Мохаммад Насири



страница7/11
Дата01.12.2017
Размер3.1 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
Раздел шестой
Обзор правления имама ‘Али ибн Аби Талиба (мир ему!)

Имам ‘Али (мир ему!) как спутник Пророка
Правитель правоверных ‘Али родился в Ка‘бе тринадцатого раджаба, через тридцать лет после года Слона, т.е. в 599 или 600 году386. Детство и юность он провёл в доме Мухаммада (да благословит Аллах Его и Его род!) и был его воспитанником387. Такое воспитание наделило его чувствующим сердцем, видящими глазами и слышащими ушами. Он мог видеть и слышать то, что другим было не под силу. Имам Садык (мир ему!) говорит: «Ещё до начала пророческой миссии ‘Али (мир ему!) видел свет божественного откровения и слышал голос ангела»388.

То, что ‘Али принял ислам раньше всех, – это ценность, отмеченная в священном Коране389.

Необходимо обратить внимание на то, что в Коране указывается на то, что те, кто принял ислам до взятия Мекки, стоят выше тех, кто принял ислам после этого. И естественно, еще выше те, кто принял ислам еще до переселения в Медину, в самые первые годы пророчества. Чрезвычайно важно также, что сердце ‘Али (мир ему!) ни на мгновение не было замутнено поклонением идолам, и с самого детства, получая воспитание в доме Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!), он поклонялся единому Богу. Эти две особенности принадлежат только одному ‘Али (мир ему!)390. Что касается длительности и постоянства веры, гарантом которых было раннее обращение, то они проявились и в имаме ‘Али (мир ему!), и еще в нескольких асхабах.

Имам ‘Али (мир ему!) с самого начала объявил о всесторонней поддержке и защите посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!), а Пророк (да благословит Аллах Его и Его род!) открыто объявил о том, что именно ‘Али (мир ему!) будет его заместителем и преемником, что ясно свидетельствовало о его позиции по вопросу имамата. В этом можно увидеть корни появления шиизма и неразрывность имамата и нубувата (пророчества).

Преданность имама ‘Али (мир ему!) исламу наглядно проявилась в ночь переселения посланника Аллаха (лайлат ал-мабит) и стала причиной довольства Всевышнего и ниспослания Божьего благословения и одобрения рабам своим. Провозглашение всех правоверных и благочестивых мусульман братьями означало, что посланник Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) избрал ‘Али (мир ему!) своим братом и таким образом еще более выделил его391. То, что посланник Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) считал его достойным мужем своей дочери Фатимы (мир ей!), также свидетельствует о благородстве и достоинствах ‘Али (мир ему!).

Смелость ‘Али, проявленная им во всех сражениях, состоявшихся при жизни Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!), хорошо известна и отражена в житийных и исторических книгах, и в сборниках хадисов, как в суннитских, так и в шиитских.

В первом сражении мусульман с язычниками не меньше восьми знаменосцев неверия и язычества пали от меча ‘Али. В битве при Ухуде, когда многие из сподвижников покинули Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!), ‘Али, как и еще несколько асхабов, остался рядом с ним и стал его щитом. Всем известно, что это ‘Али (мир ему!) убил ‘Амру ибн ‘Абдавада в «битве у рва». В битве у Хайбара посланник Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) вручил белое знамя сначала Абу Бакру, затем ‘Умару ибн Хаттабу, но они не смогли взять крепость и вернулись ни с чем. И тогда посланник Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) сказал: «Завтра я вручу знамя тому, кто любит Аллаха и его посланника». На следующий день он вручил знамя ‘Али (мир ему!), и тот смог принести победу мусульманам. Победа ‘Али накануне заговора иудеев была на устах у всех392.

Принятие ответственности посланнической миссии Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!) и объявление одним из основных принципов ислама принципа очищения язычников во время хаджжа по велению Всевышнего (первые айаты суры «Тауба»), является ещё одним из достоинств имама ‘Али.


Имам ‘Али (мир ему!) и первые три халифа
В результате всех этих заранее спланированных событий деятельность сторонников Али (шиитов) была ограничена. Сравнение роли Али (мир ему!) при жизни Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!) и его влияния в мусульманской общине после кончины Мухаммада (да благословит Аллах Его и Его род!) показывает, что вначале он находился на первых ролях, соответствующих его возможностям и достоинствам, а во второй период оказался на третьестепенных ролях с ограниченной сферой деятельности.

С другой стороны, учитывая истинную веру Али (мир ему!), его абсолютное соответствие роли преемника Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!) и все те усилия, которые он прилагал на протяжении долгого периода, вполне оправдано ожидание того, что он должен до последнего вздоха бороться за свои законные права и утверждение истинного ислама. Он имел серьезные причины на то, чтобы перейти от мирных шагов к более решительным дествиям.


Важнейшие деяния Али в период трёх халифов

 

Учитывая ситуацию в исламской общине и требования момента, важнейшие стороны деятельности имама Али (мир ему!) заключались в следующем :



1. Толкование священного Корана и объяснение истинного смысла большинства айатов;

2. Ответы на вопросы ученых-богословов, в особенности на вопросы ученых из ахл-е китаб (христиан и иудеев)393.

3. Разъяснение и решение вновь возникающих правовых вопросов, судейство в запутанных случаях.

4. Воспитание людей с чистой совестью и сильным духом, обучение учеников , среди которых можно выделить ‘Абдаллаха ибн ‘Аббаса, а также Абу Зарра, Увайса Карани, Микдада ибн Асвада, Уммара, Салмана, Малика Аштара, Камила ибн Зийада, Мейсама Таммара, Хабиба ибн Мазахира, Муслима ибн ‘Усаджа, которые смогли увидеть то, что невозможно видеть глазами, но возможно видеть глазами сердца – внутренним зрением.

5. Постоянная забота о сиротах, обездоленных и угнетенных. Имам ‘Али (мир ему!) своими руками вырастил сад, плодами которого пользовались нуждающиеся, и выкопал колодец. Он уделял особое внимание земледелию и говорил: «У Аллаха нет более любимого занятия, чем земледелие»394.

6. Присутствие на совещаниях, посвященных решению важных политических и социальных проблем. Не раз имам ‘Али (мир ему!) давал халифам полезные советы и наставления. Всякий раз, когда правители попадали в безвыходное положение, они прибегали к помощи ‘Али, который всегда находил правильное и точное решение395.

Прежде чем приступить к рассмотрению обстоятельств, в которых произошло обращение к ‘Али с просьбой принять руководство над мусульманами, хотелось бы обратить внимание на то, что проблема власти и выбор правителя с точки зрения суннитов рассматривается как выбор определённой группы людей. Но анализ прихода к власти первых трех халифов показывает, что ни один из них в полной мере не соответствовал той традиции, которую изначально положили в основу своей религии большинство мусульман.

Выбор трёх первых халифов никак нельзя назвать выбором народа, так как народ не принимал в этом никакого участия. Потому что ни один из трех случаев никак нельзя назвать выбором по правилам; единственным просматривающимся условием является курайшитское происхождение халифа. Если даже признать то, что ни Коран, ни посланник Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) не определяют порядок избрания преемника, ссылка на хадис, в котором говорится о том, что правитель должен быть из курайшитов, несерьезна. Одной из главных целей пророческой миссии было прекращение различных розней на родо-племенной и этнической почве. С другой стороны, решение о преемнике, принятое первым и вторым халифами, никак нельзя назвать вынесенным на всеобщее обсуждение, так как и в том, и в другом случае это был личный приказ, не подлежащий обсуждению.

Для ансаров, которые в годы одиночества и испытаний пришли на помощь посланнику Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!), после взятия Мекки, наступи ли тяжелые времена, и после кончины Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!) они начали беспокоиться о своем будущем. Страх перед курайшитами и соперничество с ними, а также сомнительные шаги некоторых мухаджиров, особенно в последние недели жизни Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!), стали причиной их невнимания к его указанию на ‘Али, сделанному в Гадире, а также причиной их «совещания под навесом», и всех событий, связанных с ним.

 

Совещание под навесом


Как уже говорилиось, ‘Али ибн Аби Талиб (мир ему!), как и все семейство хашимитов, был занят похоронами посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!). В это время трое мухаджиров, узнав о собрании ансаров, быстро направились к месту собрания ансаров. О содержании беседы мухаджиров с ансарами второй халиф рассказал впоследствии в одной из своих проповедей в Медине. Когда ‘Умар услышал о том, что ансары присягнули Абу Бакру без предварительных обсуждений и размышлений, он сказал так: «После смерти посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) нам сообщили, что ансары вместе с Са‘дом ибн ‘Ибадой собрались под навесом бани Са‘ида. Мы вместе с Абу Бакром и Абу ‘Убайдой направились туда. Представитель ансаров говорил: « Мы, ансары, и есть настоящее воинство ислама, а вы, курайшиты, лишь часть из нас, и к тому же составляете меньшинство». Услышав это, я хотел что-то сказать, но Абу Бакр остановил меня и сам сказал: «Да всё, что вы, ансары, здесь говорите о себе, правда, но арабы не признают преемников никого, кто не будет из курайшитов. Они считаются выше других арабов с точки зрения происхождения. Предлагаю вам присягнуть либо ‘Умару или Абу ‘Убайде». Представитель ансаров начал бурно возражать и наконец сказал: «Один правитель (амир) от вас и один от нас!» Но тогда я сказал: «Два меча не могут вместиться в одни ножны!». Затем я поднял руку Абу Бакра и присягнул ему, а затем и ансары стали подходить и присягать ему. Мы боялись, что разойдемся с ансарами, и они присягнут кому-нибудь другому, и мы будем вынуждены либо присягать тому, кому присягнут они, либо восстать против того, кому они присягнут, тем самым, распространив в обществе смуту. Присяга Абу Бакру последовала неожиданно и без предварительного обсуждения, но Аллах отстранил это зло от нас»396.

Присягнув Абу Бакру, участники совещания под навесом вышли на улицу и стали принимать присягу и у согласных и у несогласных. На следующий день, когда уже присяга была завершена, ‘Умар извинился за то, что не верил в смерть посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) и таким образом препятствовал присяге кому-либо, ибо пророк жив и нет необходимости присягать кому-либо. Помимо двух выдающихся хашимитов (‘Али и ‘Аббаса, дяди Пророка), такие люди, как Зубайр б. ‘Авам, Халид б. Са‘ид, Микдад б. ‘Амру, Салман Фарси, Бара ибн ‘Азиб, Аби ибн Ка‘б, Абу Зарр, выступили против решений совещания под навесом397.

 

Указ о преемнике
Будучи уже на смертном одре, Абу Бакр посоветовался с двумя своими приближенными относительно своего преемника. Он сказал ‘Абд ар-Рахману ибн ‘Ауфу: «Для того, чтобы предотвратить смуту, я решил назначить после себя ‘Умара». ‘Абд ар-Рахман ибн ‘Ауф возразилна это: «‘Умар человек грубый и вспыльчивый». Абу Бакр сказал: «Если он придёт к власти, то успокоится». Второй из присутствующих, ‘Усман, сказал: «Внутренне ‘Умар лучше, чем внешне[»398.

Как сообщают достоверные источники, поскольку ‘Усман во время болезни Абу Бакра не только ухаживал за ним, но и был его писцом, по поручению Абу Бакра написал указ халифа о назначении преемника. Едва ‘Усман начал писать указ, как Абу Бакр потерял сознание, и ‘Усман сам написал, что преемником назначается ‘Умар ибн Хаттаб. Когда Абу Бакр пришёл в себя, он подтвердил то, что написал ‘Усман. Затем Абу Бакр приказал ‘Умару в сопровождении одного слуги отнести этот указ в мечеть и объявить последнюю волю халифа. Ибн Аби-л-Хадид пишет: «Когда ‘Умар шел в мечеть, один человек спросил его: «Что это за письмо?» ‘Умар в ответ сказал: «Я не знаю, что в нём, но я первый человек, который будет повиноваться тому, что в нём сказано!» Тогда тот человек сказал: «Зато я знаю, что в этом письме! Сначала ты помог ему прийти к власти, теперь и он помогает тебе стать халифом!»399

Такой принцип передачи власти, не имевший прецедента при жизни посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) был утвержден суннитской традицией в качестве как правового принципа. Этим указом ‘Умар был назначен халифом. Последующая массовая присяга была лишь проявлением верности и лояльности, и никак не влияла на сам факт передачи власти.

 

Совет шестерых


Хотя существование постоянного совещательного органа, способного играть важную роль в системе власти, не подтверждается историческими источниками и не соответствует традициям того времени, вполне обычным делом был созыв совещания по какому-то конкретному поводу. Так, известно о совещании второго халифа с асхабами, на котором рассматривался вопрос написания хадисов о посланнике Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) и было принято решение о запрете на их написание, несмотря на возражения асхабов. Так или иначе, с точки зрения второго халифа, избрание халифа – прерогатива совета мусульман. Сам ‘Умар признавал, что в случае первого халифа эта прерогатива была нарушена: «Выборы Абу Бакра прошли без совещания с правоверными. Отныне следует избирать халифа с помощью совещания с правоверными, и если кто-нибудь присягнет кому-нибудь без одобрения совета, он должен быть убит вместе с тем, кому он присягнул!»400.

Хотя это высказывание , как и другие данные многих суннитских источников, ясно указывает на некоторую осторожность халифа, кое-кем оно было воспринято как признак растерянности и замешательства, как слова человека, попавшего в безвыходное положение. По мнению этих людей, исторические данные указывают на то, ‘Умар в действительности находился в растерянности. Потому что когда Хафсе (дочери ‘Умара) сообщили о том, что у ее отца нет никакого плана действий относительно преемника, она сказала отцу: «Если бы ты имел бы пастуха для своих овец, и этот пастух…». ‘Умар ответил: «Если я не оставлю преемника, то поступлю так же, как поступил посланник Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!), если же оставлю им преемника, то поступлю, как Абу Бакр»401.

Однако действительность говорит о том, что у халифа ‘Умара существовал заранее разработанный план передачи власти. Он не только назначил совет из шести человек, который должен был избрать нового халифа, но и предусмотрел ход выборов, вплоть до мельчайших подробностей и вариантов решения. Члены совета, которыми стали ‘Али (мир с ним!), Зубайр б. ‘Авам, Са‘д б. АбиВукас, ‘Абд ар-Рахман ибн ‘Ауф, ‘Усман ибн Аффан, и Талха б. ‘Убайдаллах все из числа мухаджиров, должны были собраться в доме, оцепленном пятьюдесятью воинами из числа ансаров. Эта совет шестерых должен был выбрать одного (но не двух) человек из своего собственного состава. Если пятеро выберут одного, а один будет против, то его следует убить. Если двое будут противостоять мнению четверых, то этих двоих также следует убить. Если же трое будут иметь одно мнение, а трое других другое, то все они должны будут принять мнение ‘Абдаллаха ибн ‘Умара (сына Умара). Если же они не примут, по какой-либо причине, мнение ‘Абдаллаха ибн ‘Умара, то должны будут принять мнение той группы, в составе которой будет ‘Абд ар-Рахман ибн ‘Ауф. Те же трое, кто будут оспаривать мнение группы ‘Абд ар-Рахмана ибн ‘Ауфа, должны быть убиты402.

Началось совещание. Наконец ‘Абд ар-Рахман сказал, обращаясь к ‘Али: «Если мы все присягнём тебе, согласишься ли ты следовать Корану, традиции Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!) и традиции первых двух халифов?» ‘Али сказал: «Я буду опираться на свои знания, книгу Аллаха и традицию Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!)».

Тогда ‘Абд ар-Рахман обратился с таким же вопросом к ‘Усману (своему названному брату), и тот принял условие следовать традиции первых двух халифов403. После того, как ‘Абд ар-Рахман сделал свой выбор, все остальные участники совета согласились с ним и признали этот факт. Хотя имам ‘Али (мир ему!) вначале отказывался присягать ‘Усману, но потом вынужден был это сделать, так как солгласно предварительному распоряжению Умара, несогласные должны были быть убиты404.

Таким образом, один из влиятельных и имевших «политическое лицо» аристократических курайшитских родов пришел к власти405.

 

Начало правления‘ Али (мир ему!)
После того, как посредническая миссия имама ‘Али (мир ему!) и ряда других сподвижников посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) не принесла результата, в ходе народного восстания третий халиф был убит, и всеобщий гнев утих, люди стали понимать, что мусульманский мир остался без руководителя. Тогда начались совещания и переговоры. И хотя некоторые из асхабов, входивших в совет шестерых, назначенных ‘Умаром, и особенно Талха, которого поддерживала ‘Аиша, сами претендовали на халифат, большинство сподвижников посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!), в том числе все оставшиеся в живых участники битвы при Бадре, большая группа ансаров и чтецов Корана из Куфы пришли к дому ‘Али (мир ему!) и умоляли его принять руководство над мусульманами. Имам отвечал: «Призвали меня, а ухватились за другого»406, однако люди настаивали на том, чтобы он признал себя правителем мусульман.

У Мухаммада ибн Ханафийи говорится: «После убийства ‘Усмана, асхабы пришли к моему отцу [имаму ‘Али] и сказали: «Мы не знаем никого, более достойного халифата, чем ты!». ‘Али сказал: «Лучше я буду для вас помщником (вазир), чем повелителем (амир)!». Они сказали: «Мы никого не признаем и никому не присягнем, кроме тебя!» Хазрат ‘Али (мир ему!) сказал: «Присяга не должна быть тайной, она должна быть принята в мечети, при стечении нароад». Тогда все пошли в мечеть, и там, в большом собрании людей, среди были и мухаджиры и ансары, все присягнули ‘Али. И Талха, и Зубайр также свободно присянули ему407. Са‘д ибн Аби Вукас сказал: «Я присягну после того, как присягнут все!», и никто не стал ему возражать. Среди ансаров лишь несколько человек (группа усманитов) отказались присягнуть ‘Али (мир ему!), и это были Ка‘б ибн Малик и ‘Абдаллах ибн ‘Умар, и никто не стал выступать против них408.

Йа‘куби пишет: «Все люди присягнули ‘Али, кроме троих, один из которых присягнул позже»409. Сам ‘Али ибн Аби Талиб (мир ему!) говорит об этой присяге: «Клянусь Аллахом, я не хотел халифата, не стремился к власти. Но вы обратились ко мне,и вы настаивали. Вы решили присягнуть мне после долгих размышлений. Вы подобны жаждущим верблюдам, собравшимся вокруг источника влаги. Вы все так решительно требовали от меня принять руководство вами, что я даже подумал, что если я не приму вашу просьбу, вы убьёте меня, или же кто-либо из вас будет убит в моем присутствии! Тогда я протянул руку, и вы абсолютно добровольно присягнули мне!»410

По поводу передачи обсщественнно-политического руководства и ответственности за наставление людей в этом и том мире имаму ‘Али (мир ему!) необходимо обратить внимание на несколько важных моментов:



  1. Как уже упоминалось, участие народа в выборе первого халифа ограничивалось двумя мухаджирами, и ансарами, собравшимися под навесом. Выбор Абу Бакра пал на ‘Умара вообще без какого-либо совета с людьми. ‘Усмана выбирал совет шестерых, который сам ‘Умар и назначил без ведома всей уммы или хотя бы влиятельных асхабов. Не вдаваясь в дискуссию об имамате, мы видим, что имама ‘Али (мир ему!) избрало халифом народное большинство, при этом даже не выдвигая его кандидатуру на обсуждение и не устраняя с политической арены его соперников. По сути, ‘Али (мир ему!) был среди халифов первым народным избранником. Важным новшеством было и то, что среди тех, кто настаивал на присяге имаму ‘Али (мир ему!), были не только мухаджиры и ансары, но и представители Ирака и Египта.

  2. Настойчивое требование того, чтобы присяга носила открытый характер и прошла в мечети при большом стечении народа, доказывает, что это избрание не было результатом заранее спланированного заговора. В то же время неоднократное отклонение имамом ‘Али (мир ему!) просьбы взять халифат в свои руки и его настаивание на том, чтобы люди хорошенько подумали, говорит о том, что эти просьбы не были такими уж неожиданными.

  3. Имам ‘Али (мир ему!) мог, подобно предыдущим правителям, заставить своих противников присягнуть, однако он никого не заставлял присягать принудительно.

  4. После того как второй халиф назвал одним из условий избрания преемника принятие традиции первых двух халифов, Али (мир ему!) не принял это условие и сказал: «Даже Абу Бакр и Умар бывают неправы, если поступают не так, как велит Коран и сунна посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!)». Имам (мир ему!) вступил в протворечие с некоторыми людьми из окружения ‘Усмана. Эти люди хотели присягнуть ‘Али лишь в обмен на признание законности их богатств. Имам говорил: «Руководить моими поступками могут только только Книга Аллаха и сунна Его пророка».

  5. Очень важна речь, которую произнес ‘ Али на второй день после того, как его выбрали халифом.

‘Али (мир ему!) в ответ на настояния толпы, требовавшей от него принять халифат, изрек: «Господь знает, что у меня нет желания стать халифом ради правления и власти… Пусть же те, кто поглощен этим бренным миром, те, кто накопил много земель и вод, лошадей и рабынь, не говорят: «Али нас обманул! Он говорил одно, а делает другое!», когда я отберу это все у них и направлю в байт ал-мал (общественную казну), а уже оттуда буду давать им в том размере, какого они заслуживают по праву. Я сейчас, сразу, открыто заявляю о своих намерениях… Я не отрицаю достоинства и прежние заслуги сподвижников, но воздавать им должен сам Аллах. И это пусть не будет служить критерием для отличия одних от других»411.

 

Проблемы и трудности правления ‘Али (мир ему!)


Когда ‘Али (мир ему!) был выбран халифом, возникло много проблем. Негативные социальные и даже политические последствия военных завоеваний и убийства халифа ‘Усмана весьма затемняли картину будущего. Некоторые из этих проблем, упомянутые в «Нахдж ал-балага», считаются объяснением причин, по которым имам поначалу отказывался от халифата. Среди этих проблем: социальная и экономическая справедливость, искажения и ересь, ослабление религиозных ценностей, гедонизм и стремление к материальному благополучию.
1. Экономическая справедливость

 

Второй халиф установил в обществе иерархию на основе прежних заслуг перед исламом и родо-племенных отношений. Курайшиты у него считались выше не-курайшитов, мухаджиры выше ансаров и арабы выше не-арабов. При посланнике Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) ничего подобного не было. Все это при ‘Усмане, благодаря его подаркам, сделало совершенно непреодолимой пропасть между богатыми и бедными. Пятая часть всех трофеев, малийата и джизьи, получаемых с вновь завоеванных территорий и формально принадлежавших всему народу, доставалась одной определённой группе людей.



Так, халиф ‘Усман подарил пятую часть денег и богатств, поступивших из Африки (от 200 до 500 тысяч динаров), Марвану ибн Хакаму. Абу Суфиану были подарены 200 тысяч дирхемов. Одна восьмая часть богатств ‘Абд ар-Рахмана ибн ‘Ауфа, названного брата и зятя ‘Усмана, после его смерти была поделана между четырьмя его женами, и при чэтом каждая из них получила как минимум 80 тысяч динаров412.

Имам Али в первом же своём выступлении сказал, что в экономической и общественной сфере он будет следовать традиции посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!). Превосходство мухаджиров и ансаров над остальными мусульманами он назвал сугубо духовным и пояснил: «Всякий, кто ответил на призыв посланника Аллаха, и читает молитву в сторону мусульманской киблы, пользуется всеми правами, и все установления ислама имеют отношения к нему». Именно тогда и начались протесты и поднялось недовольство некоторых людей. Естественно, это недовольство стали разжигать те, кто имел привилегии в период правления первых трёх халифов. Некоторые асхабы стали упрекать ‘Али (мир ему!) в том, что он не следует традиции ‘Умара. В ответ имам ‘Али (мир ему!) сказал: «Чему лучше следовать: традиции посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) или традиции ‘Умара?» 413

Большинство историков пишут, что основная причина того, что часть арабов отошла от ‘Али (мир ему!) и присоединилась к его противникам, заключалась в том, что при распределении средств имам ‘Али (мир ему!) не смотрел на положение и авторитет людей в обществе и не давал арабам привилегии перед не-арабами.

 

2. Социальная справедливость



 

Одним из последствий арабских завоеваний и походов мусульман было смешение различных этносов При этом военнопленные, получая свободу и обращаясь в ислам, пользовались меньшим социальным уважением и гражданскими правами, чем арабы. Общество в целом признавало превосходство арабов над новообращенными не-арабами. Эта ситуация очень не нравилась жадавшему справедливости духу имама (мир ему!) и создавала для него большую проблему С точки зрения религии, он не видел ни малейшей причины для такой сегрегации. В то время, как халиф ‘Умар приказал выкупить рабов-арабов из рабства за счет байт-ал-мал, имам ‘Али (мир ему!) не проводил никаких различий между арабами и не-арабами и, распределяя между людьми народные средства, говорил: «Дети Адама не были ни рабами, ни слугами, все рабы Аллаха –свободны. Теперь, когда имущество в моих руках, я не будут проводить разницу между белым и чёрным…». А встречный протест парировал такими словами: «Я не видел в священном Коране ни одного указания на превосходство арабов над не-арабами»414.

 

3.Искажения и ереси
Искажения религиозных принципов и ереси были важнейшей проблемой периода правления имама ‘Али (мир ему!). Религиозное невежество общества и отсутствие четкой программы просвещения народа еще более усложняло эту проблему. Большинство изречений посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) игнорировались, Начало этого невнимания к сунне было положено ещё у смертного одра Пророка ислама (да благословит Аллах Его и Его род!), когда часть мусульман с одобрением встретила слова одного из присутствовавших, который сказал: «Нам достаточно книги Аллаха!» и укрепилось после следующих слов первого халифа: «Пророку помогало божественное откровение, мне же божественное откровение недоступно, и поэтому я действую на основании собственных умозаключений и иджтихада». Это неверная тенденция в скором времени достигла своего апогея, получив официальную поддержку в виде запрета на запись и цитирование преданий (хадисов) от посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!). Естественным результатом запрета сунны стало появление искажений основных принципов и еретических нововведений в религии. Поэтому имам ‘Али (мир ему!) сказал: «Мы сталкиваемся с многогранными и очень сложными проблемами, из-за которых наши сердца не могут быть спокойными, и которые наш разум не может принять. Наши перспективы затянулись туманом и погрузились во мрак, прямой путь и традиция посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) искажены. Знайте же, что если я отвечу на ваши призывы, то буду действовать на основании того, что знаю сам, и не буду обращать внимания ни на какие обвинения и попреки ни с чьей стороны»415. В письме Малику Аштару имам (мир ему!) так вспоминал эти годы: «Религия была пленницей злодеев, которые искали в ней удовлетворения собственных страстей и мирских желаний…»416.


  1. Стремление к материальным благам и ослабление религиозных ценностей

Как уже говорилось, социальное расслоение общества началось еще в период правления второго халифа. Именно он стал проводить разницу между разными категориями мусульман при разделе байт ал-мал и возродил родо-племенные пристрастия, против которых возражал и с которыми боролся в свое время посланник Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!). Однако в период правления ‘Умара широко распространилось и приняло серьезный характер деление племен и этнических групп по иерархическому признаку. Наибольшему унижению подверглись не-арабы – иранцы и византийцы. Дошло до того, что сам халиф запретил мусульманам не-арабам посещать Медину, хотя и выставил инициатором этого решения ибн ‘Аббаса, его отца и их родственников.

Поэтому попытки некоторых суннитских авторов и ряда шиитских мыслителей, которые преднамеренно или непреднамеренно связывают возникновение этих искажений со второй половиной правления ‘Усмана, кажутся стремлением не видеть истину, которая заключается в том, что начало искажений относится к периоду правления ‘Умара.

Некоторые историки убеждены в том, что аргументация ‘Умара относительно нервномерного распределения байт ал-мал восходит к десятому айату суры «Хадид» где говорится: «He paвны cpeди вac тe, ктo pacxoдoвaл дo пoбeды и cpaжaлcя... эти – бoльшe cтeпeнью, чeм тe, кoтopыe pacxoдoвaли пocлe и cpaжaлиcь. Bceм Aллax oбeщaл блaгo», однако это не соответствует действительности. Во-первых, если бы в этом айате говорилось о материальных привилегиях одних над другими, во-вторых, тогда сам посланник Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) должен был поступать в соответствии с этим айатом, однако Пророк не делал различий между людьми. Если даже признать, что ‘Умар опирался на данный айат в разделе имущества и денег, то очевидно, что он весьма вольно трактовал Коран, предпочитая иджтихад ясному и недвусмысленному пониманию. Поэтому было вполне естественно, что для регшения проблем мусульманского общества, необходимо было начинать с основ. Хотя опасность была настолько серьезной, а условия настолько критическими, что сам имам ‘Али (мир ему!) говорил: «Их разум не в состоянии постичь это»417.

Поэтому на второй день после того, как мусульмане присягнули ему, имам ‘Али (мир ему!) объявил о своей программе, нацеленной на преодоление неравенства и сегрегации. На следующий день люди собрались, и ‘Али (мир ему!) обратился к своему писцу ‘Абдаллаху ибн Аби Рафа‘: «Начинай с мухаджиров и дай каждому из них по три динара, затем обойди ансаров и дай им по столько же и всякому, кто здесь присутствует, неважно, :красный он или чёрный, дай ту же долю». Сахл ибн Ханиф сказал: «О, повелитель правоверных! Этот человек вчера был моим рабом, а теперь он свободен. Неужели ты дашь ему столько же, сколько мне?» Имам ‘Али (мир ему!) сказал: «Доля его равна твоей доле».

В тот день Талха, Зубайр, ‘Абдаллах ибн ‘Умар, Са‘ид ибн ‘Асс, Марван ибн Хакам и другие представители курайшитов не пришли на получение своей доли из казны. На следующий день, когда народ собрался в мечети, Талха и Зубайр прибыли в мечеть, но сели с краю подальше от ‘Али (мир ему!). Затем к ним присоединились Марван, Са‘ид ибн ‘Асс, ‘Абдаллах ибн Зубайр, и они стали шептаться о чём-то. Затем их представитель Валид ибн ‘Укба подошёл к ‘Али мир ему!) и сказал: «О Аб ал-Хасан! Ты прекрасно знаешь, что все мы потеряли своих отцов в битвах, и я лично потерял отца в битве при Бадре. Вчера ты не оказал помощи моему брату Усману, и он был убит! А ведь это ты убил отца Са‘ида ибн ‘Асса в той же битве при Бадре, ты оскорбил и унизил отца Марвана, в то время как Усман принял и приютил его! Но ведь по родовой иерархии мы с тобой равны! Все мы, как и ты, – дети ‘Абд ал-Манафа! Поэтому мы присягнём на верность тебе лишь при условии, что ты не будешь покушаться на наше достояние, полученное нами при ‘Усмане, и накажешь тех, кто убил ‘Усмана! В противном случае мы не будем чувствовать себя в безопасности, покинем тебя и уедем в Шам!»

Имам ‘Али (мир ему!) сказал: «Если кто-то из вас был убит в прошлом, я не несу ответственности, ибо на то была воля Аллаха, повелевшего нам вести джихад. Но что касается покушения на ваше достояние, то я не имею права отнимать право у того, кто его имеет, принадлежит ли он к вашему числу или нет»418.

Когда третий халиф, растрачивая общемусульманскую казну, окружил себя богатством и роскошью, его наместники и назначенцы начали вести себя так же, и постепенно это стало их культурой. Такая культура была сравнима с культурой джахилийского (языческого) общества. В одной из своих проповедей имам ‘Али (мир ему!) указывает на эту особенность, отмечая сходство мусульманского общества начала своего правления с периодом джахилии.

В то время, как такой человек, как ‘Абдаллах ибн Мас‘уд (ученый и великий толкователь Корана) был подвергнут оскорблениям и избиениям и изгнан из мечети только за то, что отстаивал права простых людей на долю в байт ал-мал и не подчинялся незаконным требованиям людей из окружения халифа; в то время, как такие выдающиеся личности, как ‘Аммар Йасир, которого Пророк (да благословит Аллах Его и Его род!) в свое время назвал мерилом истинности сражения, был избит за одну только критику назначенцев и порученцев халифа; в то время, как за защиту прав обездоленных Абу Зарр был сослан в безводную и безлюдную пустыню, вполне естественно, что двоюродный брат халифа, ‘Абдаллах ибн ‘Амир, который был так далек от ислама, что в первой же проповеди в мечети, читая айат: «Хвала Аллаху, тому, кто создал небеса и землю в семь дней», прочел вместо «семь дней» «семь лет», был назначен главнокомандующим, а ‘Абдаллах ибн Са‘д Аби Сарах в свое время удостоившийся гнева Аллаха и его Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!), стал наместником Египта. Другой двоюродный брат халифа ‘Усмана, Марван ибн Хакам, которого в своё время посланник Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) выслал из Медины, и который подвергался гонениям со стороны первых двух халифов, не только вернулся в Медину, но и стал заместителем и главным советником халифа ‘Усмана.

Из-за резкого отношения правительства к противникам, большинство которых в прошлом принимали участие в джихаде рядом с самим Пророком ислама (да благословит Аллах Его и Его род!), слово истины и защита знания и практики на основе истинных ценностей были преданы забвению419. В другом месте имам ‘Али (мир ему!) разоблачает это искажение религии и говорит: «Вы живёте ныне в такое время, когда тех, кто говорит истину, осталось мало, а язык, чтобы говорить эту истину, не имеет более сил. Последователи истины унижены, а люди погрязли в неповиновении Аллаху. Молодёжь погрязла в безнравственности, а старики в грехах. Ученые двучличны, а чтецы Корана корыстолюбивы, младшие не уважают старших, а сильные не помогают слабым»420.

Коррумпированность недостойных чиновников и наместников, невежество незнакомых с самыми азами ислама новообращенных, коварство лицемеров, борьба с которыми не только намного сложнее, чем борьба с язычниками и идолопоклонниками, но и порой кажется невозможной, также относятся к проблемам периода правления имама ‘Али (мир ему!)421. сыгравшим большую роль в развязывании гражданской войны.

 

Причины недовольство правлением имама ‘Али (мир ему!)

Строжайшее соблюдение имамом ‘Али (мир ему!) принципов правления и его старания к достижению полной справедливости во всех областях стали причиной недовольства и сопротивления не только большинства высокопоставленных лиц, выдвинувшихся при предыдущих халифах, но и части его собственных последователей. Отказ от способа раздела байт ал-мал, принятого при первых халифах и способствовашего обогащению многих людей, настоятельное соблюдение равенства прав и уважение заслуг, запрет привилегий аристократии и арабов, введение контроля за главами родов и племен, то есть, все то, что является делом государей и крыпных политиков, было нелегким делом422. Имам говорил: «Если бы это имущество было бы моим личным, то до последнего дня, и пока одна звезда будет заходить за другую звезду, я бы всё равно делил бы его поровну. Ибо это имущество принадлежит Аллаху и я обязан выполнять всё на основании Его указания»423.

По мнению имама ‘Али (мир ему!), ни одной капли масла из светильника общемусульманского байт ал-мал не должно тратиться на частные нужды, и даже самые близкие к халифу люди равны в правах с только что получившими свободу из плена и только что принявшими ислам иранцами и африканцами, а заслуги и способности подразумевают лишь большую ответственность.



Асхабы Талха и Зубайр, которые были склонны к благам материального мира и с первых шагов проявили себя как серьезные сторонники этнического и расового неравенства и привилегий, поняли, что имам Али не готов проявить уступчивость и намерен твердо придерживаться своих принципов и ценностей, и нарушили договор. Под предлогом малого хаджа они лицемерно покинули Медину и направились в Мекку с целью присоединиться к ‘Аише и совместно придумать, что делать дальше.

И в этой ситуации, когда большинство вождей оказались в опасности и попытались прибегнуть к каким-то отговоркам, вполне естественно произошло одно из самых удивительных событий в истории424. Те же самые люди, которые еще вчера открыто призывали к убийству ‘Усмана и к восстанию против правления ‘Усмана, которые называли его иудеем или кафиром и даже не давали похоронить его на мусульманском кладбище, теперь вдруг подняли знамя отмщения за кровь ‘Усмана.

Многие известные люди, богатеи, изгнанные из власти политики, недопущенные во власть честолюбцы и карьеристы, и прочие люди, материально пострадавшие в результате политики ‘Али (мир ему!), направленной на восстановление общественной справедливости, собрались в Мекке и занялись подготовкой военного выступления против имама (т.н. «верблюжьей битвы»)425. Умм Салима, самая благочестивая супруга посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) после Хадиджи, попыталась удержать ‘Айшу от похода в Басру: «Направляться туда противоречит тому, что приказал Аллах женам Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!): «И оставайтесь в своих домах и не надевайте одежды невежества!», однако у ‘Аиши был свой взгляд на этот вопрос, и она вместе с Зубайром и Талхой направилась к Басре. Умм Салима пыталась остановить ‘Аишу, напоминанием о том, что говорил Пророк (да благословит Аллах Его и Его род!) об ‘Али (мир ему!) в присутствии их обеих, но ‘Айша, признав, что ‘Али действительно благочестив и обладает всеми достоинствами, а также то, что сама она прекрасно помнит слова Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!), сказала: «Я еду [в Басру] наставлять и исправлять, а вовсе не воевать с ‘Али…»

Огонь битвы при Сиффине, вспыхнул по той же причине, что и «верблюжья битва». Му‘авийя, который прежде мечтал подчинить себе всё исламское государство, с приходом к власти ‘Али (мир ему!) потерял на это всякую надежду. Он приказал написать ‘Али (мир ему!) исьмо с обещанием признать того халифом в случае, если тот предоставит ему в управление Шам и Миср (Египет). Имам, чьи многократные попытки уладить дело митром оказались безрезультатными, написал ему: «Многие требуют того же от меня, и я не принял их требования, и сейчас не приму. Господь не захочет, чтобы я помогал заблудшим»426.

Имам не учитывал прошлых заслуг всех тех, кто выставлял подобные требования, и не желал иметь дела с теми, кто незаконно захватил ту или иную собственность. Он говорил: « Истина неоспорима и незыблема, и течение времени на нее не влияет… То, что прошлое для меня не имеет значения, от меня не зависит. Это дол, которым облег меня Господь». Такая твёрдая и непреклонная позиция ‘Али (мир ему!) привела к тому, что даже некоторые люди из его ближайшего окружения оставили его и перешла в стан Му‘авийи. Малик Аштар, говоря о причинах того, что группа друзей ‘Али (мир ему!) покинула его и примкнула к Му‘авийи, говорил: «Ты призывал их к справедливости и обращался с ними так, как требует истина, и платил каждому его долю, но некоторые твои товарищи жалуются на то, что ты обращаешься с ними по справедливости, и не жалуют справедливость; с другой стороны, Му‘авийя так хорошо обращается с богатыми людьми, что все тн, кто устремлен к благам этого мира, устремляются к нему. Таких, кому не нужен этот бренный мир, ничтожно мало, большинство же людей избегают истины»427.

Му‘авийя не имел себе равных по части лицемерия и коварства. Он прекрасно понимал, что рано или поздно ему придется отвечать. Поэтому, под предлогом отмщения за смерть ‘Усмана он развязал войну у Сиффина Имам ‘Али (мир ему!), понимая всю хитрость политических действий Му‘авийии, в одной из своих проповедей раскрыл коварные замыслы Му‘авийи. Имам, в частности, сказал: «Истинная причина нашей войны с шамийцами – это их вражда к исламу и традиции посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!). Движение войска из Шама в нашу сторону – это продолжение движения политических партий против ислама и продолжение битвы у рва, состоявшейся при жизни Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!)»428.

Что касается хариджитской смуты, то причинами выступления этой группы мусульман против ‘Али (мир ему!) тоже были интеллектуальная слабость и плохое знание сунны Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!) и правды Корана. Неоправданные войны халифов, отсутствие у них программы пропаганды и разъяснения ислама, и, как следствие, неразвитость интеллектуальных и логических способностей мусульман стали причинами того, что религиозные воззрения некоторых групп мусульман начали перемешиваться язычеством и фанатизмом, а сами мусульмане, попав под влияние корыстолюбцев, оказались полуязычникамии-полумусульманами, формально принявшими ислам, но не усвоившими ни духа, ни драгоценного зерна истинной веры429, ограниченными людьми, которых, по словам имама ‘Али (мир ему!), «нужно заново обучать основам веры». Свидетельством этого массового невежества является раскаяние двух третей хариджитов (примерно восьми тысяч человек), последовавшим после этой речи имама и воззвания посланцев имама, прибывших в военный лагерь восставших. Имам считал, что наставление на истинный путь и просвещение людей относительно самых основ веры является его первостепенным религиозным долгом. Он отказывался вступать в сражение с ними до тех пор, пока их смута и недовольство не переросли в активные вооруженные действия. После того, как сражение было выиграно, имам ‘Али (мир ему!) предупредил, что хариджиты будут существовать и в будущие эпохи ислама430, однако просил воздержаться от дальнейших сражений с ними: «Внутренним зрением почувствовал я ту опасность, которую будут они представлять для мира ислама, и никто из мусульман, кроме меня, не имел достаточно смелости, чтобы раскрыть эту смуту»431.

Имам напомнил об опасности, исходящей от лицемеров, честолюбцев и всех тех, кто привязан к этому временному миру, и сказал: «После меня не убивайте хариджитов, ибо тот, кто стремится к истине, но получает заблуждение, подобен тому, кто стремится ко лжи и открывает к ней свои руки».

 

Нравственный облик Али ибн Аби Талиба (мир ему!) и характер его правления
У имама ‘Али (мир ему!) не было возможности всего за четыре года и девять месяцев своего правления полностью восстановить пришедшее в расстройство исламское общество в таком виде, в каком оно существовало при жизни Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!). Однако он очистил облик ислама от искажений, порочивших его перед свободными людьми мира, и наполнил надеждой опечаленные сердца жителей высококультурной Медины эпохи посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!).

В первые же дни своего правления имам так ответил своим последователям, выражавшим озабоченность по поводу тех, кто отказался ему присягать (Са‘да б. Аби Вукаса, ‘Абдаллаха б. ‘Умара и др.): «Отпустите тех, кто чувствует, что не нуждается во мне и моём руководстве. Пусть всякий, кто не хочет присягать, будет предоставлен самому себе, с одним условием, что не будет выступать против мусульман и сеять смуту». В другом месте имам ‘Али сказал: «Никого из тех, кто не хочет пребывать в пределах моего справедливого правления и хочет перебраться в Шам к Му‘авийи, не удерживайте!»

Повелитель правоверных (мир ему!) настолько уважал свободу, что даже в самые сложные и опасные моменты не забывал об этом священном принципе. Во всех сражениях ‘Али предоставлял своим противникам право свободного выбора; они должны были сами решать, перейти им на сторону истины или остаться во тьме неведения. Он проводил четкую границу между свободой личной и общественной. Так, после битвы при Сиффине и третейского суда, в результате которого хариджиты откололись от числа сторонников ‘Али, он не только не трогал их, но и продолжал выдавать им их долю из байт ал-мал, вплоть до тех пор, пока хариджиты не обагрили свои руки кровью народа. Он был уверен в том, что до тех пор, пока человек не причняет вреда обществу, он должен быть свободен. Перед «верблюжьей битвой» имам ‘Али несколько раз проводил устные переговоры и писал многочисленные письма ‘Аише, Талхе и Зубайру, дабы предотвратить столкновение между сторонами. Имам говорил: «Клянусь Аллахом! Я откладываю военные действия в надежде, что кто-либо из них раскается, перейдёт на нашу сторону и вернется на истинный путь… Для меня это лучше, чем убивать их за заблуждение, в то время как они погрязли в своих грехах»432.

Когда все переговоры, письма и отсрочки сражения не принесли результата, имам ‘Али послал одного из своих сторонников, молодого юношу, готового стать шахидом, в лагерь противника. Взяв в руки Коран, юноша направился в стан врага с призывом следовать книге Аллаха, но был убит. И даже после этого имам терпел и ждал, чтобы первым военные действия начал противник. И только после того, как враг вклинился в армию ‘Али (мир ему!), он смело и решительно приказал дать отпор, сказав своему сыну, который был знаменосцем в его армии: «Если даже горы сотрясутся, будь стоек, борись, стиснув зубы, и всецело положись на Аллаха! Ни отступай ни на шаг назад, чтобы не видеть никого, кроме своего врага, и знай, что победа от Аллаха!»433

После «верблюжьей битвы», когда Зубайр был убит, и его меч принесли имаму ‘Али (мир ему!), тот сильно опечалился и сказал, что Зубайр в свое время сослужил хорошую службу посланнику Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!)434. Он никогда не забывал о славном прошлом и полезных деяниях своих самых злейших врагов.

По указанию Абу Бакра и из опасения смуты второй халиф держал видных сподвижников Пророка под надзором в Медине. Имам ‘Али (мир ему!) никогда так не поступал. Когда Талха и Зубайр захотели покинуть Медину с целью присоединиться к врагам ‘Али (мир ему!) и начать против него войну, он сказал: «Я бы предпочел, чтобы вы остались здесь». Но когда они снова стали обращаться, на этот раз с просьбой отпустить их в Мекку для совершения малого хаджжа, имам сказал: «Я хоть и знаю, что вы не имеете намерения совершить малый хаджж, но не буду вас заставлять оставаться здесь». Помимо того, что имам ‘Али (мир ему!) призывал всех своих последователей уважать свободу обездоленных, он также призывал к тому, чтобы в самих обездоленных пробудилось стремление к свободе и независимости иуважение к своей личности. С точки зрения имама ‘Али (мир ему!), свобода означает не только нечто противоположное рабству и зависимости, но и освобождение от духовного рабства, которое более сильно, чем рабство материальное, ибо охватывает не только физическое тело, но и сознание, интеллект и подчиняет веру. По мнению ‘Али ибн Аби Талиба (мир ему!), если выполнение общественного долга не зиждется на чувстве ответственности, а то, в свою очередь, на полной свободе и независимости и мысли, и дела, то люди не будут иметь желания сотрудничать с таким руководством ради общего счастья и создания новой общества. И именно это доверие ответственным лицам и свобода сотрудничества с ними составляет надежную основу ждля счастья и процветания общества. Когда жители Анбара, встречая имама (мир ему!) пали пред ним на колени в соответствии с традицией, оставшейся им от Сасанидов, ‘Али воскликнул: «Как вы можете совершать такой грех и унижать своё достоинство и честь, падая ниц пред таким же, как и вы, рабом Аллаха? Так поступают только идолопоклонники!»

Ради того, чтобы подчеркнуть достоинство человеческой личности и определить линию раздела между свободой личности и общества и правами людей, имам приказал, чтобы всякий новый наместник, прибывая к месту службы, представал в мечети пред людьми и зачитывал им свой указ с разъяснений своих прав и обязанностей и прав и обязанностей народа. Это необходимо для того, чтобы наместник не преступал границ дозволенного, и чтобы люди знали о своих обязанностях. Если после этого представитель имама нарушал чьи-то права, люди имели право не повиноваться ему и пожаловаться на него имаму.

О связи прав людей с обязанности правителя он говорил: «Знайте же: ваши права по отношению ко мне таковы, что кроме особых случаев, таких, как война, у меня не может быть от вас никаких тайн, и за исключением суда по шариату, я должен буду всегда и во всем с вами советоваться и стараться во всем соблюдать ваши права. Что же касается моего права в отношении вас, то оно заключается в том, что я могу вести и направлять вас; когда я призываю вас, не медлите; в том, что целесообразно, будьте тверды. Если же кто не будет так поступать, то не будет для меня никого ниже его, и наказание его будет тяжело и не услышит он от меня слова помилования»435.

Справедливость в распределении народного достояния и богатства была одной из важнейших характерных черт правления имама ‘Али (мир ему!). Когда ему сообщили, что наместник Басры присвоил часть общемусульманского достояния и бежал в Мекку с тем, чтобы потратить эти деньги на личные нужды, имам написал ему следующее письмо: «Если ты не вернёшь того, что по праву тебе не принадлежит, то я исполню свой долг перед Господом и зарублю тебя вот этим мечом! А каждый, кого настигает этот меч, отправляется в ад! Клянусь Аллахом, если бы то преступление, которое совершил ты, совершили бы Хасан и Хусайн, то никакие их мольбы о помиловании не возымели бы на меня действия до тех пор, пока я не выполнил бы божественное предписание и не уничтожил бы допущенную ими несправедливость»436.

Имам написал своему наместнику: «Прежде чем думать о том, как собрать с людей налоги, подумайте о том, как благоустроить землю и обеспечить людей всем необходимым для земледелия, чтобы они имели возможность выращивать все необходимое. Не вздумайте приказать кого-либо высечь или бросить в темницу за неуплату заката! Не вздумайте использовать для работы или для верховой езды беременную верблюдицу, находящуюся в общественной собственности!»

Известная история того, как имам ‘Али (мир ему!) поступил со своим братом ‘Акилем ибн Аби Талибом и его дочерью Умм Кулсум, наглядно свидетельствует о том, насколько важной была для имама общественная справедливость. Он строго контролировал деятельность своих чиновников и наместников, старался, чтобы его представителями на местах были самые достойные и честные люди. При этом он тайно следил за своими наместниками, чтобы те не смогли совершить даже самую незначительную несправедливость. В свое время имам говорил ‘Усману (тогдашнему халифу): «Клянусь Аллахом, что если твои наместники творят бесчестие, грех их лежит и на тебе»437.

Имам ‘Али (мир ему!) представлял новому поколению мусульман подлинное лицо Пророка ислама (да благословит Аллах Его и Его род!) и его традицию. Он давал сборщикам налогов такое указание: «Когда вы входите к людям, приветствуйте их, выражайте им своё почтение и уважение. Затем говорите: наш предводитель направил нас, чтобы мы, если есть у вас с имущества и достатка то, что принадлежит Аллаху, взять это. Затем спросите у каждого из них, есть ли у них права, невыплаченные пред Аллахом? Если же он сказал, что нет у него ничего, то оставьте его и не допытывайтесь. Если же сказал, что да, есть, то не берите ничего без ведома самого хозяина, и только то, что он сам выберет вам. Женщин не пугайте и не угрожайте им»438.

Важнейшим принципом ислама, принесшим глубочайшие изменения на Аравийский полуостров, является ценность каждой человеческой личности. Дети Адама все равны, и один может быть выше другого только по степени богобоязненности и благочестия. Таким образом, чернокожий бедняк Билал, бедный перс Салман, Аммар б. Йасир, Микдад Асвад и скиталец Абу Зарр не только равны самым влиятельным, сильным и богатым арабам, но по благочестию превосходят их. В самой первой из своих проповедей, содержавшей изложение его важнейшей программы, имам ‘Али (мир ему!), обратив внимание на важность Корана и назвав Коран стержневой осью ислама и его основным законом, указал на то, что права мусульман по отношению друг к другу очень важны и сказал: «Будьте стойки в соблюдении прав своих ближних, и даже прав ваших животных, о соблюдении которых с вас спросится!»439

Обращаясь к своим современникам, имам ‘Али (мир ему!) просил их не делать ничего необдуманно, и не откликаться ни на чей призыв до тех пор, пока они не убедятся в ясности пути и чистоте побуждений того, кто их призывает. Он никогда никого не наказывал и не причислял к своим врагам за мысли и идеи. За всю эпоху правления повелителя правоверных (мир ему!) не было случая, чтобы он требовал от людей неосознанного принятия его слов и следования его указаниям. Он благосклонно относился к критике и в свой адрес, и в адрес его наместников и управленцев, даже если эта критикак была очень жесткой и нелицеприятной. Ценой собственного страдания, он не отказывался от возможности воспитывать и убеждать людей и всегда готов был выслушать любого. Однако, сражения с противниками, в том числе с хариджитами, показывают, что имам ‘Али (мир ему!) не принимал критику, за которой стояли стремление к власти, месть или заговор.

К сожалению, эти принципы управления, подкрепленные божественным предписанием, после посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) никем не разделялись. После убийства второго халифа, при том, что убийца не ушел от возмездия и получил жесточайшее наказание, сын халифа под тем же предлогом незаконным образом убил еще несколько челове, одним из которых был мусульманин – не-араб по имени Хармузан. Имам ‘Али (мир ему!) предупредил третьего халифа о последствиях этого кровопролития,и потребовал наказать виновного, но ‘Усман отказался это сделать. Когда ‘Али (мир ему!) стал халифом, он вспомнил о необходимости наказания сына ‘Умара, ‘Абдаллаха, и сказал: «Если я схвачу этого грешника, то казню его!». В конце концов, сын второго халифа, бежавший в Шам, был убит воинами ‘Али в битве при Сиффине.

Имам ‘Али (мир ему!) писал своему наместнику в Хиджазе: «Каждое утро и вечер выделяй по часу для того, чтобы заниматься делами простых людей, отвечай на их вопросы, заблудшим и невеждам объясняй их неправоту, поддерживай связь с учеными людьми. И пусть у тебя не будет иного посредника между тобой и людьми, кроме твоего языка, и пусть не будет никаких препятствий между тобой и людьми, кроме твоего лица»440.

Малику Аштару он писал: «Выбирай время для того, чтобы заниматься делами тех, кто к тебе обращается, и делай это сам. Для этого собирай общее собрание, и будь в собрании том скромным и не кичись своей должностью. Сделай так, чтобы солдаты и слуги находились далеко от людских глаз, потому что только тогда люди будут без страха говорить с тобой. Потому что я часто слышал от посланника Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) такие слова: «Нация никогда не достигнет святости и чистоты, если в ней не будут соблюдаться права слабых, без страха отнятые у сильных».

Никогда имам ‘Али (мир ему!) не ставил интересы своих близких родственников выше интересов других людей. И не позволял близким пользоваться его положением в личных целях. Даже когда имам ходил за покупками на базар, то всегда старался найти такого продавца, который не знал бы его в лицо.

Несмотря на изнурительную занятость государственными делами и все трудности своего правления, имам оставил после себя ценное научное наследие в области божественного знания и исламских наук. Он оставил более 11 тысяч высказываний по многим вопросам религиозного, философского и общественного характера. В проповедях имама в прекрасной форме изложены основы религии, духовные и мистические принципы. Хотя он считал важным повышение материального уровня и благосостояния людей, он никогда не ставил экономические принципы выше культурного развития общества и говорил: «Поистине люди более нуждаются в нравственности и правильном поведении, чем в золоте и серебре»441.

Для ‘Али (мир ему!) не было ничего важнее пропаганды религии Пророка ислама (да благословит Аллах Его и Его род!) и духовного воспитания уммы. Рассказывают, что ради этой цели он читал длинные, без остановки, проповеди, и посреди проповеди от избытка чувств зачастую плакал. Говорят, что проповеди, собранные в книге Нахдж ал-Балага представляют только незначительную часть высказываний святого ‘Али Абу-л-Хасана (мир ему!)442. Даже военные действия и смута того периода времени не помешали ‘Али (мир ему!) уделять внимание культуре и духовности людей.

Имам ‘Али (мир ему!) был первым мусульманином, который стал размышлять над божественной философией,443 кто первым стал рассуждать, свободно опираясь на логику. Многие вопросы философии до этого времени не были рассмотрены философами, однако ‘Али вывел многие принципы и положил основу для развития философской мысли в исламском мире. Он считал эту тему очень важной, и даже во время военных действий вел научные беседы и диспуты. Имам ‘Али (мир ему!) воспитал целую плеяду выдающихся философов, мистиков, литераторов и, конечно, теологов, специалистов по Корануа и хадисам. Среди мистиков можно назвать ‘Увайса Карани, Кумайла ибн Зийада, Майсама Таммара. Среди тех, кто известен в области ирфана (мистики) сыграли значительную роль и в фикхе, науке Калам, тафсире Корана и другим наукам.

Завещание имама ‘Али (мир ему!)
«Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного!

Это то, что завещает ‘Али, сын Аби Талиба. ‘Али свидетельствует о единстве Аллаха, и признает, что Мухаммад – раб и посланник Аллаха. Аллах послал Его для того, чтобы возвысить Свою религию над всеми остальными религиями. Поэому и моя молитва, и мое поклонение, и моя жизнь, и моя смерть – от Аллаха и для Аллаха. Нет у Него сотоварищей. Я признал эту истину и стал первым из мусульман. Сын мой Хасан, тебя и всех моих детей и членов моей семьи, и всякого, до кого дойдет написанное мной завещание, я наставляю и призываю к следующему. Помните о благочестии и будьте богобоязненными! Живите и умирайте только мусульманами! Держитесь ветви Аллаха, и отстраняйтесь от разногласий и разладов между собой. Я слышал от посланника Аллаха, как он сказал: «Упорядочивать и устанавливать мир между мусульманами имеет большое воздаяние и лучше одного года поклонения и поста. Разлад среди людей отдаляет людей от божественной милости и это вызывает упадок религии. И нет мощи и могущества, как только от Аллаха!

Не забывайте своих близких и проявляйте к ним милость и заботу. Тогда и Аллах даст вам лёгкий расчёт. Ради Аллаха, помните о сиротах, не дай Бог, чтобы они оставались без присмотра и внимания.

Ради Аллаха, помните о своих соседях. Посланник Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) дал о них своё наставление и всегда напоминал нам о них, так что мы думали, что он оставит им наследство.

Ради Аллаха, помните о Коране! Не дай Бог, чтобы кто-либо опередил вас в отношении Корана.

Ради Аллаха, помните о молитве, ибо молитва – это столп вашей веры.

Ради Аллаха, помните о доме вашего Создателя! Пока вы живы, не оставляйте его [Ка‘бу] пустым. Потому что если Ка‘ба опустеет от паломников, вам не будет дано отсрочки. Если вы не будете совершать паломничество к Ка‘бе, к вам не будет обращена милость.

Ради Аллаха, помните о посте в месяц рамазан! Ибо пост есть щит от огня геенны!

Ради Аллаха, помните о джихаде на пути Аллаха, жертвуйте ради него имуществом и жизнью!

Ради Аллаха, помните о милостыне (закате) из ваших богатств! Ибо милостыня гасит огонь божьего гнева.

Ради Аллаха, помните об умме вашего пророка! Следите, чтобы не было над ними гнёта и несправедливоста!

Ради Аллаха, помните о сподвижниках посланника Аллаха! Ибо посланник Аллаха (да благословит Аллах Его и Его род!) заботился о них!

Ради Аллаха, помните о нищих и нуждающихся, сделайте их сотоварищами в вашей радости.

Ради Аллаха, помните о тех, кто в вашем подчинении и покровительстве! Ибо последним наставлением Пророка (да благословит Аллах Его и Его род!) было следующее: «Я прошу вас позаботить о двух слабых среди вас».

Ради Аллаха, не бойтесь, что кто-либо будет порицать вашу молитву. Ибо Сам Аллах в таком случае будет вашим заступником и защитником. И отстранит от вас зло злых людей. Будьте с людьми добрыми и открытыми, так как приказал вам ваш Господь! Не оставляйте побуждение к добру и отстранение от недобрых дел, ибо тогда (если вы оставите это дело) вы потеряете силу, и ваши мольбы не будут приняты! Дарите подарки и делайте друг другу добро. Сторонитесь раскола и нравственного распутства и помогайте друг другу в добре и благочестии. Не помогайте друг другу в грехе и злодеянии и бойтесь Аллаха! Ибо Его наказание сильно! Пусть Аллах сохранит вас в семействе посланника Аллаха и самого посланника Аллаха пусть сохранит среди вас. Я же с этими словами прощаюсь с вами и и призываю к вам славу и милость Аллаха». После этого, кроме слов «Нет Бога кроме Аллаха», никто не слышал от ‘Али (мир ему!) никаких других слов444.

 




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница