Стремление к Богу



страница8/11
Дата09.05.2018
Размер0.98 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

7. Возведи очи души своей...


Взирая на начальника и совершителя веры...

Евр.12:2


Давайте представим себе, что наш простой, разумный, но невежественный человек, упомянутый в шестой главе, впервые обращается к чтению Священного Писания. Он приступает к Библии, не зная ничего из того, о чем повествует эта книга. У него начисто отсутствует предубеждение; он ничего не доказывает и ни от чего не защищается.

Такому человеку не надо много времени, чтобы убедиться в известных истинах, которые откроются ему со страниц Библии. Эти истины суть духовные законы, проступающие в делах Божьих по отношению к людям, о которых святые мужи говорят как о "движимых Духом Святым" (2Пет.1:21). По мере того как этот человек станет вчитываться в текст, ему наверняка захочется как-то систематизировать открывшиеся истины и сделать для себя какие-то выводы по каждому из элементов системы. Такие выводы станут доктринами его собственного библейского кредо. Дальнейшее чтение не повлияет существенным образом на эти положения, но лишь подкрепит и уточнит их. Таким образом этот человек приходит к тому, чему Библия фактически и учит.

В самом начале списка доктрин, которым учит Библия, окажется доктрина о вере. Важнейшее значение, которое Библия придает вере, бросится в глаза, и наш читатель не упустит его. Вероятнее всего, он заключит, что вера является стержнем всей духовной жизни. "А без веры угодить Богу невозможно" (Евр.11:6). Вера дает нам способность духовно расти и процветать в Божьем Царстве, без веры же нет доступа к Богу, нет прощения, нет избавления, нет спасения, нет общения и вообще никакой жизни духа.

К тому времени, когда наш друг доберется до одиннадцатой главы Послания к Евреям, красноречивые восхваления, которые там звучат по отношению к вере, не покажутся ему необычными. Ведь он уже прочитал мощные речи Апостола Павла в защиту веры в Посланиях к Римлянам и Галатам. Затем, если он углубится в историю церкви, он осознает поразительную силу учений реформаторов, так как они указывали на центральное положение веры в христианской религии.

Итак, если вера жизненно важна, если есть необходимый, обязательный, не допускающий исключений императив в наших поисках Бога, тогда совершенно естественно нам глубоко задуматься над вопросом: обладаем ли мы этим наиболее драгоценным даром? А поскольку наш разум остается нашим разумом, то неизбежно, теперь или позднее, он приведет нас к вопросу о природе самой веры. За вопросом "Что есть вера" скрывается другой: "Есть ли она у меня?", и это потребует ответа, если вообще такой ответ возможен.

Почти все, кто пишут или высказываются о вере, сообщают нам о ней в основном одно и то же. Они говорят, что это уверенность в истинности Его слов и обетовании, что это доверие к Богу, высказавшемуся в Слове о правдивости, истинности Библии, и что нужно следовать ее предписаниям. Дальше, как правило, идет рассказ о людях, которые молились, и Бог отвечал на их молитвы по их вере. Эти ответы в большинстве своем являются дарами практического или материального свойства, как, например, здоровье, деньги, физическая безопасность или успех в делах. Если же проповедник — человек с философским складом ума, то он возьмет иной курс и заведет нас в метафизические дебри или завалит нас философской терминологией, определяя и уточняя понятия, тем самым все больше и больше подкашивая тощую растительность нашей веры, пока она, наконец, не обратится в тончайшую паутину. Когда же он закончит, мы останемся в полном недоумении и начнем выбираться "через ту же дверь, какою вошли". Воистину, должен существовать лучший путь.

Священное Писание практически никак не определяет понятие веры. Кроме определения в одиннадцати словах из Послания к Евреям 11:1, я не знаю никакого другого библейского определения. Но даже здесь вера определена функционально, а не философски, то есть говорится о том, что такое вера в действии, но не по существу. Это определение предполагает наличие веры и показывает, что является результатом ее, а не что она собой представляет. Мы проявим мудрость, если дойдем до этих пределов и остановимся. Нам сообщено, откуда и при помощи чего вера нисходит в нас: "сие не от вас, Божий дар" (Еф.2:8) и "Итак вера от слышания, а слышание от слова Божия" (Рим.10:17) И это более чем убедительно Если же перефразировать Фому Кемпийского, то можно сказать себе: "Я должен скорее проявлять веру, чем знать определение ее".

Отсюда и далее, когда в этой главе встречаются слова "вера есть" или их эквиваленты, я прошу, чтобы их понимали в том смысле, как вера проявляется в делах верующего человека. Теперь оставим разговор на тему определения веры и поговорим о том, какова она в переживании, то есть на практике Наш разговор будет идти скорее в ключе практическом, чем теоретическом.

Во впечатляющем рассказе из Книги Чисел (21:4-9) видны проявления веры в действии, на практике, на деле. Сыны Израилевы стали малодушествовать и говорить противное Богу, и тогда Господь послал ядовитых змей, которые "...жалили народ, и умерло множество народа из сынов Израилевых". И тогда Моисей искал Господа, дабы просить о народе, и Он услышал и дал им средство от укусов змей. Он повелел Моисею сделать медного змея и поставить его на столбе на виду у всего народа, "и ужаленный, взглянув на него, останется жив". Моисей выполнил повеление Господа, "и когда змей ужалил человека, он, взглянув на медного змея, оставался жив".

В Новом Завете этому важному историческому эпизоду дается толкование, причем не кем-нибудь, а Господом Иисусом Христом лично. Он объясняет Своим слушателям, как им можно спастись. Он рассказывает, что спастись можно только верой. И чтобы прояснить вопрос, Он напоминает данный эпизод из Книги Чисел: "И как Моисей вознес змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную" (Ин.3:14-15).

Наш простой человек, читая это место, может сделать важное открытие. Он обратит внимание на то, что понятия взглянуть и поверить синонимичны. "Взглянуть" на ветхозаветного змея то же, что "поверить" в новозаветного Христа. То есть взглянуть и поверить — это одно и то же. И тогда он поймет, что сыны Израилевы смотрят плотскими очами, а вера свершается в сердце. Полагаю, что наш читатель сделает вывод о том, что вера есть взгляд души на спасающего Бога.

Когда он поймет это, он вспомнит места из Библии, которые читал ранее, и смысл их захлестнет его своей силой. "Кто обращал взор к Нему, те просвещались, и липа их не постыдятся" (Пс.33:6). "К Тебе возвожу очи мои, Живущий на небесах! Вот, как очи рабов обращены на руку господ их, как очи рабы — на руку госпожи ее, так очи наши — к Господу, Богу нашему, доколе Он милует нас" (Пс.122:1-2). Человек в поисках милости Божьей взирает на Бога милости и не отводит от Него своего взора, доколе Он не дарует Своей милости. И Сам наш Господь всегда взирал на Бога: "…воззрел на небо, благословил и преломив дал хлебы ученикам..." (Мф.14:19). Конечно же, Иисус учил поступать так, как поступал Сам, во всех делах Своих обращая духовные очи на Отца Своего. Его власть в постоянном взоре Его на Бога (Ин.5:19-21).

Небольшое число приведенных здесь текстов полностью отвечает общему смыслу богодухновенного Слова. Для нас этот смысл сконцентрирован в Послании к Евреям, где автор наставляет нас проходить предлежащее нам поприще, "взирая на начальника и совершителя веры, Иисуса" (Евр.12:2). Из всего этого мы делаем вывод, что вера — это не результат однократного действия, но непрерывное обращение сердечного взора к триединому Божеству.

Выходит, что вера — это обращение наших сердец к Иисусу. Вера есть возведение духовных очей на "Агнца Божия", беспрерывное созерцание Его на протяжении всей жизни. Сначала такое может показаться делом трудным, но со временем будет легче и легче, если начнем не отступая взирать на Его чудесный Лик спокойно и без всякого напряжения. Помехой может стать рассеянность внимания, но если уж однажды сердце предастся Ему, то сколько бы ни пришлось сворачивать со стези, ведущей к Нему, сердечная заинтересованность во Христе вновь возьмет верх, и покой оно найдет только в Нем, подобно тому как выпущенная на волю птица возвращается к своему окну.

Мне бы хотелось обратить внимание на одно обстоятельство, на один великий произвольный акт, который утверждает нас в нашем сердечном влечении к вечному созерцанию Христа. Бог принимает такое наше стремление за наш выбор, принимает во внимание и то, что имеются тысячи отвлекающих моментов, которые осаждают нас в этом порочном мире. Он знает, что мы направили устремления своего сердца к Иисусу; также и мы можем знать об этом и утешаться, что привычка концентрироваться на Христе приведет в дальнейшем, через некоторое время, к некоему духовному рефлексу, который уже не потребует никаких сознательных усилий с нашей стороны.

Из всех добродетелей вера менее всего осознается как добродетель. По самой природе своей вера едва осознает собственное существование. Подобно органу зрения, который видит то, что находится у него во фронтальной плоскости, но не видит самое себя, вера занята Объектом, на Котором покоится взор духовных очей ее, а на себя она не обращает вообще никакого внимания. Взирая на Бога, мы не видим себя — вот оно благословенное избавление. Человек, который в одиночку боролся с тем, чтобы очиститься, но кроме повторных безуспешных попыток у него ничего не выходило, почувствует действительное облегчение, когда перестанет возиться со своей душой и станет взирать на Совершенного. Пока он взирает на Христа, то, что он так долго старался исполнить, случится в его внутреннем "я". Это Бог станет трудиться над его волей и делами.

Сама по себе вера не есть достойное деяние; достоинство заключено в Том, на Кого она, эта вера, направлена. Вера есть переориентация нашего видения, перенос нашей сердечной направленности с самого себя на созерцание Бога. Грех обратил наши глаза внутрь и сделал наше видение мира эгоцентричным Неверие поместило наше внутреннее "я" на место, где должен находиться Бог, и сблизило его с Люцифером, сказавшим: "Вознесу престол мой превыше Престола Божия". Вера взирает не внутрь себя, а вне, и все в жизни приходит в гармонию.

Все это может показаться излишним упрощением. Но мы не станем оправдываться. Тем, кто выбирает одно из двух: с помощью Божьей подняться в небо или, отказавшись от нее, спуститься в ад, Бог говорит: "Близко к тебе слово... то есть слово веры..." (Рим.10:8). Живое Слово побуждает нас возвести очи свои к Господу, и тогда начнется благословенный труд веры.

Возводя духовные очи к Богу, мы верим, что встретим взор дружеских очей, ибо написано, что очи Господа на всей земле. Сладкозвучный язык переживания этого чувства выражен в словах "Ты Бог видящий меня". Когда духовные очи человека, взирающего не на себя, а на Бога, встречаются с очами Господа, взирающими на человека. Царство Небесное утверждается уже здесь, на земле.

Николай Кузанский писал более четырех веков тому назад: "Когда все стремления мои обращены на Тебя, поскольку все стремления Твои обращены на меня, когда я взираю на Тебя одного и ни на что иное, поскольку Ты окружил меня Твоею заботою, когда я направляю свою любовь к Тебе одному, поскольку Ты, Который Сам есть любовь, обращаешься ко мне одному, тогда что есть, Господи, жизнь моя, как не сие объятие, каким Твоя восхитительная сладость так нежно охватывает меня?"

Хочется сказать побольше об этом старце, человеке Божьем. Сегодня не многие христиане знают о нем, а фундаменталистам он вообще неизвестен. Думаю, что нам полезно знакомиться поближе с мужами, обладающими теми духовными качествами, какими обладал Николай Кузанский, и со школой христианской мысли, которую таковые представляют. Христианская литература, чтобы быть одобренной евангелистскими деятелями нашего времени, вынуждена держаться своего рода "партийной линии", с которой уклониться и от которой спастись едва ли возможно. Полувековая история подобного состояния дел в Америке привела к тому, что мы сделались чопорными и самодовольными. Мы раболепно стараемся походить друг на друга. У нас принято громко заявлять о таких вещах, о которых и так всякий и каждый говорит в нашем окружении, оправдываясь тем, что, мол, это наши небольшие вариации на одобренную тему или по крайней мере новые иллюстрации.

Николай Кузанский был истинным последователем Христа, любил Господа, излучал свет и отличался своею преданностью Иисусу. Его богословию присуща ортодоксальность, и в то же время оно благоухает свежестью, чем, собственно, все, касающееся Иисуса, и должно отличаться. Его представления о вечной жизни, к примеру, возвышенны и, если не ошибаюсь, ближе по духу контексту Ин.17:3, нежели наши современные. Жизнь вечная, утверждает Николай, есть "не что иное, как благословенный взор, которого Ты никогда не отводишь от меня, и даже от самых потаенных уголков души моей. Взирая на меня, Ты даруешь мне жизнь; жизнь сия есть беспрестанный дар сладчайшей любви Твоей, и дается она мне, дабы Твоя любовь воспламенила мою любовь к Тебе, и питала меня этим огнем, и, питая, воспламеняла мое желание, давая мне пить от росы веселья, чтобы от пития сего бил источник жизни, умножающий и укрепляющий ее".

Итак, если вера есть взор нашего сердца, обращенный на Бога, и если этот взор возведенных на Бога духовных очей встречается со всевидящими очами Бога, то, значит, это самое легкое из всего, что доступно человеку. Это должно быть так же легко, как легко Богу жизненно важное сделать доступным для слабейших из нас и нищих духом.

Из всего вышесказанного можно сделать несколько очевидных выводов. Например, о простоте веры. Поскольку верить — значит взирать, то верить можно без всяких особых приготовлений или религиозных принадлежностей. Бог так устроил, что все жизненно необходимое никогда не зависит от каприза случая. Принадлежности религиозного поклонения могут повредиться или затеряться, вода может вытечь, записи могут погибнуть в огне, служитель может задержаться, а храм сгореть дотла. Однако все это внешнее по отношению к душе и подвержено несчастным случаям и механическим повреждениям. Возведение же очей идет от сердца, и взирать на Бога может любой человек, стоящий, коленопреклоненный или лежащий в предсмертной агонии за тысячу миль от ближайшей церкви.

Поскольку вера — это возведение очей к Господу, верующий может это сделать в любое время. Каждый момент может оказаться подходящим для этого сладчайшего из занятий. Бог никак не связал спасения с фазами луны, святыми днями или субботами. Человек нисколько не ближе к Иисусу в день христианской Пасхи, чем, скажем, в субботу третьего августа или понедельник четвертого октября. Пока Христос восседает на троне Посредника, каждый день благ и всякое время есть время спасения.

Также и место не имеет никакого значения в этой благословенной вере в Бога. Возведите свои очи горе и дайте сердцу найти покой у Христа, и вы немедленно войдете в святилище, хотя перед этим могли занимать спальное место в пульмановском вагоне, трудиться на фабрике или возиться на кухне. Бога можно увидеть отовсюду, если только душа ваша настроена любить и слушать Его.

Кто-то спросит. "Разве не относится то, что вы говорите, к особого рода людям, например, монахам или служителям, у которых по роду их деятельности есть время для тихих бдений? Во всяком случае этого не отнесешь ко мне, потому что я постоянно занят на работе и времени уединяться у меня просто нет". Этим читателям я рад сообщить, что жизнь, которая описывается здесь, это жизнь всякого из чад Божьих, независимо от их призвания Такую жизнь на самом деле ведут многие весьма занятые люди, и такая жизнь доступна всем.

Секрет того, о чем я толкую здесь, многие постигают не тогда, когда задумываются о том, что творится у них внутри, но когда постоянно упражняются в навыках созерцания Бога. Такие люди знают, что нечто внутри их сердца созерцает Бога. Даже тогда, когда они вынуждены сознательно переключить свое внимание на земные объекты, внутри них остается некая таинственная связь с Богом Стоит вниманию их на мгновение отойти от неотложных дел, как тотчас их внутренний взор снова обращается к Богу Таково свидетельство большого числа верующих людей, столь многих, что у меня, когда я пишу эти слова, возникает чувство, что я невольно цитирую кого-то, хотя кого и в каком объеме — не знаю.

Я не хочу сказать, что обычные средства стяжания благодати уже не имеют никакой цены. Конечно же, имеют. Уединенная молитва должна стать сердцем жизни всякого следующего за Христом От долгих размышлений над прочитанным Словом Божьим очищаются наши глаза и обращаются в верном направлении, от посещений общих богослужебных собраний расширяется наш кругозор и умножается любовь к ближнему Служение, плюс труд, плюс деятельность — все это хорошо и всем этим должен заниматься добрый христианин Но в основании этого, придавая ему смысл, покоится установка на созерцание Бога. В нас формируется новый, если можно так выразиться, орган духовного зрения, который дает возможность взирать на Бога, между тем как прежнему, материальному, предоставлено право рассматривать сцены преходящей жизни.

Некоторые в страхе могут сказать, мол, здесь безмерно прославляется личная, замкнувшаяся на себе религия, и новозаветное "мы" наполняется эгоистическим "я". Приходилось ли вам когда-нибудь в жизни встречаться с тем, как сотня фортепиано, настроенных по одному камертону, автоматически настраивалась друг на дpyгa? Будучи настроены, они звучат в унисон, но не друг с другом, а с иным стандартом, которому каждый из них в отдельности должен подчиниться. Так же и сотня почитающих Бога, собравшихся вместе в поисках более тесных братских отношений если каждый из них взирает на Христа, то все они духовно ближе друг другу, чем когда, стремясь к "единству", все отвращают взоры от Христа. Общественная религия станет более совершенной, если очистится религия персональная. Организм укрепляется по мере оздоровления отдельных его органов. Всей церкви Божьей прибыток, когда члены, составляющие ее, пребывают в поисках горней жизни.

Все сказанное выше предполагает наличие истинного покаяния и полного предания души Богу. (Впрочем, едва ли было нужно упоминать об этом, поскольку только те, кто именно так предались Богу, и могли добраться до этого места).

Когда навык духовного созерцания Бога укрепится в нас, мы выйдем на новый уровень духовной жизни в полном соответствии с Божьими обетованиями и новозаветным духом Триединый Бог станет местом нашего пребывания, хотя наши стопы все еще будут ходить замысловатыми путями, поскольку мы должны оставаться между людьми. Мы, конечно, найдем высшее благо жизни. "Это источник всех радостей, какие только возможны, но ни ангелам, ни людям не только ничего из этого представить до конца невозможно, но ничто лучшее и существовать не может ни в том, ни в другом способе бытия! Ибо здесь абсолютный максимум всякого разумного желания, превыше которого и быть не может".



Господи! Я услышал благое слово с призывом взглянуть на Тебя. и насытиться. Сердце мое стремится ответить, но грех затемнил мое зрение так, что я вижу Тебя, но смутно. Благоволи, Господи, очистить меня Твоею драгоценною Кровию и навести в сердце моем чистоту, дабы спали пелены с очей моих и я мог созерцать Тебя все дни моего земного странствия. Тогда буду готов взирать на Тебя, Преславный, в тот день, когда Ты явишься, дабы прославиться в святых Твоих и восхитить всех верующих в Тебя. Аминь.

Каталог: system -> files
files -> Всероссийская олимпиада школьников по английскому языку
files -> Перечень работ, входящих в плату за ремонт жилья
files -> Совершенство или погибель
files -> Электролиз Этот окислительно-восстановительный процесс протекает на электродах при прохождении постоянного электрического тока через растворы или расплавы электролитов. Существуют два типа электродов: катод и анод(+)
files -> Фактов о кормлении грудью Только грудное молоко в первые месяцев


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница