С. А. Батечко а. М. Ледзевиров


Аппликационные и аппаратурные исследования гидрата рыбьего коллагена



страница17/35
Дата09.05.2018
Размер4 Mb.
ТипКнига
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   35
    Навигация по данной странице:
  • Глава 7

6.4. Аппликационные и аппаратурные исследования гидрата рыбьего коллагена.


Проведены многочисленные аппликационные и аппаратурные исследования эффектов воздействия гидратов коллагена на кожу. Ниже помещен в форме таблиц конспект сухих результатов исследований (без всяких комментариев) в так называемых «коротких периодах»: 2 недели и 4 недели. В понимании польского законодательства это не является «Отчетом об Исследованиях», который может быть опубликован только в полном виде.

Полный отчет находится в COLWAY П.Т. 84-207 Колечково, Ул. Хиппична 19,

Тел +48 (058) 676 22 62, www.colway.net.pl.

Значительно более яркие результаты дают исследования лиц, систематически наносящих на кожу гидрат рыбьего коллагена в течение 110-130 дней. Результаты, полученные в Украине, в Польше и в России полностью совпадают. Однако все еще не нашелся инвестор для проведения таких исследований в полной дисциплине 110-130-дневной систематичности, подлежащих контролю ведущего и на количестве испытуемых, достаточном для полноценных клинических выводов.

Коллаген нашего организма подвергается в коже полному обмену в циклах 100-190 дней в зависимости от возраста, пола, расы, типа кожи и других обстоятельств.

У женщины в биологическом возрасте 35-40 лет из Северной или Центральной части Европы по типу кожи скорее светлой и определяемой косметологами как «нормальная» или «смешанная», не подвергающей свою дерму солнечному излучению, ветру и морозу, не курящей, содержащей в порядке свое аминокислотное хозяйство, поддерживающей стабильный уровень аскорбиновой кислоты (вит. С) и витаминов Е, А, В6, а также основных микроэлементов, в целом здоровой, не применяющей низкокалорийной диеты и не подвергающейся перманентным стрессовым ситуациям – по нашему мнению 110-130-дневная накожная аппликация гидрата рыбьего коллагена НЕ МОЖЕТ не задержать на несколько десятков месяцев процесса возникновения новых морщин на поверхностях систематического (1-3 раза в день) нанесения на влажную (или просто мокрую) кожу этого белкового препарата.

Эти выводы являются, вероятно, довольно смелыми, но они основаны на многочисленных наблюдениях и беседах с пациентами в 2005-2008 годах.

Глава 7

Усваивание коллагена, содержащегося в естественном питании


Описанный в предыдущем разделе гидрат коллагена, несмотря на то, что он был создан для нанесения на кожу, можно с успехом принимать внутрь. Результаты такого приема в исследованиях, проведенных в Украине в годах 2005-2006, терапевтически оказались просто превосходными. Гидрат коллагена можно также подвергнуть лиофилизации, что делает его употребление в виде капсул более привычным, а с точки зрения усваиваемости свободных аминокислот, разница для организма невелика. Но если это так, то все говорит за применение в капсулах, что дополнительно создает возможность создания витамино-минерально-аминокислотного комплекса, облегчающего приближение к оптимальной суплементации.

В дальнейшей части этой работы, мы представим обширную клинико-фармакологическую характеристику препарата, основанного на лиофилизованном тропоколлагене. Сначала, однако, следовало бы в качестве введения сказать кое-что об основных аспектах усваивания коллагеновых белков пищеводом. Прежде всего, об усваиваемости коллагена находящегося в повседневном питании.

Коллаген отличается от остальных протеинов, особенно питательных белков, высоким содержанием аминокислот глицина, пролина, лизина, гидроксипролина и гидроксилизина. Особенно гидроксипролин не выступает практически ни в каком-либо ином белке в природе. Глицин открывает в коллагене почти каждую цепочку «троечек» аминокислот, поскольку он составляет почти 1/3 всего аминокислотного состава. Пролин же, с его своеобразно-окисленной формой вместе с гидроксипролином и аланином, чаще всего составляет второй элемент сочетания, и только в третьем элементе, наряду с глютамином, аргинином и другими остаточными аминокислотами, появляется гидроксилизин.

Гидроксипролин и гидроксилизин играют ключевую роль в стабилизации коллагеновых молекул. Первый – практически является условием, необходимым для свершения биосинтеза коллагена в организме.

В течение целого ряда лет в медицине и диетике коллаген, принимаемый непосредственно в пище считался практически не усваиваемым. Причиной этой точки зрения был тот факт, что принимаемый с пищей коллаген не подлежит перевариванию весьма важным желудочным энзимом – трипсином. Одновременно было известно, что коллаген подвергается процессам гидролиза и процессам деструкции, благодаря собственным энзимам – коллагеназам.

Каждый нативный («родной», присущий данному живому организму) молекулярный коллаген денатурирует, становится «водянистым» в тот момент, когда бесповоротно распадается его спиральная конформация, а составные части ее подвергаются частичному гидролизу. Именно тогда столь ценный благородный белок, каким является коллаген, превращается в нечто не дорогое, не исключительное, а скорее, напротив, легко доступное, банальное и дешевое – то есть желатин. Это бесспорный факт.

И действительно – усваиваемость коллагена из желатина в пище (например, из фруктового желе) описывается в литературе, как весьма невысокая – обычно менее 3-4%, и не на многим более высокий процент исследователи дают заливным блюдам – заливным ножкам, рулькам, всевозможным разваренным хрящикам, свиным головам и разным другим съедобным фрагментам кожи и прочих животных тканей, в которых доминирующими белками являются коллагеновые протеины.

Однако оказывается, что все данные в медицинской литературе грешат одной весьма существенной ошибкой, порожденной обобщениями.

Дело в том, что эти данные относятся к практическому усвоению разнообразных аминокислот в анаболических процессах, которые служат построению в организме всевозможных протеинов. Однако, оказывается, что существует огромная разница в анаболической пригодности продуктов распада коллагена, (например, желатина) на строительство каких бы то ни было белков (не коллагеновых), в которых аминокислоты могут создать совершенно произвольную цепочку и пригодности этих же продуктов распада коллагена для содействия процессу коллагеногенеза. В этом вопросе решающим является хорошо известное, но опущенное здесь особенное свойство коллагена «заплетать» свои цепочки в «троечки» аминокислот, которые всегда выступают как регулярно повторяющиеся сочетания.

Однако, если мы даже примем в качестве правдивых усредненные данные об усваиваемости белков, то это еще вовсе не означает, что мы не должны употреблять эти продукты или даже, что их употреблять «не стоит» поскольку они, как правило, приводят к полноте, а ведь от них так мало анаболической белковой пользы для организма…

Нет, безусловно, следует их употреблять, потому что несколько процентов непосредственно усваиваемых аминокислотных компонентов, служащих биосинтезу уже собственно коллагена, а не других неколлагеновых белков в ежедневном рационе – это значительно больше, чем например 0,5%, которые мы получаем, питаясь исключительно худым мясом и молоком, и уж тем более – 0,1% непосредственной усваиваемости компонентов, пригодных для конструирования в организме коллагена, какие можно получить, например, в веганской диете, обрекающей наш организм на производство 100% аминокислот коллагена путем собственного биосинтеза.

Все упомянутые ранее блюда, содержащие, естественно, большее количество коллагеновых белков, должны употребляться с и с т е м а т и ч е с к и. Анаболическая усваиваемость коллагеновых белков в естественной пище тоже ограничена «во времени». Так что, если вы будете время от времени объедаться огромной рулькой, это немногим поможет вашему организму. Однако это блюдо следует употреблять. Так же как и другие части шкуры, сухожилий, хрящей, животных и птиц, натуральное рыбное заливное, и вообще желатин в разнообразных формах – все это должно время от времени присутствовать в нашей диете. На протяжении многих лет это вообще будет очень полезно для нашего собственного органического коллагена.

Мы не являемся противниками вегетарианской диеты, за исключением вопросов питания детей, спортсменов, людей тяжело работающих и людей пожилого возраста. Однако лица, питающиеся по вегетарианской диете должны понять, что мы, люди, являемся позвоночными и притом, с точки зрения эволюции, самой высшей формой млекопитающих. Конечно, мы можем синтезировать коллаген – белок молодости, питаясь одними растительными протеинами. Конечно, мы можем, подобно многим другим типичным травоядным из высших млекопитающих, быть в этой области самодостаточными, но это вовсе не легко для нашего организма.

Вместо очередной лекции о метаболических зависимостях мы предлагаем взглянуть на этот столетний спор между «трупоедами» и вегетарианцами с другой «коллагеновой» точки зрения.

Почему индуисты, статистически доминирующие в широко понимаемом сообществе вегетарианцев, в отличие от их соседей, например, магометан, не достигают высоких успехов в спорте, не славятся высокой производительностью в тяжелом физическом труде, воинственности и не живут дольше «трупоедов»? Почему их кожа, суставы, глазное яблоко и многие другие органы стареют несомненно быстрее, чем те же самые ткани у их соседей, питающихся мясом? Почему, несмотря на действительно существенно более низкий уровень заболеваемости злокачественными опухолями, болезнями кровообращения и пищевода, вегетарианцы живут в целом короче? Так же и те вегетарианцы, которые живут в обществе, где уровень медицинского обеспечения достаточно высок?

Конечно, вегетарианская диета имеет много положительного для здоровья взрослых людей. Она эффективно защищает от ряда цивилизационных болезней. Сама философия жизни за счет только и исключительно низших, растительных организмов, дает человеку внутреннее спокойствие, столь важное для гомеостаза. Однако общий баланс складывается не в пользу вегетарианцев.

Коллаген нашего организма – главный герой настоящей работы – не голосует за диету без мяса. Он милостиво просит о том, чтобы хотя бы несколько раз в неделю он получал бы пищу, содержащую аминокислоты, компоненты коллагена из «трупов» позвоночных. И, чем легче они будут усваиваться, тем лучше.

Если же, однако, его «хозяин» из соображений более высоких, чем такая банальность, как правильное аминокислотное хозяйство, забота о молодости ткани и т.п., выбрал модель питания исключительно растениями, то коллаген его собственного организма уже не просит, а умоляет: растительные белки из зерна, фасоли, гороха, сои, орехов и т.п. – это слишком мало! Они, конечно, полноценны с точки зрения питания протеинами, но они не содержат многих аминокислот, которые в анаболических процессах являются компонентами для создания собственного органического коллагена. Таким образом, такая модель питания обрекает организм на самодостаточность в области коллагеногенеза. Конечно – возможную, но слегка «забытую» в течение последних полумиллиона лет эволюции и, кроме того, биохимически «трудную».

Так что если мы все же решаемся на вегетарианскую диету, мы должны помнить, что наш собственный органический коллаген, основа соединительной ткани и белок молодости строго напоминают: в этом варианте организм должен насыщаться витамином С двадцать четыре часа в сутки на уровне, гарантирующем ничем не нарушаемый процесс гидроксиляции пролинов. Кроме того, этому организму необходимы регулярные, ничем не нарушаемые в своей ритмичности поставки разнообразных элементов, причем постоянно в течение многих лет такой добровольно избранной модели жизни. Причем, вероятно, этим требованиям вряд ли будет соответствовать монотонная региональная диета. Следует взглянуть на меню народов, которые употребляют мало мяса, но, тем не менее, молоды и долговечны. Да, есть такие народы, и есть такая пища. Выдающимся примером, если говорить о благоприятствующей биосинтезу коллагена диете, являются проросшие зерна почти всех растений, мякоть ростков растений, черника, тушеные грибы, некоторые травы и водоросли, особенно морские растения, а также множество фруктовых косточек, не обязательно вкусных, но стоящих съедения, плюс, разумеется, всевозможная растительность, богатая витамином С.

Если же мы не дадим нашему организму в течение многих десятков лет компонентов для восстановления и обмена органического коллагена анаболическим путем, то, несмотря на то, заболеем мы или нет внезапной болезнью (которая и так с точки зрения биологических часов будет просто несчастным случаем – инфаркт, инсульт, эмболия, злокачественная опухоль, эпидемия и т.п.) – наша соединительная ткань все равно постареет гораздо быстрее, чем могла бы или должна бы. И в результате мы преждевременно уйдем из этого мира, из-за осложнений после совершенно невинной на вид болезни, типа воспаления легких или бронхита и уж значительно раньше начнут докучать нам различные недомогания, причина которых всегда одна и та же: плохое состояние соединительной ткани, то есть, прежде всего, органического коллагена.

Например, каждый год во всем мире, при том, что пандемии гриппа нет, умирают от гриппа и осложнений после него по самым осторожным подсчетам около миллиона людей. Большинство из них прожили бы еще много лет, если бы в момент инфицирования они обладали бы «лучшим» органическим коллагеном. Этот список можно расширить на десятки других проблем со здоровьем в глобальном масштабе.

Несмотря на очевидность этого, вовсе не легко десятки лет заботиться о правильном ведении своего аминокислотного хозяйства и в конечном итоге об идеальном состоянии коллагена собственного организма. Даже у людей состоятельных, или хотя бы обеспеченных, для которых составление «хорошего» здорового ежедневного меню или покупка пищевых добавок не составляет никаких финансовых трудностей, а основной трудностью является проблема самодисциплины, последовательности и, разумеется, знаний, даже у них возникают с этим серьезные проблемы.

Посмотрим на такое сопоставление:




Страны с наибольшей продолжительностью жизни (средней для обоих полов)

Страны с наивысшим употреблением белка

1

Андорра (83,5)

Канада

2

Сингапур (81,5)

Франция

3

Япония (81,3)

Германия

4

Норвегия (80,4)

Сингапур

5

Швейцария (80,3)

США

6

Швеция (80,2)

Швейцария

7

Исландия (80,1)

Исландия

8

Канада (80,0)

Италия

9

Италия (79,5)

Норвегия

10

Франция (79,4)

Испания

11

Испания (79,3)

Бельгия

В России женщины живут в среднем 71,9 года, (но мужчины уже всего лишь 58,3). В Ботсване средняя продолжительность жизни для обоих полов – 30,1 лет…

Эти данные взяты из статьи Д. М. Кальмента, помещенной в палеонтологическом журнале. Д. М. Кальмент, ссылающийся на статистику, не является демографом, он – археолог и биолог. Он исследовал человеческие кости на раскопках всего мира, в том числе на предмет содержания в них коллагена. Д. М. Кальмент выдвигает гипотезу о том, что шоковый рост жизнеспособности наших предков начался около 30 тысяч лет назад. Средняя продолжительность жизни в то время не превышала 19 лет. Однако, разумеется, определенная часть популяции доживала до 35-38 лет.

По его мнению, существует тесная связь между овладением эффективными охотничьими навыками, обеспечивающими богатое белками питание, и появлением «третьего поколения» - бабушек и дедушек - и вот с этого-то момента и начинается собственно цивилизационное развитие. У неандертальцев этого не произошло и они вымерли. Между прочим, сам Д.М. Кальмент родом из «долговечной» семьи, в которой жила между прочим Дженни Кальмент (она прожила 122 года и 164 дня). Когда она умерла, юрист, который когда-то заключил с ней договор на выплату пожизненной ренты взамен за ее дом, был мертв уже четверть века, а его наследники выплатили ей по этому договору ренту, четырехкратно превышающую стоимость дома.

Или вот пример: немцы, австрийцы, голландцы, жители Люксембурга, бельгийцы, британцы, ирландцы, русские, чехи, австралийцы, новозеландцы, корейцы, жители Тайваня и еще много других народов имеют значительно более низкие показатели средней продолжительности жизни, чем это следовало бы из экономического развития их стран, уровня национального валового дохода, уровня здравоохранения и т.д.

Долго и здорово живут норвежцы, японцы, итальянцы, испанцы, французы, ирландцы – и это адекватно вышеупомянутым показателям в этих странах. Однако, так же здорово и долго в соотношении с медико-экономическими критериями живут также болгары, тайцы, жители Шри-Ланки, малайцы и жители островов Тихого и Индийского океанов.

Конечно, можно приспособить к этим данным множество всяких теорий, однако, решающим всегда останется главный критерий – образ питания. И как следствие – кондиция соединительной ткани представителей этих народностей.

И здесь можно без конца иллюстрировать.

Относительно долго живут болгары, поедающие благодаря своей кухне, огромные количества ликопена, витамина С, пробиотиков и антиоксидантов. Паприка, помидоры, чеснок, йогурты и мясо – это меню, несомненно, способствующее коллагеногенезу. Однако, цыгане и турки – меньшинства, живущие в Болгарии, резко тянут вниз среднюю продолжительность жизни в этой стране, потому что эти группы очень плохо заботятся о своем коллагене, несмотря на то, что имеют полный доступ к той же самой пище.

Японцы, как известно, поглощают огромное количество рыбы и морепродуктов, но еще и водорослей, которые по всей вероятности являются самыми высокопитательными и полезными растительными организмами на земле. Но не все японцы. Те, которые питаются в основном рисом и овощами, снова тянут вниз японскую (сейчас самую высокую в мире) продолжительность жизни обоих полов.

Анализ структуры употребления белка разными народами ярко выявляет его тесную связь не только с кондицией соединительной ткани и не только с общим уровнем здоровья, то есть с качеством жизни, но также и с ее средней продолжительностью.

Как бы на другом полюсе вегетарианской диеты находятся общественные группы, которые в силу обстоятельств или по собственному выбору употребляют незначительное количество растительных протеинов, фруктов и овощей, то есть витаминов и микроэлементов (тоже обуславливающих коллагеногенез). Зато они употребляют огромные количества животных жиров, прежде всего, из молочных продуктов и жирного мяса.

Первые – по необходимости, в силу обстоятельств: это кочевые или пастушеские народы, живущие либо в высоких горах, либо на далеком севере (например: чукчи, эвенки).

В их случае вопрос с медицинской точки зрения ясен. Они живут здоровыми и в полную силу до определенного, обычно не очень высокого порога лет. Потом они очень быстро стареют, недолго, но внезапно болеют и уходят обычно еще до пятидесятого года жизни.

При этом они совершенно лишены иммунитета к болезням и инфекциям, принесенным из других климатических областей с иной культуры питания. В этом нет ничего удивительного, если мы примем во внимание, что морфология соединительной ткани, исследованных представителей этих групп ухудшается внезапно приблизительно в тот момент, когда естественные процессы синтеза коллагена в их организме не в состоянии справиться с процессами деградации. То есть обычно вскоре после тридцатого года жизни.

Канадское правительство истратило, некогда, очень много денег на неудачную оздоровительную программу изменения питательных обычаев «своих» эскимосов. Неудачную, поскольку этой общественной группе потребуется, по крайней мере, более десятка поколений, чтобы генетически «перестроиться» на более разнообразную диету без еще худших от монотонной мясной диеты побочных эффектов, сопутствующих внезапному переходу на употребление фруктов, овощей и зерновых продуктов.

Оказывается, что фантастических адаптационных результатов в той же Канаде достигает программа постепенного введения в питание молодых людей углеводов и витаминов вместе со свободными аминокислотами, выделенными из традиционного питания их предков – из мяса тюленей, моржей и рыбы.

Несколько сложнее обстоит дело с «жироедами» не в силу обстоятельств, а по собственному выбору. К ним, например, принадлежат практические сторонники довольно модного вот уже около двадцати лет во многих развитых странах так называемого «оптимального питания». Эта диета пропагандировалась врачом из Нью-Йорка Робертом Ц. Аткинсом.

В России и в Украине эту идею в свое время представляли так: «Пастбище, корыто и стол – вот три формы питания. Можно есть еду, которую охотно ест пасущийся скот и дикие копытные животные или, короче говоря, овощи и зерновые травы. Поскольку, однако, мы не имеем двух желудков, но зато требуем много энергии, то это плохая идея, тем более, что наши предки сразу же отказывались от нее, как только получали достаточно мяса от охоты. То есть, пастбище – нет. Можно питаться так же, как питаются домашние свиньи: а ну-ка глянем, что там у них в корыте? Обычно, то же самое, что ел homo sapiens в XIX-XXI веках. То есть всего понемногу, потому что свинья ест все, что ей дадут. Но поедание всего, что дают – это не стол, это именно корыто. Значит корыто – тоже нет. Человек стоит, по крайней мере, 150 000 лет на вершине эволюционной и одновременно питательной пирамиды. Он контролирует последнее звено пищевой цепочки, значит, он должен есть пищу победителей борьбы за власть на этой планете: его питание должно быть наиболее энергетическим и одновременно наиболее близким метаболизму. На столе должны быть яйца, всевозможные виды мяса, рыбы и жиров. При минимальных количествах углеводов и лишь некоторых овощей». (В. Пономаренко – подлинная запись с пленки во время встречи во Львове в 2004 году).

Вот так «оптимальные» и питаются. Яичными желтками, свиным жиром, жирным мясом, птицей, растительным маслом, ливером. Немного растительных белков и почти никаких углеводов. Таким образом, они употребляют огромные количества холестерола и очень мало (по отношению к норме) витаминов из естественного питания, что приводит в ужас врачей и диетологов, ругающих на чем свет стоит Роберта Аткинса, который, впрочем, уже умер, дожив до возраста типично среднего для американских мужчин с восточного побережья.

Вскрытие его тела показало, что как у почти каждого семидесятилетнего мужчины, у него был повышеный холестерол, определенные атеросклеротические изменения, слегка ожиревшая, с определенными признаками дисфункции, печень. Точно так же, как поджелудочная железа и почки.

Результаты этого вскрытия, таким образом, ничего не добавили к спору, был ли Аткинс прав в вопросах питания. Он не был ни более, ни менее здоров от среднестатистического мужчины.

Однако, принимая во внимание то, что Роберт Аткинс ел последнюю четверть века своей жизни (и что, по-прежнему, едят миллионы сторонников движения, основоположником которого он был), ни он, ни его последователи, согласно всем канонам современной медицины, никоим образом не должны были бы дожить до пенсии. Разве что отдельные личности, и то тяжелобольные и с огромными излишками веса.

Однако все обстоит не так. Проблемы у поклонников «оптимальной» диеты возникают из-за того, что диета Аткинса, вне всякого сомнения «перегибающая» известные правила и ценные наблюдения в другую (добавим – наверняка в ненадлежащую) сторону, использующая весьма натянутые пропагандистские аргументы, как это не странно, действует.

Ее сторонники, посмеиваясь над таблицами калорий, худеют, объедаясь жирным мясом, причем худеют даже до 5 кг в месяц.

Как в большинстве диет, отклоняющихся от схем голодания, при соблюдении последовательных советов, касающихся п о х у д е н и я, диета Аткинсона имеет относительно низкий коэффициент так называемого «эффекта йо-йо». Происходит это, по нашему мнению, во-первых, в результате изменения уровня окисления крови, что лишает чувства голода, и спустя некоторое время начинает постепенно снижать потребности в еде. Во-вторых, эта диета разгружает пищеварительную систему и другие органы, некоторым образом «обманывая» мозг, что находит свой генезис в атавистических реакциях, закодированных тысячи лет назад. Другие аргументы оставим на совести рьяных сторонников.

Настоящая работа не пропагандирует «оптимального» питания, которое, по нашему мнению, может годиться исключительно для людей еще достаточно молодых и, прежде всего, совершенно здоровых. Но мы и не против нее (так же, как не против вегетарианства) при одном условии, которое должен всегда ставить любой разумный врач: не впадать в крайности и помнить о противопоказаниях. Людей с повышенным артериальным давлением, дисфункцией печени и многими другими недомоганиями, «оптимальная» диета может убить прежде, чем они похудеют.

И все же мы хотим сказать, почему, по нашему мнению, большинство сторонников оптимальной диеты не только теряют вес, но даже спустя несколько месяцев поправляют результаты своих анализов, несмотря на столь нездоровое, на первый взгляд, питание.

Так вот, по нашему мнению, это происходит, прежде всего, потому, что «мясо-рыбно-жировая» диета Аткинса, поддержанная суплементацией микроэлементами и витаминами (в основном витамином С), является весьма близкой к тому, что мы называем хорошим аминокислотным хозяйством. И что точно – она, наверняка, способствует тому, чтобы во внеклеточном матриксе не задерживались вода и натрий. И это объясняет полезное снижение веса тела.

Отложим в сторону рассуждения о самых актуальных концепциях, так называемой «питательной пирамиды», о возможном общем недостатке необходимых организму витаминов и риске атеросклероза.

В случае, подчеркиваю, людей здоровых все эти факторы отходят на второй план. Будем придерживаться тезиса, что самой важной для организма является, в первую очередь, кондиция соединительной ткани, то есть коллагеновой матрицы. В этом контексте питание здоровых взрослых, но еще не пожилых людей с хорошо работающими печенью и почками согласно принципам, так называемого, «оптимального питания» может сослужить хорошую службу для общего оздоровления организма и оптимальной массы тела.

Около 330 аминокислот создают из 19-20 видов этих связей однорядный проколлаген. И им вовсе не нужно 20330 шанса, чтобы сложиться в упорядоченные цепочки - как мы знаем, коллаген как раз в этом отличается от всех остальных белков своей повторяемостью и упорядочиванием. Поэтому, усваиваемостью аминокислот, которые является решающими в восстановлении коллагена нашего организма, управляют совершенно иные правила, чем усваиваемостью аминокислот, порождающих анаболизм остальных белков – не коллагеновых. Это аспект, редко описываемый в литературе.



На основании собственных расчетов и полученных данных мы хотим представить вот такую сравнительную таблицу биологической ценности (усваиваемости) аминокислот:




Для белков не коллагеновых

Для коллагена

Яйцо целиком

100

100

Мясо говяжье

71

61

Печень говяжья

10

74

Молоко

68

19

Почка говяжья

65

66

Сердце говяжье

65

67

Курица (с кожей)

65

76

Рыба (с кожей)

64

72

Заливное из рыбы (с головой)

63

87

Рулька свиная

63

88

Соя

62

18

Раковые шейки

61

75

Казеин (сыр)

58

15

Семена подсолнуха

53

20

Овсяные хлопья

46

14

Дрожжи

45

28

Рис

44

12

Зерно пшеницы

37

10

Кукуруза

28

11

Пшеничная мука

28

9

Тушеные грибы

10

31

Морские водоросли

9

35

Желатин пищевой в порошке

2

22

Эта таблица применяет в качестве сравнительного коэффициента «100» - усваиваемость аминокислот полного куриного яйца, пищевого продукта уже официально признанного ВОЗ (Всемирной Организацией Здравоохранения) эталоном. В других белковых продуктах, однако, зависимости в этой сравнительной шкале представляются весьма различными для анаболизма белков не коллагеновых и коллагена. Особенно явственно это видно на примере пищевого желатина.

Желатин – продукт дефинитивного распада молекул коллагена, а в кулинарной практике результат разваривания соединительной ткани животных или рыб - характеризует дефицит целых пяти экзогенных аминокислот. В связи с этим ее анаболическая ценность для строительства большинства белков (не коллагеновых) в организме весьма невелика. Однако, как видим, совсем иначе обстоят дела с коллагеном.

Долгое время было принято считать, что коллаген – это 25-30% массы белков тела. Принимались во внимание описанные типы коллагена.

Исследования Девидсона и Ситтмана (2002) доказывают, однако, необходимость скорректировать эти данные, поднимая количество коллагеновых белков в нашем организме почти до 45%.

Конечно, это не означает, что простые правила математики – глядя на приведенную выше таблицу – должны заставлять нас заботиться о том, чтобы в половине нашего меню присутствовал, прежде всего, коллаген.

Это не означает также и того, будто «от того, что мы едим коллаген в пище, у нас напрямую добавляется свой органический коллаген». Точно так же, как он и не добавляется внутри в коже, непосредственно в результате смазывания снаружи на коже. Здесь действуют гораздо более сложные механизмы. Всегда следует помнить об одном – весь метаболизм белков заключается в использовании химических соединений, называемых аминокислотами. Белки используют их, нанизывая вроде четок обычно хаотическим образом. И лишь только коллаген делает это заранее предсказуемым способом, в значительной мере плановым и упорядоченным.

Коллаген в организме не возникает непосредственно из съеденного коллагена. Точно так же как волосы не возникают от съеденных волос, зубы – от съеденных зубов, а камни в почках – от съеденных камней. Точно так же, ни идеальная схожесть белков, ни даже схожесть их аминокислотных цепочек, не определяют способа идеального использования аминокислот в анаболических процессах.

Если бы это было так, то полезнее всего было бы питаться людьми... К сожаленью, мы знаем, что людоеды, кроме мистического «овладения» душой и мужеством съеденного врага (в некоторых каннибальских структурах), вовсе не поправили своей «диетой» хоть каким либо существенным образом свою коллагеновую матрицу. По крайней мере, нет никаких результатов исследований, которые хотя бы намекали на это. Мы также знаем, что молекулярный коллаген с низкой молекулярной массой, изолированный из организма рыбы, (довольно отдаленного от нашего, если сравнивать их геномы) – почти не отличается от человеческого тропоколлагена. И что он может быть для нас куда более полезным, чем коллаген созданий гораздо более близких нам по геному – коров или свиней. Как при накожном нанесении, так и при приеме внутрь.

И еще одно, о чем стоит помнить: коллаген может действительно составлять в организме, по мнению одних исследователей 15% массы тела, по мнению других – 45% массы тела, но это не единственный параметр его важности.

Кроме массы белков, существенно, также, и время их распада в организме. Чтобы привести здесь такой крайний образный пример, можно сказать, что распад не коллагеновых белков создающих некоторые гормоны и энзимы (например: глюкогон, инсулин) может длиться всего лишь несколько минут, в то время как распад коллагена в сухожилиях, стенках сосудов и в нервах периферической нервной системы длится свыше трехсот дней.

Так что, тут нет прямых зависимостей. Это, впрочем, не изменяет того факта, что коллаген является самым важным белком для нашего организма. Это состояние коллагена имеет решающее влияние на качество соединительной ткани и в конечном итоге на продолжительность нашей жизни и уровень нашего здоровья.

Выводы могут быть такими:

Коллаген, принимаемый в составе пищи, является для нашего органического коллагена, то есть для соединительной ткани, - белком и питанием чрезвычайно важным. Аминокислоты, которые строят коллаген в нашем организме, являются ключевыми для структурного питания. А вот для анаболизма других белков и других тканей, где коллагена нет, пищу богатую «коллагеновыми» аминокислотами следует определить как средне пригодную.

Дальше:

Коллаген, в отличие от других белков, обменивается очень медленно в разнообразных органах, в которых он имеется. Таким образом, не стоит объедаться коллагеном или свободными аминокислотами в большом количестве, потому что это количество не перейдет в качество. Огромное большинство коллагеновых аминокислот, усвоенных нами посредством пищеварительного тракта, к сожаленью, подвергнется катаболической переработке в энергию и азот.



Когда-то, вообще считали, что белки сначала должны превратиться в углеводы и лишь потом, сжигаются. И только исследования Донга и Фридланда (1980) окончательно доказали, что это не так. Да, протеины могут превращаться в углеводы, но они этого очень «не любят». Можно их к этому вынудить, принимая в пищу меньше углеводов, чем этого требуют мозг и нервная система (так называемое, вынужденное осахаривание белков), но это и нездорово, и не экономно.

Таким образом, решающее значение в правильном ведении аминокислотного хозяйства играет роль процесс систематической поставки организму строительного материала для коллагена, а не разовые, хотя и значительные по объему поставки.

Очень важным является ежедневное, регулярное и многолетнее употребление коллагена, свободных аминокислот и витаминов, а также минералов, стимулирующих и обуславливающих процессы коллагеногенеза. Коллаген надо есть ежедневно, в течение 30-32 дней, чтобы дать печени первую возможность для ее регенерации. 110-130 дней необходимо, чтобы дать такой же шанс нашей коже. 370-400 дней нужно, чтобы дать шанс нашему позвоночнику и другим элементам костно-суставной системы. Но награда будет получена наверняка. Поэтому стоит сделать усилие для соблюдения систематичности. И именно поэтому доза 2-4 капсулы препарата КОЛВИТА, принимаемых ежедневно, которая кажется до смешного маленькой порцией рыбьего коллагена – едва 0,2-0,4 г свободных аминокислот ежедневно (но зато в виде 99% NNU усваиваемости) – окажется для значительной части систематических потребителей весьма эффективной.

Мы не всех можем (и даже не всех хотим) склонить к суплементации КОЛВИТОЙ. Мы уважаем присущую некоторым людям неприязнь ко всякого рода капсулам, пусть даже они содержат точно структуральную пищу, а не химическое лекарство. И мы предполагаем также, что не найдется много желающих есть ложками рыбий гелеобразный коллаген.

Такой эффект можно достигнуть и другим способом. При помощи «нормального» питания.

Сколько же тогда надо есть «этого коллагена» ежедневно?

Сколько надо принимать каждый день чистого анаболизирующего коллагена, чтобы наш организм мог обменивать этот белок в количестве 3000-5000 г в год?

Совсем немного. Минимальная доза протеина вообще – это около 40 г. Многие авторы добавляют сюда еще 10 или даже 20 г. Ну допустим - 50-60 г в сутки, в зависимости от возраста и веса тела. По нашему мнению было бы неплохо, если бы хотя бы четверть этого составляли бы элементы, пригодные для строительства коллагена. Этого достаточно.

Ведь не из одного коллагена возникает коллаген. Анаболическая усваиваемость коллагеновых белков из общей их массы, попадающей в организм в пище, весьма разнообразна (от 3 до 38% показателя NNU). Так что трудно было бы составить таблицу «коллагеновых норм» для разных блюд. Во-первых, никто еще за это не взялся, наверное, потому что нелегко будет установить, какой процент белков анаболизируется, чтобы целенаправленно принять участие в коллагеногенезе, а какой, чтобы создавать другие протеины – не коллагеновые. Во-вторых, как мы уже говорили, это неверно, что коллаген возникает посредством поедания коллагена. Он синтезируется также и в организмах веган, которые вообще не едят ни мяса, ни рыбы, ни даже яиц.

Очень много полезного в этот вопрос внесли исследования Саида и Хегстеда (1970), которые доказали, что в экстремальных ситуациях коллаген некоторое время может синтезироваться даже из продуктов распада клеток в самом организме.

Однако, честно говоря, биохимия еще не в состоянии детально выяснить, насколько коллаген возникает в организме эндогенным путем, а насколько этому процессу помогает разложение на свободные кислоты коллагена, принятого в пище. Тем более, мы не можем создать специфическую «коллагено-строительную» таблицу для разных продуктов питания подобно тому, как это сделано, например, для определения калорийности.

Однако кое-что мы все же знаем.

Пусть только кто-нибудь попробует лишить себя полностью в ежедневном питании лишь на несколько десятков дней, всего лишь двух из двадцати основных аминокислот, и лишь одного из множества витаминов – витамина С, случится следующее: стареющая в ужасающем темпе кожа, быстро покрывающаяся морщинами, выпадающие зубы и волосы, расщепляющиеся ногти, мутнеющая роговица глаза, немедленно заставят такого «экспериментатора» понять, как он губит свой органический коллаген! Именно таким был опыт моряков, которые некогда отправлялись в океанское путешествие с недостаточно сбалансированными запасами пищи. Их косила ужасная болезнь. Цинга. Синдром вымирания органического коллагена.

И, наконец, только один из примеров, найденных в литературе.

Джеймс Вопель из Института Планка показал (2001), что в течение всего лишь пятидесяти послевоенных лет, с 1950 по 2000 год, кондиция органического коллагена западных европейцев «улучшилась» на 10-12 лет, если говорить о средней продолжительности жизни и заболеваниях суставов. В настоящее время 60-70-летние жители Британских островов и стран Бенилюкса располагают таким количеством органического коллагена, каким их родители обладали в возрасте около 50 лет. В Институте Планка параллельно исследовалась предрасположенность современного поколения к болезням суставов в двух группах: группе, «не зависящей от коллагена», то есть к ревматизмам и в группе «зависящей от коллагена», то есть к артритам. Первые, уже несколько десятков лет, имеют стабильные показатели. Вторые, отчетливо позади.

Мы подтверждаем эти наблюдения нашими выводами на территории Украины, (где тоже произошли серьезные перемены в образе питания и в кондиции соединительной ткани, хотя они наступили позже и в другом сравнительном аспекте) и соглашаемся с выводами Д. Вопеля. Существует прямая связь между улучшающимся аминокислотным хозяйством, то есть питанием более благоприятным для соединительной ткани, и предрасположенностью к артритным заболеваниям.





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   35


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница