Сергей дацюк



страница16/27
Дата09.08.2019
Размер2.2 Mb.
#127692
ТипРеферат
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   27

Пределы науки

В этом разделе мы посмотрим на рамочные различения и онтологические пределы науки, через которые мы сможем увидеть ее проблемы.



Наука и магия

Наука не может возникать внутри всякого мифа. Миф является сферой индивидуального или коллективного воображения, обобщенно описывающей действительность в виде чувственно-конкретных персонифицированных (очеловеченных или уподобленных человеку) существ, которые людьми воспринимаются как реальные. Неспособность внутри мифа отличать Мир от Внемирности, реальное от нереального делает невозможным достоверное теоретическое или проверяемое практическое взаимодействие с действительностью.

Однако внутри мифа существует довольно специфическая сфера, которая связана с деятельностным отношением к действительности — мистика и магия. Именно эта сфера является протоформой науки.

Может показаться довольно необычным, что мы разговор о науке начинаем с отношения науки и магии. Однако, на наш взгляд, наука впервые появляется не внутри всякого мифа или религии как форм сознания, а внутри мистико-магических верований и практик, являющихся специфической мифологической формой сознания.

Магия (колдовство, волшебство, ведовство) — сфера первобытных верований с особыми протознаниями и особой практикой, где осуществляются символические действия, волевым усилием специально обученного человека направленные на достижение цели сверхъестественным путем. Протознания мага (колдуна, волшебника, волхва, ведьмака-ведьмы) являются соединением опытных сведений о природе и умений, полученных в специальном обучении и развитых затем самостояльно.

Мистика (оккультизм, эзотеризм) — сфера надприродных явлений, в которых устанавливается связь человека с потусторонним миром и сверхъественными силами. Можно рассматривать мистику как самостоятельную специфическую сферу протознаний, а также как сферу прототеоретических сведений, используемых для магической практики.

Александр Мень в своем многотомном произведении «История религии» (Том II, «Магизм и Единобожие»)35 указывает на то, что имеется существенное отличие религии от магии. В то время как религия это способ установления отношения (контакта, подчинения, мольбы о помощи и защите и т.п.) к внешней человеку Высшей Силе — Богу, магия это попытка насильного использования неких внешних человеку высших сил.

Именно благодаря этой существенной черте магия, а не религия, оказывается изначальным прообразом науки. Попытка дяетельностно-практически использовать некоторые внешние человеку силы на основе протознаний или прототеорий это и есть протонаучный подход. Мистико-магические сведения являются протознаниями, поскольку чаще всего синкретически состоят из научной, религиозной и сверхъестественной составляющих, разным образом соединенных.

Тем не менее, мистико-магическая теория и практика, являясь первичной протоформой науки, в то же время оказываются маргинальной сферой человеческой деятельности. Происходит это, на наш взгляд, по вполне понятным причинам.

Во-первых, мистико-магические эпифеномены являются неустойчивыми, то есть проявляются с некоторой очень небольшой вероятностью, и не могут обеспечить полную достоверность используемых о них сведений и прогнозируемую успешность производимых на их основании действий.

Во-вторых, мистико-магические эпифеномены не являются общедоступными, то есть оперировать ими могут люди, имеющие особый, как правило, врожденный, дар, а также получившие соответственные протознания в специфических, не вполне обычных, ситуациях.

В-третьих, цели магов являются скрытыми, редко основываются на какой-либо общепринятой этике и очень часто служат их эгоистическим притязаниям на власть и богатство, что вызывает сопротивление остальной части общества.

В-четвертых, передача мистико-магических протознаний затруднена не только обстоятельствами редкости мистико-магического дара возможных учеников, но и обстоятельствами скрытности самих магов-учителей.

В-пятых, достаточно велика опасность мистико-магической практики, как для окружающих, так и для самих магов, поскольку основанное на опытном индивидуальном умении насильственное оперирование большей частью непонятными эпифеноменами создает большой риск.

Религия в процессе конкуренции с магией оказывается в выигрышной ситуации по всем пунктам. 1) Религиозная практика связна с верой в Высшую Силу, а не с насильственным воздействием на нее, поэтому более устойчива и успешна практически. 2) Процесс веры является общедоступным. 3) Цели религиозных людей являются понятными и приемлемыми для общества, поскольку религиозная этика выступает основной частью процесса веры. 4) Передача религиозных знаний на первых порах тоже является по-разным причинам затрудненной, однако эти затруднения не носят имманентного для религии характера и со временем преодолеваются. 5) Религиозная практика несет меньшие опасности, не сопоставимые по уровню риску с опасностями мистико-магической практики.

Конкуренция религии с мистико-магической практикой происходит в весьма конфликтной форме. В этом конфликте религия, выражая онтологическое отличие себя от магии, вынуждает магию саму определиться со своей онтологией. Конфликт магии и религии, таким образом, оказывается антагоническим, происходит в радикальном виде, известном, в том числе, как «охота на ведьм». Собственно «руки» науки по отношению к магии оказались относительно чистыми именно потому, что всю грязную и кровавую работу в свое время взяла на себя религия. Наука лишь продолжила это дело, уже в более цивилизованной форме критикуя, преследуя и искореняя всю и всяческую мистико-магическую теорию и практику.

Таким образом, наука возникает внутри магии, однако имеет описанные нами ограничения социальной успешности как ограничения самой магии. Внутри же религии наука получает возможность развиваться на новых основаниях, обеспечивающих большую социальную успешность: 1) работая с устойчивыми феноменами; 2) заменяя опытное индивидиуальное умение на более доступное социализированное знание; 3) имея возможность передавать знания об этих устойчивых феноменах в более доступной форме; 4) формируя свою этику в оппозиции к ясной и открыто предлагаемой этике религии; 5) вступая в онтологический конфликт с религией и поддерживая религиозную оппозицию к магии уже на своих собственных онтологических основаниях.

Интерес к мистико-магическим протознаниям существует на всем протяжении борьбы с ними как религии, так и науки. Усиление этого интереса имеет циклический характер, связанный с социальными кризисами. В настоящее время мы переживаем очередной всплеск интереса к мистике и магии, причина которого могжет оказаться немного другой — онтологический кризис самой науки.

Что наука потеряла от резкого неприятия вслед за религией мистико-магического подхода к миру? Отказавшись работать с неустойчивыми мистико-магическими феноменами, наука заперла себя в мир объектов, которые оказались в историческом плане быстро исчерпаемыми в смысле перспектив своей разработки. Отказавшись исследовать уникальные способности людей с мистико-магическим даром в силу спонтанности их проявления, наука получила искривленное в сторону технологии и инженерии развитие человеческого общества и стихийно развивающиеся эзотеризм и экстрасенсорику. Отказавшись изучать мистико-магические практики, наука не смогла получить опытным путем представление об иных реальностях за пределами четерехмерной пространственно-временно́й реальности.

В определенном смысле конструктивизм является возвращением к мистике и магии, однако уже на совершенно иных основаниях: постижение онтологического представления о многорельностном Мире и Внемирности и теоретически обеспеченное оперирование в том числе неизвестными внешними человеку силами.






Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   27




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница