Протестантская Реформация и Католическая Реформа



страница8/10
Дата17.11.2018
Размер1.82 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Мысль Лютера об оправдании одной верой и ее прямое развитие ведет к отвержению иерархии, таинств и всего внешнецерковного устройства, к тем началам, что признавали анабаптисты. И в начале Реформации шло прямое ее развитие. Но потом, когда Лютер увидел, что полная религиозная свобода ведет слишком далеко, он делает быстрый поворот к церковному авторитету. То же самое сделал и Цвингли. При таких обстоятельствах тем, кто хотел остаться приверженцем начал мистического христианства, ничего не оставалось больше делать, как оставить приверженцев Реформации, не желавших прямого развития оправдания верой, и утвердиться в преданиях о “святой церкви” и образовывать новые общины.

5. ГЕРМАНСКИЙ АНАБАПТИЗМ

5.1. Цвикауская община

Первые упоминания об этом движении связаны с небольшим немецким городком Цвикау, где анабаптизм появляется как живое восстановление задавленного папством предания средневековой мистики в народе. Здесь с давних пор была большая группа, оставившая католическую церковь и жившая преданиями средневекового сектантства. Но эта группа ничего не предпринимала до тех пор, пока не прибыл туда в качестве проповедника Томас Мюнцер. В то время он, так же, как и Карлштадт, поставил своей задачей как можно скорей вводить идеи реформации в жизнь и освободить Германию от ограничений церкви и гражданской власти [34, с.335].

До прибытия в Цвикау Мюнцер был школьным учителем. И по своему естественному отвращению к схоластике, он обратился к изучению мистического богословия, так же, как и Лютер, читал Иакима Флейрийского, Таулера и Сузо. “Но в то время, как Лютер, в силу своего религиозного духа, извлекал из мистики только мед, оставляя при помощи своего здорового инстинкта, все вредное в стороне, Мюнцер извлекал из мистики яд, или, можно сказать, она делалась в нем ядом”, – замечает Герцог [21, с.601]. Вишняков пишет: “Мюнцера интересовала в мистике не жажда молитвы и внутреннее самоуслаждение, а непосредственное отношение к Богу... он относился к Богу не смиренным и благородным послушником, а гордым и надменным фанатом. Он считал себя человеком, который не только удостаивается Богом святых Его откровений, но который сам может заставить Его делать желаемые откровения”.

Люди, поддерживающие Мюнцера в Цюрихе, были из общины, наследовавшей предание средневекового сектантства. Во главе этой общины стоял Шторх. Он был простым фабрикантом, но человеком весьма влиятельным в народе. Деятельность его исполнена серьезности и определенности, увлечения и экстаза. Его обширное знание Библии удивляло всех. Пророческие видения, между которыми первое место занимало явление ему архангела Гавриила, особенно будто бы близкого Шторху, составляло исходный пункт его деятельности. Разрушение римской церкви и основание “благочестивого царства” было целью его стремлений. Поскольку первые немецкие анабаптисты не ставили перед собой цели описать свое учение и устройство церкви, на мой взгляд, описание, сделанное одним из древних историков анабаптизма, характеризующее Шторха, может послужить моделью, на которую ориентировались немецкие анабаптисты при выборе церковного руководителя. Вагнер описывает его так: “Это был человек набожный и святой, не позволявший себе роскоши в жизни; его блестящие глаза и спокойное лицо невольно располагали в его пользу всякого, кто имел с ним дело; обращение его с людьми было просто и открыто; сила его слова была так могущественна, что будто он имел в себе Духа Божия” [34, с.364].

Сильный в народе Шторх далеко не таков был в ученом кругу. И он об этом знал и постарался сблизиться с Мюнцером. Сойдясь, они, каждый со своей стороны, действуют в пользу перекрещенцев. Мюнцер берет на себя полемику с католиками и протестантами, а Шторх внутреннее устройство церкви. Особенностями этой общины было:

отвержение законов и правительства;

введение свободы и общности имений;

избрание двенадцати апостолов и семидесяти двух

учеников, для проповеди Евангелия, крещения и

основания новой церкви.

их догматика не получила строгой определенности, хотя основные ее положения – учение о новой церкви, перекрещивании и всеобщем священстве – представлялись ясно в сознании членов общины.

Среди руководителей Цвикауского анабаптизма также можно выделить Марка Фому и Марка Штюбнера. Последний был студентом Виттенбергского университета. Штюбнер был восторженным слушателем Лютера, он увлекался работами своего учителя, ему нравились особенно первые сочинения, посвященные оправданию верой и говорящие о возможности каждого общаться с Богом. В Цвикау он явился после изгнания Мюнцера и назначения на его место ярого приверженца Лютера Никола Гусмана. Это назначение послужило поводом к восстанию против ратуши, в результате которого лучшие и образованные представители общины покинули город.

Это обстоятельство заставило Шторха, Штюбнера и Фому отправиться в Виттенберг, куда манило возмущение, вызванное там Карлштадтом и Дидимом. Лютер тогда находился в Ваттбурге, и Реформацией управлял Меланхтон, который не в состоянии был удержать народных волнений. К тому же его стала занимать мысль об организации новой протестантской церкви. Меланхтону также был привлекателен субъективизм веры. Благодаря этим обстоятельствам, он принял их не без симпатии и в письме к Лютеру удивлялся их изгнанию из Цвикау, находя их невинными [34, с.369].

5.2. Учение “Цвикауских пророков”

Из письма Меланхтона к Лютеру видно, что они заявляли два главных пункта. Это, во-первых, мысль о создании новой святой церкви на земле, состоящей только из избранных, которые будут наслаждаться благоденствием и покоем после истребления всего “грешного и прелюбодейного мира”. Во-вторых, всякий избранный имеет в себе Дух Святой, им наставляется, руководится и живет жизнью праведника. И как следствие этого – отвержение спасительных таинств, повторное крещение, низвержение церковных авторитетов и т. д. На совещании с Меланхтоном их несогласие, в основном, было относительно учения о крещении. Меланхтон мало принимал во внимание настойчивость перекрещенцев, не предполагал и того, что анабаптисты были в состоянии доказать необходимость крещения по вере. Разговор принял серьезный оборот, когда Штюбер сказал Меланхтону: “Да что вы хвалитесь вашей победой над папством, торжество ваше решительно только на словах; вы говорите, что всякое дело, не от веры происходящее, ничего не значит, что всякая церемония, не служащая прямым выражением нашей веры, –фиглярство; зачем же вы оскверняете церковное таинство в детях, которые не знают и не понимают веры?”

Тогда Меланхтон совсем растерялся. Он писал к Лютеру: “Меня не слишком беспокоит, что они пророчествуют ... но я не знаю, что мне делать с учением о крещении детей. Я читал об этом предмете у древних учителей церкви, справлялся у Августина, но не нашел совершенно ясного и определенного” [34, с.373].

Действительно, с точки зрения Лютера, Меланхтону нечего было возразить против анабаптистов. С какой бы стороны не смотрел он, личная вера и крещение детей всегда будут в противоречии друг с другом. После первого возмущения анабаптистов в Цвикау и изгнания из города Мюнцера он долго путешествовал, распространяя свои идеи в народе и ища новую должность проповедника. И в 1523 г. Мюнцер становится пастором в Альштадте. Здесь он издает свое “Богослужение”, которое должно было служить органом и выражением “новой церкви” на земле [34, с.375].

В это же время Мюнцер старался оттолкнуть народ от Лютера. Он издает большое количество книг, брошюр и писем, которые бесплатно печатались и даром рассылались. В своих речах Мюнцер так рельефно выставлял слабые стороны Лютера, что вскоре склонил на свою сторону немало народа. Под предлогом ниспровержения папства, он проповедовал против князей и правительств, которые не хотели открыто выступать против Рима. И чем ревностней он выступал против властей с такими, например, словами “...отдайте же, сильные мира, жестокие узурпаторы, отдайте нам блага, которыми вы насильственно завладели, отдайте, они созданы для всех одинаково”, тем больше народа стекалось к нему. Своей кипучей литературной деятельностью и силой личного присутствия он пытался охватить цепями заговоров всю Германию и Швейцарию. Но до конца ему свой план осуществить так и не удалось из-за того, что невозможно было сдерживать возбужденный народ. Крестьянский мятеж с социально-демократическим характером был подавлен. Толпы крестьян, предводимые Мюнцером, были разбиты объединенными областными князьями, сам Мюнцер был взят в плен и, причастившись по римскому обряду, как этого желал герцог Георг саксонский, был обезглавлен.

Теперь начался ряд гонений со стороны католиков и протестантов. Вышел императорский эдикт, предписывающий уничтожать анабаптистов “без предварительного суда инквизиции”. Жестокость, с которой выполнялся эдикт, рассеяла анабаптистов за пределы Германии и во многих стала вызывать, фактически, обожание своих страданий и мучений. Себастьян Франк говорит: “...большая часть (анабаптистов) проповедует о кресте, как о единственном пути к жизни ... проповедь эта была бы совершенно справедлива, если бы они идолопоклоннически не обожали своих страданий, надеясь спастись не через Христа, а через одни личные свои страдания” [34, с.386].

5.3. Учение Мюнцера

В Альштадте Мюнцер ввел свое “богослужение” и основал общину, которая должна была служить прототипом “нового царства”. Основным правилом этого общества была общность имения. И если какой князь, граф или господин не захочет согласиться с этим, должен быть убит. Он окончательно порывает свои отношения с Лютером и начинает против него обличительную полемику, в результате которой окончательно вырабатывается мировоззрение Мюнцера. Песотский отмечает: “Через все сочинения, дошедшие до нас, проходит лишь одна мысль: необходимо произвести полную реформу, надо разрушить существующие до сих пор (социальные) формы жизни... и на развалинах старого мира построить новое теократическое царство”.

5.3.1. Антропология и сотериология. Мюнцер не мог согласиться с учением Лютера о человеке и об оправдании верой, полученной по благодати Божией. У Лютера учение об освящении очень слабое, благодать могла только оправдать, а не освятить человека, переродив его “в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова”. Это вытекало из его учения о полной зависимости личности человека в деле спасения от Бога и благодати. Мюнцер не мог примириться с учением, которое лишает человека того, что возвышает личность, т.е. свободы и самостоятельности.

“Мы, – говорил он, – плотские люди, должны быть богами через очеловечивание Христа и, будучи через Него научены и обоготворены, в Него превратиться, так, чтобы здешняя плотская жизнь была небесною” [35, с.204].

Для Мюнцера фактом являлось то, что человек свободен. Свобода и самостоятельность человека прежде всего проявляются в приобретении веры, которую человек получает в процессе мистического вдохновения. Мюнцер учил: “Удалившись в уединенное место, размышляй о Боге, о том, кто Он есть в Самом Себе, кто Он по отношению к нам, принимает ли Он какое-либо участие в нашем положении, заботится ли сколько-нибудь о нас? Размышляй о том, ради нас ли пострадал Иисус Христос, и спас ли Он нас, или мы находимся под гнетом бедствий и греха? Размышляй о том, наша ли вера истинная, или вера турок, язычников, иудеев? Потом, когда думы эти начинают волновать тебя, требуй у Бога знамения, разрешения твоих вопросов и успокоения. И если Бог такого знамения скоро не дает, тогда не только не нужно отступать от Него, но, напротив, еще настоятельней требовать, сердиться на Него, поносить, укорять в неправосудии. Сам же Он обещал всякого желающего спастись учить истине, добру, всегда давать просимое... Как же Он может отказать в знамении сердцу, которое жаждет познания о Нем? ... Тот Бог не Бог, Который не беседует с нами, как с Авраамом, Исааком, Иаковом” [34, с.366].

Вера, по Мюнцеру, получается самим человеком от Бога, путем долгих стараний, фактически доводящих человека до экстаза, а не через слушание Слова Божия и его, как учил Лютер. Мюнцер говорил: “Не от выкраденных букв получает человек веру, она дается ему через небесный голос, который бывает слышен во глубине души, но это не значит, однако, что вера, получаемая человеком свыше, была бы по отношению к нему как нечто внешнее, – нет, эта вера органически сливается с нравственными силами человека, делается руководящим началом в жизни человека, делает его действительно святым, а не оправданным только. Получив такую веру, человек не может не делать добрых дел” [35, с.205].

Но Мюнцер весьма необычно понимал “добрые дела”, поскольку его жизнь полна примеров нечестности и преступлений. Говоря о спасении, он выступает против “сладкого Христа”, т.е. пути спасения по Лютеру одной верой без дел. Он считает, что этот путь – “отрава для мира”. Кто не хочет иметь “горького Христа”, тот в меду найдет себе смерть.

“Горький Христос – путь добрых дел и страданий – есть единственное средство, через которое человек может получить веру, а вместе с ней Святого Духа и спасение”. Полное перерождение человека совершается постепенно. Чтобы достигнуть его, человек должен пройти следующие четыре ступени [35, с.207]: Удаление от грубого: человек старается удалить от себя грубые грехи; обжорство, пьянство и т.д. Дела: человек старается усовершить себя. Удивление: человек начинает удивляться, рассматривая свои грехи и милость Божию. Скука: печаль о прежних грехах. Полным спокойствием заканчивается этот ряд восхождений. Оно заключается в том, что успокоенному Бог предоставляет делать все в Себе.

5.3.2. Взгляд Мюнцера на церковь. Мюнцер определял границы своей церкви так: церковь должна состоять из “успокоенных”, вполне перерожденных. Управляется эта церковь непосредственно Самим Богом; Он есть единственный авторитет для ее членов. Свою волю Бог выражает через откровения. На это откровение имеет право всякий член церкви.

Служители новой церкви постановляются через откровение и нет пресвитерства без откровения свыше. Но поскольку такое откровение может иметь всякий перерожденный, следовательно, в церкви Мюнцера все были равно пресвитеры. Перерожденный человек, по Мюнцеру, есть “судья и устроитель всего мира”, то, что он делает, он делает потому, что это несомненно написано в его сердце Богом.

Таким образом, идея всеобщего священства выступает у Мюнцера в форме полной и безусловной субъективности, а фактически, на практике, она выступала часто в форме церковного и государственного произвола, который не может быть ничем ограничен. Его не может ограничить даже Писание, потому что не оно у Мюнцера является руководством в делах веры, но человек поставлен им господином над Словом Божиим. Мюнцер был против буквального понимания Библии, чем и объясняется его своеобразное поведение. “Внешние свидетельства, говорил он, не имею никакого значения для избранных”. Он считал, что каждый, исследующий Писание, смотрел на себя, как на “совопросника Писания”, чтобы постепенно сделаться из плотского духовным учителем.

“Учения о таинствах среди работ Мюнцера мы не нашли, – пишет Песотский, но известно, что он признавал два таинства: причастие и крещение” [34, с.208].

Крещение младенцев Мюнцер в теории признавал за “начало нестроений в христианстве”, но на практике он все-таки удерживал этот “худой обычай”. В служебнике, изданном в 1523 г., он так говорит о крещении младенцев: “Если у нас дети крестятся, то напоминается кумовьям о том, чтобы они были внимательны к тому, что происходит, и могли о нем напомнить выросшему крестнику и тот, при помощи их, мог бы понять крещение”. “Хотя детей и крестят, но перед всем сообществом, чтобы возвысить в глазах народа достоинство крещения” [34, с.209]. А из письма швейцарских братьев к Мюнцеру видно, что он сохранил мессу в реформированном виде [22, с.156].

Церковь и государство, по Мюнцеру – фактически одно и то же, поскольку он ведет войну не только против духовной, но и против светской власти. Если в делах веры Мюнцер еще ставит человека в непосредственную зависимость от Бога и Его откровения, то в делах земных у него как бы исчезает и этот авторитет. Это вытекает из того положения, что членами церкви могут быть только перерожденные, святые, которые грешить не могут, а все “неперерожденные”, не принадлежащие к церкви лица должны быть изгоняемы. Мюнцер отвергал всякий закон, власть и вообще все, что может так или иначе ограничивать человека в его церкви-царстве. И путь к этому царству он видел через кровь и трупы. В оправдание своего кровавого пути Мюнцер постоянно ссылался на Cв. Писание, которое он, благодаря своему “ключу”, понимал по-своему. Так, он ссылался на Луку 19:27, но преимущественно указывал на места из Ветхого Завета, говорившие об изгнании народов, населяющих Обетованную землю.

***


Подводя итог, нужно отметить, что Мюнцер мало заботился о том, чтобы сделать человека праведным и добрым, он даже не был анабаптистом в полном понимании этого слова, его цель была побыстрее доставить земные блага, основав “царство любви и мира на трупах”. Общины основанные Мюнцером, имели крайне неопределенные взгляды. Их члены были сектантами и революционерами одновременно. Разнообразие их стремлений было самое полярное. Дело Мюнцера едва ли можно связывать с евангельской церковью, но оно имело влияние на последующее движение крещенцев. Масштабы движения придали главным идеям анабаптистов широкую известность. Сочинения Мюнцера распространились по всей Германии и проникли в Швейцарию. Дело, кончившееся провалом, возбудило многие умы, неудовлетворенные положением в церкви. Некоторые его идеи, мысль о церкви святых и личном общении с Богом в тихих и кротких общинах, являются полной противоположностью революционным группам. “Перекуйте мечи свои на орала, нет больше войны на земле, войны в новом царствии Божием, которое наступает ныне”. “Кайтесь и креститесь, – скоро наступит славный день Господень, день радости и мира” – учили их проповедники.

6. ШВЕЙЦАРСКИЕ АНАБАПТИСТЫ

В то время, когда Мюнцер в Германии выступал против Лютера и подготавливал восстание, в Швейцарии в Цюрихе тихо, постепенно, независимо от Мюнцера появилась группа лиц, разделявших главные идеи анабаптистов. Внешней причиной появления анабаптизма в Швейцарии послужило то же обстоятельство, что и в Германии, а именно, недовольство нерешительностью и некоторой непоследовательностью, которые проявляли магистрские реформаторы в проведении Реформации. Так, цюрихский совет в течение нескольких лет проявлял по отношению ко всем нововведениям робкую осторожность. До 1523 г. признавалась компетенция папы в церковных делах. Поэтому радикально настроенные цюрихцы выступали за более решительные действия. Они ставили требования о двух видах причащения, хлеба (тела) и вина (крови) для всего народа, говоря, что “монахи и попы все вместе мошенники и воры, которые воруют у мирян кровь Христа” [21, с.663]. Цюрихцы, где только читались сочинения Мюнцера, собирались толпами, порицали реформаторов, что они недостаточно умны, возвышенны и совершенны. Они требовали у Цвингли отделиться от общей церкви и организовать новую, по примеру апостольской. Цвингли отвечал им, что в церкви много людей, любивших Слово Божие, церкви должны иметь снисхождение к немощным, иначе ангелам не пришлось бы тогда в день страшного суда вырывать плевелы.

6.1. Цюрихские радикалы до разрыва с Цвингли

Среди радикально настроенных жителей Цюриха выделялся Конрад Гребель, который, собственно, был руководителем группы по изучению Библии. Это был “человек светский, как его описывает Песотский, по образу занятий лингвист, личность страстная, со всем усердием увлекающаяся” [36, с.420]. Вначале Гребель полностью поддерживал Реформацию, и Цвингли надеялся в нем иметь цюрихского Меланхтона. Он происходил из одного древнего знатного цюрихского рода, учился в Вене и в Париже, долго дружил с Цвингли, рассчитывал на профессуру, читал лекции по Матфею, но теперь все больше расходился с Цвингли, который казался ему слишком медлительным в деле введения Реформации. Из них также можно выделить Феликса Манца, молодого ученого, сына канонника, священников Вильгельма Рейблина и Семиона Штумпфа, проповедника Бродли, Гецера. Все они были довольно образованные люди; и этим цюрихская группа отличалась от немецких сектантов. Все вышеперечисленные были вначале если не друзьями, как Гребель, то, во всяком случае, ревностными последователями Цвингли. Первые несогласия появились в 1523 г., они были недовольны тем, что Цвингли придавал большое значение светской власти в делах церкви и требовали проведения в жизнь только того, о чем учит Библия. “А для этого, говорили они, нет нужды прибегать к покровительству и руководству властей” [36, с.421]. И до тех пор, пока радикалы не начали настойчиво склонять Цвингли к сепаратизму и организации новой церкви, в которую, по Манцу, должны войти только те, кто знает, что они без греха, Цвингли был в каком-то смысле с ними заодно, т. к. он не был чужд мысли об устройстве особого “церковного государства”. Он вмешивался в чисто государственные вопросы, например, о процентах, и это еще больше способствовало разрыву с радикалами. Но Цвингли стремился к устройству самостоятельного “церковного государства”, совершенно независимого от Рима ни в вопросах веры, ни экономически, ни политически. Группа же под руководством Гребеля не хотела вообще ничего знать о каких-либо отношениях церкви с государством. И теперь, осознавая, к чему могут привести подобные тенденции, Цвингли начал действовать еще осторожней.

6.2. Разногласия во взгляде на церковь

Сдержанность Цвингли еще больше возбуждала против него оппозицию. Например, его работа “против Мессы” не была принята радикалами потому, что Цвингли оставил в мессе церковные одежды и пение, с чем радикалы не могли согласиться, потому что “через это вносится иудейский элемент в христианство и поддерживается старая фантазия, будто евхаристия есть жертва”. Они возражали также против установленной Цвингли особой молитвы, произносимой перед евхаристическим священнодействием, потому что “Христос, – утверждали они, – при установлении таинства не постановил никакой молитвы, а все, что не установлено Самим Богом, есть грех. При совершении евхаристии должна быть произносима только одна молитва Господня, а все остальное, чем Цвингли думал возбудить веру в слабых, должна делать проповедь” [36, с.423]. Цвингли относительно одежд согласился с ними, но пение оставил, увещевая противников не спорить. О том, насколько они были радикально настроены против любого вмешательства в дела церкви видно из диспута 1523 г., на котором решался вопрос об образах и мессе. На второй день диспута, когда Гребель потребовал окончательного решения вопроса о мессе и когда Цвингли заявил, что совет желает удержать мессу, Штумпф прямо сказал реформатору, что он не имеет права “совать в их руки приговор светской власти”. “Решение, – говорит он,– дается Святым Духом, поэтому должно просить не светскую власть, а Господа о Духе Божием, Который один только может решить дело” [36, с.424]. Месса была отменена окончательно через два года по настоянию Цвингли, который предпочитал действовать постепенно. Но такая нерешительность стала поводом для организации определенно радикальной группы под руководством Гребеля, которая систематически собиралась для изучения Библии. Несмотря на то, что эта группа еще не была общиной, она росла достаточно быстро, сам Цвингли подтверждает это. В одном из сочинений 1524 г. он говорит о существовании “большого числа фальшивых христиан, которые выдают себя за наученных Богом и вполне свободных; они отвергают истинную власть...” [35, с.424].

Члены этой группы стремились подражать жизни первых христиан. Они отвергали законность десятины, не принимали на себя гражданские должности, особенно военные. У них строго запрещалось употребление оружия, потому что, по их мнению, единственное оружие христиан – это терпение в страданиях. Но серьезные разногласия между ними и Цвингли возникли по поводу крещения младенцев. Они отрицали законность крещения детей, находя его противоречащим Слову Божию, и в этом случае ссылались на Цвингли, который прежде тоже высказывался против крещения детей. Но Цвингли отказался от своего прежнего мнения и стал защищать крещение младенцев. Рассуждения по этому вопросу между ними начались летом 1524 г. и закончились диспутом, после которого произошел окончательный разрыв.

6.3. Цюрихские радикалы и Мюнцер

Около 1524 г. замечается некоторый интерес швейцарских анабаптистов к сочинениям Томаса Мюнцера. В них швейцарцы увидели некоторые свои идеи. Они направили Мюнцеру письмо, в котором показывают свою солидарность с Мюнцером относительно вопросов веры и дел. “Это письмо, – как говорит Песотский, – является единственным документом в котором более или менее ясно представлены самими анабаптистами некоторые пункты их учения” [36, с.425].

“Теперь хочет каждый в лицемерной вере быть блаженным, без плодов веры, без ясного сознания крещения, без любви и надежды, без истинно христианских обычаев, стараясь пребывать в старых же порядках и нехристианских обычаях, в отношении к крещению и евхаристии. Все презирают Слово Божие и уважают больше слова проповедников, которые не могут быть равны Св. Писанию. В таком заблуждении были и мы, когда слушали только евангельских проповедников и пока сами не стали исследовать Писание, тогда мы убедились, что нам недостает истинных руководителей. Еще больше мы утвердились в этом, когда получили твою, Мюнцер, книжку против фальшивой веры и крещения. Мы возрадовались, что нашли такого, который с нами одного христианского разумения и который осмеливается указывать евангельским проповедникам их существенные недостатки” [36, с.426].

Но при том, что они принимают его учение о вере, цюрихские радикалы высказывают свое, вполне определенное, самостоятельное мнение относительно церковного устройства. Они не согласны с ним в том, что он оставил в мессе пение. “Мы, говорят они, никакого учения о пении и никакого примера его не находим в Новом Завете, при совершении евхаристии”. Они не хотели оставлять в служении ничего, что напоминало бы мессу. В таинстве евхаристии они видели только воспоминание о тайной Вечери. Хлеб причащения для них есть не что иное, как хлеб. В отношении евхаристии Гребель разделял взгляд Карлштадта, которого он и его единомышленники, так же как и Мюнцер, считали “защитником чистейшего Евангелия” [21, с.664]. Такая идея была не чужда и Цвингли, но если последний рассматривает это таинство как подтверждение верности общине, то для радикалов евхаристия значит нечто больше, это средство единения с Богом и с членами общины во Христе, в хлебе.

“Мы верою принимаем тело Христа и Его кровь и верою объединяемся с Ним и с нашими братьями, поэтому есть и пить должно в духе любви. Если же хлеб евхаристии есть только хлеб, то должна первенствовать вера и братская любовь, потому что он (хлеб), употребляемый в церкви, показывает нам, что мы – единый хлеб, единое тело и истинные братья друг с другом”.

Для них недостойный участник тот, кто не вспоминает, принимая евхаристию, ни о теле, ни о крови Христа, “потому что он не вспоминает и о завете Христовом, по которому всякий верующий должен быть всегда готов пострадать ради Христа и братьев”. Вполне определенно они высказываются и о таинстве крещения. Гребель и его единомышленники были недовольны тем, что Мюнцер продолжал крестить детей. Они считали, что крещение детей “есть безнравственнейшее богоненавистнейшее дело, противное всем Писаниям”. “На основании (Быт.8.21. Вт.1.39; 1Кор.14.20. 1Пет.2,1; Рим.1,18.21; 2,6), мы утверждаем, что все дети, которые еще не могут различать добра от зла, блаженны через страдания “Нового Адама”.

Они не соглашались с учеными Виттенберга в том, что вода делает блаженным крещаемого. Грехи омываются верою и кровью Христовою. Для них крещение означало только то, что крещаемый умер для греха и через крещение он “обязывается начать новую жизнь и быть истинно блаженным”. По поводу средств к достижению реформы они так же не соглашались с Мюнцером. “Поступай, говорили они ему, по Писанию и строй церковь с помощью Христа и по его правилам .... Принимающих же евангелие защищать мечем не должно. Истинно верующие христиане суть овцы среди волков, они не пользуются не мирским мечем, ни войною, потому что у них умерщвления не существует”. Из этого письма видно, что несмотря на то, что цюрихские радикалы в каком-то смысле могли признать Мюнцера за брата, все же считают своим долгом наставлять его. Это указывает на то, что к тому времени они уже достаточно хорошо усвоили основные принципы своего учения и по ряду пунктов представляли их более яснее, чем сам Мюнцер. Их точки зрения по некоторым вопросам, в сущности, были настолько разные, что едва ли правомерно такое сравнение. Во всяком случае у них были уже все предпосылки (у них было выработано свое учение, намечена цель к которой следует стремится), чтобы создать свою общину.

Конрад Гребель и Феликс Манц чувствовали, что Цвингли был слишком равнодушным и медлительным. Однако они ничего не предпринимали до тех пор, пока власти Цюриха, после диспута 18 января 1525 г. не утвердили крещение младенцев и запретили им собираться для изучения Писания. Тогда они собрали свою группу по изучению Библии и, после серьезной молитвы, отважились ввести крещение по вере и решили посылать из своей среды проповедников и евангелистов. Дата организации этой швейцарской свободной церкви 21 января 1525г. С этого момента они, собственно, и стали анабаптистами.

6.6. Церковь швейцарских анабаптистов

Церковь у швейцарских крещенцев состояла из возрожденных людей принявших крещение в сознательном возрасте. Еще до того, как швейцарские анабаптисты ввели крещение по вере, в их кругу замечается, что наивысшим авторитетом в делах веры для них являлось Св. Писание. Они никогда не ссылались, как Мюнцер, на непосредственное откровение свыше, они никогда не противопоставляли Библию, как мертвую букву, внутреннему слову, “живому голосу Бога”. Хотя, они приняли откровение Блейрока о введении крещения по вере [36, с.430], они совершенно отрицали всякое внебиблейское откровение. Правильно будет сказать, что они принимали откровения, которые основаны на Св.Писании, поскольку одним из главных их принципов было: все, что не установлено Самим Богом, есть грех.

В учении о человеке анабаптисты по сути отвергли учение о первородном грехе, и их крещение есть знак того, что крещаемый сознавая свои собственные грехи и веруя в милосердие Божие, раскаивается в своей греховной жизни и обещает больше не грешить.

6.6.1. Учение о таинствах. Реформаторы не могли на основании Св. Писания возразить против убеждения перекрещенцев, поскольку в Библии нет положительных свидетельств за крещение детей. Если Цвингли, защищая крещение младенцев, обычно указывал оппонентам на ветхозаветное обрезание, то те справедливо замечали на это, что крещение – не обрезание и Новый Завет – не то, что Ветхий, и требовали положительных свидетельств. Если анабаптистам указывали на Мк.10.14 в доказательство того, что дети, по слову Спасителя, могут быть членами царства Христова, следовательно могут и должны быть крещены, чтобы войти в это царство, то анабаптисты отвечали, что дети и без крещения святы, а следовательно и помимо его могут иметь доступ в это царство. Слова Спасителя: “Пустите детей приходить ко Мне...” означают то, что дети должны быть научены в вере и в познании Господа, потому что крещению (Мф.28.19 и Мк.16.15-16) должна предшествовать проповедь о Христе и вера в Него. Песотский приводит отрывок из диспута Эколомпада с крещенцами по этому поводу, в котором видно, как бессильны были реформаторы с анабаптистами в спорах о крещении младенцев [36, с.437].

Таинств у перекрещенцев только два – крещение и евхаристия, или, как они называли, хлебопреломление. Отрицая крещение детей, анабаптисты вполне последовательно выходили из учения Лютера, что таинства только тогда действительны, когда принимаются с верою.

Это учение было еще больше развито Цвингли. Он, критикуя бывшие до него формы крещения, дошел до того, что стал отрицать и воду как необходимый элемент крещения. “Внешняя природа, говорил он, не может владеть силою очищающею. Блаженство не в крещении, а в вере. Надо долго мыться, пока человек сможет внутренне улучшиться найти Христа, своего Освятителя и Утешителя. Внутреннее крещение только одно может сделать блаженным, когда Бог вразумляет человека. Внешняя же форма есть знак, который показывает начало новой жизни во Христе” [36, с.436].

То же самое, как мы видим из письма Гребеля, повторяли анабаптисты. “Вода крещения веры не утверждает, она не делает и блаженным крещаемого. Грехи омываются через веру и кровь Христа”. Крещение называли анабаптисты “запечатлением и законом союза”, потому что, по сути, этим действием выражается о, что верующий достиг такой нравственной высоты, которая необходима для того, чтобы вступить в общение с членами церкви святых и возрожденных. Возрождение, или перерождение, в сущности, было условием для принятия крещения и означало отречение от всех похотей, отречение от самого себя и полную отдачу себя Богу. Как совершался в верующем этот акт, анабаптисты ничего не говорят. Но Песотский замечает: “Можно сказать одно, что перерождение и связанное с ним исполнение силою свыше, ..., отнюдь не привязывалось к внешнему действию крещения; последнее было только знаком, символом отречения от грехов и ничего более” [36, с.440].

Во время крещения крещаемый в присутствии общины отрекался от греховной жизни. Песотский, цитируя Шенкела, приводит эпизод из этого обряда. Преподающий крещение спрашивает:

- Отрекаешься ли ты от похотей?

- Да.


- Я спрашиваю тебя далее: отрекаешься ли ты себя самого?

- Да.


- Веруешь ли в Бога?

- Да.


- Итак, я крещу тебя во имя Отца и Сына и Духа Святого.

Преломлению хлеба, или евхаристии, крещенцы придавали имволическое значение. “Хлеб, употребляемый в церкви, показывает нам, что мы – единый хлеб, одно тело и являемся истинными братьями друг другу”.

Так понимали евхаристию практически все анабаптисты. Она у них была нечто вроде обеда, братской Вечери, которая для участвующего имела значение настолько, насколько в ней участвовало его религиозное чувство, насколько он был способен проникнуться благоговением к Спасителю, Его страданиям и смерти, в воспоминание которой совершалась Вечеря. Но главное значение Вечери было в том, что она должна была служить внешним средством к обновлению союза с Богом и подтверждению любви между братьями. День, в который анабаптисты совершали преломление хлеба, считался у них величайшим праздником. Хлебопреломление совершалось торжественно. Это священнодействие начиналось с увещеваний согрешивших, и если они не раскаивались, следовало отлучение их от общины. Затем говорилась проповедь о братской любви, и участники давали обещание не покидать друг друга в несчастьях, молиться за врагов и делать им добро. Преломление хлеба совершалось чаще, когда крещенцам угрожала опасность или на них воздвигались гонения. Хлеб и вино принимались тогда не только как знаки единения, но и страданий.

При торжестве такого рода в проповедях очень часто развивалась такая мысль: как из многих зерен через воду и жар печи возникает один хлеб и как из многих виноградных ягод через тиски получается одно вино, так и члены общины через страдания (Христа в первую очередь) должны образовывать одно тело. После увещеваний, обещаний и проповедей совершался сам обряд преломления хлеба. Каждый верующий получал от пастыря отдельный хлебец. Первым преломлял свой хлебец пастырь, его примеру следовало все общество. Затем наставник брал ашу с вином, пил сам из нее и потом передавал ее членам общины [35, с.445].

6.6.2. Дисциплина. Крещенцы не находили необходимости в каких-либо воспитательных мерах, кроме отлучения, т.е. если в общину входят только возрожденные и освященные. И если верующий согрешит, его должно отлучить от церкви, в ней нет места грешникам. Соответственно определялись и границы церкви.

6.6.3. Служители церкви. Цюрихские крещенцы учили о всеобщем священстве всех членов церкви. Лютер и Цвингли также говорили о всеобщем священстве, но оно у них существовало только в теории, на практике они, как считали анабаптисты, нарушали принцип своего учения, учредив официальных проповедников, которые, как государственные чиновники, получали жалование. Анабаптисты же на практике старались осуществить свою теорию, хотя и они не могли в абсолютном виде выдержать это учение. Во всяком случае, на все официальные назначения проповедников они смотрели, как на противоестественное ограничение свободной деятельности духа, живущего в каждом верующем. “Если все христиане – священники, то все они и проповедники. Кого побуждает Дух, тот должен выступить и учителем, Духу же противиться грех” [36, с.442].

В официальных проповедниках анабаптистов возмущало то, что их жизнь нередко шла вразрез с проповедуемым ими учением. “Кто своими собственными делами не утвердил своего учения, тот не есть истинный учитель истинной церкви. Такого учителя не должно слушать”. И все же анабаптисты не могли обойтись без церковных служителей, которые появились у них впоследствии. Во главе общины стоял креститель, лицо, по сути, выполнявшее обязанности пресвитера, епископа. Крестители в каждой организуемой ими общине ставили учителя или пастыря, хотя пастырь избирался часто самой общиной. В обязанность пастыря входило: поучение верующих во время богослужений, начинать преломление хлеба при совершении евхаристии и произнесение отлучения от лица общины недостойных ее членов. Кроме пастыря, в общине были дьяконы – так называемые “служители бедных”, их обязанность была заботиться о бедных собратьях по вере и помогать им из общих средств. Для проповеди неверующим обычно избирались особенно даровитые и энергичные члены церкви, благовестники. Их уполномочивало на проповедь Евангелия все собрание [36, с.444].

Их служение было очень просто, оно состояло из проповеди Слова, молитв и песнопений духовного содержания. Они часто не имели определенного места для проведения богослужений. Во множестве их песен обычно оплакивалось тягостное положение избранных. Общины анабаптистов записывали имена мучеников и сообщали их списки другим. Песни большей частью заканчивались воззванием к Господу:

“О Господи, как долго молчишь ты! Прийди же Господи скорее, прийди и прекрати пролитие крови святых Твоих, перед троном Твоим святым” [36, с.451].

***


После того, как первые лидеры сошли со сцены в результате преследований, руководителем этой церкви стал Мишел Сатлер, бывший бенедиктинский монах из южной Германии. Он помог швейцарскому братству определить, в чем же состоит евангельская вера и путь жизни. Вскоре были проработаны и приняты на одном из собраний семь статей их исповедания веры [см. прил. 2].

Но после того, как в результате преследований большинство из представителей цюрихской общины погибли, вместе с ними исчезло и то связующее согласие, соединяющее многочисленные общины анабаптистов, разбросанные по Швейцарии и всей верхней и средней Германии. Анабаптизм разделился на множество течений и толков. Себастьян Франк говорит, что анабаптисты имели в это время столько же учений, сколько и наставников, пастырей. Ербкам и Газе насчитывают до шести течений крещенцев [35, с.452].

На мой взгляд, интересны свидетельства историков того времени о анабаптистах. Буцер, при всем множестве разногласий своих взглядов с их взглядами, утверждает: “Многие между анабаптистами суть сыны Божии”. А Корнелий говорит: “Я сознаю открыто, что у большинства баптистов действительно есть страх Божий и чистая ревность по Боге. Какие земные выгоды надеются они получить через огонь пытки и страшные казни, которым они подвергаются? Перед Богом я свидетельствую, что их презрение к жизни возникло не из ослепления, но по ревности к Богу” [36, с.447].

Из-за крайнего фанатичного направления большинство течений анабаптизма вымерло, но осталось два. Хилиасты, которые довели учение анабаптистов о церкви до чрезмерной крайности, и умеренные анабаптисты, которые держались первоначального цюрихского учения и стали в оппозицию хилиастическому учению.

7. ГОЛЛАНДСКИЙ АНАБАПТИЗМ

7.1. Основные течения голландского анабаптизма

7.1.1. Мельхиор Гофман. Непосредственно история анабаптистов в Нидерландах начинается с Мельхиора Гофмана. В прошлом лютеранского проповедника в Прибалтике и Швейцарии, приблизительно в 1527 году он пришел к новому пониманию причастия и отказался от учения Лютера о консубстанции в пользу символического его значения. Свои воззрения на этот счет он написал в книге “Содержание и исповедание причастия” [22, c.180]. В Страсбурге, сблизившись с крещенцами, бежавшими из Швейцарии и Южной Германии, он принял крещение и в Голландии развернул кипучую деятельность, в результате которой появилось множество общин.

Хилиастическое учение Гофмана было мирным продолжением линии ярко выраженной у Мюнцера. И это было главной отличительной чертой его учения от учения швейцарских братьев. Кроме того, он допускал произнесение присяги, в исключительных случаях принятие воинской повинности [22, c.182].

Анабаптисты Голландии не имели одного, для всех общепринятого учения. Последователи Гофмана часто не придерживались догматов своего учителя, и в Амстердаме, например, существовала умеренная община крещенцев во главе с Кампленом, который не придерживался взгляда хилиастов. Но были и общины с ярко выраженным хилиастическим учением и даже с учением, в котором содержались революционные элементы. В этой связи нужно выделить мюнстерскую общину. Мюнстерская община оставила глубокий след в истории Европы, служащий клеймом для всего анабаптизма, поэтому следует указать на некоторые моменты их учения.

7.1.2. Мюнстерские анабаптисты. У мюнстерцев хилиастическое учение приобретало самые причудливые оттенки, так как они считали себя “Богом избранным” народом, который должен приготовить землю для пришествия Христа, избавив ее от неправды, неравенства и зла [45, c.42]. По их мнению, Христос, придя, установит на земле Свое Царство. И потому, по сути, учения о церкви у них не было, они больше рассуждали о царстве Христа, в которое войдут справедливые и честные люди, к которым они причисляли себя.

В том, что касалось таинств крещения и евхаристии, догматов о телесной субстанции Христа, отношения к священному преданию, мессе, почитанию святых и иерархии и некоторых других моментов, то они совпадали с догматикой швейцарских братьев. Отличия были в том, что швейцарские анабаптисты считали основой своего учения Новый Завет, а мюнстерцы Ветхий Завет и поэтому акценты в своем богословии они расставляли по-иному.

Отличительным было также и учение о “Тысячелетнем царстве”. В противоположность швейцарским анабаптистам, мюнстерцы придавали большое значение Божественному откровению, т. е. непосредственному общению “избранных” и их “пророков” с Богом. Как ни странно, но их теория насилия вытекала из рассуждения, которое можно свести к тому, что они должны помочь Всемогущему, Святому Богу расправиться со злом.

7.1.3. Раскол анабаптизма. После поражения анабаптистов в Мюнстере, влияние тех, кто внутри анабаптистского движения выступал на евангельских позициях против применения насилия, возросло. Среди анабаптистов началась борьба направлений. Дело шло к взаимному отчуждению. И это стало очевидным на съезде их руководителей в Бохольте. Его созвали в 1536 г. для того, чтобы преодолеть разброд и попытаться сохранить движение единым. Но этого не удалось сделать. Большинство главных фигур, таких, как Менно Симонс, Оббе и Дирк Филлипсы и представители мельхиоритского Страсбурга, не присутствовали на нем [22, c.328].

После съезда раскол анабаптистов стал совершившимся фактом. Главными направлениями, заступившими на место анабаптизма в его прежнем виде были: батенбургцы, меннониты, давидорийцы. Между ними растеклись мюнцерцы, переставшие существовать как самостоятельное течение.

Батенбургцы последователи Иоанна Батенбурга. Он претендовал на роль преемника Иоанна Лейденского, призванного восстановить на земле Царство Христа посредством силы. Согласно учению Батенбурга, “время пощады язычникам истекло”, и тем, кто не подчинился гласу Божьему, отныне уже закрыт путь к переходу в число “избранников Господних”. Поэтому надлежит приступить к безжалостному истреблению неверных, жизнь и имущество которых отданы Богом Своим избранникам. Для этого применять любые средства: убийства, поджоги, грабеж и все прочие способы насилия. Крещение прекратить, а тех, кто впредь пожелает присоединиться к “избранникам Божиим”, принимать не в качестве равноправных братьев, а как подвластных братенбургцам слуг.

Давидорийцы последователи Давида Йориса, в прошлом дельфтийского купца. По Йорису, в истории спасения примечательны три личности, носящие имя Давид. Это в первую очередь Давид, сын Иессея. Затем Иисус Христос, Сын Давидов. И, наконец, третий Давид – он сам, Давид Йорис! На нем покоится Дух Христа. Он приведет к победе народ Божий. Йорис резко выступал против догматизма. Писание нельзя принимать буквально, ибо “буква убивает, а дух животворит!” Он старался избежать преследований, даже ценой собственных убеждений. Сторонники Йориса крестили своих детей, если они таким образом могли избежать преследований.

7.2. Меннониты

Менно Симонс персонифицировал непротивленческое направление анабаптистов. Конец 30-х и 40-е годы XVI века были временем организационного укрепления, количественного роста и географического распространения меннонитства. Наибольших успехов его последователи добились в Голландии, Фландрии и Брабанте, а за пределами Нидерландов в Восточной Фрисландии и Северной Германии. Община меннонитов в этот период быстро росла, вовлекая в свои ряды членов распадающихся прежних анабаптистских общин.

О темпах роста говорит хотя бы тот факт, что ближайшим помощником Менно Симонса Лесмартом Баувенсом в течение немногих лет было крещено 10 тысяч человек. Вместе с количественным ростом в это время формировались меннонитские общины, организованно противопоставлявшие себя католической церкви и остаткам революционного анабаптизма. Оттачивались формулировки богословских доктрин и социально-политической программы, которые документально оформлялись в различных трактатах. Всю эту организаторско-проповедническую деятельность возглавил Менно Симонс. Его перу принадлежит главное богословское сочинение меннонитов: “Основы христианского учения”, написанное в 1539 году [22, c.329]

7.2.1. Богословие Менно Симонса. Менно Симонс много писал о Слове Божьем и Его силе, но, как пишет Герцог, определить, какими именно словами Менно определял богодухновенность Слова Божьего, тяжело, “поскольку нигде не представлен его взгляд на авторитет, природу и значение Библии” [43, c.272]. Известно, что Евангелие являлось для него единственным правилом веры и поведения, по отношению к нему он был явным идеалистом. И это видно во всех его работах. Он основывал свою догматику на Новом Завете, а Ветхий Завет часто использовал для иллюстрации того или иного догмата.

Учение о Боге. Еще и сегодня многие полагают, что Менно Симонс и его последователи отказались от догмы о триедином Боге. Так например, подчеркивают, что текст 1Ин.5.7 в ранних переводах, которыми пользовались меннониты, отсутствовал; а в Библии Бисткенса, которая пользовалась у них большим авторитетом, заключен в скобки. Однако эти утверждения безосновательны. У Менно Симонса есть работа “О Триедином, Вечном и Истинном Боге: Отце, Сыне и Святом Духе”, написанная в 1550 г. В ней Менно дословно цитирует упомянутый стих. Учение о Боге Менно Симонса совпадало с учением реформаторов с тем отличием, что, признавая Божий суверенитет в отношении человека он не делал большого акцента на предопределении. В отношении воплощения Христа он подчеркивал, что Христос через чудодейственное воздействие Святого Духа принял в Марии плоть. Однако не от Марии Он как “Слово”, Которое было Духом, только прошел через тело Марии и стал плотью, но не является ее творением. Ведь Слово не приняло плоть, а “стало плотью”. Очевидно, Менно не мог себе представить, как Христос мог стать обыкновенным человеком по натуре и не запятнать Себя при этом человеческим грехом. Это еще совершенно не значит, что Менно отрицал человеческую природу Христа. Разве мог бы он в таком случае указывать на необходимость словом и делом следовать Христу? Просто он не был ученым богословом, а остался простым проповедником.

Относительно учения о Святом Духе Менно говорит следующее: “Святой Дух – Личность! По сущности Своей Он не может быть отличен от Отца и Сына. Он ведет нас дорогой правды, очищает, успокаивает, наказывает и радует нас. Он сообщает нашему духу, что мы дети Божии. Отец, Сын и Святой Дух едины, как солнце, свет и тепло. Они Трое по числу и Едины по сущности. Их можно различить, но нельзя разлучить”.

Антропология и сотериология.Мнение Менно Симонса о первородном грехе и падшей греховной природе человека совпадало с мнением по этому вопросу швейцарских реформаторов. По вопросу спасения существовали разногласия между его мнением и мнением реформаторов, хотя он признавал оправдание по вере, но настаивал еще и на том, что у спасенного человека должны быть добрые дела. Его вера должна подтверждаться делами, иначе эта вера мертва. То есть, не одна вера и только она спасает, как по Лютеру, а вера и дела веры. В вопросе предопределения Менно не был сторонником двойного предопределения. Он считал предопределение всеобщим.

Эсхатология. Меннониты возвращали Царство Христа (Царство Небесное) на небо, не имея желания восстанавливать его здесь, на земле. Они верили и ждали Второго пришествия Христа, но не для установления террора для грешников на земле, а понимали этот вопрос с духовной стороны; Христос должен был прийти за церковью, Невестой Христа для того, чтобы взять ее на небо. И потому церковь должна приготавливать себя к этой встрече. О времени второго пришествия Христа знает только Бог.

Социальное поведение у меннонитов соответствовало поведению швейцарских братьев с той только разницей, что меннониты допускали самозащиту, тогда как швейцарские анабаптисты были полностью непротивленцами.

7.2.2. Учение о церкви. В целом, главным вопросом у крещенцев является учение об общине как братстве верующих. У последователей Менно, как и у швейцарских анабаптистов, конгрегационно-пресвитерианский тип общины. Служению общине подчинялось все: время, деньги, труд, здоровье. Преданность общине была для них равнозначна преданному служению Богу. Церковь Менно Симонс ставил превыше всего. Он говорил во время своей болезни, приковавшей его к смертному одру: “Ничто на земле не было так ценно для меня, как церковь” [43, с.285]. В течение 25 лет он путешествовал по Голландии и северной Германии, основывая и утверждая общины верующих, в которых они могли бы иметь общение друг с другом и совершать свою миссию в мире. Менно много писал общине, особенно можно отметить работу “Простой и понятный ответ на письмо Гелиуса Фабера”. Суть общины по учению Менно Симонса: “Община Христа это собрание богобоязненных и общество святых”. Однако это не указывает на непогрешимость и совершенство верующих. Менно пробовал установить разницу между истинной общиной и лжецерковью. Следующие пункты указывают на его понимание истинной церкви:

Где верно и чисто проповедуется Слово Божие.

Где правильное евангельское толкование и проведение крещения и хлебопреломления.

Где послушное исполнение Священного Писания или христианская благочестивая жизнь.

Где сердечная, искренняя любовь к ближнему: “Где искренняя, братская любовь... с плодами любви, там община Христа”.

Где открыто признают себя сторонниками Иисуса Христа.

Где преследование и гонение за веру. Истинная община на земле это “экклесия крусис”, община у креста.

Но в среде анабаптистов были и другие мнения о церкви. В 1539 году Оббе Филипс, один из руководителей крещенцев, покинул братство. Он надеялся, что крещенцы будут довольствоваться богослужением в “простоте духовной”. А тут вдруг образовалась церковь, распределялись задания, разрабатывались правила и уставы общины. Он никак не связывал спасение с организованной общиной. Оббе выбрал путь спиритуалистически окрашенного индивидуализма, община для него имела второстепенное значение. Но, к счастью для крещенцев, он не нашел много последователей в их среде [2, c.43].

Крещенцы не занимаются отвлеченным философствованием о незримой церкви, их интересует восстановление новозаветной общины. В этой общине нет места закоренелым грешникам, пьяницам, скрягам, ростовщикам. Иначе она не была бы братством богобоязненных. Но свою праведность они ищут исключительно в распятом Христе.

Дисциплина. Для того, чтобы исключить отрицательное влияние нежелательных элементов на библейский характер общины, применялось отлучение. Закоренелых грешников, спорщиков и лжепророков исключали из общины. Первая книга “Об отлучении” вышла в 1541 г. В 1550 г. Менно выпустил “Ясное наставление и письменное указание об экскоммуникации”. Условия отлучения у меннонитов схожие с условиями швейцарских братьев по этому вопросу. За исключением того, что меннониты считали, что нужно сторониться исключенного супруга супругу, который остался верен. И этим разрывались семьи. Когда Менно Симонс попытался прекратить такую практику, Ленарт Баувес и Дирк Филипс пригрозили Менно отлучением. И Менно был вынужден поддержать их в этом вопросе.

В 1557 г. в Страсбурге состоялся съезд крещенцев, в котором приняли участие более 50-ти пресвитеров и проповедников из Моравии, Швабии, Эльзаса, Швейцарии, Вюртемберга и Брайсгау. Они единодушно отклонили практику отлучения в Нидерландах и граничащих с ними северогерманских землях. В приветливом письме они информировали об этом Менно; одновременно в письме высказывалось пожелание, чтобы братья в Нидерландах при отлучении не нарушали отношений между супругами, поскольку это принесет больше вреда, чем пользы. Год спустя выходит в свет ответ Менно: “Основательные поучения... об экскоммуникации”. Судя по его содержанию, Менно строго придерживается отлучения и сторонения.

***

Менно Симонс не был ни инициатором, ни основателем анабаптистского движения; оно уже существовало, когда он в 1536 году примкнул к нему. Однако, в значительной степени благодаря ему, в Нидерландах и северной Германии это движение не исчезло бесследно. Во многом благодаря заблуждениям мюнстерцев и фанатов, правительство не могло терпеть анабаптистов и преследовало их. Народ также старался держаться от них подальше. И в это нелегкое время Менно Симонс нес служение пресвитера. В том, что крещенство в Голландии не было искоренено, большую роль сыграло личное мужество Менно и его умелое руководство этим движением. Он полностью посвятил себя общине, назначал пресвитеров, распределял обязанности, основывал новые общины, проводил крещения и причастия, а также еще многое другое по организации общин.



Догматика Менно Симонса не была оригинальной, все свои убеждения он старался основывать на Слове Божьем. Он просил у Бога дать ему “мудрости, моральной силы, искренности и мужества, ... не искажая проповедовать Его великое, достойное поклонению Имя, Его Святое Слово”. Он не блистал талантами и не был выдающимся богословом, его мысли и его сочинения затрагивают скорее сердце, чем ум.

Сильной стороной его была та трогательная верность, с которой он служил братству. В миру ему все представлялось в серых тонах, по отношению же к Евангелию он был явным идеалистом. Ведь Евангелие противопоставляет человека Иисусу Христу, Который освободил его от безнадежности и бессмысленности жизни без Бога [2, с.86]. Доктор С.Генри Смитт, профессор истории в Буфтоне, говорит: “Задача Менно Симонса была во многих отношениях трудней, чем основать государственную церковь (подобно Лютеру, Цвингли и др. реформаторам). Его взгляд выше объединения церкви и государства и выше расчета на поддержку сильной руки светских сил. Менно, напротив, призывал силе любви и простоте евангельской истины, и этого достаточно, чтобы утвердить постоянство истинной церкви. Менно и его единомышленники на столетия опередили основные великие религии своих дней и гражданская свобода, которая егодня в Америке и на большой территории просвещенной Европы, представляет теперь религиозную терпимость, отделение церкви от государства и стремится по крайней мере к универсальному миру. И поскольку мир растет посредством этих основных великих истин, место Менно Симонса, как пионера, будет становиться все более и более точным” [Greet Reformators. London 1971. p.362].


Выводы

1. Реформация принесла большие изменения в религиозное мышление Западной церкви. И вместе с тем, она повлияла на сознание в культурном, социальном и политическом плане всего западного общества и всего мира. Реформаторы, какими бы одаренными они ни были, не смогли бы силой своих способностей и интеллекта сделать ничего подобного. Ведь они сделали не так уж много – вновь открыли Слово Божие для народов Европы и указали в нем на любящего Бога и единственный путь к Нему через веру в Иисуса Христа, – все остальное сделало само Слово Божие.

“Вновь открыв Слово”, лидеры Реформации увидели несостоятельность существующей на то время церкви, и считали своим призванием от Господа открывать людям истинный смысл этого Слова. Поэтому перед ними остро встал вопрос о преобразовании старой церкви в новую, евангельскую, в которой каждый мог бы найти Бога через веру, в которой Его Слово стояло бы в центре решения всех вопросов веры и жизни. Начался активный поиск альтернативной церкви. Это было время активного развития учения о церкви в истории богословия.

2. Взгляды реформаторов на природу церкви различались по некоторым доктринам, что, в конечном счете, послужило тому, что возникло несколько направлений протестантской Реформации. Начало развития реформаторских церквей происходило в борьбе противоречивых экклезиологических и богословских взглядов.

3. О Реформации церкви нельзя судить по результатам, которые были достигнуты при первых двух поколениях, т.к. в этом период процесс реформирования был полон противоречий и перегибов, связанных с неакадемичностью подходов в решении спорных богословских вопросов. В этот период еще не определилась полностью богословская экклезиологическая мысль, еще не существовало стабильности церковной концепции внутри главных направлений реформаторской мысли.

4. Лидеры Реформации, Лютер и Цвингли не контролировали развитие церкви в ранний период реформ. Собственно, они даже не видели в этом необходимости до тех пор, однако, пока инициативу в этом процессе не проявили радикалы. И это обстоятельство, по-видимому, явилось причиной нарушения естественного хода развития церковных реформ. В связи с этим выводом существует заслуживающее внимания противопоставление:

Лютер (государственная церковь) – Мюнцер (радикалы);

Цвингли (городская церковь) – швейцарские анабаптисты.

Лидеры магистрской Реформации противопоставляли свое учение учению своих радикальных оппонентов. И этим вносился искусственный элемент в их учение. В таких противоречиях, по сути, началось развитие церквей протестантской Реформации.

Интересно, что, как таковые, противоречия исчезают уже во втором поколении реформаторов, но сама идея борьбы различных направлений в экклезиологии остается и развивается вместе с развитием церковных догм. Уже во втором поколении реформаторы не занимались увещеванием друг друга или поиском компромиссов. В последующих поколениях чаще всего разногласия приводили к непринятию одним другого, как того, кто составляет тело Христово вместе с истинной церковью Христа.

6. Относительно крещения по вере – главного пункта разногласий между магистрскими реформаторами и анабаптистами, – я нахожу, что при всех своих аргументациях, действия “великих реформаторов” были непоследовательны. Как Лютер, так и Цвингли вначале проявляли некоторую нерешительность в этом вопросе, но потом, не представляя себе продолжения реформ без поддержки магистрата, что само по себе может рассматриваться как отступление от евангельской позиции (Мф.22.21), они полностью отказываются от библейского крещения по вере в сознательном возрасте (Мф.28.19), так как личная вера, которой они отводили важное место в рощении грехов, а следовательно и в спасении, и крещение детей всегда будут в противоречии.

7. В таинствах магистрские реформаторы видели, помимо выполнения заповедей Господних, их важное значение как средств, с помощью которых можно достичь единства всей церкви. Крещенцы подчеркивали в таинствах первостепенную важность личного общения каждого, посредством веры, с Иисусом Христом, а потом, вследствие этого, указывали на духовное единство верующих друг с другом.

8. В отношении учения о природе церкви следует сказать, что магистрские реформаторы разделяли Вселенскую церковь (Евр.12.22-23) и поместную (Деян.2.46). По мере приобретения опыта, замечается общее стремление, у Кальвина и Цвингли показать связь между видимой церковью и невидимой. Лютер, напротив, вначале не делал акцент на отделении одного понятия от другого, а впоследствии учил о “двух царствах”.

Крайние анабаптисты много не рассуждали о природе церкви, они указывали на одну истинную общину, члены которой при пришествии Христа составят гражданство Его царства на земле. Меннониты и швейцарские братья возвращают царство Христа на небо, не ставя целью восстанавливать его на земле. Они не философствовали о природе церкви, их больше заботило то, как содержать церковь Христа в чистоте до времени Его Второго пришествия, чтобы Он мог взять Свою невесту, церковь, на небо (Мф.25.10).

9. В отношении миссии церкви все реформаторы были едины в том, что главная ее цель – проповедь Слова Божьего (только анабаптисты-спиритуалисты понимали это Слово, как продолжающееся откровение, что является неприемлемым для церквей евангельско-баптистского братства, поскольку б этом не указано в Писании), поклонение Богу и прославление Его на земле. Магистрские реформаторы видели задачу церкви еще и в решении социальных проблем общества. Анабаптисты делали акцент на средства воспитания, с помощью которых церковь содействует духовной чистоте и духовному росту своих членов. На мой взгляд, в церквах евангельско-баптистского братства важно, отдавая приоритет основному служению церкви, принимать участие и в решении социальных вопросов, указывая тем самым на Христа как на “Доброго самарянина”.

10.Для магистрских реформаторов служителем церкви являлся призванный Богом человек, но только в том случае, если его призвание подтверждалось церковью во главе со служителем. В большей мере это положение справедливо для меннонитов. Для анабаптистов-спиритуалистов вполне достаточно было только внутреннего призыва. Такой принцип призвания противоречит Евангелию, так как не соответствует устройству церкви, указанному в 1Кор.12.28-29.

Магистрские проповедники получали жалование, как государственные чиновники, и Лютер даже допускал назначение проповедников городскими властями. У анабаптистов проповедники не получали жалования и служителем Слова мог стать практически каждый член церкви.

11. Границы церкви определялись для магистрских реформаторов “географически”, то есть житель определенной местности принадлежал к находящейся там церкви. Разумеется, такой принцип не может рассматриваться как евангельский, потому что Писание не знает иного принципа в определении границ церкви, как только принципа созидания “дома духовного” (1Пет.2.5).

Но, вместе с тем, границы церкви определяла еще и церковная дисциплина – отлученный от причастия не входил в число членов церкви. У Лютера возможность отлучения оставалась только в теории. Анабаптисты указывали, что в церковь входят только спасенные, то есть крещенные по вере, истинно верующие, живущие в чистоте и святости. Для поддержания чистоты церкви они строго применяли отлучение.

12. Богослужение в церквах протестантской Реформации отличалось от католического своей простотой. Главное место в нем отводили чтению и толкованию Слова Божьего (у крайних радикалов Писание играло второстепенную роль после личного откровения). Богослужение служило для возвещения Евангелия, для научения и исправления в Нем, для поклонения Богу в молитвах. В государственных церквах читались заученные молитвы, например, “Отче наш”, при участии всех одновременно. Крещенцы практиковали общение с Богом через личную молитву, подобно тому как Лютер учил в работе: “Как я молюсь” [52].

13. Говоря об отношении церкви и государства, следует отметить, что “великие реформаторы” опирались на поддержку властей в проведении церковных реформ. Но представления о степени зависимости от магистрата у них были разные. Если Лютер ставил церковь практически в полную зависимость от властей, то Кальвин был против вмешательства магистрата во внутренние дела церкви и только был согласен получать поддержку от сильной его руки. Анабаптисты же выступали за полное отделение церкви от государства (правда, для крайних радикалов община отождествлялась с государством, руководителем которого должен являться Сам Христос). Анабаптисты не принимали воинской повинности и не шли на государственные должности.
Приложение 1

ТЕЗИСЫ, представленные Цвингли в 1523 г.

Ошибаются и богохульствуют те, кто не придает значения Евангелию, если оно не подтверждено церковью.

Содержанием и сущностью Евангелия является то, что Господь Иисус Христос есть истинный Сын Божий, давший нам возможность знать Небесного Отца и посредством Своей безгрешности избавивший нас от смерти и примиривший нас с Богом. Отсюда, Иисус Христос – единственный путеводитель к спасению для всех, кто когда-либо был и будет.

Кто ищет или указывает другой путь, намеренно ошибается, тот убийца душ и тать.

Следовательно, все, кто рассматривает другое учение как равное или превосходящее Евангелие, заблуждаются и не ведают, чем является Евангелие.

Ибо Иисус Христос есть Путеводитель и Наставник, обещанный Богом для всего человечества, через Кого было исполнено обетование. Он есть вечное спасение и Глава всех верующих, которые суть Его члены (ибо Его человеческое тело умерло) и без своего Главы мертвы и бессильны.

Отсюда следует во-первых, что все, кто обитает под Главой (т.е. Христом) являются членами и детьми Божьими, затем, церковь и община свята и составляет невесту Христову (eklessia catholica). Таким образом, как члены тела не могут действовать без контроля головы, так никто в теле Христа ничего не может делать без своей Главы – Христа.

У человека, чьи члены пытаются делать что-либо без его головы, повреждают себя; также, когда члены Христа предпринимают что-то без их Главы, Христа, они поступают глупо, ранят и жгут себя, нарушая закон. Наша праведность и наши дела настолько имеют значение, насколько они принадлежат Христу, а насколько они наши, настолько они не хороши и недобры.

Если кто-нибудь хочет слышать истину, он может научиться ясно и просто воле Божьей и Его Духом быть приведенным к Нему и стать новым, измененным человеком через Него.

Так что все христиане должны быть прилежны в том, чтобы только Евангелие Христа было проповедуемо повсюду.

Ибо на веру возлагается наше спасение и в неверии наше осуждение; ибо вся истинна есть в Нем.

Христос – Единый и Вечный Первосвященник; поэтому те, кто выдает себя за таковых, посягают на честь и славу Христа.

Христос, принесший Себя в жертву, служит вечной искупительной жертвой за грех для всех верующих; из этого следует, что месса – это не жертва, а воспоминание о жертве и утверждение спасения, которое Христос даровал нам.

Христос – единственный Посредник между людьми и Богом.

Бог даст нам во Имя Его (Христа), из этого следует, что мы после Его жизни и воскресения не нуждаемся в посреднике, кроме Него.

Утверждение, что благодать зависит от причащения – это выдумка.

Все предания неприемлемы.

Упражнения в покаянии есть предписание преданий и ничуть не могут помочь в спасении.

Никакой христианин не обязан делать того, что не повелено Богом.

Он может употреблять любую пищу в любое время.

Ничто так не противно Богу, как лицемерие; из этого следует, что всякое стремление показать себя перед людьми есть преступление, поэтому должны быть уничтожены монашеские рясы, клобуки, значки, тонзура.

Все люди суть братья Христовы между собой. Поэтому они никого на земле не должны поставлять себе отцом. Вследствие этого уничтожаются секты, ордена, общества.

Все, что Бог позволил и не запретил, – хорошо; из этого следует, что брак позволителен всем людям и те духовные, которые, чувствуя, что Бог им не дал дара чистоты, все-таки не женятся, – грешат.

Отдельный человек не может наложить на другого отлучение а только церковь, т.е. совокупность всех лиц, между которыми живет заслуживающий наказание, вместе с их епископом, т.е. священником.

Отлучению может быть подвержен тот, кто служит причиной нанесения ущерба обществу.

Не должно применять никакого принуждения к тем, кто не признается в своем заблуждении, разве что они угрожают нарушить мир в огромных размерах.

Духовная власть не имеет никакого основания в учении Христа.

Тогда как юрисдикция и авторитет светской власти подтверждаются учением и действиями Христа.

Все права и покровительства, на которые претендуют духовные авторитеты, должны принадлежать светскому правительству, которое их и обеспечивает.

Последнему все христиане обязаны повиноваться.

Если правительство не требует ничего противного Богу.

Все законы правительства должны соответствовать Божественной воле, так чтобы защищать угнетаемых, даже если те и не жалуются.

Только правительство имеет право приводить в исполнение смертный приговор без призвания на себя гнева Бога, но только над теми, кто нарушает общественный порядок.

Если же светская власть поступает против законов Христа, то с помощью Божьей ее следует сместить.

Я не знаю большей неприятности, чем когда священникам не позволяют брать себе законных жен, тогда как многие из них имеют сожительницу, если они платят пеню.

Бог один прощает грехи, и только ради Иисуса Христа, Сына Своего. Поэтому те, кто присваивает эту власть человеку, посягают на честь Божью и совершают святотатство. Из этого следует, что священник, исповедующий грешника, не может отпускать ему грехи, а может только дать совет.

Эпитимии, наложенные людьми, не смывают греха, а лишь служат для устрашения других. Кто придает покаянным делам то, что принадлежит только Христу, тот бесчестит Бога.

Тот, кто разрешает от грехов за деньги, делает себя виновным в грехе Симона и Валаама, и есть настоящий посланник дьявола.

Священное Писание не говорит ничего о чистилище после смерти.

Только одному Богу известна участь умерших. Чем меньше Бог позволил нам знать в этом отношении, тем меньше нам следует пытаться проникать в это.

Я не отвергаю человеческую молитву Богу для того, чтобы проявилась благодать к воздержанию, но устанавливать ее сроки и время это не человеческое, а демоническое.

Священному Писанию чужд тот характер, который приняло духовенство в последнее время. Священное Писание признает лишь тех священников, которые возвещают Слово Божие. Стремление духовенства оправдать свою любовь к роскоши, пристрастие к богатству, почестям и званиям являются причиной распрей в церкви.

Духовные власти должны скорее смириться и воздвигнуть крест Христов, иначе их погибель близка: секира лежит у корня дерева.

Если кто желает обсудить со мной вопросы относительно десятины, крещения детей или конфирмации, я готов отвечать.

Приложение 2

СЕМЬ СТАТЕЙ,

принятые как исповедание веры швейцарских анабаптистов в 1527 г.

Крещение должно быть преподаваемо людям, которые раскаялись в своих грехах и поверили в Христа, кто провозглашает новый путь жизни, кто “идет в воскресение”, кто в самом деле желает быть крещенным. Перед хлебопреломлением (Вечерей Господней) участвующие должны “испытывать себя”; братья или сестры, сбившиеся с христианского пути любви, святости и послушания, должны предпринимать специальные усилия для того, чтобы избавиться от некоторых форм греха. Тех, кто находится во грехе, дважды предупреждать; затем, если грешник не оставляет грех, он должен получить публичное внушение перед общиной; если он продолжает упорствовать в своем грехе исключать.

Участвовать в Вечере Господней может тот, кто приобщен к телу Христа через крещение. Верующие должны оберегать себя от грешных путей мира, так как они соединены в “хлебе” (теле) Христа.

Ученики Христа должны осторожно уклоняться от грехов, Христом отверженного мира. Они не могут иметь духовного общения с теми, кто отверг послушание вере.

Существуют два класса людей: те, кто принадлежит дьяволу и живет во грехе, и те, кто избавлены Христом от злого пути жизни. Мы должны порвать со всяким грехом, и тогда Он будет нашим Богом и мы будем Его сыновьями и дочерьми.

Каждая община истинных христиан нуждается в пастыре. Пастырь должен избираться в соответствии с тем правилом, которое оставил ап. Павел в Новом Завете. Пастырь читает Слово Божие, увещает, учит, предупреждает, предостерегает, дисциплинирует или исключает из общины, он председательствует в общине и преломляет хлеб. Если он имеет финансовые трудности, община должна поддерживать его. В случае, если его поведут путем мученичества, другой пастырь должен будет посвящен в “то же самое время”.

(Статья, которая определяла взаимоотношения церкви и государства называется “Меч”). Меч – это служитель Божий “вне совершенного Христа” (церкви). Метод воздействия церкви на правонарушителей – только исключение. Ученики Христа должны быть совершенно непротивящимися насилию. Они не могут использовать меч, расправляясь со злом или защищая добро.

Непротивящиеся христиане не могут занимать муниципальные и государственные должности. Они должны поступать, как Христос. Когда Его хотели сделать царем, Он отказался.

По Слову Христа, христиане не могут клясться никакой клятвой. Ученики Христа – ограниченные создания, и они не могут сделать волос белым или черным.


Приложение

ВЗГЛЯДЫ РЕФОРМАТОРОВ НА ПРИРОДУ ЦЕРКВИ





Магистрская Реформация


Лютер

Цвингли

Кальвин

Границы церкви

Определяются по территориальному признаку.

Невидимую церковь составляют святые

Определяются по территориальному признаку.

Работа церкви

Проповедь Евангелия и исполнение таинств в соответствии с Писанием

Провозглашение Слова Божьего

Проповедь Слова Божьего. Поддержание чистоты своих членов

Служители церкви

Всеобщее священство. Официальные служители. Проповедники (учителя) или пастора и дьякона.

Официальный священник тот, кто учит в церкви, провозглашает Слово Божие, толкует оригинальные тексты Библии и далее по Тим. 3 гл.

Проповедники, богословы (учителя), старейшины (надсмотрщики), дьякона

Обряды

Крещение младенцев с последующей конфирмацией. Причащение (консубстантивное

значение) - всех желающих прихожан



Крещение только младенцев. Причастие (символическое значение) - всех верных церкви.

Крещение младенцев. Причастие

(символическое значение) - всех не бывших уличенных в грехе.



Дисциплина

В теории возможно отстранение от причастия за грех; на практике не применялось

Дисциплинарному наказанию подвергается причиняющий ущерб обществу. Отлучение, штрафы, изгнание, казнь.

Отлучение от причастия замеченных в грехе. Изгнание. Казнь

Церковь и школа

Создание школ при церкви. Учитель после проповедника первый по важности.

Церковь заботится о народном и академическом образовании

Церковь обязана обучать молодежь и несведущих в настойчивом порядке

Церковь и государство

Церковь свободна от опеки государства. Существует грань между “службой и личностью” и “делом и исполнителем”.

Авторитет в церкви имеет само христианское сообщество. На практике дело церкви в компетенции правительства.

Церковь независима от светской власти, может грозить ей, поднимается самостоятельно на демократической основе




Радикальная Реформация


Германский анабаптизм (Мюнцер)

Щвейцарские анабаптисты

Голландский анабаптизм (Мюнстерцы)

Голландский анабаптизм (Меннониты)

Границы церкви

Церковь состоит только из перекрещенных святых, вполне успокоенных”. О невидимой церкви много не рассуждали.

Поместную церковь составляют возрожденные, живущие по Слову Божьему

Все перекрещенные составляют новое “Небесное

царство”.Заботились об определении поместной

церкви, а не небесной.


Поместную церковь

составляют возрожденные крещенные, живущие по

Слову Божьему.


Работа церкви

Провозглашение учения. Установление нового справедливого порядка на земле

Провозглашение Слова Божия. Прославление Бога. Поддержание чистоты членов церкви

Установление Небесного Царства на земле

Провозглашение Слова Божьего, Прославление

Бога, Поддержание чистоты членов церкви




Служители церкви

Каждый получивший откровение свыше, является служителем

Всеобщее священство. Официальных

служителей в церкви нет.



Каждый получивший

откровение свыше, может стать служителем.



Всеобщее священство. На практике были ресвитеры,

проповедники, дьякона.



Обряды

Крещение младенцев. Причастие.

Крещение по вере в

зрелом возрасте. Хлебопреломление - для членов церкви, соблюдающих себя в чистоте.



Крещение взрослых. Причастие - все граждане Мюнстера приходили на Вечерю любви

Крещение по вере в релом

возрасте. Хлебопреломление - для членов церкви

соблюдающих себя в чистоте.


Дисциплина

Дисциплинарные воздействия не нужны, т.к. святые грешить не могут.

5. Увещание, отлучение.

Изгнание из царства. Казнь

Увещание. Отлучение

Церковь и школа

Появлялись церковные общеобразовательные и

катехизаторские школы.



Появлялись церковные общеобразовательные и

катехизаторские школы.



Появлялись церковные общеобразовательные и

катехизаторские школы.



Появлялись церковные общеобразовательные и

катехизаторские школы.



Церковь и государство

Церковь и государство - это одно и то же в новом царстве

Церковь полностью отделена от государства

и никаких дел с ним иметь не может



Церковные лидеры составляли руководство “Небесного Царства”

Церковь отделена от государства и существует самостоятельно.

Библиография

1. БецольдФ. История Реформации в Германии.[пер.снем.]Т. 1, С-Пб.1900.

2. Брандсма Я, А. Менно Симонс из Витмарзума.[пер.с нем.]Маркдорф1983.

3. Виппер Р. Ю. Церковь и государство в Женеве ХVI века, в Эпоху кальвинизма. М. 1894.

4. Гарнак А. История догматов. Общая история европейской культуры. Т. 6, Брокгауз, Москва. б.г.в.

5. Густат А. Средневековые реформаторы.[пер.с нем.]Т. 2, С-Пб 1900.

6. ГуберР.И. История музыкальной культуры. Т. 2 часть1, Гос.муз.из-во,М. 1953.

7. Губер Р.И. История музыкальной культуры Т. 2 часть2 Гос.муз.из-во,М. 1959.

8.Дементьев Г.А. Введение реформации в Швейцарии. С-Пб 1892.

9. Ипатов А.И. Меннониты (Вопросы формирования и эволюции этноконфессиональной общности). “Мысль”, М. 1978.

10. Кернс Э. Дорогами христианства. Протестант, М. 1992.

11. Лихачева Е. Европейские реформаторы: Гус, Лютер, Цвингли, Кальвин. С-Пб, 1872.

12. Лютер М. Время молчания прошло: Избранные произведения 1520 - 1526. пер. Голубкина Ю. А., “Око”, Харьков,1993.

13. Маграт А. Богословская мысль реформации. “Богомыслие”, Одесса,1994.

14. Миллер А. История христианской церкви. Т. 2, “GBV”, 1992.

15. Мережсковский Д.С. Реформаторы Лютер, Кальвин, Паскаль. “Жизнь с Богом”, Брюссель, 1990.

16. Музыкальная эстетика западного средневековья и Возраждения. “Музыка” М. 1966.

17. Норт Дж. История церкви.“Протестант”, М. 1993.

19. Порозовская Б.Д. Ульрих Цвингли, его жизнь и реформаторская деятельность. С-Пб, 1898.

20. Порозовская Б. Мартин Лютер, его жизнь и реформаторская деятельность.“Андреев и согласие”, С-Пб, 1894.

21. Робертсон Д.С. и Герцог И.И. История Христианской церкви. Т. 2, С-Пб, 1891.

22. Чистозвонов А.Н. Реформационное движение и классовая борьба в Нидерландах в первой половине ХVI-го века.“Наука”, М. 1964.

23. ШвейцерА. Иоганн Себастьян Бах.“Музыка”, М. 1964.

24. Богословие лютеран. Прот. Ф. Серенинский,“Рижские епархиальные ведомости”. 1887.

25. Вопросы морали семьи у анабаптистов. Чистозвонов А. Н. “Ср.века”. Вып.23.Ак.Н. М. 1963, с.154 - 187.

26. Исторические взгляды Себастьяна Франка ЛевинВ. Г. “Ср.века”. Вып.6. 1955, с.268 -294.

27. Кальвин и кальвинизм. ПоршневБ. Ф. “Вопросы истории религии и атеизма”. Сб. 6. М. 1958, с.261 - 290.

28. Лютер и немецкая реформация в освещении Герхарда Риттера. Парсамов С. С. “Ср.века”. Вып.39. 1975, с.196 - 210.

29. Лютеранство. Барцев Н. Энциклопедическийсловарь.Т.35, Брокгауз.С-Пб. 1896, с.253-258.

30. Материалы для общественной науки. Политические и общественные теории ХVI в. Реформация- Лютер, Кальвин. Анабаптисты. Жуковский. Тип. А. Головачева. С-Пб 1866.

31. Новейшие работы в Г. Д. Р. По истории реформации в Германии. Чистозвонов А. Н. “Вопросы истории”. N 1. М. 1961.

32. О причинах произведших реформацию и содействующих быстрому ее распространению. Преосвященный Макарий епископ Орловский. “Странник” Т. 4, С-Пб. 1868, с.1-52.

33. Общественно-политические и исторические взгляды Себастьяна Франка. Коньский З.Ю. Канд.дис.Минск.1955. VIII. 307л.(А. Н. БССР Ин-тистор.)

34. Общество анабаптистов и меннонитов. Вишняков А. Г. “Православное обозрение”, ноябрь-декабрь,М. 1861.

34. Царство анабаптистов и общество меннонитов. Песотский А. “Странник”, апрель, С-Пб. 1879.

35. Царство анабаптистов и общество меннонитов. Песотский А. “Странник”, май, С-Пб.1879

36. Царство анабаптистов и общество меннонитов. Песотский А. “Странник”, июнь,С-Пб.1879

37. Царство анабаптистов и общество меннонитов. Песотский А. “Странник”, июль-август, С-Пб.1879

38. Авсбургзьке вiроiсповiдання. Станиславiв. 1933.

39. Althaus, P. The Theology of Martin Luther. Fortress Press. Philodelfia. 1966.

40. Benson, H. History of Christian Education. Moody Press, Chicago.

41. Calvin, J. Institutes of the Christian Religion. The Library of Christian Classicsv.XXI,EditorJohnT.McNeill.Philadelphia. The Westminster Press, Michigan. 1992.

42. Courvoiser, J.Zvingli:A Reformed Theologian.JohnKnox Press. Philadelphia. 1963.

43. George, T. Theology of the Reformers. Broadman Press. Nashville, Tennessee 1966.

44. Hillerbrand, H.J. The Reformation. Baker Book House. Grand Rapids, Michigan. 1992.

45. Littell, F. The Anabaptist Viev of the Church, 2nd edn Boston, 1958.

46. McGrath, A The Intellectual Origins of the European Reformation. Blackwell Publishers. Oxford UK & Cambridge USA 1993.

47. Niesel, W. The Theology of Calvin. Lutterworth Press. London. 1956.

48. Placher, W.C.Reading sin the History of Christian Theology. v. 2. Publichet bu The Westminster Press. 1988.

49. Stephenes, W.P. The Theology of Huldrich Zwingli. Clarendon Press. Oxford. 1986.

50. How I Prau. Luther, M. Chrestian History. Issue 39(Vol.XII,No.3), p.45-47

51. The Schleitheim Confession. From the Archives. Christian History. Volume IV. No.1, p.29-31.

52. The Shepherd: Who is the True Pastor? Christian History.Volume III, No.1, p.16-19.”

Тема 3


Каталог: Labs -> UkrBel
UkrBel -> Украинский гетманат 1918 года: российский фактор
Labs -> Лабораторная работа №1. Основные команды и утилиты ос
UkrBel -> Семинар 2008 Христианство, ислам, иудаизм и протонациональные и национальные дискурсы в истории Европы
UkrBel -> Спецкурс/спецсеминар: Ислам и религиозная терпимость
UkrBel -> Таирова-яковлева т
UkrBel -> Сакральные образы, иконы и «иконическая ментальность» в христианской и нехристианской культурах Европы. М. В. Дмитриев: Мы начинаем эту сессию с темы «Иконы и иконическая ментальность в христианстве и нехристианских культурах Европы»
UkrBel -> М. А. Корзо Антропологическая проблематика в православной и католической проповеди XVII в.: сходства и различия
UkrBel -> Вопросы логистики крестоносцев


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница