Общевойсковая академия



страница39/43
Дата09.05.2018
Размер8.79 Mb.
ТипУчебник
1   ...   35   36   37   38   39   40   41   42   43

Основными задачами защиты войск в бою являются: исключение внезапности массированных ядерных, огневых и других ударов противника и воздействия опасных факторов; снижения эффективности ударов и опасных факторов; выявление последствий воздействия на войска оружия противника и опасных факторов; ликвидация последствий ударов противника и воздействия опасных факторов.

В целостном виде иерархическая структура системы защиты войск представлена на рис.9.81. Она включает следующие элементы: войсковые уровни – от оперативного объединения (армия, корпус) до отдельного военнослужащего; защищаемые объекты – элементы оперативного построения и боевого порядка войск, личный состав и боевую технику; характер воздействия противника (массированные, групповые и одиночные удары), поражающие факторы; содержание защиты – способы и средства коллективной и индивидуальной защиты.

Как видно из рассмотренного, новый подход к определению целей, роли и места защиты войск повышает требования к ее содержанию. Защита есть форма действий войск, составная часть боя, операции. Ее содержание представляет совокупность всестороннего обеспечения действий (способов защиты), направленных на ослабление воздействия ударов противника, на сохранение боеспособности войск и создание условий для выполнения ими боевой задачи.
9.5. Радиоэлектронная борьба

РЭБ как вид боевого обеспечения, зародилась в начале XX-го века с внедрением в армию и на флот радиосвязи. При ведении боевых действий стала применяться радиоразведка и практически одновременно с этим создаваться радиопомехи. Первый случай ведения радиоразведки, и создания радиопомех отмечен в 1904 г. в русско-японской войне. В ходе Цусимского сражения командиры броненосца "Победа", крейсера "Изумруд" и миноносца "Громкий" отдали распоряжение создать помехи радиосвязи японским кораблям, которые вели обстрел внутреннего рейда города Порт-Артур. В результате этого корректировка огня этими кораблями была затруднена.

Возрастание роли РЭБ в войсках происходило пропорционально росту оснащения вооруженных сил радиоэлектроникой, глубине проникновения ее в военное дело. За столетие прошедшее после русско-японской войны до настоящего времени радиоэлектронная аппаратура стала важнейшей составной частью многих видов оружия, боевой техники, автоматизированных средств разведки и управления. Это означает, что передачу приказов и распоряжений, добывание данных о противнике, обнаружение, распознавание, определение координат целей и наведение на них оружия, навигационное обеспечение - все это можно нарушить посредством воздействия на радиосвязь, радиолокацию, радиотелеуправление, радионавигацию, радиотелеметрию, телевидение, оптико-электронную, гидроаккустическую технику, а значит, добиться дезорганизации управления войсками и оружием противника, лишить его возможности использовать имеющийся боевой потенциал соединений и частей.

В ходе двух мировых и современных локальных войн и вооруженных конфликтов РЭБ из пассивного средства воздействия на противника превратилась в активное наступательное оружие, равнозначное по своей боевой эффективности огневому воздействию. В современных условиях классическая триада - огонь, удар, маневр - уже не в полной мере выражает существо боя. К ним следует добавить еще и радиоэлектронные действия - "электронный удар", проведение "радиоэлектронных операций". К настоящему времени сложилась довольно стройная, достаточно апробированная боевой практикой система радиоэлектронной борьбы. В суммированном виде она представляет собой комплекс мероприятий и действий войск по применению специальной радиоэлектронной техники, тактических и технических приемов для выявления и подавления радиоэлектронных средств и систем управления войсками и оружием противника и для радиоэлектронной защиты аналогичных средств и систем своих войск от подавления противником, а также мероприятий по противодействию его техническим средствам разведки.

Эффективность РЭБ отчетливо проявилась в ходе второй мировой войны. Начиная с лета 1943 г. английская и американская бомбардировочная авиация успешно создавала пассивные и активные помехи радиолокационным средствам орудийной наводки системы ПВО Германии. Одновременно в боевых действиях проводилась радиодезинформация. По радиолокационным постам и узлам связи наносила удары авиация и вела огонь артиллерия. Применение радиопомех привело к снижению эффективности огня немецкой зенитной артиллерии. Так, например, для поражения бомбардировщика огнем зенитной артиллерии в условиях радиопомех в среднем расходовалось около 3000 снарядов, а при отсутствии помех - только 600-8001.

Успешно организовывало и осуществляло радиоэлектронную борьбу советское командование в Великой Отечественной войне. Вот один из примеров. В ходе Белорусской наступательной операции 131-й радиодивизион при подавлении радиосвязи окруженной группировки немецких войск в районе Витебска и юго-восточнее Минска сорвал передачу 522 срочных и 1665 простых радиограмм противника.

В послевоенные годы во многих зарубежных государствах непрерывно расширялись научные исследования по создании новой техники РЭБ. Начиная с 1969 г. в США на разработку и производство средств РЭБ ежегодно расходуется по 400 млн. долларов в год1. Но особенно интенсивно американское военное руководство развернуло работу в этой области в последние десятилетия. Так, в 1980 г. министерством обороны США был создан объединенный центр радиоэлектронной борьбы. На него возложены задачи по обеспечению министерств видов вооруженных сил и корпуса морской пехоты информацией по радиоэлектронной борьбе, оценке возможностей американских РЭС по их помехозащищенности и уязвимости. Центр изучает и обобщает результаты оперативных и тактических учений по вопросам РЭБ.

Радиоэлектронная борьба ныне стала одним из важных компонентов информационной борьбы. Преимущество РЭБ состоит в том, что она охватывает всю сферу военной деятельности, отличается большим разнообразием применяемых форм, способов и средств, длительностью последствий.

Характерно, что радиоэлектронную борьбу американцы считают не видом боевого обеспечения, а одним из способов ведения боевых действий. Об этом отмечалось в директиве начальника штаба Армии США, изданном в 1977 г.: "…с целью нейтрализации боевых возможностей противника, возросших благодаря внедрению радиоэлектроники, командиры всех степеней должны выявить в ней уязвимые звенья для нанесения огневых ударов и радиоэлектронного подавления, которое следует рассматривать как фактор повышения боевой мощи войск. Правильное ведение РЭБ может обеспечить существенный вклад в достижение победы над противником"2.

Новую технику и свои концепции по ведению РЭБ американское командование неоднократно проверяло на практике в ходе ведения локальных войн. Только во Вьетнаме в боевых действиях было применено более 200 образцов наземных и бортовых систем радиопомех. На основе анализа боевого опыта пересматриваются принципы организации и ведения РЭБ, подготавливаются рекомендации по более эффективному решению программ НИОКР в области развития средств РЭБ. Приоритет в последнее время в системе РЭБ отдается самонаводящимся средствам уничтожения радиоэлектронных объектов и ложным целям - ловушкам в виде специальных ракет и снарядов, оборудованных пассивными, полуактивными и активными головками самонаведения. К ним относятся противорадиолокационные ракеты типа "Шрайк", "Стандарт АРМ", "Харм", "Корморан", "Мартель", а также ложные цели, имитирующие самолеты. Для поражения наземных целей планируется применять вертолетные противотанковые управляемые ракеты с головкой самонаведения.

Анализ опыта локальных войн и вооруженных конфликтов позволяет сделать некоторые выводы по тактике радиоэлектронной борьбы. Основным принципом применения средств РЭБ особенно с началом войны является внезапность и сосредоточение ее усилий на дезорганизации системы управления войсками и оружием противника. Так, большинство вооруженных конфликтов начиналось массированным комплексным применением средств РЭБ, согласованным по месту и времени с действиями ударной авиации с тем, чтобы максимально затруднить противнику обнаружение, сопровождение воздушных целей и их уничтожение. При этом осуществлялась маскировка действий авиации путем массового применения ложных целей и дезинформацией РЭС противника.

Например, во время военных действий в Ливане (1982 г.) израильтяне за 10 часов до первого массированного авиационного удара провели интенсивные демонстративные разведывательные полеты больших групп самолетов (до 60 единиц) в непосредственной близости от позиционных районов средств ПВО противника, с тем, чтобы уточнить состав его группировки ПВО, отработать способы скрытного подхода к стартовым позициям и варианты комплексного применения средств РЭП. В последующем, за 4 часа до нанесения удара авиацией была осуществлена повторная активная радиолокационная, радиотехническая и телевизионная разведка с использованием самолетов ДРЛО, тактической авиации к беспилотных средств.

За час до нанесения удара авиацией была осуществлена постановка пассивных помех на фронте до 200 км. Помехи были эффективны в течение 1-1,5 часов. За 12 минут до удара в радиосети управления авиацией и ПВО противника постановка радиопомех усилилась. Но особенно массированная постановка активных помех РЛС ПВО началась за 5-7 минут до начала боевых действий. В первом массированном налете на Бейрут участвовало до 100 самолетов. Вначале был нанесен мощный удар по пунктам управления и РЛС зенитных ракетных комплексов и радиотехнических войск Сирийской армии, что позволило нарушить ее систему управления ПВО во всех звеньях.

Израильская авиация применяла средства РЭБ следующим образом. В начале налета она создавала помехи РЛС обнаружения, целеуказания и наведения истребительной авиации сирийцев, затем с предельно малых высот наносились удары противорадиолокационными ракетами и авиабомбами по РЛС, позициям ЗРК и аэродромам истребительной авиации и только после этого переходила на поддержку действий сухопутных войск. По ЗРК наносились удары с одновременным созданием радиопомех и действиями отвлекающих групп пилотируемых и беспилотных самолетов. Во время нанесения ударов одновременно с радиоэлектронными помехами применялись тепловые ложные цели - ловушки с самолетов и вертолетов. Авиация, действуя в эшелонированных и рассредоточенных боевых порядках, наносила удары по РЛС в целях затруднения радиолокационного обнаружения ударных групп самолетов на дальних подступах к объектам. Для достижения внезапности нанесения удара и снижения эффективности огня зенитных средств полеты совершались на малых и предельно малых высотах (20-25 м).

Примерно по аналогичной схеме проводилась РЭБ в операции "Буря в пустыне". Перед началом активных военных действий командование МНС с помощью космической и других видов разведки в течение длительного времени тщательно изучало систему управления группировки иракской армии в оперативных и тактических звеньях управления, позиционные районы и стартовые позиции ЗРВ, устанавливались частотные параметры РЛС разведки, обнаружения и сопровождения, средств связи и управления. Это позволило уже в первом массированном авиационном ударе подвергнуть воздействию до 70% пунктов управления и радиоэлектронных объектов иракцев, из которых 1/3 были уничтожены.

РЭБ носила активно наступательный характер. Она осуществлялась применением разнотипных средств радиоэлектронного подавления различными способами: постановкой активных и пассивных помех, поражением радиоэлектронных объектов, радиодезинформацией, радиообманом, психологическим воздействием на операторов РЛС противника. С началом наступления в течение 6 часов создавались массированные помехи РЭС тактического звена противника. Во время радиомолчания создавались заградительные радиопомехи с соблюдением мер радиомаскировки и электронномагнитной совместимости. Создание активных помех продолжалось в ходе всего наступления.

В оперативном звене задачи РЭБ решались тактической и армейской авиацией на глубину 30-200 км. Перед системой ПЛСС ставилась цель распознать, определить местоположение наземных РЛС и наводить на них самолеты и высокоточное оружие. Внедрение этих систем обеспечивало реализацию концепции "выстрел - поражение". Точность наведения оружия составляла порядка 30-50 м, а время перехвата излучений РЭС до определения их местоположения - несколько секунд. Всего для выработки команд на наведение оружия затрачивалось 1-2 минуты.

В тактическом звене решение задач РЭБ на глубину 30-40 км возлагалось на наземные комплекты частей разведки и РЭБ сухопутных войск. Они вели разведку техническая средствами, нарушали систему управления войсками и оружием, осуществляли радиодезинформацию. С началом наступления радиоэлектронное подавление направлялось на введение в заблуждение радиоэлектронную разведку противника и на нарушение радиосвязи в звене дивизия - бригада и управления огнем. При сближении с противником ставилась задача обнаружить и определить местоположение радиостанций, работающих в основных сетях управления и командные пункты противника.

В ходе операции "Буря в пустыне" применялись эффективных способы радиоэлектронного подавления, основным из которых являлся сосредоточенно - массированный. Характерным для него являлось одновременный ввод в действие основной массы сил и средств МНС на всем фронте боевых действий и на всю глубину расположения противника. В результате его проведения достигалось одновременное подавление на определенный период всех важнейших систем и средств радиосвязи, радиолокации и радионавигации противника. Наряду с сосредоточенно - массированным применялся также избирательный способ. Он осуществлялся в тех случаях, когда не удавалось полностью вскрыть характер действий противника, а количество сил и средств РЭБ было ограниченным. Но чаще всего в ходе боевых действий применялся комбинированный способ, обеспечивавший массированное применение главных сил и средств РЭБ на важнейшем направлении и избирательное (выборочное) использование средств разведки и помех на второстепенных участках.

Характерно, что для обеспечения боевых действий ВВС США для срыва (дезорганизации) управления войсками ПВО иракской армии и снижения эффективности огневого воздействия зенитного оружия, кроме сил и средств наземных частей РЭБ, широко применялись бортовые комплексы индивидуальной защиты самолетов и вертолетов, средства разведки и помех, устанавливаемые на специальных самолетах, а также комплексы их групповой защиты. Аппаратура РЭП каждого из средств воздушного нападения функционально объединялась в бортовой комплекс, состоящий из аппаратуры радиоэлектронной разведки и средств постановки активных и пассивных помех.

Обращает на себя внимание большое разнообразие средств и способов постановки активных помех. По месту установки источники активных помех были: самолетные, вертолетные, монтируемые на ДПЛА. Особое место занимали забрасываемые источники помех - одноразовые микроминиатюрные УКВ передатчики с мощностью от 5 до 75 Вт, действовавшие ограниченное время. По эффекту воздействия на РЛС активные помехи подразделялись: на маскирующие, имитирующие и комбинированные, а в зависимости от точности воздействия на основные параметры их сигналов - на заградительные, прицельные и скользящие.

Пассивные помехи использовалась как в радио-, так и в оптическом диапазоне. В радиодиапазоне они применялись для нарушения нормальной работы средств активной радиолокации. По эффекту воздействия они подразделялись на маскирующие и имитирующие. Маскирующие пассивные помехи создавалась с помощью дипольных отражателей, которые выбрасывались с самолетов и дистанционно пилотируемых аппаратов. Пассивные имитирующие помехи радиодиапазона создавались радиосигналами, отраженными от ложных целей (радиоловушками). Из пассивных помех оптического диапазона наибольшее распространение получили помехи ИК-диапазона и ложные тепловые цели (ИК-ловушки).

По данным зарубежной печати, в последнее время разрабатывается широкомасштабная программа перспектив развития радиоэлектронной борьбы, (рис. 9.11), где значительное внимание уделяется разработке таких эффективных средств, как комплексные автоматизированные системы, включающие средства радиоэлектронной разведки и помех, адаптивные системы, самоприпосабливающихся к изменениям параметров подавляемого радиоэлектронного средства противника, освоение передатчиков помех одноразового применения; использование беспилотных самолетов в качестве носителей средств РЭБ; развитие противорадиолокационных управляемых ракет; изыскание путей и методов эффективного противодействия инфракрасным, оптическим и лазерным системам управления оружием. Весьма перспективными считаются беспилотные самолеты РЭБ. По сравнению с боевыми самолетами они примерно в 10 раз дешевле и для управления ими требуется более простая аппаратура. Один такой самолет может нести около 150 кг противорадиолокационных отражателей и по одному передатчику активных или дезинформирующих помех. Для увеличения масштабов ведения РЭБ планируется также использование космических аппаратов.

Таким образом, на основании анализа опыта локальных войн и вооруженных конфликтов можно сделать вывод, что роль РЭБ в общей системе боевых действий неуклонно возрастает. Отмечается стремление применять нетрадиционные, а значит, неожиданные для противоборствующей стороны приемы использования сил и средств РЭБ, изыскивать все новые формы и способы ее ведения. Перед военной теорией ставится задача изыскивать новые оперативные и технические пути надежного завоевания господства в эфире, разрабатывать тактику ведения электронных боев и операций в сочетании с применением других родов войск и видов вооруженных сил; научиться искусству боевого применения сил и средств РЭБ, повышать их готовность и возможности. Вывод следует сделать однозначный - без дезорганизации управления войсками и оружием противника, защиты своих средств управления невозможно решение задач в современном бою.


9.6 Тактическая маскировка

Среди видов боевого обеспечения важное место занимает маскировка. Она представляет собой комплекс мероприятий по введению противника в заблуждение относительно наличия, расположения подразделений, их боевого состава и действий, мест нахождения, назначения и состояния объектов. Маскировка способствует достижению внезапности, сохранению боеспособности подразделений, повышению их защищенности и живучести. Она достигается путем скрытия, демонстративных действий, имитации и дезинформации.

Боевой опыт показывает, что осуществление маскировочных мероприятий требует немалого искусства от командиров, штабов и войск. В первые месяцы Великой Отечественной войны в этой области было много существенных недостатков. В директиве начальника Генерального штаба от 5 сентября 1941 г. отмечалось, что в частях и соединениях не соблюдаются элементарные правила маскировки: окопы и другие сооружения маскируются несвоевременно и в основном лишь от наземного наблюдения противника, материальная часть окрашивается краской, резко отличающейся от фона местности, табельное маскировочное имущество используется неумело, а подчас и не по назначению1. Причиной этого, как отмечалось в указанной директиве и других документах, являлась слабая обученность войск. Командиры и штабы зачастую рассматривали маскировку как второстепенное дело, не уделяли должного внимания ее планированию и проведению. В решениях на оборону обычно отсутствовал маскировочный замысел, не предусматривалось оборудование ложных объектов и сооружений1.

В ходе последующих боевых действий эти недостатки были устранены. Организуя бой, командир определял порядок осуществления маскировки с учетом замысла предстоящих действий, возможностей разведки противника. В указаниях по выполнению маскировочных мероприятий обычно отражались такие вопросы: каким способом следует достигать скрытности действий подразделений, как укрывать личный состав, боевую технику и транспорт, как использовать естественные маски, условия ограниченной видимости, применять табельные средства и местные материалы, как поддерживать маскировочную дисциплину, в какой последовательности и в какие сроки следует выполнять маскировочные мероприятия.

Особое внимание уделялось созданию ложных объектов и проведению демонстративных действий. Так, в июле 1942 г. южнее Юхнова в 6-7 км от переднего края оборудовались ложные районы обороны танковых подразделений и частей. В семи районах было установлено 160 макетов техники (в том числе 120 макетов танков и танковых башен), построено 8 пулеметных дзотов, 33 окопа на стрелковое отделение, 2,5 км проволочной сети в три кола, проложено 30 км следов танков. Эти ложные районы 12 раз подвергались артиллерийскому обстрелу2.

Маскировочные мероприятия весьма трудоемки. Проще отрыть окоп, чем скрыть его расположение. Боевая практика показала, что нельзя осуществлять маскировку кое-как. Должные результаты достигаются лишь тогда, когда она проводится целеустремленно, отличается активностью, разнообразием, непрерывностью, убедительностью и правдоподобием, применяется комплексно с учетом возможностей как наземной, так и воздушной разведки противника. Вот один из примеров проведения широкомасштабных маскировочных мероприятий. При подготовке Ржевско-Сычевской операции (июль-август 1942 г.) на левом крыле Западного фронта имитировалось создание сильной ударной группировки войск с тем, чтобы скрыть подготовку наступления на правом крыле - на Ржевском направлении. Для показа ложного сосредоточения войск команды маскировщиков имитировали движение танковых и мотострелковых колонн в районы ложного сосредоточения и нахождения там войск.

В течение ночи они расставляли на указанных маршрутах макеты танков и автомобилей. Такая импровизированная колонна двигалась до тех пор, пока ее не обнаружила вражеская авиация. После этого материальная часть перебрасывалась на новые маршруты и участки. Чтобы привлечь внимание воздушной разведки противника к ложным районам, маскировщики имитировали их жизнедеятельность: с помощью приданных танков и автомобилей буксировали макеты боевых машин, оставляя на грунте следы гусениц и колес, разводили ночью костры. При налетах авиации, сопровождавшихся бомбежкой, дежурные команды бутылками с горючей смесью имитировали взрывы и пожары в местах расположения макетов военной техники, открывали ружейно-пулеметный огонь по снижающимся самолетам. Результаты не замедлила оказаться. Противник 17 раз бомбил ложные районы, сбросив 134 бомбы, многократно обстреливал их пулеметным огнем, пытаясь рассеять и подавить сосредоточивающиеся войска. И что особенно - важно, он перебросил на это направление дополнительно две дивизии1. Успех этих маскировочных мероприятий обусловливался тем, что они проводились со всей тщательностью, ложные сооружения создавались одновременно с основными.

Особенно высокое искусство советское командование проявило в осуществлении маскировки при подготовке и ведении оборонительного сражения под Курском. В своих указаниях командующие войсками Центрального и Воронежского фронтов отмечали, что при создании обороны надо свести к минимуму демаскирущие признаки. При инженерном оборудовании опорных пунктов подразделений и огневых позиций артиллерии следует обеспечить скрытное расположение боевой техники на позициях, не дать противнику возможности раскрыть систему траншей, заграждений, путей маневра, подвоза, эвакуации и т.п.

Успешному решений задач маскировки способствовало то, что ею занимались все инстанции и все рода войск. Велась она непрерывно с момента перехода соединений к обороне. Введение противника в заблуждение достигалось использованием скрывающих свойств местности, ночи и других условий ограниченной видимости при выполнении инженерных работ. Позиции для стрелков, танков, орудий и других огневых средств выбирались по возможности на опушке леса, в роще, кустарнике, на окраине населенных пунктов и в других местах, облегчавших скрытие техники и сооружений.

Особенно сложную задачу представляло скрытие позиций танков. Для этого применялось окрашивание техники, маскировались не только основные, но и запасные окопы для танков. При расположении на открытой месте позиции танковых подразделений маскировались под запасные позиции для стрелков. В этом случае окопы для танков маскировались табельными и подручными средствами. Одновременно с этим устраивались окопы для стрелков, а также участки траншей и другие сооружения, характерные для стрелковых подразделений. В целях скрытия производства работ по оборудованию позиций, расположенных вблизи от противника, устанавливались вертикальные маски. Такой прием был применен, например, под Севском. Стрелковый батальон старшего лейтенанта Н.Кожухова имел передний край обороны в 200-300 м от противника. Ночью по указанию командира батальона были установлены вертикальные маски перед фронтом ротных опорных пунктов. В результате этого личный состав получил возможность скрытно выполнять работы по оборудованию своих позиций не только ночью, но и днем.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   35   36   37   38   39   40   41   42   43


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница