Общевойсковая академия



страница40/43
Дата09.05.2018
Размер8.79 Mb.
ТипУчебник
1   ...   35   36   37   38   39   40   41   42   43

Позиции стрелков на открытой местности маскировались иной раз под незанятые войсками позиции. В этом случае брустверы окопов для стрелков и брустверы траншей не маскировались, а примыкавшие к ним ячейки, пулеметные площадки и другие сооружения маскировались под бруствер. Вынесенные ячейки скрывались под окружающий фон. Примкнутые к траншее щели перекрывались матами из соломы, хвороста, камыша и присыпались слоем грунта. При скрытии сооружений и техники широко применялась срезанная растительность. Окопы для танков, артиллерии, расположенные на пятнистой местности, маскировались под пятна обнаженного грунта. Маскировка минных полей и проволочных заграждений состояла в применении их к местности, использовании малозаметных проволочных препятствий, создании ложных минных полей.

О действенности маскировочных мероприятий в битве под Курском можно судить по тому, как оценивал их противник. Так, в своих воспоминаниях генерал Ф.Меллентин отмечал, что мы должны "…еще раз подчеркнуть искуснейшую маскировку русских. Ни одного минного поля, ни одного противотанкового района не удавалось обнаружить до тех пор, пока не подрывался на мине первый танк или не открывало огонь первое русское противотанковое орудие"1.

Большой и поучительней опыт был получен советскими войсками в годы войны по осуществлению маскировки в наступательном бою. Она осуществлялась с целью затруднить или исключить выявление противником истинного расположения подразделений, их действий и намерений, времени и места нанесения главного удара, а также способов проведения артиллерийской подготовки, построения боевого порядка войск, расположения резервов и т.п. Подготовка исходного района для наступления обычно осуществлялась под видом усиления обороны, преимущественно ночью силами оборонявшихся здесь подразделений. Работы по инженерному оборудованию районов проводились на широком фронте, в том числе проводились в стороне от участка прорыва. Для скрытия огневых позиций артиллерии применялись приемы "молчания" - до поры до времени батареи, полностью готовые к стрельбе, не производили ни одного выстрела. Пристрелка велась орудиями, позиции которых находились в стороне от основных позиций батарей.

В целях обмана противника относительно подготовки наступления войска интенсивно выполняли работы, характерные для усиления обороны: на виду у противника "минировали" местность, устанавливали ложные минные поля, совершенствовали оборудование позиций. Для скрытия подвоза боеприпасов и материальных средств в интересах наступления использовались условия ограниченной видимости, маскирующие свойства местности. Подвоз осуществлялся по дорогам, проходившим в лесах или по полю, где были дороги, имевшие обсадку деревьев. Для скрытного выдвижения танков к переднему краю применялась звуковая маскировка. Для этого использовался грохот артиллерийского огня, шум летавших на малой высоте самолетов, а также передачи звуковещательных станций. Проходы в своих заграждениях проделывались ночью, в туман или в других условиях плохой видимости. Знаки, обозначавшие проход, скрывалась со стороны противника местными маскирующими материалами.

В современных условиях осуществление маскировочных мероприятий значительно затрудняется. Если во время второй мировой войны надлежало скрыть войска от 5-6 видов разведки, то теперь от 18-20, в том числе весьма эффективной, "вездесущей" - космической. Сущность современной тактической маскировки отражена на рис. 9.12.

Задача при осуществлении маскировочных мероприятий ставится таким образом, чтобы наряду со скрытием подразделений и объектов (целей) обмануть, ввести в заблуждение противника активными способами, вынудить его наносить удары по пустому месту, сосредоточивать свои усилия там, где это выгодно для нас. Это обусловливает необходимость осуществления мероприятий по противодействию разведке противника, вести непрерывную борьбу с ней в течение всего боя.

Важно иметь в виду, что современные средства разведки, особенно космические, не только с высокой точностью фиксируют наличие того или иного объекта, но и определяют признаки его работы. Особенно распространенным демаскирующим признаком является наличие большого количества в частях и подразделениях радиоизлучающих объектов, а также крупногабаритной боевой техники. Отсюда важно в целях их скрытия применять радиорассеивающие, радиопоглощающие, теплоотражающие покрытия, маски-экраны, маски-помехи. Опыт учений показывает, что маски из радиорассеивающих покрытий уменьшают вероятность обнаружения объектов средствами радиолокационной разведки на открытой местности примерно в 2 раза. Теплоотражающие покрытия (экраны) уменьшают вероятность обнаружения танков средствами теплоразведки в 3 раза. При размещении боевой техники в окопах вероятность ее обнаружения уменьшается в 2-3 раза. Для защиты от ВТО рекомендуется применять имитаторы-ловушки, которые уводили бы самонаводящиеся боеприпасы на себя. Для этого они должны обладать более ярким контрастом, чем защищаемый объект.

Немалый маскировочный эффект дает применение дымовых средств. По опыту Великой Отечественной войны создание дымовых завес для ослепления противника в 10-12 раз снижало эффективность его огня, в 15-20 раз уменьшалась эффективность бомбометания. Атакующие подразделения, прикрываемые дымами, несли в 8-10 раз меньше потерь, чем без дымопуска. Но использование дымовых средств в целях маскировки требует тщательной организации. Дымовая завеса должна не менее чем в 1,5-2 раза превышать размер прикрываемого объекта. Количество дымовых завес должно быть в 2-3 раза больше, чем количество объектов типа рота - батарея. На один объект требуется выделять две-три дымовых машины или комплект дымовых шашек типа УДШ (БДШ) из расчета сжигания их в каждой очереди по 20-30 штук.

Важную роль в системе маскировочных мероприятий занимают демонстративные действия. Основными приемами их проведения являются: преднамеренное обозначение активной жизнедеятельности определенных подразделений; организация их передвижения на ложных направлениях; подготовка и ведение боевых действий специально выделенными силами и средствами на ложных направлениях; инженерное оборудование в определенных по плану командира районах и ложных направлениях; работа на объектах с преднамеренным нарушением мероприятий по маскировке и другие. При проведении демонстративных действий, осуществляющий их личный состав не должен знать истинные цели проводимых мероприятий. Демонстративные действия являются одним из самых активных способов тактической маскировки, но при этом требуется большой отрыв сил и средств от выполнения основных задач.

Наряду с демонстрационными действиями большой эффект может дать имитация, заключающаяся в воспроизведении правдоподобных признаков, присущих реальной действительности путем оборудования ложных объектов. Цель имитации – отвлечь разведку противника, его огневые удары от подразделений и других объектов путем преднамеренного показа демаскирующих признаков жизнедеятельности ложных объектов и районов сосредоточения войск, с тем, чтобы сформировать у противника ложное представление о сложившейся обстановке.

Для введения противника в заблуждение относительно направления нанесения ложных ударов может осуществляться имитация исходных районов, маршрутов выдвижения и рубежей развертывания вторых эшелонов (резервов). Имитацию скопления боевой техники целесообразно производить радиолокационными отражателями, а движущихся колонн - имитаторами движущихся целей. Тепловые демаскирующие признаки следует воспроизводить ложными тепловыми целями.

Подсчитано, что в результате искусной имитации можно существенно снизить потери в личном составе и боевой технике от огня противника (табл. 9.1).

Таблица 9.1.

Зависимость потерь в личном составе и боевой технике от числа

имитируемых объектов (в относительных величинах)


Наименование

Количество ложных объектов от общего их числа (%)

0

10

20

30

Личный состав

1

0,87

0,79

0,77

Танки

1

0,84

0,76

0,77

БМП, БТР

1

0,84

0,76

0,75

Артиллерия

1

0,77

0,68

0,66

ПТСр

1

0,81

0,72

0,70

Но имитация - технически сложное мероприятие, требующее привлечения значительных сил и средств. Опасность заключается в том, что неумелой имитацией можно нанести вред, раскрыть свои истинные цели, привлечь внимание противника.

Для придания правдоподобной деятельности войск нужно показать не менее 60-70% количества реальных средств скрываемой группировки. Причем из этого количества 15-20% должны быть реальными объектами. Особенно сложно имитировать выдвижение войск из ложных районов. По опыту локальных войн для имитации выдвижения танковой части на расстояние 50 км по двум маршрутам требовалось установить до 200 тепловых и радиолокационных имитаторов, до 100 различных уголковых отражателей, до 30 маскировочных комплектов и макетов техники, а также привлечь 15-20% реальной техники, планируемой для выдвижения.

Особенно тщательно должна маскироваться пункты управления. Это достигается устранением или ослаблением разведывательных признаков путем умелого использования для их размещения складок местности, лесных массивов, применения табельных и подручных маскировочных средств, ввода определенных ограничений на режим работы радиостанций. Маршруты перемещения пунктов управления выбираются с учетом радиолокационных зон невидимости. На открытых участках дорог устанавливаются вертикальные радиорассеивающие и радиопоглощающие маски. Преодолевать такие участки рекомендуется с максимально допустимыми скоростями движения и увеличенными расстояниями между машинами в колоннах. Большую роль в снижении эффективности воздействия противника по пунктам управления играют их тщательное инженерное оборудование, применение тепловых экранов из теплоотражающих покрытий, дымовых средств, создание помех средствам радиолокационной разведки противника.

К числу маскировочных мероприятий относится и дезинформация противника. В отличие от имитации ее осуществление требует меньших материальных затрат. Дезинформация заключается в распространении несоответствующих действительности сведений о составе, состоянии, положении, боеспособности и боеготовности войск, их группировке, характере и способе действий, планах и намерениях командования, предназначении и состоянии объектов, военной техники и вооружения. Дезинформация может осуществляться следующими приемами: передачей ложной информации по действующим или специально созданным каналам связи в расчете на перехват этой информации противником; передачей каким-либо специальным способом ложных секретных документов; распространением среди подразделений, а также местных жителей ложной информации через средства массовой информации, посредством слухов; преднамеренной утечкой ложной информации; переброской к противнику агентов, обратной засылкой пленных с ложной информацией и другие.

В суммированном виде комплекс маскировочных мероприятий может реализовываться в плане обмана противника, который может разрабатываться как в оборонительном, так и в наступательном бою (рис. 9.13; 9.14). Так, в обороне предоставляется возможным широко показать ложные объекты в виде опорных пунктов, огневых позиций, пунктов управления, тыловых объектов и т.п., устройства масок, установки уголковых отражателей, с тем, чтобы скрыть систему обороны от противника, районы сосредоточения основных усилий, систему огня и заграждений.

В наступательном бою для обмана противника предусматривается комплекс мероприятий для имитации ложных районов сосредоточения подразделений, имитации их выдвижения на –рубеж перехода в атаку на ложном направлении, обозначения района демонстрации ввода в бой резервов и т.п.

Таким образом, в современных условиях возникает настоятельная необходимость разрабатывать новые и совершенствовать существующие способы маскировки, более качественно обучать личный состав новым методам маскировки с учетом комплексного противодействия различным видам разведки противника, учить их проявлять творческую инициативу, применять приемы военной хитрости в целях введения противника в заблуждение.


9.7. Инженерное обеспечение

Термин "инженерное обеспечение" сравнительно недавно стал применяться в боевых уставах. В военной литературе прошлого речь шла о военно-инженерном искусстве. История этого искусства берет начало в войнах глубокой древности. Уже на раннем этапе развития военного дела возникла необходимость укрепления местности, возведения различного рода оборонительных сооружений, крепостей. Богатую историю имеет военно-инженерное искусство русской армии. Довольно сложные сооружения в виде засек, насыпей и всевозможных ловушек возводили во время походов дружины киевских князей в Х-ХII вв. В древних летописях содержится описание, как руссы укрепляли лагеря на стоянках, применяя вал со рвом, усиленный тыном или засекой. При непродолжительных остановках оборудовались укрепления из повозок. При взятии крепостей неприятеля возводились террасы, равные по высоте городским стенам, с которых войско врывалось в город. При осаде крепости, деревянные ограды разрушались подрубкой бревен или их поджогом.

Особенно широко инженерные сооружения стали применяться на Руси в XV в., когда возникла необходимость строить укрепления большой протяженности. Они создавались в виде системы отдельных крепостей, "засечных линий", а в лесистой местности - лесных завалов. На открытых участках возводились земляные валы со рвом. Так, вдоль южных границ государства от набегов крымских татар была возведена Большая засечная черта, имевшая в середине XVI в. протяженность 600 км. В нее входили оборонительные засеки Тульская, Ряжская, Шацкая1.

При штурме укрепленных городов неприятеля применялись осадные машины - подступные, стенобитные, метательные, а в войнах 16 в. стали устраиваться глубокие подкопы, как это имело место, к примеру, во время штурма Казани (1552 г.). Подкопы делались в целях разрушения крепостных укреплений. Используя их, на Арской стороне было разрушено путем взрыва целое звено крепости; а на противоположной стороне, между Тюменскими и Аталыковыми воротами, был образован пролом около десяти саженей. Это облегчило русскому войску штурм и взятие города1. Характерно, что в ходе осады Казани впервые применились мины. Для ведения орудийного огня по внутренним сооружениям города была возведена деревянная башня (кавальер), превышавшая по высоте крепостные стены2.

В войнах XVI-XVII в.в. русское войско использовало весьма оригинальное сооружение - подвижную крепость, которая называлась гуляй-городом. Вот как описывал ее английский посол в России Флетчер в своей книге "О государстве русском" (1591 г.): «Эта походная или подвижная крепость так устроена, что может быть растянута в длину на одну, две, три, четыре, пять, шесть или семь миль…. Она заключается в двойной деревянной стене, защищающей солдат с обеих сторон, как с тылу, так и спереди, с пространством около 3 ярдов между той и другой стеной…. Стены крепости смыкаются на обоих концах. Ее возят вслед за войском, куда бы оно ни отправлялось, разобрав на составные части и, разложив на телеги…. Ставят ее очень скоро, не нуждаясь при том в плотнике, ни в каком-либо инструменте…. Эта крепость представляет стреляющим хорошую защиту против неприятеля…»3.

Большое внимание развитию военно-инженерного дела уделял Петр I. По его указу в 1712 г. было юридически оформлено рождение инженерных войск - утвержден штат минерной роты и команды понтонеров, определены задачи инженеров и минеров, возимый комплект инструмента для строительства укреплений, а также начался выпуск технической литературы по инженерному делу. В сражении под Полтавой и в последующих битвах значительного совершенства достигло устройство фортификационных сооружений в виде люнетов, редутов, реданов и заграждений (“рогаток”, “засек”, “ловушек”, “волчьих ям”). В 1728 г. инженеры, пионеры (саперы), минеры и понтонеры были выделены из состава артиллерии и сведены в самостоятельный инженерный корпус1.

В семилетней войне русская армия успешно применяла полевые укрепления. Например, в сражении при Кунерсдорфе (1759 г.) инженеры по указанию П.С.Салтыкова умело укрепили позиции войск на горе Б.Шпиц и горе Мюльберг. Это способствовало успешному отражению атаки пруссаков. В ходе этой войны для обеспечения боевых действий был сформирован инженерный полк шестиротного состава. Он оборудовал позиции для войск, ремонтировал дороги, наводил переправы, взрывал шлюзы, участвовал в осаде крепости Кольберг.

Важным этапом в развитии военно-инженерного искусства в русской армии явилась Отечественная война 1812-1814 г.г. Инженерные мероприятия сыграли важную роль в обеспечении организованного отхода в глубь страны, в ходе Бородинского сражения и последующего контрнаступления. Большого совершенства, в частности, достигли дорожно-мостовые работы. Инженерные части при отходе разбирали переправы, сжигали местные средства и строительные материалы, а при преследовании противника довольно быстро строили мосты, наводили переправы, ремонтировали дороги.

Значительное развитие в ходе войны получили мероприятия по укреплению местности. Так, на бородинском поле были возведены четыре группы укреплений: на крайнем правом фланге - так называемое цепное укрепление, состоявшее из соединенных между собой окопов, редута и двух люнетов; в центре было сооружено укрепление в виде люнета, получившее название курганной батареи Раевского; на левом фланге создана укрепленная группа из трех флешей или реданов, названных Багратионовыми флешами. Ближе к левому флангу была сооружена передовая позиция возле деревни Шевардино, где воздвигнуто сомкнутое пятиугольное укрепление (Шевардинский редут). Кроме того, между этими укреплениями оборудовались позиции для батарей, а также было подготовлено к обороне село Бородино1. Новым в создании системы оборонительных сооружений являлось тo, что все укрепления имели тесную огневую взаимосвязь.

В ходе воины 1812-1814 г.г. значительно выросла численность инженерных войск, масштабы их применения. Перед заграничным походом русской армии количество инженерных формирований увеличилось почти вдвое. Всего в инженерных войсках насчитывалось 40 рот. Чтобы саперы могли быстрее пехоты выйти и оборудовать переправы через водные преграды в ходе преследования французов, Кутузов распорядился часть саперных подразделений посадить на коня.

Дальнейшее развитие военно-инженерное искусство, особенно фортификация, получило во время Крымской войны под влиянием появления нарезного огнестрельного оружия, бездымного пороха, применения бризантных взрывчатых веществ. Новые средства вооруженной борьбы предъявили более высокие требования к решению инженерных задач - вызвали к жизни новые формы укрепления местности - полевые позиции, состоявшие из стрелковых окопов (ложементов) и позиций стрелков в виде каменных стенок, сложенных на скальном грунте, получивших наименование "завалы". Стрелковые окопы и завалы, соединенные между собой, превращались в траншеи. В промежутках между укреплениями и в их тылу подготавливались запасные позиции для артиллерии. Значительное развитие в ходе этой войны получила подземно-минная борьба.

Xарактерным с точки зрения развития военно-инженерного искусства в русско-японской войне явилось возрастающее значение полевых фортификационных сооружений - окопов, траншей, ходов сообщения и др., пришедших на смену фортам, редутам, люнетам. В войну впервые применялись новые средства минирования, шрапнельные и автоматические мины, электризуемые проволочные заграждения.

На новую ступень инженерное обеспечение боевых действий войск поднялось в первую мировую войну. Этому способствовали значительное развитие средств вооруженной борьбы, совершенствование артиллерии, появление танков, авиации, развитие железнодорожного и автомобильного транспорта. Повышение огневой и ударной силы войск вызвало необходимость создания сплошных глубокоэшелонированных укрепленных позиций и полос, оборудованных непрерывными линиями траншей и ходов сообщения, прикрытых с фронта полосами заграждений. С появлением тяжелой артиллерии потребовалось сооружать убежища, способные противостоять прямому попаданию самых крупных снарядов. В войну появилась новая фортификационная форма в виде сочетания полевых укреплений с крепостями.

В наступлении в целях обеспечения скрытного сосредоточения и укрытия ударной группировки войск от вражеского огня в исходном положении широкое распространение получила подготовка инженерных плацдармов. В числе других инженерных мероприятий, получивших развитие в войну, следует отнести: ведение инженерной разведки, проделывание проходов в заграждениях, закрепление захваченных позиций, оборудование пунктов управления и др. Значительное развитие получила теория инженерного дела. Приобретенный в ходе войны опыт нашел отражение в ряде наставлений для инженерных поиск, в том числе в Наставлении по войсковому инженерному делу для офицеров всех родов войск (1916 г.), Указаниях по укреплению позиций (1916 г.), Наставлении по подрывным работам (1916 г.), Наставлении по мостам и переправам (1914 г.).

Сложными и противоречивыми путями развивалась теория и практика инженерного обеспечения советских войск в Великую Отечественную войну. С началом военных действий вследствие сложившейся тяжелой обстановки саперные подразделения нередко использовались не по прямому назначению. В приказе № 0450 от 28 ноября 1941 г. Ставка Верховного Главнокомандования требовала "не допускать разбазаривания инженерных войск, использования их для пополнения других родов войск или просто в качестве пехоты"1 Указывалось, что саперные подразделения следует применять массированно на главных направлениях. Внимание общевойсковых командиров обращалось на необходимость "самим учиться и учить подчиненных инженерному делу"2.

В последующем, базируясь на требованиях этого приказа, инженерные войска сосредоточивали свои усилия в обороне на решении таких задач, как подготовка системы заграждений, возведение наиболее сложных сооружений и тяжелых укрытий, подготовка путей маневра, производство сложных работ по маскировке; в наступлении - ведение инженерной разведки, устройство проходов в заграждениях, обеспечение штурма долговременных и полевых сооружений, закрепление захваченных рубежей, наведение переправ, дорожное обеспечение, ведение штурмовых действий в городе.

Особую сложность представляло для войск преодоление минно-взрывных заграждений, которые применялись в войну в массовом количестве. В первом, да и во втором периодах войны в этом деле отмечалось много недостатков. Ставка ВГК в приказе от 2 июля 1943 г. “О применении и преодолении минных заграждений” указывала, что при наступлении разминирование минных заграждений противника происходит неорганизованно. Действия саперов при разведке минных полей и разминировании не обеспечиваются в должной мере пехотным прикрытием и огнем, плохо организуются взаимодействие и связь саперных групп разграждения с танками и пехотой. Инженерные войска не научились скрытно и быстро разминировать минные поля.

Ставка требовала улучшить организацию преодоления заграждений, заблаговременно всеми видами разведки вскрывать систему минных заграждений противника, специально подготовленными группами саперов проделывать необходимое для пехоты и танков количество проходов. С началом наступления в боевых порядках стрелковых и танковых войск иметь саперов для выявления минных полей и устройства проходов в них. Но поскольку саперных подразделений не хватало, то задача ставилась так, чтобы обучать личный состав родов войск умению самостоятельно разведывать, обезвреживать и уничтожать мины и "сюрпризы". Так, в “Указаниях по организации преодоления минных полей”, подготовленных штабом инженерных войск Советской Армии в феврале 1943 г., отмечалось, что в стрелковых частях следует обучать по 1-2 рядовых бойца на отделение, по 3-5 младших и по 1-2 средних командира на роту простейшим приемам разведки и обезвреживания отдельных мин и “сюрпризов”1. В ходе войны все более строгие требования предъявлялись к общевойсковым командирам и штабам по вопросам организации и осуществления инженерного обеспечения. Как отмечал начальник инженерных войск Советской Армии генерал М.В.Воробьев: "без учета инженерных мероприятий теперь не принимается ни одно сколько-нибудь важное решение, и если до войны находились командиры, не заботившиеся о внедрении в армию военно-инженерной культуры, то теперь каждый командир, каждый начальник повседневно занят обучением своих подчиненных военно-инженерному делу”2.

Содержание мероприятий по инженерному обеспечению его сущность и задачи в современном бою показаны на рис. 9.15. Отметим, что их объем значительно расширился по сравнению с прошлым. Это связано с усложнением характера боя, появлением принципиально новых видов оружия, особенно ядерного, высокоточного, а также с совершенствованием средств разведки. Немало новшеств появилось и в инженерной технике. Так, в последние годы интенсивно разрабатываются средства дистанционного минирования местности, которые предназначены для сковывания маневра войск противника, борьбы с резервами, дезорганизации работы органов управления, тыла, функционирования коммуникаций. В результате этого расширились функции инженерного обеспечения. Инженерные войска получили возможность не только обеспечивать боевые действия общевойсковых частей и подразделений, но и сами активно воздействовать на противника, наносить ему "огневое" поражение.

Выше отмечалось, что уже во вторую мировую войну минно-взрывные заграждения применялись в массовом количестве. Ныне масштабы их использования многократно возростают. Не случайно, что в армиях США и НАТО разработана и официально закреплена в боевых уставах концепция так называемой "минной войны", как одного из составных элементов воздушно-наземной операции. Считается, что посредством массового создания минных полей в расположении противника можно значительно увеличить эффект глубокого огневого поражения.

Разработка этой концепции связана с тем, что современный арсенал минно-взрывных средств непрерывно пополняется самыми разнообразными по конструкции и предназначению типами мин, выполняемых по ультрасовременной технологии. Помимо средств дистанционного минировании появляются все более хитроумные устройства, способные срабатывать от всевозможных возмущающих сигналов: прямого соприкосновения и вибрации, теплового излучения и изменения электромагнитных волн. Одним из направлений в развитии минно-взрывных средств является разработка мин, поражающих низколетящие воздушные цели и, прежде всего вертолеты, а также мин третьего поколения с учетом достижения микропроцессорной техники и роботизированных систем, способных обнаруживать, опознавать и избирательно поражать бронированные и другие цели со стороны борта и крыши. Существенно, что для установки мин предусматривается в перспективе использовать не только традиционные средства доставки, но и такие как, например, дистанционно управляемые авиационные кассеты, свободно планирующие или имеющие свой двигатель. Это придаст системам дистанционного минирования новое качество - позволяет устанавливать с самолетов заграждения в глубине территории противника на многие десятки километров, не заходя при этом в зону огня ПВО.

В условиях массового, широкомасштабного применения минно-взрывных заграждений, характерного для современных условий, одной из важных задач инженерного обеспечения является быстрое их преодоление без ущерба для войск и по возможности без снижения темпов маневра. Эта проблема является, по сути общевойсковой, поскольку в ее решении заинтересованы все рода войск и специальные войска. В связи с этим задача состоит в том, чтобы, как это имело место в двух чеченских военных кампаниях, обучать разминированию весь личный состав мотострелковых, танковых, артиллерийских, зенитно-артиллерийских и других подразделений. Важно учитывать, что необходимость преодоления минно-взрывных заграждений может возникнуть на всех этапах боя, в любой момент. Особенно "коварны" заграждения, создаваемые средствами дистанционного минирования. Во-первых, они могут возникать неожиданно, а, во-вторых, отличительной особенностью их является то, что они не имеют четко выраженных границ, что затрудняет их разведку и преодоление.

Такие заграждения мотострелковые, танковые, артиллерийские и тыловые подразделения чаще всего будут вынуждены преодолевать самостоятельно с помощью навесных и встроенных тралящих устройств (тралов). Опыт контртеррористической операции показывает, что основной тактической единицей, где необходимо сосредоточить силы и средства разграждения, является батальон. В состав батальонной группы разграждения обычно включаются саперное отделение на БТР, установка разминирования, инженерная машина разграждения, танковый мостоукладчик и путепрокладчик. Танковому батальону для этих целей выделяются инженерно-саперный взвод с путепрокладчиком и инженерная машина разграждения. В мотострелковой (танковой) роте создается нештатная группа разграждения. В подразделениях родов войск и специальных войск, тыловых и технического обслуживания, а также на пунктах управления необходимо создавать группу разминирования с возимым комплектом (BKP-1, ВКР-2).

В ходе боя силы и средства инженерной разведки и преодоления заграждений целесообразно эшелонировать по всей глубине боевого порядка подразделений, поскольку не исключено, что на направлении их действий придется осуществлять разминирование в любом месте. При внезапном минировании района нахождения подразделений они могут выходить из этих районов, проделывая либо индивидуальные проходы для каждой машины с широким применением тралов и средств разминирования отделений (экипажей), либо по одному - два прохода для роты, взвода. Для обнаружения дистанционно устанавливаемых заграждений в каждом подразделении необходимо выделять наблюдателей, которые ведут непрерывное наблюдение, где бы ни находилось подразделение. Если минным полем "накрыто" подразделение, выдвигающееся в колонне, оно останавливается. Личный состав полностью или частично спешивается и вручную (с помощью длинных шестов) убирает с дороги мины. При наличии в колонне тралов их используют для разминирования маршрута движения.

Среди других задач инженерного обеспечения в современном бою особо следует выделить фортификационное возведение полевых сооружений. Это связано в первую очередь с необходимостью обеспечения защиты войск. Дело в том, что появление высокоточного оружия резко повысило их уязвимость. Отсюда возросли требования к фортификационному оборудованию позиций, полос обороны, оборонительных рубежей, районов расположения войск и объектов тыла. В этом вопросе в последнее время произошли серьезные изменения. После всестороннего исследования опыта боевой подготовки войск сделан вывод, что практиковавшаяся в недавнем прошлом система фортификационного оборудования в обороне в виде создания окопов, не обеспечивает надежную защиту личного состава и боевой техники от новейших видов оружия. Поэтому признано целесообразным возвратиться к оправдавшей себя в годы второй мировой войны системе траншей, оборудуемых в ротных опорных пунктах, батальонных районах обороны и на полковых участках.

Безусловно, это связано со значительным увеличением объема инженерных работ. Достаточно сказать, что протяженность траншей, соединенных ходами сообщения, только в батальонном районе обороны возрастает в 3,6 раза по сравнению с очаговой системой. Однако иного пути обеспечения защиты подразделений от воздействия ядерного и высокоточного оружия, а также создания благоприятных условий для ведения oгня, наблюдения, управления попросту не существует. В связи с этим остро стоит проблема повышения уровня механизации инженерных работ. Особенно насыщения войск средствами малой механизации. Части и подразделения нуждаются в высокоэффективных землеройных машинах. Практически каждый танк, БМП следует оснастить комплектом встроенного индивидуального оборудования для самоокапывания.

Требуется во многом по-новому решать и такую важную задачу инженерного обеспечения, как защита войск от оружия массового поражения и высокоточного оружия. В недавнем прошлом была принята рекомендация строить закрытые сооружения главным образом из расчета одно на взвод, роту. Теперь этого недостаточно. Требуется возводить такие сооружения на каждое отделение, расчет, экипаж. Это еще более увеличит трудозатраты (примерно на 60-70%). Наряду с защитой остро стоит вопрос об изыскании более действенных путей повышения маскировки, ведения инженерной разведки, обеспечения маневра войск, добычи и обеспечения войск водой.

В заключение подчеркнем, что проблемой особой важности инженерного обеспечения является максимальное сокращение сроков фортификационного оборудования и осуществления маскировочных и защитных мероприятий. Требование времени таково, чтобы прочную оборону соединение (часть) могло создать в течение двух, максимум трех суток.


9.8. Техническое обеспечение

Зачатки технического обеспечения появились вместе с зарождением артиллерии, применением в бою инженерной и другой техники. Наибольшее развитие техническое обеспечение получило в войнах ХХ в. в связи с массовым внедрением в войска боевых и транспортных машин. Однако в течение довольно длительного времени, включая и вторую мировую войну, задачи технического обеспечения решались в рамках тылового обеспечения. И лишь в послевоенное время в связи с полной моторизацией и механизацией общевойсковых соединений и частей, насыщением их большим количеством разнообразной техники и оружия возникла настоятельная потребность выделить его в самостоятельный вид обеспечения.

Уже в Великую Отечественную войну служба технического обеспечения функционировала с большим напряжением. На нее возлагались задачи по техническому обслуживанию вооружения, эвакуации и ремонту неисправной техники, восполнению расхода боеприпасов, сбору и эвакуация стреляных гильз и их укупорка, своевременное обеспечение подразделений военно-техническим имуществом. Войска несли немалые потери в вооружении и технике в ходе боев, особенно при прорыве подготовленной обороны противника. В наступательных операциях 1944-1945 г.г. в среднем потери в танках в танковых частях ежесуточно составляли 15-17% от состава. В обороне при отражении атак противника потери в танках и самоходно-артиллерийских установках достигали ежесуточно в среднем 13-14%. Служба технического обеспечения должна была своевременно эвакуировать поврежденную технику и организовать ее ремонт.

В ходе войны была выработана довольно эффективная система ремонта к эвакуации техники. В 1943 г. были созданы ремонтные органы полевого типа. В армиях появились специальные ремонтно-восстановительные батальоны для отдельно бронетанковой и отдельно автотракторной техники. Они оснащались более производительной техникой для ремонта машин и вооружения. Эвакуационные подразделения (были созданы эвакороты) выдвигались ближе к войскам, что позволяло своевременно подбирать с поля боя подбитые машины и орудия и эвакуировать их на ближайшие сборные пункты аварийных машин, где развертывались ремонтно-восстановительные подразделения.

Текущий ремонт машин производился непосредственно на поле боя в ближайших укрытиях и в ремонтных мастерских частей и соединений. Средний и капитальный ремонт бронетанковой техники осуществлялся армейскими, а капитальный ремонт - фронтовыми средствами. Для среднего ремонта боевых машин и автотранспорта в общевойсковых и танковых объединениях создавались сборные пункты аварийных машин, куда эвакуировались танки и самоходно-артиллериские установки, которые не могли быть отремонтированы штатными ремонтными средствами танковых (механизированных) бригад и корпусов, a также других частей и соединений. Капитальный и средний ремонт автотракторной техники осуществлялся армейскими средствами, а текущий и частично средний ремонт - средствами соединений. В первую очередь восстанавливалась та техника, которая не требовала продолжительного ремонта и могла быть возвращена в строй в короткие сроки.

Полученный во время Великой Отечественной войны опыт организации и осуществления технического обеспечения во многом сохраняет свою ценность и в современных условиях. Вместе с тем ныне возникает немало новых проблем, связанных с тем, что резко увеличилась насыщенность подразделений сложными и разнообразными видами вооружения и боевой техники, усложнились условия их эксплуатации и ремонта, многократно возрос объем расхода боеприпасов, к тому же, надо учитывать возможность массового выхода из строя в ходе боя оружия и техники, причем не только в подразделениях первого эшелона, которые ведут бой с противником, но и в подразделениях, находящихся в составе второго эшелона или в резерве.

Все это обусловливает важность тщательного технического обеспечения, своевременного снабжения подразделений ракетами, боеприпасами всех видов, поддержания в исправном состоянии вооружения и военной техники в постоянной готовности к боевому применению; восстановления поврежденного (неисправного) вооружения, техники и своевременному возвращению их в строй. Организуя техническое обеспечение, командир указывает: время, место и объем технического обслуживания при подготовке и в ходе боя; порядок эвакуации и ремонта оружия и техники; размеры и сроки создания запасов ракет, боеприпасов, нормы их расхода и порядок подвоза; места развертывания подразделений технического обеспечения и порядок их перемещения в ходе боя; места, время и порядок пополнения подразделений ракетами и боеприпасами; порядок охраны, обороны и поддержания связи с подразделениями технического обеспечения; районы расположения подразделений технического обеспечения части. Схема организации технического обеспечения в обороне батальона показана на рис.9.15а.

В суммированном виде система технического обеспечения в современном бою представлена на рис.9.16. В какой-то мере сложившаяся система технического обеспечения апробирована и показала свою действенность во время боевых действий в Афганистане и двух чеченских военных кампаниях. Вместе с тем выявилось и немало проблем. Так, установленные в настоящее время нормы боеприпасов в соединении не позволяют вести боевые действия без их пополнения в течение 4-6 суток. Исходя из этого, возникает необходимость увеличения запасов боеприпасов в тактическом звене на 60-80%. При этом большую часть боеприпасов целесообразно иметь в подразделениях.

В целях совершенствования системы обеспечения войск боеприпасами предлагается уточнить нормы запасов боеприпасов и их эшелонирование, использовать более рациональные способы обеспечения войск боеприпасами. Один из вариантов организации доставки боеприпасов подразделениям мсб на БМП в обороне показан на рис.9.17.

Проблемной задачей является восстановление вооружения и военной техники (ВВТ), что напрямую зависит от организации технической разведки. Предлагается ввести в батальонном звене в штат взвода технического обеспечения бронированную машину технической разведки, в полковом звене создать штатный орган технической разведки в составе взвода технической разведки и взвода эвакуации ремонтной роты. В целях повышения эффективности ремонтно-восстановительного обеспечения возникает необходимость наличия в батальонах БРЭМ и танкового тягача. В танковых и мотострелковых ротах возникает потребность создавать ремонтно-восстановительные группы в составе 2-3 машин, которые находились бы в боевых порядках роты. Требуется повысить роль охраны и обороны органов технического обеспечения, для чего ввести в штат ремонтной роты полка подразделения охраны и обороны.


9.9 Тыловое обеспечение

Маршал Советского Союза И.С.Конев говорил, что о готовности дивизий и полков к ведению боевых действий он судил прежде всего по тому, как они обеспечены материальными средствами, боеприпасами, горючим. Не одна операция в Великую Отечественную войну потерпела неудачу по причине того, что не была тщательно обеспечена в тыловом отношении. Боевая практика учит, чтобы правильно организовать бой и добиться успеха в ходе его ведения, командир и штаб должны постоянно знать состояние тыла, в чем нуждаются подразделения и принимать меры к своевременному и полному их обеспечению необходимыми материальными средствами.

История развития тыловой службы в русской армии весьма поучительна. Начало ей положил в Хв. киевский князь Святослав Игоревич. Во время походов своих дружин он создавал обозный отряд для содержания предметов снабжения. Это был, можно сказать, первый войсковой тыловой орган. По мере того, как увеличивалась численность войска, длительность военных кампаний значение тыловой службы возрастало. Если содержание сравнительно небольшой "кошевой части" в битве на Чудском озере у Александра Невского было кратковременным, то для снабжения многотысячной армии Дмитрию Донскому пришлось иметь довольно крупный обоз с продовольствием и снаряжением. В последующем стали создаваться стационарные базы снабжения. Первая тыловая база в русской армии была создана в городе Свияжске в 1551 г. В это же время царским указом был создан Разрядный приказ при дворе, ведавший вопросами обороны, в том числе снабжением войска.

В первом Уставе русской армии был обобщен накопленный к тому времени опыт организации тылового обустройства крепостей и походов. В нем определялось: "…как в мирное, так и в воинское время бережение имети, и всяческими потребностями запасы эапастися, и сколько ко всякому походу всяких пушечных запасов и подъем людей и сколько казны к тому на протори надобедь".

Но особенно существенно возросла роль тыла с созданием регулярной армии. Помимо снабжения ее продовольствием, снаряжением, амуницией, фуражом возникла потребность обеспечения ее оружием и боеприпасами. С усложнением боевых действий и увеличением выхода из строя людей не только от холодного, но и огнестрельного оружия возрастало значение сбережения здоровья личного состава и лечения раненных - в результате была учреждена в 1633 г. санитарная служба.

В XVII-XVIII в.в. организуется система централизованного снабжения войска из армейских баз и со складов (магазинная система). В 1705 г. Петром 1 устанавливаются единые нормы довольствия и форма одежды. Однако отлаженная система тыловой службы сложилась далеко не сразу. Так, опыт Семилетней войны показал, что применявшийся в ней порядок снабжения путем создания провиантских регулов (закупка продовольствия на местах) себя не оправдала, и от них пришлось отказаться1.

С большими трудностями в вопросах тылового обеспечения столкнулся А.В.Суворов во время швейцарского похода. Его армия попала в тяжелое положение из-за того, что союзники - австрийцы, нарушив договор, не подготовили необходимые запасы продовольствия и достаточное количество мулов для транспортировки пушек и боеприпасов. И все же полководец нашел выход. Для перевозки орудий, боеприпасов и четырехсуточного запаса продовольствия он снарядил 1500 казачьих лошадей и закупил 650 мулов2.

Постоянную заботу о тыловом обеспечении армии проявлял М.И.Кутузов во время Отечественной войны. Его гениальный по своему замыслу и исполнению Тарутинский маневр во многом был обусловлен соображениями создать надежную систему обеспечения своего войска и вместе с тем лишить базы снабжения наполеоновскую армию. Полководец не упускал из виду во время походов "мелочи" - изготовление седел, сбруи, подков. Предметом постоянного внимания было у него обеспечение боеприпасами. Трудностей в этом деле возникало немало. Достаточно сказать, что только в Бородинском сражении русская армия израсходовала 60 тыс. ядер1. По указанию Кутузова в ходе войны для подвоза боеприпасов и продовольствия были созданы армейские транспортные бригады.

Этапными событиями в совершенствовании тылового обеспечения во время Крымской войны явилось зарождение полевой хирургии, а в период русско-турецкой войны (1877-1878 г.г.) применение походных кухонь. В ту же войну впервые стала практиковаться эвакуация раненых военно-санитарным поездом. В 1876 г. был создан первый железнодорожный батальон. В русско-японскую войну зарождается фронтовой и армейский тыл, а в 1910 г. создается первая автомобильная рота. В 1914 г. появились дорожная служба и служба обеспечения войск горюче-смазочными материалами.

Коренные изменения в системе тылового обеспечения произошли в первую мировую войну. В виду с увеличения количества тыловых частей и учреждений, баз и госпиталей в армии возникла потребность назначать объединениям и соединениям тыловые районы. В русской армии такие районы определялись фронтам на глубину до 500 км, армиям - 150-180 км, дивизиям - 60-70 км.

Значительные изменения произошли в санитарной службе по причине того, что резко возросла численность армии. Если в IX в. в армию призывалось не более 3% от общей численности населения, то в первую мировую войну было мобилизовано в воевавших государствах 15-17% населения. Другая причина состояла в увеличении санитарных потерь вследствие повышения мощи огня. Так, в русской армии количество убитых и раненых возросло в первую мировую войну по сравнению с русско-турецкой войной 1877-1878 г.г. в 47раз и в 19,3 раза по сравнению с русско-японской войной2. Для лечения раненых потребовалось значительно расширить госпитальную базу и увеличить количество войсковых врачей. Если в Крымскую войну на каждые 10 тыс. личного состава приходилось 15 врачей, то в ходе первой мировой войны их число возросло с 22 до 38 на то же количество личного состава1.

Усложнилось и снабжение войск боеприпасами в связи с повышением их расхода. Подсчитано, что на уничтожение одного солдата расходовалось в среднем 46 снарядов всех калибров и 2100 патронов2.

Большую роль в тыловом обеспечении стал играть автотранспорт. Приведем такой пример. При обороне Вердена (1916 г.) французское командование умело использовало автотранспорт для подвоза личного состава и материальных средств по так называемому "священному пути". Автослужба, насчитывавшая 300 офицеров, 8500 солдат и 3900 автомобилей, сведенных в 175 автомобильных взводов, сумела перебросить к фронту за две недели (с 22 февраля по 7 марта) 190 тысяч человек, 22250 тонн боеприпасов, 2500 тонн различной материальной части. В марте пропускная способность шоссе доходила до 6 тыс. машин в сутки, или 4 машины в минуту3.

В межвоенный период развитие теории и практики тылового обеспечения в Советских Вооруженных Силах происходило под влиянием опыта первой мировой и гражданской войн, а также технической модернизации армии. Во Временном полевом уставе РККА 1925 г. было положено начало разделению видов полевой службы на боевую и обеспечивающую. К последней помимо разведки, расположения войск на месте и передвижения были отнесены организация войскового тыла и санитарная служба4. В этом Уставе и последующих Полевых уставах Kpacной армии довольно полно были разработаны основы организации и осуществления тылового обеспечения в различных видах боя.

Вместе с тем некоторые положения оказались ошибочными. Так, по довоенным взглядам, вся ответственность за деятельность тыла возлагалась на начальника штаба соединения, части. Боевая практика Великой Отечественной войны показала, что отвечать за тыловое обеспечение должен командир, а его непосредственным организатором должен быть начальник тыла. Что же касается общевойскового штаба, то его роль должна сводиться к тому, чтобы координировать деятельность тыла с другими службами.

Много крупных просчетов с началом войны выявилось в размещении материальных средств, обеспечении войск боеприпасами, горюче-смазочными материалами и продовольствием. В связи с вынужденным отходом советских войск было утрачено много тыловых баз. Нужны были срочные меры для улучшения тылового обеспечения войск. 28 июля 1941 г. Государственный Комитет Обороны принял постановление об улучшении работы органов тыла. Была проведена реорганизация тыловой службы в действующей армии. В стрелковых и танковых соединениях создавались дивизионные обменные пункты (склады). В связи с тем, что танковые и артиллерийские соединения тыловых районов не имели, они располагали свои тыловые части и учреждения в тыловом районе стрелковой дивизии.

В целом в ходе войны была выработана действенная система тылового обеспечения в обороне и наступлении. В целях повышения подвижности тыла размеры запасов горюче-смазочных материалов в стрелковой дивизии были снижены с 3 до 2,5 заправки, а запасы боеприпасов на складах армии - с 1,5 до 1 боекомплекта. Несколько сократились нормы запасов и по другим видам материальных средств. Всего в общевойсковой армии содержалось 2,5 боекомплекта боеприпасов, 4,5 заправки горюче-смазочных материалов, 15 заправок продовольствия. Из этих запасов в войсках находилось 1,5 боекомплекта боеприпасов, 2,5 заправки горючего и 5 сутодач продовольствия. Для танковых соединений, выделявшихся в состав подвижной группы армии, предусматривалось 5 сутодач продовольствия1.

Крупные изменения в ходе войны произошли в организации подвоза материальных средств в войска. В начале войны ответственность за подвоз грузов высшие снабженческие организации возложили на нижестоящие звенья. Такая практика при нехватке в дивизиях автотранспорта приводила к тому, что они не могли поддерживать в норме положенные им запасы и, нередко не в состоянии были восполнять их суточный расход. Для устранения этих недостатков с июня 1943 г. подвоз материальных средств от станции снабжения (армейских складов) на дивизионные склады стал осуществляться армейским транспортом. Ответственность за своевременную доставку и сохранность материальных средств возлагалась на начальника тыла армии. С увеличением автомобильного парка в стрелковых дивизиях и сокращением глубины войскового тыла армия получила возможность привлекать при необходимости и войсковой автотранспорт для подвоза в звене станция снабжения - дивизия.

В ходе войны довольно четко действовала медицинская служба. Во фронте и в армии лечебно-эвакуационные средства объединялись в госпитальные базы, состоявшие из госпиталей различного назначения. Они развертывали свои госпитали группами на основных эвакуационных направлениях. В стрелковых и танковых соединениях имелись штатные медико-санитарные батальоны, которые развертывали дивизионные медицинские пункты, где раненым и больным оказывалась необходимая помощь. Полковые медицинские пункты в большинстве случаев развертывались на удалении 2-3 км, дивизионные медицинские пункты - 6-8 км от линии фронта. Эвакуация раненных и больных с поля боя осуществлялась силами средствами соединений на дивизионный медицинский пункт и в армейские госпитали первой линии.

Рационально была решена задача в войну управления войсковым тылом. Непосредственное руководство им осуществлял заместитель командира дивизии по тылу через отдел тыла. Отделу тыла были подчинены начальник автотракторной службы, дивизионный врач и дивизионный ветеринарный врач. В подчинении последних находились медико-санитарный батальон и ветеринарный лазарет.

Таким образом, совершенствование системы тылового обеспечения советских войск в годы Великой Отечественной войны, происходило, во-первых, путем всемерного повышения подвижности тыла, оперативности его функционирования и руководства им, во-вторых, упорядочивалась система обеспечения войск материальными средствами, были рационально определены нормы содержания запасов в дивизиях и полках, их эшелонирование и порядок подвоза; в-третьих, обеспечивалось комплексное использование всех видов транспорта; и, в-четвертых, поддерживался твердый воинский порядок в войсковом тылу.

Выработанная боевой практикой система тылового обеспечения сохраняет свое значение и в современных условиях. Но при этом нельзя не учитывать и ряд новых требований, предъявляемых к тылу, вытекающих из характера современного боя. Прежде всего, важно иметь в виду возросшую уязвимость тыловых подразделений и учреждений от воздействия разнообразных средств поражения противника, особенно ядерного и высокоточного оружия, а также от воздушно-десантных и аэромобильных групп. Это выдвигает проблему обеспечения живучести и защищенности тыла в число наиболее важных и сложных задач.

Существенно усложняется система материального обеспечения войск. Хотя техническая оснащенность и мобильность войскового тыла многократно возросли по сравнению со второй мировой войной, но одновременно в десятки раз увеличился расход материальных средств. Если в Великую Отечественную войну дивизия расходовала в сутки около 200 тонн боеприпасов и других видов запасов, то по опыту учений войск НАТО современная дивизия расходует 2000 тонн, то-есть в десять раз больше. Особенно резко (примерно в 25 раз) повысился расход горючего. Что же касается боеприпасов, то их расход возрос в 5-7 раз. В среднем на одного военнослужащего в локальных войнах расходуется за сутки боя около 150 кг материальных средств (80 кг боеприпасов, 50 кг горючего, 20 кг других видов материальных средств). Для сравнения - в Великую Отечественную войну на одного солдата приходилось в среднем всего 20 кг (15 кг боеприпасов, около 2 кг горючего и 3 кг продовольствия и других материальных средств).

Эти данные подтверждаются и опытом других армий. Так, например на одного американского солдата на сухопутном фронте в среднем ежедневно приходилось в 1918 г. - 6-10 кг всех видов снаряжения, при высадке в Нормадской десантной операции в 1944 г. - 30 кг, в войне в Корее - 29 кг, во Вьетнаме - 35 кг1, а по опыту войне в зоне Персидского залива - 170-190 кг.

Анализ опыта тактических учений показывает, что в современном бою ожидается значительное увеличение санитарных потерь. Если во время Великой Отечественной войны за время проведения армейской наступательной операции (20 суток), соединения и части несли потери порядка 12-15% (ежесуточно 0,6-0,7% от численного состава), то сейчас при действиях с применением обычных средств поражения прогнозируется рост потерь до 15-21% (ежесуточно около 3%). При этом меняется структура потерь - увеличиваются тяжелые поражения. Они могут составлять до 70%, легкие – 27%, средние – 3%. Характерным становится одномоментное возникновение массовых санитарных потерь, что, естественно, затрудняет организацию медицинской помощи раненым и их эвакуацию.

Все это обусловливает необходимость поиска новых, более эффективных путей решения задач тылового обеспечения в современном бою. В основу его организации и осуществления представляется необходимым положить следующие выработанные и проверенные практикой многих войн основополагающие принципы. Состояние боевой готовности тыла должно соответствовать степени готовности обеспечивающих подразделений, частей, а система организации тылового обеспечения отвечать замыслу боя, создавать условия для устойчивого и непрерывного снабжения войск необходимыми запасами. Основные усилия тыла следует сосредоточивать на важнейших направлениях действий частей и подразделений. Размещение элементов тыла, эшелонирование запасов надо осуществлять таким образом, чтобы обеспечивалась необходимая автономность группировок войск в тыловом отношении.

В основу подготовки и построения тыла должно быть положено требование обеспечить высокую мобильность его функционирования при резких изменениях обстановки, высокую живучесть, устойчивость и непрерывное управление тылом, тесное взаимодействие, согласованную работу тыловых служб в целях своевременного и полного обеспечения войск материальными средствами, своевременное наращивание сил и средств тыла, гибкий маневр ими в ходе боя, своевременное создание необходимого резерва материальных средств и его экономное расходование.

В суммированном виде система тылового обеспечения в современном бою показана на рис.9.18.

Определенный опыт в тыловом обеспечении войск необходимо извлечь из опыта боевых действий советских войск в Афганистане. Специфика боев там состояла в том, что мотострелковым и воздушно-десантным подразделениям приходилось выполнять боевые задачи в специфических условиях горно-пустынной местности, при длительном отрыве от баз снабжения, действовать преимущественно в пешем порядке, имея при себе, кроме оружия, необходимые запасы боеприпасов и продовольствия. Это резко увеличивало физическую нагрузку на личный состав. Опыт показал, что максимально допустимая нагрузка на человека не должна превышать 25-40% массы его тела. Оптимальная нагрузка, не снижающая существенно боеспособность стрелка, не должна превышать 18-20 кг, а для военнослужащих других родов войск - 30 кг, не считая массы основных носимых предметов обмундирования (одежды и обуви). Нагрузка на солдата в 50-70 кг {более половины его собственного веса) приводит к большим энергозатратам, повышенной утомляемости, серьезно снижает его боеспособность, у него сбивается дыхание и учащается пульс, повышается артериальное давление, быстро устают мышцы ног, рук и плеч.

Много проблем в тыловом обеспечении войск выявилось при проведении двух чеченских кампаний. Выявилось, что техническая оснащенность тыла обладает низкой устойчивостью к поражающим факторам оружия противника, а его мобильность не соответствует мобильности войск. Почти вся техника тыла имеет низкую проходимость, не способна преодолевать водные преграды с ходу, не может осуществлять маневр материальными средствами в районах разрушений, затоплений, пожаров. Она обладает низкими возможностями по содержанию и подъему запасов материальных средств, особенно боеприпасов всех видов, оказанию медицинской помощи и эвакуации раненных и больных, обеспечению погрузочно-разгрузочных работ.

Существующая организационно-штатная структура войскового тыла не обеспечивает гибкости и автономности подразделений в материальном и медицинском отношении. Отсутствие штатных подразделений защиты, охраны и обороны тыла, инженерных подразделений и подразделений ПВО, воздушного транспорта резко снижают работоспособность системы войскового тыла.

Опыт показал, что в мотострелковом батальоне следует иметь взвод материального обеспечения, состоящий из трех автомобильных и хозяйственного отделений. Техника автомобильных отделений должна иметь противопульную и противоосколочную броню. В мотострелковой бригаде целесообразно иметь батальон материального обеспечения в составе трех рот: роту подвоза боеприпасов, роту подвоза горючего и смазочных материалов, роту подвоза продовольствия, вещевого и военно-технического имущества, а также объединенный склад и хлебозавод. По службе горючего запасы в частях и подразделениях должны поддерживаться в объеме войсковых. По продовольственной службе необходимо дополнительно к штатным средствам иметь в батальоне 6-10 комплектов КП-20, и 1 комплект ПП-40.

По вещевой службе требуется создать запасы текущего обеспечения по таким предметам, как бронежилеты, свитера полушерстяные, подшлемники полушерстяные, шапочки полушерстяные, сапоги резиновые, мешки ватные с вкладышами.

По медицинскому обеспечению – иметь в каждом взводе боевого подразделения санитарного инструктора, в звене рота – батальон иметь на оснащении носимые комплекты для оказания доврачебной помощи, полимерные емкости для инфузорной терапии на поле боя и ряд других необходимых медицинских изделий.

На рис.9.19 и 9.20 показана предлагаемая организация сбора и эвакуации раненных и больных в мотострелковом батальоне на БМП в обороне и наступлении.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   35   36   37   38   39   40   41   42   43


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница