Предшественников



страница6/59
Дата24.06.2018
Размер8.79 Mb.
#32833
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   59

ниже перевязки вскоре затекла, вены набухли, а кожа потемнела. Потом

Гарвей произвел опыт над собакой. Он перевязал ей шнурком обе ноги. И

снова ниже перевязок ноги начали отекать, а вены набухать. Когда набухшая вена на одной ноге была надрезана, из пореза закапала густая темная

кровь.
Еще раз сверкнул ланцет. Теперь вена была надрезана на другой ноге,

но выше перевязки. Из пореза не вытекло ни одной капли крови.


Ясно, что ниже перевязки вена переполнена кровью, а над перевязкой

крови в ней нет. Что могло это означать? Ответ напрашивался сам собой,

но Гарвей не спешил с ним. Он был очень осторожным исследователем и

много раз проверял свои опыты и наблюдения, не торопясь с выводами.


В 1602 году Вильям получил степень доктора и поселился в Лондоне. В

1607 году он получил кафедру в Лондонской коллегии врачей, а в 1609 году

Гарвей занял место доктора в госпитале св. Варфоломея. Ученый с дипломами двух университетов быстро становится модным лекарем и женится

весьма выгодно. Он вовсю практикует в знатнейших семействах Англии, а

дружба с Фрэнсисом Бэконом помогает ему получить место «чрезвычайного врача» короля Якова І. В 1623 году он назначается придворным врачом.

Благосклонность к Гарвею наследует и молодой Карл І. В 1625 году Гарвей становится почетным медиком при его дворе.


Королевский медик — этот маленький человек с длинными, иссинячерными волосами и смуглым, словно навсегда загоревшим лицом — делает прекрасную карьеру, но Гарвея больше интересует наука. Он вскрывает различных животных, чаще всего кошек, собак, телят. Препарирует

ученый и трупы людей: запрещения вскрывать трупы уже не существовало. И всякий раз он рассматривал вены и артерии, разрезал сердце, изучал

желудочки и предсердия. С каждым годом Гарвей все лучше и лучше разбирался в сети кровеносных сосудов, строение сердца перестало быть для

него загадкой.


ВИЛЬЯМ ГАРВЕЙ 57
В 1616 году ему предложили кафедру анатомии и хирургии в коллегии

врачей, а уже на следующий год он излагал свои взгляды на кровообращение. Во время лекции Гарвей впервые высказал убеждение, что кровь в

организме непрерывно обращается — циркулирует, и что центральной

точкой кровообращения является сердце. Таким образом, Гарвей опроверг теорию Галена о том, что центром кровообращения является печень.


Прошло около пятнадцати лет с того дня, когда молодой врач наблюдал, как опухала его перевязанная рука. Загадка пути крови в теле была

разгадана. Гарвей наметил схему кровообращения. Но, рассказав о своем

открытии на лекции, он отказался опубликовать его. Осторожный ученый

занялся новыми опытами и наблюдениями. Он обстоятелен и нетороплив, и лишь в 1628 году, когда Гарвею уже пятьдесят лет, не дома, в Англии, а в далеком Франкфурте выходит его «Анатомическое исследование о

движении сердца и крови у животных». Тоненькая книжонка — 72 страницы — сделала его бессмертным.
В этой небольшой книге были описаны результаты тридцатилетних

опытов, наблюдений, вскрытий и раздумий. Содержание ее сильно противоречило многому из того, во что крепко верили анатомы и врачи не

только давних времен, но и современники Гарвея.
Гарвей считал, что сердце — это мощный мышечный мешок, разделенный на несколько камер. Оно действует, как насос, нагнетающий кровь

в сосуды (артерии). Толчки сердца — это последовательные сокращения

его отделов: предсердий, желудочков, это внешние признаки работы «насоса». Кровь движется по кругам, все время возвращаясь в сердце, и этих

кругов два. В большом круге кровь движется от сердца к голове, к поверхности тела, ко всем его органам. В малом круге кровь движется между

сердцем и легкими. Воздуха в сосудах нет, они наполнены кровью Общий

путь крови: из правого предсердия — в правый желудочек, оттуда — в

легкие, из них — в левое предсердие. Таков малый круг кровообращения.

Его открыл еще Сервет, но Гарвей не знал этого: ведь книга Сервета была

сожжена.
Из левого желудочка кровь выходит на пути большого круга. Сначала

по крупным, потом по все более и более мелким артериям она течет ко

всем органам, к поверхности тела. Обратный путь к сердцу (в правое предсердие) кровь совершает по венам. И в сердце, и в сосудах кровь движется

лишь в одном направлении: клапаны сердца не допускают обратного тока,

клапаны в венах открывают путь лишь в сторону сердца.
Как попадает кровь из артерий в вены, Гарвей не знал — без микроскопа путь крови в капиллярах не проследишь. Капилляры открыл итальянский ученый Мальпиги в 1661 году, т. е. через 4 года после смерти

Гарвея. Но для Гарвея было ясно, что переход крови из артерий в вены

нужно искать там, где находятся мельчайшие разветвления артерий и

вен.
8


Не знал Гарвей и роли легких. В его время не только не имели представления о газообмене, но и состав воздуха был неизвестен. Гарвей только утверждал, что в легких кровь охлаждается и изменяет свой состав.
Рассуждения и доказательства, приведенные в книге Гарвея, были очень

убедительны. И все же, как только книга появилась, на Гарвея посыпались нападки со всех сторон. Авторитет Галена и других древних мудрецов

был еще слишком велик. В числе противников Гарвея были и крупные

ученые, и множество врачей-практиков. Взгляды Гарвея были встречены

враждебно. Ему даже дали прозвище «Шарлатан». Одним из первых подверг Гарвея уничижительной критике «царь анатомов», личный врач Марии Медичи — Риолан. За Риоланом — Гюи Патен (Мольер отомстил

ему за Гарвея, высмеяв в своем «Мнимом больном»), за Патеном — Гоффман, Черадини, — противников было куда больше, чем страниц в его

книге. «Лучше ошибки Галена, чем истины Гарвея!» — таков был их бое-*

вой клич. Больные отказывались от его услуг, подметные письма достигали короля, но, к чести Карла I, он не поверил наветам и даже разрешил

своему медику вылавливать в Виндзорском парке ланей для опытов по

эмбриологии.


Гарвею пришлось пережить много неприятностей, но затем с его учением стали считаться все больше и больше. Молодые врачи и физиологи

пошли за Гарвеем, и ученый под конец жизни дождался признания своего

открытия. Медицина и физиология вступили на новый, подлинно научный путь. Открытие Гарвея создало коренной перелом в развитии медицинской науки.
Придворные отношения нередко отрывали Гарвея от профессиональных занятий. Так, в 1630—1631 годы он сопровождал герцога Левнокса в

поездке на материк. В 1633 году он ездил с Карлом I в Шотландию, а в

1636 году находился в свите графа Аронделя, отправлявшегося послом в

Германию.


Когда началась революция, король оставил Лондон и Гарвей последовал за ним. Лондонское население разграбило Вайтхолл и квартиру Гарвея: при этом уничтожены его работы по сравнительной и патологической

анатомии и эмбриологии — результат многолетних исследований. Гарвей

находился при Карле I во время Эджгильской битвы, а затем поселился в

Оксфорде, который на время сделался главной квартирой короля. Тут он

был назначен деканом мертонской коллегии, но в 1646 году Оксфорд был

взят парламентскими войсками и ученому пришлось оставить должность

декана. С этого года он совершенно устранился от политики, в которой,

впрочем, и раньше не принимал активного участия, и переселился в Лондон. Здесь он выстроил для лондонской коллегии врачей дом, в котором

была помещена библиотека и происходили заседания общества. Гарвей

также подарил этому учреждению коллекцию естественноисторических

препаратов, инструментов и книг.
ВИЛЬЯМ ГАРВЕЙ 59
В последние годы жизни ученый занимался эмбриологией. В 1651 году

Гарвей опубликовал свой второй замечательный труд «Исследования о рождении животных». В нем он описывает развитие зародышей, правда, не во

всех подробностях, ведь микроскопа у него не было. И все же он сделал

ряд открытий в истории развития зародыша, а главное — твердо установил, что все живое развивается из яйца. Из яйца развиваются не только

животные, откладывающие яйца, но и живородящие. Гарвей не видел яйца

млекопитающего — оно было открыто лишь в 1826 году русским ученым

Карлом Бэром, — но смело утверждал, что и зародыш млекопитающих

образуется из яйца. Семена растений приравнивались к яйцу животных.


«Все живое из яйца!» — гласила надпись на рисунке, украшавшем

книгу Гарвея. Это было основной мыслью книги и стало лозунгом нового

направления в науке, лозунгом, который нанес тяжелый удар сторонникам самозарождения и любителям рассказов о зарождающихся в грязи

лягушках и о прочих чудесах.


Последние годы Гарвей жил уединенно Уже не надо было бороться за

свое открытие. Новое поколение английских физиологов и врачей видело

в нем своего патриарха; поэты — Драйден и Коули — писали в его честь

стихи. Лондонская медицинская коллегия поставила в зале заседаний его

статую, а в 1654 году избрала его своим президентом. Но он отказывается

от почетного кресла: «...эта обязанность слишком тяжела для старика... Я

слишком принимаю к сердцу будущность коллегии, к которой принадлежу, и не хочу, чтобы оно упало во время моего председательства».
Гарвей не любил титулов и никогда не домогался их. Он продолжает

работать. Иногда, намаявшись в скрипучем дилижансе, он приезжал к

брату Элиабу в деревушку близ Ричмонда, беседовал и пил с ним кофе.

Ученый очень любил кофе. И в завещании отдельно отметил кофейник

для Элиаба: «В воспоминание счастливых минут, которые мы проводили

вместе, опоражнивая его».


3 июня 1657 года, проснувшись, Гарвей почувствовал, что не может

говорить. Он понял, что это конец, прощался с родными просто, легко,

для каждого нашел маленький подарок и умер тихо и спокойно
РЕНЕ ДЕКАРТ
(1596—1650)

Рене Декарт родился 21 марта 1596 года в маленьком городке Ла-Гэ в

Турени. Род Декартов принадлежал к незнатному чиновному дворянству

Его мать, разрешившись от бремени, через несколько дней умерла. Рене

остался жив, но до двадцати лет короткий, сухой кашель и бледный цвет

лица внушали опасения за его жизнь. Детство Рене провел в Турени, славившейся садами, плодородием и мягкостью климата. В 1612 году Декарт

закончил школу. Он провел в ней восемь с половиной лет.
Школа добилась почти чудесного эффекта: у юноши, в высшей степени любознательного, у ума, отличительной чертой, господствующей страстью которого была страсть к знанию, она сумела вызвать отвращение к

знанию и к науке. Рене шел семнадцатый год, когда он вернулся к своим

в Ренн. Он забросил книги и научные занятия и проводил все время в

верховой езде и фехтовании. Но было бы ошибочно думать, что мысль его

в это время спала. У этого творческого ума всякие впечатления тотчас же

перерабатывались в законы и обобщения: результатом его фехтовальных

забав явился «Трактат о фехтовании».
Весной 1613 года Рене отправился в Париж: молодому дворянину нужно

было позаботиться о приобретении светского лоска и завязать в столице

необходимые для житейских успехов связи.
В Париже Рене познакомился с ученым францисканским монахом

Мерсенном, автором весьма двусмысленного комментария к книге Бытия, при чтении которого благочестивые люди покачивали головами, и

математиком Мидоржем. Он попал в компанию «золотой молодежи», вел

рассеянную жизнь и увлекся карточной игрой. Светские приятели Декар

РБНБ ДЕКАРТ 61
.ра, однако, жестоко ошибались, если считали его одним из них После

полутора лет рассеянной жизни в юноше вдруг произошел перелом Тайюом от своих друзей и парижских родных он перебрался в уединенный

домик в Сен-Жерменском предместье, заперся здесь со своими слугами и

погрузился в изучение математики — главным образом, геометрии и анализа древних.


В этом добровольном заточении Декарт провел около двух лет Когда

ему шел двадцать первый год, он решил оставить Францию и увидеть свет.

Декарту хотелось почитать «в великой книге мира, увидеть дворы и армии, войти в соприкосновение с людьми разных нравов и положений,

собрать разные опыты, испытать себя во встречах, какие представит судьба, и всюду поразмыслить над встречающимися предметами» Начались

годы скитальчества.
В 1617 году Декарт надевает мундир волонтера нидерландской армии.

И теперь он живет в Бреде. От жалованья он отказывается, чтобы быть

свободным от всяких обязанностей, не ходит даже на парады, сидит дома

и занимается математикой Два года затворнической жизни в Сен-Жерменском предместье не прошли даром Декарт становится одним из величайших математиков эпохи.


В дневнике Декарта есть заметка: «10 ноября 1619 года я начал понимать основания чудесного открытия». Не подлежит сомнению, что чудесным открытием, о котором говорит здесь Декарт, было открытие основ

аналитической геометрии. Сущность аналитической геометрии состоит в

приложении алгебры к геометрии и обратно — геометрии к алгебре Всякая кривая может быть выражена уравнением между двумя переменными

величинами, и обратно — всякое уравнение с двумя переменными может

быть выражено кривой. Это открытие имело громадное значение не только для математики, в истории которой оно составило эпоху, но и для

естественных наук, и вообще для все расширяющегося круга знаний, имеющих дело с точными величинами — числом, мерой и весом


Изобретатель нового метода ясно сознавал все его громадное значение

и общность Но вскоре Декарт, по-видимому, пришел к убеждению, что с

одной идеей, хотя бы великой и гениальной, произвести реформу науки

нельзя Скитания продолжились — вместе с армией Декарт побывал сначала в Праге, затем в Венгрии и Брюсселе В 1623 году Рене появляется в

Париже. Затем новые путешествия по Европе В 1625 году Декарт возвращается во Францию, но вскоре снова покидает ее и уезжает в Голландию
Переселение в Голландию вызвано было не одним только желанием

Уйти от многочисленных парижских знакомых и любовью к уединению

"Ыли и другие мотивы. В Голландии благополучно существовали свободные учреждения, в ней получил признание принцип веротерпимости В

• олландии Декарту нравился сам строй жизни деятельного народа, «более

^ботящегося о своих делах, чем любопытного к чужим».
62 pE^lL^S^^^^
63
Первое время Декарт продолжает работать над начатым в Париже трактатом «О Божестве», но, несмотря на перемену климата, работа у него н<

идет. Он забрасывает ее и переходит к естественнонаучным занятиям

Любопытный феномен, наблюдавшийся в Риме в 1629 году и состоявший

в появлении вокруг Солнца пяти ложных солнц (паргелиев), — о чем

сообщил Декарту Мерсенн, — опять оживляет в нем интерес к оптике и

направляет на изучение радуги, так как ученый совершенно правильна

ищет причину паргелиев в явлениях преломления и отражения света. Оі

оптики он переходит к астрономии и медицине — точнее, к анатомии

Высшая цель философии состоит, по его мнению, в принесении пользь

человечеству; он дорожит в этом отношении особенно медициной и хи

мией и ожидает блестящих результатов от приложения к этим наукал.

математического метода. Анатомию Декарт изучает не по атласам и кни

гам, а сам анатомирует животных.
В середине 1633 года Декарт известил Мерсенна, что у него готої

трактат «О мире» и что он отложил его в сторону на несколько месяцев

чтобы тогда окончательно пересмотреть и исправить. Осенью Декарт приступил к пересмотру и счел нужным предварительно ознакомиться с «Ди

алогами о системах мира» Галилея. Он обратился к друзьям в Лейден )•

Амстердам с просьбой прислать ему эту книгу и, к крайнему своему

изумлению, получил в ответ известие, что в июне того же года «Диалоги»

были сожжены инквизицией, и престарелый их автор, несмотря на заступничество влиятельных лиц, осужден был сначала на заключение і

инквизиционной тюрьме, а затем подвергнут аресту в деревенском доме

где ему предписано в течение трех лет читать раз в неделю покаянньк

псалмы.
Декарт не на шутку перепугался. Ученый решил даже в первую ми

нугу сжечь свои рукописи. Эта страница из жизни Декарта ничего н

прибавит к его славе и вряд ли усилит уважение читателя к французскому мыслителю. f


В 1634 году Декарт составил набросок своего этюда «О человеке и

образовании зародыша». По несколько странному стечению обстоятельств

Декарт, как замечает Мэгеффи, имел в эту пору возможность производить

«наблюдения» по интересовавшему его вопросу. В 1635 году у него роди

лась дочь, Франсина. Сведения о жизни этого маленького существа отли

чаются необычайной обстоятельностью по пункту, о котором в други

случаях умалчивают даже обстоятельнейшие биографии, и крайней скудо

стью в прочих отношениях. На чистом листке одной книги Декарта мі

находим запись: «Зачата 15 октября 1634 года». Но о матери ребенка ниче

го не известно, связь, во всяком случае, была мимолётная. Романтически

элементы вряд ли имелись в натуре Декарта, и Мэгеффи делает, може

быть, слишком суровое по отношению к Декарту предположение, что рож

дение на свет Франсины было плодом его любознательности. Во всяко»
случае, Декарт горячо был привязан к своей маленькой дочке. Франсина

чмла. недолго, и смерть ее в 1640 году от скарлатины была тяжелым ударом


для отца.
В июне 1637 года Декарт выпустил книгу, выделив из «Мира» безобидные отделы: «О свете» (диоптрика) и «О метеорах», написав заново

«Геометрию» и предпослав им название «Рассуждение о методе». Это было

если не начало новой эры, то, во всяком случае, крупное событие в истории человеческой мысли. Появился новый центр для кристаллизации

сформировавшихся уже, но еще разрозненных и неорганизованных элементов нового миросозерцания. Новое миросозерцание вылилось в одну

из более или менее устойчивых своих форм; лишний раз выяснился путь,

по которому пойдет развитие человеческой мысли.


Геометрию Декарт намеренно писал запутанно, «чтобы лишить завистников возможности сказать, что все это они давно знали». Для этого он

выпустил при труднейших задачах анализ, оставив только построение.


Несравненно популярнее написаны были Диоптрика и Метеоры. Сам

Декарт был очень доволен своими Опытами. Он говорил, что не думает,

чтобы когда-либо ему пришлось выпустить или изменить в них хотя бы

три строки.


В современной науке наряду с индуктивным методом широко применяется и метод дедукции. Суть его состоит в том, что из небольшого числа

общих принципов выводятся различные частные следствия. Хотя этот метод

зародился еще в Древней Греции, именно в этой книге Декарт впервые

обстоятельно обосновал его применительно к естествознанию. Декарт не

отрицал и индукции; он прекрасно понимал огромное значение опыта как

средства познания и критерия истины: «Я буду отныне продвигаться в

познании природы быстрее или медленнее, в зависимости от того, насколько я буду в состоянии производить опыты. Опыт дает мне необходимый материал для исходных посылок, он же дает проверку правильности

выведенных заключений».


Только в 1644 году Декарт издал более обширное сочинение под названием «Начала философии». В него, наконец, вошли сочинения Декарта о мире (космосе), которые он намеревался издать еще в 1633 году. В

этом сочинении он изложил грандиозную программу создания теории

природы, руководствуясь своим методологическим правилом брать за ос"ову наиболее простые ясные положения. Еще в «Рассуждении о методе»

Декарт подверг анализу всевозможные исходные положения, сомневаясь

в справедливости любого из них, в том числе и в положении «Я существую». Однако в акте мышления сомнение невозможно, ибо наше сомнете уже есть мысль. Отсюда знаменитое положение Декарта: «Я мыслю —

оледовательно существую». Чтобы обезопасить свое учение от нападок

Церковников, Декарт говорит о существовании бога и внешнего мира,

Изданного богом. Но обмануть церковников не удается, они распознали


64
материалистическую сущность системы Декарта. Верный своему мето;
Декарт ищет в материальном субстрате самое основное и простое и нах<

дит его в протяженности.


Материя Декарта — это чистая протяженность, материальное простран-"

ство, заполняющее всю безмерную длину, ширину и глубину Вселенной,

Части материи находятся в непрерывном движении, взаимодействуя друг

с другом при контакте. Взаимодействие материальных частиц подчиняется основным законам или правилам.


«Первое правило состоит в том, что каждая часть материи по отдельности всегда продолжает оставаться в одном и том же состоянии до тех пор,

пока встреча с другими частицами не вызовет изменения этого состояния».


«Второе правило, предполагаемое мною, заключается в следующем:
когда одно тело сталкивается с другим, оно может сообщить ему лишь

столько движения, сколько само одновременно потеряет, и отнять у него

лишь столько, насколько оно увеличит свое собственное движение».
«В виде третьего правила я прибавлю, что хотя при движении тела его

путь чаще всего представляется в виде кривой линии и что невозможно

произвести... ни одного движения, которое не было в каком-либо виде

круговым, тем не менее каждая из частиц тела по отдельности стремится

продолжать тело по прямой линии».
В этих «правилах» обычно усматривают формулировку закона инерции и закона сохранения количества движения. В отличие от Галилея

Декарт отвлекается от действия тяготения, которое он, между прочим,

также сводит к движению и взаимодействию частиц, и упоминает о направлении инерционного движения по прямой. Однако его формулировка еще отличается от ньютоновской, он говорит не о состоянии равномер!

ного и прямолинейного движения, а вообще о состоянии, не разъясняв

подробно содержания этого термина. |
Из всего содержания «Начал» видно, что состояние частей матери|

характеризуется их величиной («количество материи»), формой, скорое)

тью движения и способностью изменять эту скорость под воздействием

внешних частиц. Можно отождествить эту способность с инерцией, и тог2

да в одном из писем Декарта мы встречаем очень интересное утверждение: «Можно утверждать с достоверностью, что камень неодинаково расположен к принятию нового движения или к увеличению скорости, когда

он движется очень скоро и когда он движется очень медленно».


Другими словами, Декарт утверждает, что инерция тела зависит от его

скорости. В письмах Декарта встречается формулировка закона инерции,

уже почти текстуально совпадающая с ньютоновской' «Полагаю, что природа движения такова, что, если тело пришло в движение, уже этого достаточно, чтобы оно его продолжало с той же скоростью и в направлении

той же прямой линии, пока оно не будет остановлено или отклонено какой-либо другой причиной».


РЕНЕ ДЕКАРТ 65
Этот принцип сохранения скорости по величине и направлению тем

более интересен у Декарта, что, по его представлению, в мире пустоты нет

и всякое движение является циклическим: одна часть материи занимает

место другой, эта — предыдущей и т. д. В результате вся Вселенная пронизана вихревыми движениями материи. Движение во Вселенной вечно,

так же как и сама материя, и все явления в мире сводятся к движениям

частиц материи. Вначале эти движения были хаотическими и беспорядочными, в результате этих движений частицы дробились и сортировались.


В физике Декарта нет места силам, тем более силам, действующим на

расстоянии через пустоту. Все явления мира сводятся к движениям и взаимодействию соприкасающихся частиц. Такое физическое воззрение получило в истории науки название картезианского, от латинского произношения имени Декарта — Картезий. Картезианское воззрение сыграло огромную роль в эволюции физики и, хотя и в сильноизмененной форме,




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   59




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2023
обратиться к администрации

    Главная страница