных эпизодов эпоса свидетельствует о позднем характере этих книг эпоса с их идеологией сформировавшегося индуизма.

Совершенно отдельно стоит книга XVI «О побоище палицами», так называемый эпос ядавов, принадлежащий, по всей вероятности, к иному, чем отображаемый в «Махабхарате», кришнаитскому циклу сюжетов.

Приложения содержат три сопроводительные статьи, касающиеся проблем содержания соответствующих книг: «Основные темы книги» о жизни в обители"», «О чужеродности «Маусалапарвы» в составе „Махабхараты"» и «Завершение „Махабхараты" (книги XVII и XVIII): главные идеи».

Перевод каждой книги сопровождается научным комментарием, дающим читателю возможность ориентироваться в различных аспектах древнеиндийской культуры, получивших отражение в «Махабхарате», поскольку пояснения к тексту в соответствии с выработанной ранее методикой исследования эпоса содержат самые необходимые для его понимания данные касательно персонажей и реалий эпического мира.

Издание сопровождается тремя видами указателей — имен, географических и этнических названий, предметов и терминов.

С. Л. Невелева, Я. В. Васильков
КНИГА ПЯТНАДЦАТАЯ

АШРАМАВ АСИКАПАРВА,

Или КНИГА О ЖИЗНИ В ОБИТЕЛИ
Глава 1
Джанамеджая сказал:

/—3. Обретя свое царство, как обошлись с великим царем Дхритараш-трой, могучим душою, предки мои Пандавы, великие участью1? Каково было тому царю, чьи советники были убиты, чьи сыновья погибли, тому, кто утратил опору и лишился власти? (Каково было) славной Гандха-ри2?Сколько времени правили царством великие духом древние мои праотцы? Должен ты рассказать мне об этом.

Вайшампаяна сказал:

414. Обретя свое царство, великие духом Пандавы, чьи враги были повержены, стали править землей, поставив во главе Дхритараштру3. Ви-дура, Санджая, а также каурава Юютсу, мудрый сын вайшьи4, прислуживали Дхритараштре. Во всех делах советовались Пандавы с тем царем и все пятнадцать лет5 действовали с его дозволения. Всякий раз придя к царю, те герои, послушные воле Царя дхармы6, приветствовали (Дхритараштру) поклоном в ноги7, усаживались рядом, а тот вдыхал запах головы8 (каждого), и только потом они вершили все свои дела. Дочь царя Кунтибходжи ухаживала за Гандхари, а Драупади, Субхадра9 и другие женщины Пандавов, как положено по обычаю, вели себя подобным же образом по отношению к своей свекрови. Юдхиштхира, о великий царь, жаловал Дхритараштре многоценные ложа, одежды, убранство, а также во множестве изысканные яства — все, что достойно царя. Кунти держала себя с Гандхари, точно с наставником10, а Видура, Санджая и каурава Юютсу старались ублажить старого владыку людей, чьи сыновья были убиты. Единственный любимый зять Дроны — могучий брахман Крипа11, великий лучник, также пребывал тогда подле него. Владыка Вьяса12 постоянно находился рядом с царем, рассказывая истории о древних риши, божественных мудрецах, царях и ракшасах13. С позволения Дхритараштры Видура ведал (всеми) делами — как связанными с дхармой, так и сопряженными с деловой жизнью14.

Благодаря сметливости Видуры путем ничтожнейших затрат (Пандавы) получали от тех, кто платил им дань, услуги куда большие.



1525. Освобождал он узников, миловал даже осужденных на казнь, но царь, сын Дхармы15, ни в чем никогда ему не перечил. Когда же сын Амбики16 (Дхритараштра) отправлялся в места отдохновения, царь куру17 Юдхиштхира мощнопламенный исполнял любые его желания. Повара, изготовители соусов и те, что готовят сладкое, были, как прежде, к услугам царя Дхритараштры. Пандавы, как подобает, подносили Дхритараштре дорогие одежды и разнообразные гирлянды. Готовили для него, как и ранее, (вино) майрея, мед, мясную пищу, легкие напитки и разнообразные перемены блюд. Властители земли, что собрались со всех сторон, все вместе, как в прошлом, ублажали Индру кауравов18. Кунти, Драупади, прекрасная Сатвати, дочь змея Улупи и царица Читрангада, сестра Дхри-штакету и дочь Джарасандхи — все ухаживали за дочерью Субалы (Ганд-хари), будто прислужницы19. Царь Юдхиштхира постоянно напоминал своим братьям: «Да не будет испытывать ни малейшего неудобства (царь), который лишился своих сыновей!». Внимая исполненным глубокого смысла словам Царя дхармы, те неукоснительно им следовали, за исключением единственно Бхимы20. Не отошел еще сердцем этот герой, (памятуя) о том, что случилось в результате игры из-за безрассудного Дхритараштры21.

Такова в «Книге о жизни в обители» великой «Махабхараты»

первая глава.

Глава 2
Вайшампаяна сказал:

16. Так, почитаемый Пандавами, жил в довольстве, как прежде, сын Амбики, принимая почести от риши22. Потомок Куру23, он раздавал дары, положенные брахманам24, и царь, сын Кунти25, одобрял все это. Исполненный милосердия, царь Юдхиштхира, владыка земли, говорил тогда, удовлетворенный, братьям своим и советникам: «И мною, и вами должен быть почитаем этот властитель людей, и тот, кто будет исполнять волю Дхритараштры, — друг мне, а кто пойдет наперекор, — враг, и (такой) человек должен быть изгнан. В определенные дни, во время поминальных обрядов по его сыновьям, пусть дарует этот царь всем, сколько ни пожелает». И потому царь многомудрый, Кауравья26 Дхритараштра без счета даровал брахманам многоценное имущество27.

7—13. Царь дхармы, Бхима, Савьясачин28 и оба Близнеца29 мирились со всем этим, потакая Дхритараштре. Им думалось: «Как бы старый царь, терзаемый тоскою по сыновьям, не умер, претерпев от нас какое-то огорчение!». Старались они, чтобы (царь), первый среди куру, обрел покой и те блага, которыми он обладал при жизни своих сыновей. Так держали себя по отношению к Дхритараштре все братья — пятеро Пандавов, послушные его воле. И Дхритараштра, (видя), что те герои смиренные пребывают в повиновении, что ведут себя они постоянно точно ученики, относился к ним так, как подобает гуру30. Гандхари же исполняла свой долг перед сыновьями, (отправляя) различные поминальные обряды и даруя брахманам все, что они ни пожелают. Так мудрый Царь дхармы Юдхиштхира, лучший среди вершителей дхармы, вместе с братьями почитал царя (Дхрита-раштру).



Такова в «Книге о жизни в обители» великой «Махабхараты»

вторая глава.

Глава 3
Вайшампаяна сказал:

/—10. Тот царь мощнопламенный, престарелый, опора рода Куру, не мог усмотреть ничего предосудительного (в поведении) сына Панду31. Царь Дхритараштра, сын Амбики, был доволен тем, как праведно поступают Пандавы, великие духом. И Гандхари, дочь Субалы, отринув печаль по (павшим своим) сыновьям, всегда была рада (Пандавам), словно то были ее родные дети. Только приятное делал Кауравья32 для царя Вайчитрави-рьи33, о продолжатель (рода) Куру, и никогда (не доставлял) ему неприятностей. Что бы ни попросил владыка людей Дхритараштра либо же славная Гандхари, царь Пандавов, несущий бремя (власти), губитель вражеских героев, почтительно выполнял, что сказано, о великий царь, легко это было ему или же тяжело. Владыка людей был доволен таким обращением, но горевал, вспоминая своего неразумного сына34. Всякий раз, поднявшись рано утром, царь, совершив очищение и сотворив молитву, обращал к сыновьям Панду благословение на победу в боях. Почтив35 брахманов, совершив возлияние (огню), Пожирателю жертв, тот владыка людей благословлял сыновей Панду: «Долгие (вам) лета!». Той высочайшей радости, какую царь, владыка земли, получал от сыновей Панду, он не видел даже от (собственных) сыновей.



И17. Был он безмерно доволен, о бхарата36, и старыми брахманами, и кшатриями, и множеством вайшьев и шудров37. Какое бы злодеяние ни совершили прежде сыновья Дхритараштры, царь (Юдхиштхира) не держал на него зла и был почтителен к (старому) царю. Если какой-либо человек доставлял какую-то неприятность сыну Амбики, он становился врагом мудрого Каунтеи. В страхе перед Юдхиштхирой (ни один) человек не смел упомянуть о каком-нибудь неблаговидном поступке царя Дхритараштры или того же Дурьодханы38. Гандхари и Видура были довольны выдержкой и чистотой (помыслов) Аджаташатру39, Индры людей, о губитель врагов, однако не (были они довольны) Бхимой. На словах Бхима соглашался с царем, сыном Дхармы40, но всегда становился мрачен при встрече с Дхрита-раштрой. (Видя), как многомудрый сын Дхармы ублажает (старого) царя, Кауравья (Бхимасена) подражал ему лишь скрепя сердце.

Такова в «Книге о жизни в обители» великой «Махабхараты»

третья глава.

Глава 4
Вайшампаяна сказал:

/—9. Не могли усмотреть люди никакого изъяна, о царь, в приязненных отношениях между царем Юдхиштхирой и (Дхритараштрой), отцом Дурьодханы. Когда же царь Каурава вспоминал своего неразумного сына, о царь, то в сердцах проклинал Бхиму41. И Бхимасена, о Индра царей, тоже не мог примириться с Дхритараштрой, владыкой людей, испытывая постоянное недовольство в глубине души. Врикодара42 с помощью продажных слуг незаметно причинял ему неприятности, нарушая его волю. И вот однажды в кругу друзей, вспоминая Дурьодхану, своего недруга, а также Карну вместе с Духшасаной43, Бхима хлопнул в ладоши так, чтоб слышали Дхритараштра и Гандхари, и неистово, в крайней ярости, произнес такие жестокие слова: «Все сыновья слепого царя, что были способны отнять жизнь (воина) разным оружием, отправлены в мир иной моею рукой-палицей. Неодолимы руки мои, подобные палицам, — столкнувшись с их (мощью), пришли к погибели сыновья Дхритараштры. Должны быть прославлены руки мои, умащенные сандалом, ибо ими был приведен к погибели Дурьодхана вместе с колесничим и родичами».



1015. Пришел в отчаяние (старый) царь, слыша эти и разные другие слова Врикодары, (ранящие) точно пики. И наделенная мудростью Гандхари, знающая все дхармы44, провидящая поворот Времени45, тоже слышала эти жестокие (слова). И хотя минуло уже пятнадцать лет (после великой битвы), царь, владыка людей, пришел в отчаяние, раненный стрелами слов Бхимы. Не ведали о том ни царь Юдхиштхира, сын Кунти, ни Белокон-ный4* (Арджуна), ни Кунти, ни славная Драупади. А оба сына Мадри47, зная мысли Бхимы, согласны были с ним, но, щадя сердце (старого) царя, не высказывали ничего ему неприятного. И вот Дхритараштра собрал своих друзей и, заливаясь слезами, произнес такие слова.

Такова в «Книге о жизни в обители» великой «Махабхараты» четвертая глава.

Глава 5
Дхритараштра сказал:

19. Известно вам, как случилось истребление куру48, но знайте же, кауравы, — все это произошло по моей вине! Я посвятил правителем кау-равов Дурьодхану, злоумного глупца, сеющего страх меж родичами. Не внял я, неразумный, исполненным (глубокого) смысла словам Васудевы49: мол, надо сурово наказать того злодея вместе с его приспешниками. Мне, ослепленному любовью к сыну, всякий раз давали благие советы мудрецы — Видура, Бхишма, Дрона, Крипа и Вьяса досточтимый, великий духом, а также Санджая и Гандхари50. Вот что гнетет меня ныне: не передал я вместе с (Юдхиштхирой), сыном Панду, (наследникам), великим духом, наделенным (всеми) достоинствами, блестящее преуспеяние51, доставшееся (нам) от отцов и дедов. Однако (Кришна) Джанардана, старший брат Гады, наблюдая гибель всех царей, счел это высочайшим благом52. Эти совершенные мной злодеяния я всегда ношу в сердце своем, точно тысячи игл. Исключительно оттого я сгораю (все эти) пятнадцать лет, и, наконец, ничтожнейший помыслами, я принял обет — очиститься от того греха.

1013. На четвертый раз, как установлено, а то и на восьмой, еда моя состоит только в том, чтоб утолить жажду, и (супруга) моя Гандхари знает об этом. Все (мои) приближенные в страхе перед Юдхиштхирой говорят: «Он принимает пищу», но если бы Пандава узнал (истину), он бы сильно огорчился. По условиям обета ложусь я прямо на землю, на (ложе из травы) дарбха53. укрывшись оленьей шкурой, погруженный в молитвы, и Гандхари славная (вместе со мной). Не горюю я ныне о ста (моих) сыновьях-героях, не отступавших в сражениях, ибо знали они, (что такое) кшат-рийская дхарма»54. Сказав так, Каурава обратился к Царю дхармы (Юд-хиштхире):

1423. «Благо тебе, чья мать происходит из ядавов55! Внемли этим моим словам. Счастливо жил я, о сын мой56, под твоею надежной защитой, раздавая великие дары (брахманам), вновь и вновь совершая поминальные жертвы. Долгий мой век, о сын мой, творил я добро, сколь было сил, и Гандхари, потерявшая своих сыновей, стойко мне следовала. Обидчики Драупади, злодеи, отнявшие у тебя власть57, ушли (в мир иной)58, приняв смерть в бою в согласии с дхармой. Я не вижу, о радость куру59, чем можно воздать им, ибо они, не отвратившись от битвы, удалились в те миры, которые завоевываются оружием60. Ныне же должен я совершить то, в чем для меня самого и для Гандхари есть высочайшее благо, и (тебе), о Индра царей, надлежит согласиться на это. Ты — наилучший из вершителей дхармы, постоянно привержен дхарме61, ты, о царь, — гуру для тех, что наделены дыханием жизни62, поэтому я обращаюсь к тебе. С твоего дозволения, о герой, найду я приют в лесах вместе с Гандхари и, облачившись в мочало63, стану лесным жителем, благословляя тебя, о царь! Заведено в нашем роду для всех, о сын мой, бык-бхарата, чтоб на исходе жизни, о царь, передать власть сыновьям (и уйти) в лес64. Там буду жить я, питаясь воздухом или же вовсе обходясь без еды, и вместе с супругою, о герой, стану вершить высочайшее подвижничество. Ведь и ты, сын мой, пожинаешь плоды своего подвижничества, ибо ты — царь, а цари вкушают плоды и благих, и противоположных тому (деяний)».

Такова в «Книге о жизни в обители» великой «Махабхараты»

пятая глава.

Глава 6
Юдхиштхира сказал:

19. Не радует меня царство, если ты так горюешь, о царь! Позор мне, нерадивому, ничтожнейшему разумом, прикипевшему к царству, ибо ни я, ни братья мои не замечали, как ты угнетен печалью, о царь, как исхудал от поста, ограничив себя в еде, как спишь на (голой) земле. Ты со своим глубоким умом перехитрил меня, глупого, успокоив когда-то: мол, все это оттого, что тебе надобно как-то пережить свое горе. Что мне царство, что удовольствия, что мне жертвоприношения или преуспеяние, если из-за меня, о хранитель земли, ты претерпеваешь такие невзгоды! (Источником) боли (твоей) считаю я (обретенное мной) царство и себя самого, и вот с какой речью (обращаюсь) к тебе, печалясь, о мира владыка! Ты — и отец нам и мать, ты — высочайший наш гуру, так как же нам жить без тебя! Да будет царем Юютсу, твой родной сын, о великий царь, первый среди владык людских, а или же кто-то другой, кого ты предпочитаешь. Я уйду в лес, а ты правь этим царством. Ты не должен более опалять меня пламенем (твоего горя), ибо я и так сожжен огнем бесславия. Я — не царь, царем (являешься) ты, а я подвластен тебе. Как же осмелюсь я отпустить тебя65, (нашего) гуру, знатока дхармы!

1015. Нет в сердце у нас ни малейшей обиды на содеянное Дурьодха-ной, о безупречный! Это судьба, что и мы, и они были ввергнуты в заблуждение6*. Ведь мы — сыновья твои, как Дурьодхана и остальные, и Гандхари, точно так же, как Кунти, приходится матерью мне. Потому, о Индра царей, если ты покинешь меня и уйдешь, я отправлюсь вслед за тобой — истиной я заклинаю (тебя)67. Без тебя не принесет мне радости эта земля, опоясанная морями, обильная богатствами. Тебе (принадлежит) все это. Склоняя голову, я прошу твоей милости. Мы подвластны тебе, о Индра царей, и да покинет тревога твою душу! Я считаю, владыка людей, что обрел ты свою судьбу, и благо, что, угождая тебе, я смогу избавить тебя от душевных страданий.

Дхритараштра сказал:



1617. К подвижничеству устремлена душа моя, о сын мой, радость (рода) Куру! Считается подобающим в нашем роду, о властитель, уйти в лес (на исходе жизни). Долго прожил я, сын мой, на свете, а ты долго служил мне, и (теперь) надо тебе, о владыка людей, отпустить меня, старого.

Вайшампаяна сказал:



1822. Так сказал, трепеща, царь Дхритараштра Царю дхармы, почтительно сложившему ладони68, и (затем) сын Амбики69 обратил к советнику своему Санджае и великоколесничному воину70 Крипе такие слова: «С вашей помощью хочу я добиться согласия владыки земли, ибо устала душа и иссохли уста мои от нагрянувшей старости, из-за обета молчания». Так сказав, старый царь, верный дхарме, мудрый потомок Куру, внезапно прильнул к Гандхари, будто силы его покинули. Увидев сидящего без движения царя куру, царь Каунтея71, губитель героев-недругов, тотчас же впал в отчаяние.

Юдхиштхира сказал:



2326. Тот царь, чья сила соизмерима с (мощью) десяти тысяч слонов72, возлежит, опираясь на женщину, точно силы его покинули. Силач, который некогда обратил в прах железную статую Бхимасены73, теперь, ища опору, прислонился к женщине! Позор мне, не знающему своей дхармы, позор разуму моему, позор знаниям моим74, если владыка покоится на земле, а не так, как ему подобает! Я тоже предамся посту, как и этот мой Гуру, раз царь и славная Гандхари не принимают пищу.

Вайшампаяна сказал:



2728. Затем царь Пандава, знаток дхармы, рукой, прохладной от воды, тихонько обтер грудь и лицо (Дхритараштры). И от прикосновения благой руки царя, источающей аромат, с драгоценными камнями и лечебными травами75, царь пришел в себя.

Такова в «Книге о жизни в обители» великой «Махабхараты»

шестая глава.

Глава 7
Дхритараштра сказал:

15. Прикоснись ко мне снова своею рукой и обними меня, Пандава! Я словно бы оживаю от твоего прикосновения, о лотосоокий! Хочу я вдохнуть запах головы твоей, о владыка потомков Ману76, и прикоснуться (к тебе) руками, чтобы жизнь меня не покинула77. Ныне лишь на восьмой раз я принимаю пищу78, о тигр среди куру79, поэтому и не в силах двигаться. Безмерных усилий потребовало (от меня) обращение к тебе с просьбой, устал я душою, о сын мой, и стал подобен утратившему разум. Только ощутив касание рук твоих, подобное прикосновению амриты80, о могучий продолжатель рода Куру, я возвратился к жизни — вот, что я думаю.

Вайшампаяна сказал:



610. Каунтея, когда так ему было сказано старшим его отцом, всем своим телом, о бхарата, прильнул к нему нежно и ласково. Вернувшись к жизни81, владыка земли Дхритараштра обнял обеими руками Пандаву и вдохнул запах его головы. Все, начиная с Видуры, зарыдали в глубоком отчаянии, а Пандавы, опечаленные безмерно, не смогли вымолвить ни слова. Тут знающая свою дхарму Гандхари, сердцем едва превозмогая невзгоды, остановила (их), о царь, и произнесла: «Не (надо) так (горевать)!». Все остальные женщины вместе с Кунти в глубокой печали стояли вокруг, и глаза их были полны слез.

//—19. И вновь Дхритараштра сказал Юдхиштхире такие слова: «Отпусти меня, царь, бык-бхарата, я намерен предаться подвижничеству. Слабеет мой дух, о сын мой, пока повторяю я это снова и снова. Ты больше не должен, о сын мой, доставлять мне страдания». Когда тот Индра кауравов так обратился к Пандаве, громким криком отчаяния огласились все внутренние покои дворца. Видя, как (старый) царь, не заслуживающий такой доли, худ и бледен, что изможден он постом так, что остались лишь кожа да кости, мощнорукий сын Дхармы обнял отца и, проливая горькие слезы, вновь произнес такие слова: «Я так не желаю ни жизни, ни земли, как желаю сделать благо тебе, о царь, наилучший из людей, сокрушитель недругов! Если ты благосклонен ко мне, если я тебе дорог, то соблаговоли принять пищу, а затем мы решим, (что делать)». Тогда сказал мощнопламен-ный царь сыну Дхармы: «По твоему повелению, о сын мой, я хотел бы принять пишу, таково и мое желание». Едва так сказал Юдхиштхире Инд-ра царей Дхритараштра, появился там риши Вьяса, сын Сатьявати82, и произнес такие слова.



Такова в «Книге о жизни в обители» великой «Махабхараты»

седьмая глава.



Скачать 371.87 Kb.

Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница