Ведьма-хранительница



страница15/19
Дата09.08.2019
Размер1.46 Mb.
#127690
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19
ГЛАВА 20
Границей Арлисса, в отличие от Догевы, была не дорога, а река, заключившая долину в круглую петлю. Мы приехали не по тракту, а прямой тропинкой из Куряк, и пограничной заставы, равно как и вампиров вообще, поблизости не было. На том берегу впритык к воде начинался вековой лес, преимущественно дубовый, но ветер уже доносил сюда семена из Ясневого Града, и опушку оживляла молодая поросль белых ясеней, а у их подножия вовсю цвели Elfiell Viresta, золотые эльфийские колокольчики.

– Переправляться-то как будем? – хмуро поинтересовалась Орсана, натягивая поводья и спешиваясь за две сажени до кромки воды – уж больно красноречиво колыхались у берега бесформенные лоскутья, некогда бывшие одеждой.

Мостом, как и говорил гном, даже не пахло. Пахло тиной, тухлятиной и еще какой-то дрянью, окрасившей воду в неестественный красноватый цвет.

Я потянула носом и авторитетно заключила:

– Вода отравлена.

– Это же река, Вольха,– неуверенно возразил вампир,– как ее можно отравить?

– Глянь, вода не движется. Видимо, ее запрудили в перекрестье петли, а затем влили несколько бочек отравы. Уже давно, иначе здесь было бы не продохнуть от разлагающейся рыбы.

Ролар как раз слезал с коня, придерживаясь за переднюю луку, но рука, дрогнув, соскользнула, и он кулем шлепнулся на землю. Повернул ко мне искаженное ужасом лицо:

– А как же русалки?

– Если они не удрали до возведения плотины, то им тоже не поздоровилось. А вот кракены могли выжить – и выжили, судя по тому, что мост по-прежнему отсутствует.

– О боги... – Вампир, не вставая, обхватил голову руками и уткнулся лицом в колени.– Как она могла?! За что?! У нас же были прекрасные отношения, мы всегда могли договориться, решить все вопросы миром...

Мы сочувственно молчали, так же прекрасно понимая, что без приказа или хотя бы ведома Повелительницы тут не обошлось. У воды зудела мошкара, с треском носились стрекозы, а вдалеке, среди редких камышей, кормилась утиная стайка. Невосприимчивая к яду живность, безмятежно снующая на фоне мертвой реки, производила более жуткое впечатление, чем если бы повсюду плавали русалочьи трупы.

По прошествии десяти минут Ролар взял себя в руки, глубоко вздохнул и поднялся. Лицо у него было неестественно спокойное, словно застывшее.

– Идти к главному мосту у тракта нет смысла – скорее всего, он тоже разрушен. Брода нигде нет, остается только вплавь.– Вампир начал было раздеваться, но я перехватила его за руку.

– Погоди, такие решения второпях не принимают. Откуда мы знаем, какой дряни туда налили? Может, через пару дней эти славные уточки дружно протянут ножки, наклевавшись околевших стрекоз?

– Но ведь посольство как-то переправилось на этот берег,– задумчиво сказала наемница.– Плот пустили или там временный мостик навели, в одно бревнышко.

– Лично я не рискнула бы перебираться через реку по бревнышку, если до этого кракен развалил каменный мост. Ролар, а в Арлиссе есть “эффект черновика”?

– В пределах долины, за реку он не распространяется.

– А маги?

– Год назад не было, и сомневаюсь, что появились, раз долина закрыта для иных рас.

– К каковым, кстати, относимся и мы с Вольхой, – напомнила Орсана.

– Повелители и Хранители могут приходить в долины, когда им заблагорассудится, и приводить с собой кого угодно,– отмахнулся Ролар.

– Ну да,– мрачно поддакнула я,– если у Стражей Границы нет привычки делать предупредительный выстрел в живот, а потом спрашивать, кого леший принес.

– Страж на то и Страж, чтобы издали отличать своих от чужих. Ты лучше думай, как нам попасть на ту сторону!

– Ну и придумаю.– Я повнимательнее пригляделась к реке. Не такая уж она и широкая, саженей двадцать пять, к тому же – стоячая, должно получиться. Спустившись к воде, я присела на корточки, закрыла глаза, несколько минут помолчала, сосредотачиваясь, а затем тихо, нежно, одним длинным свистящим словом выдохнула заклинание. От моих разведенных рук покатилась прозрачная, искрящаяся дорожка. Коснувшись того берега, она ослепительно полыхнула зеленью и исчезла.

Очень довольная результатом (я впервые применяла заклинание моста на настоящей реке, а не между двумя табуретками в школьной аудитории), я отступила назад и картинным жестом ярмарочного зазывалы пригласила друзей начать переправу.

– Что, прямо по воде? – недоверчиво уточнила Орсана.

– Ну да. Ведьма я или нет? Иди, не бойся.– Я демонстративно ступила одной ногой на воду, перенесла на нее вес тела, пару раз качнулась туда-сюда и шагнула обратно на берег. Дорожка с честью выдержала испытание, во время него став если не видимой, то угадываемой – с обеих сторон неподвижной полосы побежали мелкие волны.– Да, и глаза коням завяжите, чтобы не взбрыкивали.

На время колдовства я неосмотрительно выпустила поводок и, пока друзья рылись в сумках в поисках подходящих тряпок, волк по собственному почину решил взять на себя роль первопроходца. Дорожка слегка пружинила под его лапами, а ближе к середине легонько завибрировала, хлопая по воде, как длинная гибкая доска, опирающаяся только на концы.

– Главное – не торопитесь,– заключила я, наблюдая за волком, размашистым прыжком одолевшим последнюю сажень,– тогда она будет меньше качаться. Но и не останавливайтесь, иначе “мостик” начнет проседать и распадаться под ногами.

Орсана потрепала Венка по шее, чтобы скрыть волнение, взяла жеребца под уздцы и решительно шагнула на дорожку. Девушка и конь, аки посуху топающие по воде, вполне могли дать начало прекрасной легенде о младых невинных девах и игреневых единорогах, доведись поблизости какой-нибудь впечатлительный менестрель. Или очередной зловещей байке про вампиров, коим, упырям проклятущим, и река не помеха – Ролар на всякий случай выждал, пока Орсана достигнет того берега, и повел Карасика следом.

Я замешкалась, растерянно почесывая в затылке – колдовской резерв опять был в норме, восстановившись еще быстрее, чем в прошлый раз. Да и истощался ли он вообще? Эх, жаль, сразу не проверила… Погруженная в раздумья, я невесть зачем вскочила на лошадь, и та привычно тронулась с места. Когда я опомнилась, было поздно: Смолка уже трусила через реку, ухитряясь так мягко и продуманно ставить копыта, что мостик почти не раскачивался. Соответстсвенно не было и ряби по краям, но кобыла уверенно шла вперед, словно по настоящим доскам. Несколько секунд я обречено жмурилась, ожидая громкого плюха, а затем сообразила, что раз эта паршивка чует магию, то вполне способна и видеть ее.

Мы только-только миновали середину реки, как прозрачная дорожка выпучилась трехсаженным горбом и ровная поверхность превратилась в крутой спуск. Смолка, не удержавшись, осела на задние ноги, и мы с визгом покатились вниз, как на саночках с ледяной горки. За спиной что-то выло, сопело и плескалось, Ролар и Орсана доблестно (то есть обнажив мечи и не поворачиваясь к реке спиной) разбегались в разные стороны, а волк, взъерошившись и оскалившись, припал к земле. Будь у нас глаза на затылке, мы со Смолкой визжали бы еще громче: вынырнувший из омута кракен попытался цапнуть нас саблевидными зубами, но немного промахнулся и в пасть ему угодила дорожка. Несущийся к поверхности змей набрал немалую скорость и выскочил из воды на треть серебристо-зеленого тела, оттянув дорожку, как стрела тетиву. Что произошло дальше, нетрудно догадаться – я и лошадь кубарем вылетели на берег, а крайне озадаченного кракена с удвоенной скоростью понесло вниз, затем снова дернуло вверх и опять вниз, словно висящую на струне прищепку. После пятого или шестого колебания “струна” угомонилась, змей разжал зубы и медленно затонул, сведя на нос выпученные глаза и безвольно вихляясь всем телом.

Смолка по инерции проехала несколько саженей на заду, потом умудрилась выровняться, не сбросив всадницу. Мы не успели даже толком испугаться, но, глянув на мертвенно-бледные лица моих друзей и вытянувшиеся морды жеребцов, живо дошли до той же кондиции. Спешиваться я не стала, опасаясь не удержаться на дрожащих ногах.

– К-куда т-теперь? – “бодро” осведомилась я.

– Т-туда.– Указующий перст Ролара дрожал не меньше, на коня ему удалось вскочить только со второй попытки. В виду имелась узкая просека, традиционно для вампирьих долин начинавшаяся не от самой опушки, а за кустами. В Догеве таких было превеликое множество; определить, в каком месте нужно продираться сквозь внешне неприступный лес, мог только старожил, знающий все здешние тропки. На обычных же дорогах стояли заставы, проверяющие документы и взимающие въездную пошлину.

Ролар щекотнул коня шпорами, тот наклонил голову и тараном пошел сквозь кусты, с хрустом ломая и раздвигая ветки. Венок раскапризничался, и Орсане пришлось сделать три круга, раз за разом подводя его к кустам, от которых он отворачивал в последнюю секунду. Как ни странно, вредничала и Смолка, для которой до сих пор понятия “бездорожье” не существовало. Она не то чтобы возражала против хлещущих по морде ветвей, скорее ей вообще не нравилось на этом берегу и моя затея ехать дальше. Но пришлось: с Верховной Ведьмой, к тому же вооруженной прутом, не поспоришь.

Прежде чем кусты сомкнулись за лошадиным крупом, я оглянулась на реку, и дорожка, вторично полыхнув, исчезла.


* * *

Арлисский лес был мрачнее догевского – может, с непривычки или из-за пасмурной погоды, как всегда испортившейся к вечеру. Не пели птицы, хотя в лиственном лесу, да еще в конце весны они обычно не умолкали с раннего утра и до глубокой ночи, вдохновляющей соловьев. Над головами неприязненно шуршали темные дубовые кроны, к лицу и лошадиным ногам то и дело липла пыльная паутина. Догевские Стражи ходили именно по таким тропинкам, “эффект черновика” связывал их в единую сеть, давая возможность патрулировать куда больший участок границы, чем можно обойти за десять минут. Ни о какой паутине, тем более пыльной, там и речи не шло, пауки не успевали натянуть и десятка нитей, как Страж снова их разрывал. Халатность здешних пограничников, учитывая, что Арлисс переругался со всеми расами, настораживала. Неужели они рассчитывают на кракена? Эту тварь не так уж трудно провести или отвлечь, особенно если ты маг или у тебя есть парочка “лишних” спутников.

А тут еще со Смолкой стало твориться что-то неладное. Поджав хвост и втянув шею в себя, она похрапывала, фыркала, брызгая пеной, шла по странной волнообразной траектории, дико косилась по сторонам, шарахалась от выползших на дорогу корней.

– И почему мы не уточнили симптомы болезни? – запоздало сокрушалась я, не понимая, что происходит с моей боевой подругой. Ролар предлагал мне оставить лошадь в Куряках и пересесть на его жеребца, но я отказалась, хотя Смолка подвергалась двойной угрозе – и как наполовину к'яард, и как кобыла. Что-то не верилось мне в эту историю с повальным мором. Если это такая уж прилипчивая и смертоносная зараза, почему за три месяца она не вышла за пределы Арлисса? Да и Лён, которому наверняка о ней сообщили, не пожелал сменить Вольта на обычного коня. А он не из тех, кто лезет на рожон из чистого упрямства. Выходит, знал или подозревал что-то неизвестное мне.

Спешившись, я осмотрела Смолку с ног до головы, прощупала живот и пропассировала ауру, но никаких отклонений, не считая странного поведения, не обнаружила.

– По-моему, она просто боится,– предположила наемница.

– Кустов и деревьев?

– Того, кто в кустах и за деревьями.

– Ролар, а ты кого-нибудь чуешь?

– Нет. Разве что пару белок вон на том дубе.

– Вряд ли у моей кобылы такая острая форма белкофобии.

– И вряд ли на его слова можно полагаться всерьез,– подхватила Орсана.– Лично меня не оставляет ощущение взгляда в спину.

– Меня тоже,– согласилась я.– Ручаюсь, Смолка его тоже чувствует.

– У вас мания преследования, девушки, – снисходительно бросил вампир.– Не доверяете мне – посмотрите на моего жеребца: и ухом не ведет.

– Что с вас, мужиков, возьмешь... – вздохнула Орсана.– Ролар, ты вообще имеешь понятие о такой вещи, как женская интуиция?

– А, ты имеешь в виду женский эквивалент логического мышления?

– Ролар, а где Стражи? – запоздало спохватилась я.– В Догеве они давным-давно бы нас остановили или хотя бы показались из-за деревьев и поздоровались. Ни одному человеку, если его приезд не был согласован с Повелителем, не удавалось проникнуть в глубь долины даже на сотню шагов. Стражи Границы отличались чутьем, не уступавшим самому Повелителю, и распознавали незнакомцев за полверсты.

– Не знаю... – Ролар огляделся по сторонам, хотя по моему вопросу, предваренному поисковым импульсом, и так было ясно – поблизости нет ни одного Стража.– Странно... Правда, этой дорогой мало кто пользуется... Но для Стража это не имеет значения, он засечет тебя в самой непролазной чащобе.

Я порылась в карманах и предложила Смолке хлебную корку, но она рассеянно понюхала ее и отвернулась, продолжая высматривать неведомого злыдня.

– Ладно, ничего не попишешь, поедем дальше. – Я сунула ногу в стремя, но вскочить на лошадь не успела. Смолка внезапно взвизгнула, точь-в-точь как при нападении ложняков, и встала на дыбы, молотя по воздуху когтями. Застряв в стремени, я шлепнулась на спину и со свистом вылетела из сапога, который вместе с кобылой унесся по обратному маршруту, к реке.

Спрашивать, все ли со мной в порядке, никто не стал – я одним быстрым движением перетекла в сидячее положение, сама удивившись собственной изворотливости и живучести. Впрочем, у нас были заботы поважнее – кого бить и куда драпать, если для первой заботы врагов будет многовато.

В придорожных кустах тихо хрупнула ветка. Одна, вторая, еще ближе... Ролар и Орсана слаженно блеснули мечами, я подобралась, готовая метнуть пульсар в первую же несимпатичную рожу или морду, но тут ветки встрепенулись, раздвинулись, и на тропинку перед нами выскочила маленькая рыжая косуля. Шевельнула длинными ушами, покосилась на живописно замершую группу и стремглав бросилась прочь.

– Прекрасно,– мой тон и выражение лица абсолютно не вязались со смыслом сказанного,– просто великолепно. А сейчас за ней с воем и гиканьем выпрыгнут стая волков и орава разбойников, и мы скончаемся от ужаса прежде, чем они до нас добегут.

– Да нет там никого,– растерянно возразил Ролар, вкладывая меч в ножны.

– Вот именно, нет. И кобылы моей тоже нет. Вы что-нибудь понимаете? – Я встала, поджимая босую ногу и живо вспоминая коллегу по несчастью, неизвестного селянина с заначкой в сапоге.

– А ты?


– Могу только предположить, что кто-то здесь приколдовывает. И очень лихо, потому что я ничего не чувствую. Зараза, все мои вещи и зелья остались в седельных сумках, а без них проверить эту догадку невозможно. (“Хорошо хоть жгучеяд из кармана не выложила”,– мысленно добавила я).

– Фантомы, как в том замке, только невидимые? – сообразила Орсана.– Но зачем вампирам пугать своих же лошадей?

– Незачем,– подтвердила я.– Значит, это делает кто-то другой. Эдакая маленькая, но греющая душу гадость, в отместку за изгнание.

– Человек?

– Или русалки. Они умеют колдовать – правда, по-своему, без заклинаний. Им как-то удается сгущать вокруг себя магическую энергию и преобразовывать ее силой мысли.

– Среди эльфов и гномов тоже есть мага, – напомнил вампир.

– Но их не травили, как русалок, и они не станут размениваться на мелкие пакости.

– Как люди?

– Вот именно.– Я подмигнула вампиру с таким плутовским видом, словно не мыслила жизни без ежедневного вредительства.– Русалкам же ничего другого не остается – выйти на сушу и сразиться с вами в открытую они не могут.

Мне пришлось-таки залезть на Карасика позади Ролара. Вдвоем в одном седле было тесно и неудобно, широкая спина вампира заслоняла обзор спереди и частично с боков, а болтающимся ногам ужасно не хватало стремян. Я все норовила пристроить их на пятках Ролара, так что он тоже не испытывал радости от моего милого соседства.

– Но из-за отравленной реки русалки не могут приблизиться к Арлиссу, как же им удается наводить фантомы?

– Может, потому ее и протравили? Хотя ты прав, фантомы держатся от силы пару дней. Ну, тогда не знаю. Разве что кто-то регулярно насылает их с другого берега.

– Притворяясь рыбаком? – съязвила Орсана.– Спрятаться там негде, а снять его стрелой проще простого.

– Загорает на солнышке,– предположил Ролар, в очередной раз стряхивая мои ноги.– Или коров пасет, с другой стороны долины есть небольшая деревенька.

– Мы зря уцепились за единственную версию.– Я недовольно поерзала в седле, чуть не выпихнув из него вампира. Устроиться поудобнее не удалось, но хотя бы отсиженный зад размяла.—Чем дольше мы ее обсуждаем, тем правдоподобнее она кажется, а ведь это всего лишь случайная догадка. Что, если дело вовсе не в фантомах? Вдруг та...

И тут наконец-то появились Стражи.


* * *

У женщины, откинувшейся на спинку трона, были холодные фиолетовые глаза, властные, неприятные и в то же время завораживающие. Короткие волосы, светлые до серебристой белизны, топорщились в художественном беспорядке. Чувственные губы не скрывали презрительной усмешки, а острая линия носа придавала лицу еще большую надменность. В роли единственного украшения выступали золотые серьги в форме трилистников клевера с длинными черенками-цепочками.

Красота Лереены не поддавалась критике, даже самой пустяковой. Бирюзовое платье из гладкого, переливающегося и прохладного на вид шелка плотно облегало идеальную фигуру. В глубоком, до середины бедра, разрезе виднелась стройная ножка, едва тронутая загаром. “И чем она Лёну не угодила?” – помимо воли подумала я.

– Хранительница – человек. Надо же,—– Повелительница забросила одну ногу на другую, и разрез распахнулся во всю длину. Мужчина на моем месте изошел бы слюной. Женщина, впрочем, тоже – ядовитой, от зависти. Я же смотрела на Лереену совершенно равнодушно, как на делового партнера, с которым собиралась заключить чрезвычайно важную для нас обеих сделку.– Он был уверен, что откликнется на твой зов,– задумчиво и непонятно продолжала Повелительница, оценивающе скользя по мне взглядом.– Почему, интересно? Что такого уж важного он не смог сообщить кому-нибудь другому?

– Например, вам? – не удержавшись, с ехидцей уточнила я.

– Мне? – Вампирша скривилась, словно я сделала ей неприличное предложение.– Нет. Обычно это Верховная Травница. Впрочем, его Келла уже слишком стара для Хранительницы. Честно говоря, я не понимаю, почему он давным-давно не сместил ее с этого поста, да еще позволяет ей собою командовать. Будь я на его месте, Травница свое тоже бы знала.

– Да уж, вами не покомандуешь,– проворчала я, косясь на невозмутимых Стражей, сжимающих мои запястья, словно два стальных капкана.

Меня, унизительно распяленную между двумя вампирами, так и протащили до самого города. Хорошо хоть позволили натянуть пожертвованный Орсаной сапог, иначе я бы в кровь сбила босую ногу. Еще двое Стражей вели под уздцы жеребцов; Ролар и Орсана, одинаково насупившись и храня гордое молчание (это было нетрудно, Стражи сами обрывали любую попытку начать разговор), тряслись в седлах со связанными за спиной руками. Волк бежал рядышком, не давая вампирам схватить или хотя бы отвязать веревку. У Дома Совещаний (в арлисском исполнении он больше напоминал купеческие хоромы из белого эльфийского гранита) нас разлучили – друзей повели дальше, а меня, после часового ожидания на крыльце, потащили на “аудиенцию”.

Как ни странно, Лереене польстил этот сомнительный комплимент. Она небрежно махнула рукой, вампиры выпустили меня и слаженно отступили на шаг. Еще одно движение, и мы остались в Доме одни. Я потерла ноющие запястья. Интересно, может ли она читать мои мысли? Я на всякий случай поставила магическую защиту от телепатии, но в безопасности все равно себя не чувствовала. Это заклятие быстро распадалось, приходилось каждые пять-десять минут его подновлять, а это раздражало, выматывало и мешало плести другие заклинания.

– Садись,– кивнула Повелительница на один из стульев, обращенных к длинному столу в центре зала. Отказываться было глупо. Лереена встала, с хрустальным цоканьем каблучков-шпилек прошлась по мраморному полу и села напротив, сцепив руки под подбородком. Поединок взглядов я проиграла на первой же минуте. Смотреть ей в глаза было невыносимо, откровенное презрение мешалось в них с жалостью – так матерый волк смотрит на тявкающего щенка, сдуру преградившего ему путь к овчарне.

– Что ж, это его дело и его право,– наконец сказала Повелительница.– Важен результат. Полагаю, ты заявилась в Арлисс, чтобы провести обряд на моем Круге? Чем же тебя не устроил Догевский?

“Не читает,– облегченно подумала я.– Или притворяется, ждет, попытаюсь ли я ее заколдовать?”

– Я не успевала в Догеву до истечения двенадцати дней

– Какой сегодня?

– Десятый.

– Ты же ведьма,– сказала она таким тоном, словно я зарабатывала на жизнь чисткой выгребных ям, – что тебе стоило телепортироваться прямо в Догеву или хотя бы сократить путь до нее?

– Я не смогла сразу поймать волка, а телепортация не оставляет следов, по которым он мог бы меня найти.

“И, честно говоря, я так толком не освоила эту процедуру. Занесло бы в Ясневый Град, на клумбу со священными розами, а потом доказывай разъяренным эльфам, что промахнулась”.

Лереена неопределенно хмыкнула.

– Как это произошло?

– Ваше посольство попало в разбойничью засаду. – Мы еще по дороге через лес условились не говорить Повелительнице и арлисским вампирам о ложняках. Пока не убедимся, что говорим не с ними же.

Она и глазом не моргнула, даже не поинтересовалась, уцелел ли кто-нибудь из ее подданных. То ли я не зря скрытничала, то ли такие мелочи ее не волновали.

– Кто это был?

– Тролли,– ради правдоподобия соврала я. В вампиров она бы не поверила, а тролльих кланов пруд пруди, эта раса славится необузданным нравом и пренебрежением к смерти, что своей, что чужой, безжалостно расправляясь с ненужными свидетелями. Искать среди них убийц Повелителя бесполезно, а войну объявлять глупо, они расхохочутся и просто не придут.

– Да неужели? —Лереена, видимо, тоже вспомнила известное присловье: “Смелый только на себя пеняет, а у труса вечно тролль виноват”.

– Именно так,– с каменным лицом подтвердила я, делая вид, что не замечаю откровенной иронии в голосе собеседницы. Обвинить меня в убийстве она все равно не могла, иначе зачем бы мне, Хранительнице, так рваться в Арлисс замыкать Круг? Вампирша сменила тему:

– Как вы умудрились перебраться через реку, не воспользовавшись подвесным мостом?

– Если бы мы знали, где он, воспользовались бы с удовольствием.

– У реки возле Арлисского тракта стоит указатель. На сегодняшний день это единственная дорога в долину, мост натянут в двух саженях над водой, и речные твари до него не достают.

– Мы приехали тропой из Куряк.– Меня одолевал жуткий соблазн посыпать ее порошочком, но я прекрасно отдавала себе отчет, что обличать ложняка посреди кишмя кишащего ими города – не самая умная идея. А если я не права и Повелительница заметит, что я опыляю ее какой-то дрянью, нам с друзьями не поздоровится еще больше.

Похоже, Лереена сочла мои ответы если не честными, то хотя бы убедительными, и негромко, троекратно хлопнула в ладоши. Из двери к внутренним покоям выскользнул слуга с подносом, поставил его перед нами и так же бесшумно исчез. Высокий серебряный чайник, украшенный тонкой резьбой, две чашки и две горки колотого шоколада на тарелочках, светлый и темный. Повелительница сама разлила по чашкам красноватый напиток, пахнущий жасмином,– вровень с краями, ни на волос ниже. Одну поставила передо мной. Жидкость даже не шелохнулась. Я с трудом удержалась от соблазна качнуть чашку, дабы убедиться, что там не лед. Как поднести ее ко рту, я не представляла.

– Перейдем к делу. Когда ты прошла церемонию посвящения?

– Простите?

Лереена без проблем управилась с транспортировкой чашечки, сделала меленький глоток, взяла кусочек темного шоколада и, прежде чем положить в рот, пояснила:

– Как давно ты стала Хранительницей?

– Два с половиной года назад. Но никакой церемонии не было!

– Не смеши. Маловато... – Лереена внимательно, даже несколько бесцеремонно пригляделась ко мне, словно насквозь просвечивая взглядом.– Но основные признаки налицо, может, и получится... Он очень рисковал, выбрав для этой цели человека. Я даже не уверена, что тебе удастся активировать Круг, не говоря уж о том, чтобы войти и выйти из него.

Отлично понимая, что Повелительницу мне не перещеголять, я по-простому взяла чашку обеими руками, осторожно подняла и отхлебнула. Потом потянулась за светлым шоколадом – не назло Лереене, просто не любила горечь, ее мне хватало и в жизни. Настоящий, эльфийский, сам тает во рту. Семь кладней за фунт, по старминским расценкам. К своему удивлению, такой уж резкой антипатии к Повелительнице я не испытывала. Скорее неприязнь, как… к сопернице. Умной и опасной, с которой нужно играть по предложенным ею правилам, иначе последствия будут непредсказуемыми.

– Я умею работать с Ведьмиными Кругами, это же моя профессия. И, если вы объясните, что именно от меня требуется, я все сделаю.

– Изумительно.– Лереена понизила голос до свистяшего шепота, словно так я не смогу ее услышать.– Она ни разу не видела, как замыкается Круг, но дала согласие... на такое способна только бесстрашная героиня или редкостная идиотка, что, впрочем, одно и то же. Ведь он предупредил тебя о возможном риске?

– Да,– солгала я, не желая выставлять себя совсем уж на посмешище.– Разумеется. Просто все как-то не подворачивался случай посмотреть. То я в отъезде, то с покойниками перебои, не специально же убивать...

– Почему бы и нет? – холодно возразила Повелительница.– С такими вещами не шутят. Он что, собирался жить вечно, да еще по своим дурацким принципам? Удивляюсь, что он вообще сподобился избрать Хранительницу, хотя бы... такую.

“Какую” – предстояло додумать мне, и ход моих мыслей мне очень не понравился. Если он и отличался от Лереениных, то навряд ли в худшую сторону.

– Так вы позволите мне провести обряд?

– Разумеется. А ты в этом сомневалась?

– Еще как! – вырвалось у меня.

– Я не ссорилась с Лёном, несмотря на тот глупый розыгрыш,– Лереена брезгливо поджала губы, мельком глянув на белого волка, не отходящего от моих ног на протяжении всей аудиенции. Изредка порыкивая на Стражей, к Повелительнице он отнесся совершенно равнодушно.– Ты ведь знаешь о нем, верно? Так вот, мне абсолютно все равно, когда и на ком он женится; достаточно, если он просто зачнет мне ребенка. Я предложила ему такой вариант еще в прошлый раз, и его согласие – всего лишь вопрос времени. Возможно, у него есть любимая женщина и он не хочет ей изменять. Возможно, ее никогда не было и он боится выказать свою неопытность. Что ж, я подожду. Любовь не может длиться вечно, как, впрочем, и воздержание от оной. Так что у нас взаимная выгода, девчонка. Арр'акктур нужен мне живым. И если тебе удастся вернуть его... надеюсь, ты помнишь обратную дорогу? Провожать тебя в Догеву будет некому. Ее Повелителю придется загоститься в Арлиссе на неопределенный срок, прямо пропорциональный его упрямству.

– А если не удастся? – с содроганием предположила я.

Лереена загадочно усмехнулась, отставляя пустую чашечку:

– Я советую тебе очень постараться. Приходи в храм завтра на рассвете, и я покажу тебе, как замыкается Круг. Даже помогу, пожалуй, – сомневаюсь, что у человеческой девки хватит решимости довести обряд до конца.

– А что с моими друзьями? – спохватилась я.

– Я распорядилась, чтобы их разместили в гостевом доме по соседству. Тебя к ним проводят.

Повелительница встала и подошла к окну, демонстрируя изящную, обнаженную до самой талии спину. Бескрылую, как и положено женщине-вампиру. Я только сейчас сообразила, что на улице кромешная тьма, а в зале не горит ни единой свечи.

– Можно еще вопрос? – спросила я, поднимаясь. Волк встрепенулся и, подбежав к двери, с надеждой царапнул ее лапой.

Лереена полуобернулась, удивленно изогнула бровь.

– Где все ваши Стражи?

– Где им и положено,– слегка растерялась Повелительница,– на Границе!

– До середины леса нам не встретился ни один.

– Значит, вы их просто не заметили. В моем гарнизоне больше двух сотен Стражей!

– Значит, я их просто не заметила. Спасибо за аудиенцию, очень... неприятно было с вами познакомиться.– Я открыла дверь, пропустила волка вперед и вышла следом, не сделав даже намека на прощальный поклон. Не в моих привычках отвечать любезностью на неприкрытое хамство. Спорить с Повелительницей мне тоже не хотелось. Тем более строить вслух предположения, почему Стражи не заметили нас.

Мне казалось, что я уже знаю ответ.
* * *

Гостевой дом оказался небольшой деревянной хаткой наподобие той, в которой я жила в Догеве, у Крины. Чистый, но неуютный, он производил впечатление нежилого. От накрытого стола вкусно пахло жареным мясом, у стен стояли четыре кровати и два шкафа, в одном из которых как раз рылась Орсана, подбирая себе пару новых сапог. Когда я вошла, она тут же обернулась и вскочила с корточек, но приветствовать меня не торопилась.

Я уставилась на нее с не меньшим подозрением. Мы сделали пару шагов навстречу друг дружке и застыли как вкопанные.

– Слушай, Орсана,– преувеличенно бодрым голосом начала я, запуская руку в карман,– а не желаешь ли ты отведать некоего чрезвычайно полезного для здоровья порошочка?

– Благодарствую,– в тон мне ответила наемница, пятясь к стене,– я и так себя очень даже неплохо чувствую!

– А как иначе я узнаю, что ты не ложняк?

– А вдруг ты сама ложняк и хочешь меня отравить?

– Да я это, я, не валяй дурака,– я щелкнула пальцами, и вокруг горящей на столе свечи закружились десятки иллюзорных бабочек.– Скопировать магические способности невозможно, это часть души, а не тела. Помнишь, я рассказывала, что разбойники обозвали меня “пустышкой” и хотели просто убить?

Настороженное выражение постепенно сползло с ее лица, Орсана со вздохом облегчения шагнула вперед, но теперь уже я не торопилась с ней обниматься.

– Протяни руку. Не так, ладонью вверх.

– Ну ты и сыпанула! – охнула наемница. – Это мне вместо ужина, что ли?

– Лизни хотя бы разок, только так, чтобы я видела.

– А как он действует?

– Точно не знаю, те волки под деревьями то ли вдохнули его, то ли он просто начал разъедать шкуру. В практический магии жгучеяд используется как компонент отравленных приманок, так что внутрь оно вернее будет. Не бойся, для тебя настоящей он безвреден.


– Погоди, так ты меня уже проверяла? – Возмутилась Орсана.

– Несколько раз. И тебя, и Ролара, даже после кратковременных отлучек в кустики. Лижи давай, ругаться потом будешь. Не хватало мне еще выслушать кучу упреков, а потом окажется, что от ложняка!

Девушка с укоризной покосилась на меня, зажмурилась и обречено лизнула ладонь. Посмаковала, проглотила и лизнула снова, уже с удовольствием:

– Сладенький. Как мука с сахаром. А он и правда полезен для здоровья?

– Бестолочь ты,– устало сказала я, присаживаясь на ближайшую кровать и пряча лицо в ладонях. – Я еле на ногах держусь, а она еще привередничает – вредный, полезный...

Подруга раздумала ругаться и пристроилась рядышком. Легонечко подпихнула меня плечом:

– Что случилось? Она отказалась тебе помочь?

– Напротив. Даже изъявила желание поприсутствовать, чтобы все прошло как надо.– Я покосилась на свечу и та потухла. Бабочки прыснули в стороны, растворяясь на лету, и дальше мы шушукались в темноте, невидимые с улицы.

– Прекрасно!

– Если бы. Слишком уж легко мы договорились, я чую какой-то подвох.

– В Арлиссе нам не рады, это точно,– Орсана ожесточенно поскребла комариный укус на запястье.– Пленниками нас не называли, но гостем я себя тоже не чувствую. Скорее, ценным заложником в военном лагере, причем с кем они воюют, непонятно, а мы просто подвернулись под горячую руку.

– Верно. Более того, – нас собираются использовать, и я точно знаю как, но поделать ничего не могу. Боюсь, нам остается только наблюдать за развитием событий...

– Пока не станет слишком поздно,– нетерпеливо оборвала меня Орсана.– А где Ролар? Ты его не видела?

– Нет. Его же увели вместе с тобой!

– Нас почти сразу развязали и отпустили. Сказали, чтобы сидели тихо и ждали тебя, но охрану не выставили, и он тут же удрал. Как ты думаешь, он не мог...

– ...Заманить вас в ловушку? – Ролар легко перемахнул через подоконник.– Нет. Я угодил в нее вместе с вами. Плохо дело, коллеги.

Вампир швырнул мне какой-то предмет, и я узнала его, еще не успев поймать. Это был золотой обруч Лёна.

– Где ты его нашел?! – воскликнула я, задыхаясь от волнения. Обруч дрожал в моей руке, изумруд поблескивал гранями в лунном свете.

– В Лереениной сокровищнице. Ей следует бдительнее охранять свою казну. Орсана, если не трудно – выдерни из меня эту штуку, а то я не могу до нее дотянуться.

Ролар повернулся к нам спиной, и мы увидели рукоять торчащего из нее кинжала. Зрелище было, мягко говоря, не для слабонервных. Кинжал вошел глубоко, до упора, чуть шевелясь в такт прерывистому дыханию вампира. Я, конечно, видала и не такое, но все равно едва удержалась от вскрика, а уж об Орсане и говорить нечего.

– Ну, долго ты там будешь копаться? – поторопил вампир.– Саднит, между прочим!

– Она в обмороке, Ролар,– грустно констатировала я, щупая пульс сомлевшей подруги.– Принеси воды, а?

– Идти к колодцу с кинжалом в спине?! Может, мне еще ведро на него прицепить вместо коромысла? Нет уж, увольте, не собираюсь выставлять себя на всеобщее посмешище. Ты сможешь выдернуть его одним рывком?

Попробую. Ляг на пол, так будет удобнее.

Ругнувшись, Ролар осторожно наклонился, встал на четвереньки и, не удержавшись от тихого стона, лег, сложив руки под подбородком.

– Давай, тяни,– скомандовал он.– А-а-а! Да не расшатывай, не топор из колоды достаешь!

– Тихо ты! Я пока только примеряюсь.

Орсана пошевелилась и открыла глаза. Увидев меня верхом на сосредоточенном, ожидающем рывка Роларе, с рукояткой кинжала в руках, который я как раз собиралась то ли вытянуть, то ли вонзить поглубже, отважная наемница вернулась к прерванному обмороку.

– Надо что-то делать с нашей легионершей,– озабоченно заметил Ролар.– Может, потренировать ее на... ой!

– Вот, забери на память,– я сунула ему под нос окровавленный кинжал. Вампир как ни в чем не бывало сел и принялся разглядывать памятное оружие.

– Старинный. Оружейная школа Арлисса, ни с чем не спутаешь. Видишь бороздки вдоль лезвия? Там яд. Не беспокойся, действует только на людей.

Я поспешно вытерла руку о штаны.

– Тебя приняли за человека?

На Роларе заживало медленнее, чем на Лёне, хотя кровь остановилась практически сразу. Вампир разделся до пояса, скомкал и бросил в угол окровавленную рубашку. Полез в сумку за запасной.

– Как ни странно. Уж вампиры-то в таких делах не ошибаются.

– А кто на поляне принял нежить за вампиров?– не без издевки напомнила я.

– Нежить же, не человека. Паразит, из кустов метнул, я только свист услышал. Но почему он не почувствовал во мне родича?

– Думаешь, воспылал бы братской любовью? – скептически хмыкнула я.– А теперь посуди сам. Ты приехал в Арлисс в компании двух человеческих девушек. Маскарадную бороду отлепить не удосужился, крыльями не размахивал, со старыми друзьями прилюдно не болтал. Вот и нарвался...

– Да при чем тут борода и крылья, вампира с их помощью не проведешь!

– А почему бы нам не предположить, что это был вовсе не вампир? – подала голос незаметно воскресшая Орсана – как оказалось, внимательно слушавшая наш разговор.– Ему удалось обмануть Ролара, но сам он не сумел воспользоваться вампирьим чутьем, равно как их силой и проворством. Ручаюсь, настоящий вампир загнал бы тебе эту штуку прямо в сердце, чтоб уж наверняка.

– Но я мог бы поклясться... – Ролар осекся и безнадежно махнул рукой.– Ладно, сдаюсь. Против ложняков мое чутье никуда не годится. Как вы поговорили?

– Поговорили нормально, но чувствую себя ужасно. Лереена сказала, что не выпустит Лёна из Арлисса. И, боюсь, мне уйти тоже не даст.

– Не паникуй раньше времени. Повелительница любит нагонять на подданных страху – полагает, что так они усерднее будут выполнять ее приказы, но я не помню, чтобы мера определенного ею наказания заметно превышала вину. Удерживать Лёна силой она не станет, другое дело, если он сам захочет остаться. Вряд ли он ехал в Арлисс ради еще одного розыгрыша.

У меня неприятно защемило сердце, но только на мгновение, я быстро взяла себя в руки. На что, собственно, я рассчитывала? Парочка и впрямь подобралась – загляденье, а уж на предложенных Лерееной условиях, без всяких там брачных и родительских обязательств, не то что на недельку задержишься – зазимуешь! Да и не об этом речь, меня беспокоило совсем другое.

–Ты не понял, Ролар. Лён действительно нужен ей для продолжения рода, но вовсе не вампир! Она – ложняк, и собирается завладеть его телом сразу после завершения обряда. Потому-то нас так охотно и пропустили в Арлисс, даже Стражи навстречу не вышли, чтобы не спугнуть —дождались, пока мы не зайдем поглубже!

– Вольха, не городи ерунды,– возмущенно перебил Ролар.– С чего ты взяла, что моя Повелительница – ложняк? Где доказательства?

– Да хотя бы вот это! – Я помахала у него перед носом золотым обручем.

– Его запросто могли подбросить.

– В сокровищницу, куда ходит только сама Лереена да воры вроде тебя? Какой смысл? И ты бы видел, как она отреагировала на сообщение о гибели целого посольства! Никак! Словно не узнала ничего нового, шпионы давным-давно доложили ей о провале операции.

– Лереена в своем репертуаре,– с усмешкой покачал головой Ролар.– Она считает, что Повелительнице не к лицу выказывать простые вампирьи чувства, которые якобы подрывают ее авторитет. Но в глубине души она остается обычной женщиной, впечатлительной и уязвимой. Уверен, сейчас она нервно мечется по тронному залу, закрыв ставни и сняв туфли, чтобы стража у дверей не слышала стука каблучков.

– Или, довольно ухмыляясь, доедает оставшийся на столе шоколад. Ты выгораживаешь ее, потому что боишься поверить, что настоящая Лереена мертва!

– А у тебя мания преследования!

– Вы оба впадаете в крайности,– вмешалась Орсана.– Реально мы имеем только брошенный из-за угла кинжал. Он доказывает, что ложняки в Арлиссе есть, но их не так уж много, может, вообще один, самый неуемный, увязавшийся за нами еще от святого источника. Тот, что удрал со всеми конями. Он же мог подбросить в сокровищницу обруч, чтобы стравить долины – ведь рано или поздно сюда заявится посольство уже из Догевы, обеспокоенное длительным отсутствием своего Повелителя.

– Ты думаешь, арлисская казна кучей свалена на заднем дворе? – возмутился Ролар.– Туда не так-то просто проникнуть, у дверей стоит охрана, а внутри уйма ловушек. Я забрался в сокровищницу через тайный ход, о котором знают только Повелительница и некоторые особо доверенные лица.

– Значит, она доверяет не тем, кому надо.– Я выглянула в окно и на всякий случай очертила дом сторожевым контуром. В отличие от защитного, он работал только на предупреждение, ведь кроме шпионов к двери мог подойти и посыльный, а мне совсем не хотелось отчитываться перед Повелительницей за его бесчувственное тело.– Но Орсана права – будь Лереена и все ее подданные ложняками, тебя бы не пытались убить исподтишка, а без церемоний захватили ваши с Орсаной тела, пока вы сидели со связанными руками. Вот только сомневаюсь, что ложняк тут один и явился он вслед за нами. Уж больно странные вещи здесь творятся. Боюсь, Ролар, что твоя долина и есть тот загадочный рассадник метаморфов, откуда они расползаются по всей Белории как тараканы.

– Бред! – Вампир вскочил и раздраженно прошелся взад-вперед по комнате. Совершенно, впрочем, беззвучно.– Зачем им тогда понадобилось снаряжать в Догеву это треклятое посольство, да еще подменять его на обратном пути? Почему они сразу не отправили за Арр'акктуром ложняков?

– Насчет посольства могла распорядиться Лереена, тогда еще настоящая, а история с подменой... к'яарды! – осенило меня.– Они издали чуют метаморфов, и эпидемия среди них не случайна. Вероятно, их попросту отравили... правда, ума не приложу, чем, тут надо очень постараться. Посольство, от которого с визгом шарахаются все встречные лошади, сбрасывая всадников или опрокидывая телеги, не могло не вызвать подозрений. А они мигом переросли бы в уверенность, прибегни Лён к помощи Верховной Догевской Ведьмы, буде таковая имелась. А на тот момент она, то есть я, была!

– Что ж ты, Верховная Ведьма, сразу их не раскусила? – с досадой бросил Ролар, снова усаживаясь на пол возле нашей кровати.

– Не волнуйся, зная, что искать, мигом бы нашла. Прочитала бы несколько заклинаний, взяла парочку волос, ложку крови для анализа, тут-то они бы и попались! Регенерировать со скоростью вампиров они не способны, если погибают от первого же серьезного ранения.– Я провела пальцем по багровому шраму, оставшемуся на месте выдернутого кинжала. Ролар, поежившись, отстранился и накинул рубашку.

– Ну хорошо, допустим,– нервно согласился он,– но почему они не дождались возвращения послов, а выехали им навстречу? Одно дело – застать врасплох вооруженный до клыков отряд, охраняющий Повелителя и потому предельно бдительный и подозрительный, и совсем другое – подкараулить вампиров поодиночке, у дверей собственных домов, где они никак не ожидают нападения.

На это я как раз могла ему ответить:

– Думаю, из-за “дурацких принципов” Лёна, как выразилась Лереена. В отличие от нее, он не кичился званием Повелителя и не гнушался дружескими беседами с подданными. На официальных приемах у него не было такой возможности, но за неделю пути он мог близко сойтись с послами и в случае подменысразу почуял бы неладное. Ложняк может завладеть чужим телом и даже получить доступ к его памяти, – на некромантии нас учили допрашивать трупы, они и без души все прекрасно помнят,– но мысли-то у него будут совсем другие! Если скрыть их от Повелителя полностью, это вызовет еще большие подозрения. Значит, их либо подделывают, либо тщательно сортируют. В любом случае они будут заметно отличаться от прежних.

– Все равно, что-то не клеится,– покрутила головой Орсана.– Раз они не собирались подменять Повелителя тогда, зачем он понадобился им теперь, если магические, а соответственно и телепатические способности им недоступны?

– Чтобы протянуть время. Лжеповелитель может несколько недель, а то и месяцев пудрить мозги Совету и жителям Догевы, уклоняясь от своих обязанностей под предлогом усталости или мигрени, а ложняки тем временем успеют расплодиться в таком количестве, что им станут не страшны объединенные силы всех Разумных рас. Тсс!

Мы затаили дыхание. Предупредительный сигнал контура услышала я одна, но отчетливые шаги различила даже Орсана. Кто-то медленно прошел мимо дома, не останавливаясь и нарочно шаркая сапогами.

– Издевается, гад,– с ненавистью прошипел вампир.– Намекает, что нам отсюда никуда не деться. Может, выйти и вернуть ему кинжал? Если это настоящий вампир, вытащу и извинюсь...

– Не глупи. Он там не один.

Я говорила не наобум. Леший знает откуда, но я точно знала, что за пределами сторожевого контура вокруг дома кружат как минимум пять вампиров. И вампиров ли?

– Незачем их провоцировать. Обряд я проведу в любом случае, ведь это единственная возможность вернуть Лёна. А там по обстановке разберемся. Лереена сказала, что Круг находится в каком-то храме, где это?

Ролар кивнул на окно, за которым высилось что-то темное и внушительное.

– Совсем рядом, в центре площади. Ты должна была мимо него проходить.

– Честно говоря, не обратила внимания. Не до того было. А сколько вампиров присутствует при обряде?

– Обычно в храм заходит Повелитель и один из Старейшин, для подстраховки. Дверь запирается изнутри на брус, а снаружи дежурит Верховный Травник и стоит стража.

– То есть я останусь там вдвоем с Лерееной, которая заменит Старейшину?

– Не считая волка. Но он будет крепко привязан, а ты на пару минут станешь абсолютно беспомощной.

– И ничто не помешает ей меня убить?

– Нет, убивать Хранительницу во время обряда она не станет. Но может подойти к двери и откинуть брус, впустив стражу, которая повяжет тебя с Арр'акктуром прежде, чем вы опомнитесь.

– Дверь и брус я могу зачаровать заранее. А там нет никого потайного хода, как в сокровищнице?

– Только небольшое отверстие в центре купола, для солнечного света. Но вскарабкаться по стенам невозможно, а деревьев рядом нет. Ты что, собираешься взять Лереену в заложницы? Как, позволь узнать? Она намного сильнее тебя, а магия против нее бессильна.
– Лён поможет. Накормим ее жгучеядом и поговорим по душам.

– А если у тебя ничего не получится и Лёна рядом не будет? Вряд ли Повелительница, подергав зачарованную дверь, добровольно согласится дегустировать твое снадобье. Она решит, что ты хочешь ее отравить, придумав байку о захвативших долину метаморфах.

– Хорош каркать! Получится. А нет, с Лерееной-ложняком я управлюсь сама. Если Повелительница выйдет из храма в полном одиночестве, вы точно будете знать, что она настоящая, и ты, Ролар, попробуешь с ней поговорить и убедить связаться с Ковеном Магов.

– А еще мы будем знать, что она сделала из тебя котлету,– угрюмо добавила наемница.

– У тебя есть другой план?

– Нет,– сникла подруга.– Но неужели больше ничего нельзя сделать? До рассвета еще несколько часов, мы что, так и будем сидеть, сложа руки, как в яме перед казнью?

– Ну... предлагаю сыграть в карты,– вполне серьезно предложила я.– Заснуть все равно не удастся, а просто так сидеть – впору свихнуться. У кого-нибудь есть колода?

Друзья оторопело переглянулись.

– По-моему, ты уже засиделась,– заметил Ролар но, похлопав себя по карманам, извлек пухлую стопочку карт, а Орсана сходила к столу, почиркала кресалом и принесла зажженную свечу.– Во что и на что?

– Как и положено взрослым серьезным людям,– я спохватилась и поправилась: – и вампирам, разумеется. В подкидного дурака на раздевание, чур ты сдаешь!




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница