Методичка Сакутиной "Введение в философию"



страница2/11
Дата09.05.2018
Размер2.74 Mb.
ТипУчебное пособие
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

В чем, на Ваш взгляд, состоит неуместность и несвоевременность философии? Раскройте смысл следующего утверждения М.Хайдеггера: «Философия всегда несвоевременна. Это безрассудство (сумасбродство). Философия несвоевременна по своей сущности, ибо она принадлежит к тем редким явлениям, судьба которых в том и состоит, что они не могут встретить непосредственный отклик».


Раскройте смысл следующего определения философии: «Ее изначальная задача – делать вещи более тяжелыми (трудными), более сложными» (М.Хайдеггер).

2. Неутилитарность философии.


Можно ли утверждать, что одной из особенностей философии является ее практическая неприложимость? Обоснуйте свое мнение. Согласны ли Вы М. Хайдеггером, что философия «не есть «знание», которое можно достичь и сразу использовать. Она касается всегда ограниченного числа людей и не может быть оценена с помощью общих критериев, С этим нельзя ничего поделать: ведь именно она делает из нас что-то, если мы ею занимаемся».

Можно ли согласиться с идеей М. К. Мамардашвили, что выход в истинную реальность осуществляется «через что-то избыточное, бесполезное и ненужное», «потому что нормальным образом, продолжая нашу обычную жизнь, мы явно на это не способны»? Аргументируйте свою точку зрения.

Согласны ли Вы с утверждением Ф.Ницше, что условием философствования является интеллектуальное мужество: «Нужно сделаться равнодушным и не задаваться вопросом о том, есть ли польза от истины, не окажется ли она роковой для тебя…»? Обоснуйте свое мнение.
3. Философия как удивление-изумление ума.

Согласны ли Вы с утверждением древних философов, что началом философии является удивление? Раскройте смысл идеи Платона, что философия есть «мания» души – из-умляющееся мышление, порожденное исступлением души из прежнего «места» («суеты») и ее обращенностью к «божественному»?

Литература


  1. Беседа с Хайдеггером // Хайдеггер М. Разговор на проселочной дороге. М., 1991. С.146-158.

  2. Камю А. Миф о Сизифе, Эссе об абсурде // Камю А. Бунтующий человек. Философия . Политика. Искусство. М., 1990. С.24- 92.

  3. Мамардашвили М.К. Картезианские размышления. М., 1993. С.32-33, 37.

  4. Ницше Ф. Антихрист. Проклятие христианству // Ницше Ф. Сочинения в 2 т. Т. 2. М., 1990. С. 632.

  5. Павленко А.Н. Бытие у своего порога. Внимание // Человек. 1994. № 2. С. 62-63.

  6. Шестов Л. Апофеоз беспочвенности. Опыт адогматического мышления. Ленинград, 1991.

  7. Экклезиаст // Библия.


Фрагменты оригинальных философских текстов
БЕСЕДА С ХАЙДЕГГЕРОМ

Корреспондент Вас, мсье, считают последним философом западной традиции, который завершает ее и вместе с тем пытается открыть новый способ вопрошания.

Сегодня кризис университетов сопровождается недоверием к самому смыслу философии. Для большинства она не имеет права на существование, она стала бесполезной.

Хайдеггер Это как раз то, о чем я всегда думал. В своем курсе 1935 года «Введение в метафизику» я уже это утверждал: философия всегда несвоевременна. Это безрассудство (сумасбродство).

Кор. Безрассудство?

X. Философия несвоевременна по своей сущности, ибо она принадлежит к тем редким явлениям, судьба которых в том и состоит, что они не могут встретить непосредственный отклик.

Кор. Итак, что представляет собой философия?

X. Это одна из редких возможностей автономного и творческого существования. Ее изначальная задача делать вещи более тяжелыми (трудными), более сложными.

Кор. Может ли она, по Вашему мнению, играть роль в преобразовании мира, как этого хотел Карл Маркс?

X. Философия никогда не может непосредственно придавать силы или создавать формы действия и условия, которые вызывают историческое событие.

Кор. Но тогда каков ее смысл?

X. Она не есть «знание», которое можно достичь и сразу использовать. Она касается всегда только ограниченного числа людей и не может быть оценена с помощью общих критериев. С этим ничего нельзя поделать: ведь именно она делает из нас что-то, если мы ею занимаемся…

Кор. Правда ли, что начиная с 1907 года Вы не менее чем по часу в день читаете греческих мыслителей и поэтов: Гомера, Пиндара, Эмпедокла, Софокла, Фукидида?

X. Да, за исключением военных лет.

Кор. Думаете ли Вы, что нужно вернуться к источникам греческой мысли?

X. Вернуться? Современное возрождение Античности? Это было бы абсурдно, да и невозможно. Греческая мысль может быть только исходным пунктом. Однако, связь греческих мыслителей с нашим современным миром никогда не была столь очевидной. (…)

Кор. Правда ли, что Вы сказали однажды: «Меня начнут читать с охотой, не раньше, чем через триста лет»?

X. Вполне возможно. Но какой смысл имеет этот вопрос? (…)

Кор. Вы следили за всемирным университетским движением и дискуссией по поводу университетов?

Х. Эти проблемы университета я разбирал уже в 1929 году в работе «Что такое метафизика?». Сегодня студенты бунтуют. Это хорошо. Но понимают ли они реально, чего они хотят? Я знаю с давних пор, что университет стал обыкновенной школой (лицеем). Он не учит мыслить, он лишь дает накопление знаний. Старый университет умер, и это была, без сомнения, неизбежная смерть. (…)

Кор. Вы охотно говорите, что сегодня истинные вопросы остаются незамеченными, существенные проблемы еще не поставлены. Считаете ли Вы, что в будущем их поставят?

Хайдеггер Кто знает? Быть может, через два или три столетия...


М. К. Мамардашвили

КАРТЕЗИАНСКИЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Итак, мы имеем философа в маске, который без гнева и упрека ушел куда-то. Это «куда-то» я сначала условно, а потом уже и по существу назову зазором или, несколько грубее и, может быть, выразительнее, подвесом. (…) Потом в глубинах философии Декарта это будет называться «великим безразличием Бога и человека». Он выражался так: «То великое безразличие, которое есть в нас и в Боге». Но это безразличие только некая точка, после которой начинается что-то другое. Эту точку я назову фиксированной точкой интенсивности. И чтобы была возможность следить за ходом моей мысли, для начала скажу, что наша обычная психика довольно нелепое создание природы и чаще всего находится в хаотическом или вялом состоянии. Она мертва, если не существуют какие-то точки (она не одна), вокруг которых происходит интенсификация нашей психической жизни. То есть в этих точках существует одновременно и некая избыточность. (…)

Значит, интенсивность, избыточность, фиксированная точка. Допустим, такой фиксированной точкой является смерть, в той мере, в какой мы размышляем о ней. Если размышляем, она меняет наш режим жизни. Это и есть точка интенсивности. Таких точек немного. Бог такая точка. И казалось бы, они излишни, бесполезны. В них нет никакой утилитарной пользы. И в этом смысле они избыточны. Но оказывается все же, что должны быть такие избыточные точки. Бессмысленная в своей избыточности интенсивность вокруг них меняет смыслы нашей жизни. Смыслы нам доступны и понятны, а сами эти точки недоступны и непонятны. Скажем, что бы мы ни думали о Боге и как бы ни размышляли о смерти, они остаются для нас столь же непонятными, как и в начале размышления. Но что-то случится с нами. Или такой же точкой является точка «безразличия». Попасть в нее очень трудно. Часто, на словах, вглядываясь в Декарта, который проделал подобный опыт, мы можем об этом говорить, но поди сделай это сам, без Декарта. (…)

… В основе философского умозрения, а также религии, равно и того и другого, лежит один ход или одна мысль, что есть какая-то другая жизнь, более реальная, чем та, которой мы живем в нашей повседневной, обыденной жизни. И что в этой повседневной жизни миры продолжаются, времена удваиваются, а там все обстоит иначе. И вот, где, все обстоит иначе, там и есть истинная реальность. И декартовское сомнение есть шаг или ход, именно к истинной реальности. Перепад же в эту реальность происходит через то, что я назвал фиксированными точками интенсивности. Потому что нормальным образом, продолжая нашу обычную жизнь, мы явно на это не способны. А если оказываемся способны, то обязательно через что-то избыточное, бесполезное и ненужное. И почему-то нас на этом зацикливает, простите меня за такой вульгарный оборот, и - тогда мы что-то начинаем понимать. Например, вперившись глазами в смерть, мы что-то понимаем в жизни, хотя рассуждения о смерти, казалось бы, бесполезны и в режиме нашей жизни избыточны.


А. Н. Павленко

БЫТИЕ У СВОЕГО ПОРОГА

(ПОСИЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ)

Размышление девятое ВНИМАНИЕ

(…) Посланный дар именно своею властью и силою “бытия-у-дара” выводит человека, его душу и все его естество из привычного для него состояния. Дар, буквально, выбивает собой человека из общего течения бывающего сущего. Он словно сбивает душу человека с привычного ей “места”. Существо (душа) человека буквально вы-ступает из себя. Платон очень точно описывает это в “Федре” словом mania, которое переводчики передают то как “неистовство”, то как “исступление”. Конечно, современному читателю Платона трудно освободиться от той цивилизованно-поверхностной смысловой нагруженности слова “мания”, которую оно приобрело благодаря психиатрии. И, как мы далее увидим в размышлении “Исток”, именно “неистовство” менее всего передает подлинность смысла греческого mania, ибо одаренный как раз “истовствует”: дар открывает ему “истое” как первоначальное, как истину о подлинном. (…)

Выброшенная, выбитая, ис-ступившая из прежнего “места” душа человека стремится вернуться в него, она влечется туда потоком пребывающего сущего. Но вернуться невозможно: душа уже пережила встречу с даром в своем исступлении, и потому никогда не возвращается в прежнее “место” прежней. Она несет в себе бремя пережитого, она обременена им. Отсюда и маевтика “повивальное искусство” Сократа.

Но переживание душой исступления имеет и другой результат, ей побочный, а для нас основной, то, как душа умом своим понимает эту утрату места. Сбитая, свергнутая из своего душевного уюта, душа наполняет переживанием ум, который при этом испытывает удивление (tavma). “Тавма” есть одновременно “исступление” ума его “из-умление”, т. е. то самое оставление умом своего обычного “места”, в котором он пребывал, томясь, словно бы в уютном млении “разум-млении”. (…)



Тема 4. Предмет, функции, структура философского знания
Методические рекомендации

1. Предмет философии

В чем состоит «странность» предметов, изучаемых философией? Раскройте представление о «философствовании как об особом акте осмысления мира и себя в нем» (М. К. Мамардашвили).

Содержательно разверните следующие определения философии: «оформление и до предела развитие состояний с помощью всеобщих понятий, но на основе личного опыта» (М. К. Мамардашвили); «мышление в предельных понятиях, охватывающих целое и захватывающих экзистенцию» (М. Хайдеггер).
2. Функции философии

Содержательно разверните следующие функции философии: мировоззренческая, когнитивная (гносеологическая), аксиологическая, конструктивно-антропологическая.


3. Специфика философских понятий

Раскройте особенность философских понятий как «пустых понятий», не имеющих предмета, действующих в качестве символа и «описывающих акт трансцендирования, который совершается в бытии человеческого существа (а отнюдь не в философии), потому что человека без трансцендирования нет» (М. К. Мамардашвили).

Прокомментируйте высказывание о философии М. Хайдеггера: «Метафизические понятия для внутренне равнодушной и необязывающей остроты научного ума остаются вечно на замке. Метафизические понятия совсем не то, что можно было бы выучить, повторять за учителем или человеком, именующим себя философом, и применять их на практике».
4. Структура философского знания

Выделите и обозначьте следующие разделы философского знания: онтология, эпистемология (гносеология), антропология, аксиология, этика, эстетика.



Литература

  1. Мамардашвили М. К. Введение в философию // Мамардашвили М. К. Необходимость себя. М., 1996. С. 24–40.

  2. Хайдеггер М. Основные понятия метафизики // Хайдеггер М. Время и бытие: Статьи и выступления. М., 1993. С. 327–333.

  3. Хайдеггер М. Отрешенность // Хайдеггер М. Разговор на проселочной дороге. М., 1991. С. 103–106.


Фрагменты оригинальных философских текстов
М. К. Мамардашвили

БЫТЬ ФИЛОСОФОМ – ЭТО СУДЬБА

– Мераб Константинович, я хочу предложить для нашей беседы тему столь же древнюю, сколь и злободневную. Кто такой философ? Почему люди философствуют? Какова польза от этого занятия?

(…) Мы живем среди людей и с другими людьми и создаем для себя образ происходящего, но он всегда неадекватен, ибо мы видим не то происходящее, не там и не тогда, когда оно происходит. Все дело в том, что мир меняется с большей скоростью, чем мы реактивно занимаем свои точки в пространстве мира. Он всегда успевает принять такую конфигурацию, которая по сравнению с созданным нами образом уже отлична от представляющейся нам. Поэтому, кстати, правильно утверждение, согласно которому истина всегда смотрит на нас. Она имеет знак «уже»; для нас же это знак «слишком поздно».

Так вот, учитывая это вечное запаздывание, и можно говорить о философствовании как об особом акте осмысления мира и себя в нем; акте, дающем нам некое обобщенное, универсальное знание, свободное от повседневной «гонки за происходящим». Представьте, что в пространстве мира есть какая-то точка, попав в которую мы просто вынуждены обратить себя, свое движение и остановиться. В этой-то точке как раз пересекаются определяющие бытие «силовые линии», попав в перекрестье которых мы и замираем, пораженные открывшейся вдруг мудростью бытия, мудростью устройства мира. (…)


М. К. Мамардашвили

ФИЛОСОФИЯ И ЛИЧНОСТЬ

… Человек есть, очевидно, искусственное существо. (…)

То есть мы получили две вещи одновременно, мы получили какой-то род бытия, который содержит в себе дыры, скажем так, дырявое бытие, запрашивающее какое-то усилие от человека, и без воспроизводства этого усилия не существующее: оно как бы провисает в пустоте и падает, а с другой стороны, мы имеем вот это существо, которое это усилие совершает, как существо незавершенное, ни на чем в природе не основанное. (…)

И мысль моя состоит в том, что философия, с одной стороны, и личность – с другой, оба эти явления вытекают из вот этого основного, описанного мною. А именно, коротко из искусственности и безосновности в природном смысле слова феномена человека. Философия – в каком-то смысле, орган ориентации человека вот в этом пустом и одновременно сложном пространстве, которое, чтобы существовать, требует от человека усилия.

… Философия отличается от науки тем, что это интеллектуальная деятельность, направленная на то, чтобы в любой новой или сложной ситуации воссоздать способность человека понимать и находить себя и свое место через то знание и информацию, которые он имеет о мире. Фактически философия пытается дать человеку возможность найти себе место, понятное место в том мире, который описывается знанием. Представьте себе, что вполне возможен какой-то мир, который описывается знанием, и если человек не может найти себя, осмысленное для себя место в такой мере, как описано знанием, то это знание перестает для него быть человеческим богатством.


Каталог: dir -> ins mgi -> Metod -> FFA
dir -> Инструкция по работе с системой directum
dir -> Руководство по быстрой установке»; «Руководство по быстрой установке»
dir -> Актуальные проблемы экономики и управления на транспорте
dir -> Directum типовые требования к аппаратному и программному обеспечению
dir -> Инструкция по эксплуатации квартир в многоквартирных жилых домах жилого комплекса "Золотая Горка"
FFA -> Методичка Сакутиной "Введение в философию"
Metod -> Г. И. Невельского Кафедра психофизиологии и психологии труда в особых условиях нейрофармакология: систематика психотропных средств, основные клинические и побочные эффекты учебное пособие


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница