Ведьма-хранительница



страница17/19
Дата09.08.2019
Размер1.46 Mb.
#127690
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19
ГЛАВА 22
Я слишком поздно вспомнила, что работающий Круг способен искажать или вовсе разрушать наложенные по соседству заклинания. Роларовы усы бесследно исчезли, а моя куртка, и без того потрепанная, превратилась в живописное рубище из дырявых лохмотьев – я столько раз, не задумываясь, зачаровывала прорехи и грязные пятна, что от оригинала остались только пояс и пуговицы.

Ролар, в первое мгновение опешив, кинулся было вслед за Лерееной, но та уже переступила порог, Хватать ее за шиворот и втягивать внутрь вампир не посмел. Бросил на меня отчаянный, умоляющий взгляд, но я чувствовала себя настолько паршиво, что восприняла срыв нашего плана как само собой разумеющееся, и, поднявшись, в полной прострации поплелась к выходу. Волк широко зевнул, потянулся, спрыгнул на пол и неспешно потрусил следом.

Орсана ждала меня у порога. Она радостно подалась навстречу, но, увидев мои потухшие глаза, сникла, не задавая вопросов. Попыталась сочувственно меня обнять, но я уклонилась и прошла мимо.

Вернее, прошла бы, не уткнись в грудь какого-то типа, не пожелавшего уступить мне дорогу. Пока мы сидели в храме, народу на площади заметно прибавилось, причем собрался он отнюдь не любопытствовать или скорбеть. Я бы определила его настроение как выжидательно-угрюмое. Детей на руках никто не держал, немногочисленные женщины мало отличались от мужчин, единогласно предпочтя штаны юбкам и опоясавшись мечами.

Я сделала шаг влево, но заградительный тип тут же повторил мой маневр, и я наконец-то соизволила на него взглянуть. Темноволосый вампир среднего роста, с серо-зелеными глазами и длинным, слегка крючковатым носом; на висках с обеих сторон по белоснежно-седой прядке, заплетенной в косичку. Приязни он у меня не вызвал, впечатление портила хамоватая улыбочка и черная мантия с серебряными кантиками. В ней он здорово смахивал на приглашенного на похороны дайна, влюбленного в свою работу и радостно предвкушающего, как он сейчас кого-то отпоет.

Лереена успела пройти половину расстояния от храма до края площади, но вдруг досадливо тряхнула головой, остановилась и, полуобернувшись, небрежным взмахом руки указала на меня с Орсаной:

– Ах да, убейте этих девок.– И, словно извиняясь, пояснила: – Ничего личного, ведьма. Я просто хочу быть уверена, что тайна Круга не выйдет за пределы долины, а людям, увы, доверять нельзя.

Толпа радостно оживилась, подтягиваясь к нам и со свистящим шелестом обнажая мечи.

Несмотря на недавние мысли, я решительно возражала против их немедленного осуществления, да еще таким способом. Когда захочу, тогда и умру, без посторонней помощи – сначала завещание составлю, прощальную записку напишу, вымоюсь, переоденусь, да и вообще, может, еще десять раз передумаю!

При взгляде на несколько сотен “гномьих аспидов” умирать расхотелось совершенно. Я не заметила ни одного гворда, излюбленного оружия вампиров, владеть которым никто, кроме них, не умел. Выходит, нас окружали одни ложняки, а сдаться без боя убийцам Лёна означало не только подвести его, но и предать. А уж этого за мной никогда не водилось, не дождетесь!

Орсана тоже не собиралась молить о пощаде. Наемница молча придвинулась ко мне, заводя руку к возвышающейся над плечом рукояти. Вдохнув поглубже, я приготовилась сражаться до последнего, но нас снова заслонил Ролар.

– Только тронь их,– тихо, но внятно сказал он. Как ни странно, Лереена, вздрогнув, сделала ложнякам знак отступить, и те с неохотой повиновались. Похоже, сбылись мои наихудшие опасения – Повелительницу либо подменили, либо завербовали, иначе вряд ли метаморфы стали бы ее слушаться.

– Ролар, Ролар, – с притворным сочувствием покачала головой Повелительница. – Ты так и не сумел стать хорошим подданным. Тебе сделали публичный выговор и изгнали за пределы Арлисса, но наука не пошла впрок, и ты продолжаешь оспаривать мои приказы.

– Когда они несправедливы,– уточнил Ролар, дерзко выдерживая взгляд ледяных глаз.

– Приказы Повелительницы НЕ МОГУТ быть несправедливы,– повысила голос Лереена.– Пора это запомнить.

– Истинной Повелительницы – возможно, – парировал Ролар.– Ты меня знаешь, Лереена: если с голов этих девушек упадет хотя бы по волоску – ты горько об этом пожалеешь, обещаю.

– Ты осмеливаешься мне угрожать?! – как-то неуверенно возмутилась Лереена, оглядываясь по сторонам в поисках моральной поддержки.– Да ты знаешь, что я с тобой сейчас сделаю?!

– Убейте его вместе с ними,– свистящим шепотом посоветовал неприятный тип в мантии, разонравившись мне окончательно.

Ролар и Лереена, одинаково шокированные столь оригинальным предложением, дико уставились на сторонника радикальных мер.

– Меня?!


– Его?!

– Это еще что за хмырь? – потребовал объяснений Ролар.– Первый раз его вижу, а глянь-ка – уже не сошлись характерами!

– Это мой новый советник,– с вызовом сообщила Лереена.– Свято место пусто не бывает!

– Не больно-то и хотелось. Да за такие советы я его своими руками придушу!

Хмырь, от греха подальше, затесался в толпу и оттуда продолжал развивать полюбившуюся ему идею:

– Ваше Высокородие, целесообразнее всего избавиться от этого докучливого предателя. Сегодня он привел с собой двух человеческих девок, а завтра поведает о наших планах и секретах другим представителям этой гнусной расы.

– Докучливый предатель? – Ролар хохотнул, но недобро сведенные брови не сулили Лереениному советнику ничего хорошего в обозримом будущем, после которого необозримого уже могло не быть.– Это забавно. Что, по-вашему, я ловлю людей и насильно разбалтываю им “секреты”, о которых те, кому надо, давным-давно знают?

– Я, между прочим, не “девка”, а Верховная Догевская Ведьма! – осмелилась я подать голос. Вышло на редкость пискляво и не к месту. Честно говоря, на успех переговоров я абсолютно не рассчитывала и включилась в них исключительно за компанию.– А моя подруга и так почти ничего не знает, так что не валяйте дурака, давайте разъедемся по-хорошему и сохраним друг о друге самые теплые и яркие воспоминания.

– Только сначала я его все-таки пристукну,– добавил Ролар.– Воспоминания будут еще ярче!

Пристукнуть советника Лереена не дала, но и наказывать нахального вампира не торопилась.

– Ты за них ручаешься? – неожиданно мирно спросила Повелительница.

Ролар не ответил и даже не кивнул, только укоризненно приподнял брови – мол, ты и так все прекрасно знаешь, зачем ломать комедию? Лереена долго, оценивающе смотрела на него, потом фыркнула, пожала плечами и постановила:

– Чтобы духу вашего через полчаса в Арлиссе не было! – После чего отвернулась и пошла к Дому Совещаний.

– Ну можно его хоть разок стукнуть?

Лереена только досадливо махнула рукой на ходу. Советник злобно глядел ей вслед, стискивая приподнятые кулаки. Вампиры растерянно переглядывались, не пряча мечей, но и не атакуя.

– Пойдемте завтракать,– как ни в чем не бывало предложил Ролар, поворачиваясь к нам.– Тут неподалеку есть просто изумительная забегаловка, фирменное блюдо – запеченный в тесте младенец. Шучу, Орсана, шучу – карп. Вольха, не кривись, тебе нужно набраться сил – чуть попозже, когда я поговорю с Лерееной, у нас будет много работы.

Но... она же дала нам всего полчаса!

Вампир только досадливо поморщился.

– Не обращайте внимания. У Лереены много недостатков, но за клепсидрой она следить не станет и вооруженный отряд по горячим следам не пошлет. Гораздо важнее добиться у нее второй аудиенции и рассказать о наших подозрениях. Сейчас я подойду к ней, поговорю по душам, и тогда...

– Ролар, опомнись! Надо драпать отсюда, пока она не передумала,– взмолилась Орсана, хватая вампира за рукав.– Какие, к гхыру лысому, подозрения?! Она ложняк, тут и гадать нечего! И советник ее из той же банды – ишь, зыркает, как крыса из-под веника!

– Она не ложняк,– покачал головой Ролар.– Уж собственную... Повелительницу я ни с кем не спутаю.

– Тогда она с ними в сговоре! – Я схватила Ролара за второй рукав.

Распятый между нами, вампир все еще порывался идти за Лерееной, но мы вцепились крепко.

– Открой глаза, неужели Повелительница не замечает, как ее подданных подменяют на метаморфов? Давай сделаем вид, что уезжаем... только сделаем вид – уверена, за нами сразу бросятся в погоню. Настоящая Лереена нас бы еще выпустила, но эти твари – ни за что! Мы о них знаем, мы убили с полдюжины их собратьев – хватит не на три, а на тридцать смертных приговоров.

Но три гласа – мой, Орсанин и разума остались без внимания. Ролар решительно стряхнул наши руки и быстро пошел, почти побежал вслед за удаляющейся Повелительницей.

– Lereena, rew! Qur lehar't!

– Weer lehar'ten? – неохотно отозвалась Лереена, приостанавливаясь, и в ту же секунду ближайший вампир набросился на нее со спины, обхватил рукой за шею и приставил к горлу широкий охотничий нож.

Из-за нетерпеливости зрителей представление началось досрочно.

– Это еще что за шуточки?! – Повелительница попыталась изобразить царственное возмущение, но преуспела.– Стража, на помощь!

Естественно, никто не шелохнулся. На площади воцарилась гробовая тишина.

– Давай сюда меч, придурок,– прошипел советник, выступая из-за спин “вампиров”.– Тебя это тоже касается, наемница... и никакой магии, иначе она умрет!

Орсана и Ролар переглянулись. Отдать оружие врагу– лишиться последней надежды. Мне было легче сделать нравственный выбор – магия всегда оставалась при мне... по крайней мере, пока при мне была голова.

Лереена не издала больше не звука, но в ее всегдашнем презрительном прищуре скользнули ужас и мольба о помощи. Поколебавшись, Ролар осторожно положил меч на землю, подпихнул к советнику. Тот тут же наклонился и поднял, с довольной ухмылочкой повертел в руке. Выжидательно уставился на Орсану.

Сломить наемницу оказалось не так-то просто.

– Ось зараз, розмечтався! – заупрямилась она, вытягивая свой меч, но отнюдь не для передачи врагу. – Попробуй-ка его у меня отобрать!

– Орсана! – трагически прошептал Ролар.– Ну пожалуйста... умоляю тебя... ведь иначе они убьют Лереену!

– Ну и гхыр с ней, не больно-то она мне и нравилась!

Неизвестно, скольких ложняков успела бы уложить наша несгибаемая наемница, но тут Лереена охнула, лезвие кольнуло ей шею, а потом вывалилось из бессильно разжавшейся кисти, и на мостовую осело безголовое тело. Меч опустился, снова поднялся и очертил сияющую дугу вокруг хозяина.

Эти светло-золотистые волосы, иронично прищуренные серые глаза я узнала бы из тысячи.

Лён!!! Но как?!

Времени на расспросы и объятия не было. Улучив момент, я выхватила из кармана пакетик со жгучеядом и, наощупь прорвав обертку, подбросила его в воздух.

Что тут началось! Ближайшие “вампиры” завизжали от боли тонкими крысиными голосами, побросали оружие и закружились на месте, раздирая ногтями сморщенные лица. Ролар ловко вывернулся из кольца ложняков, кувыркнулся по земле, пнул советника в пах и на лету подхватил свой меч, выпавший из обмякшей руки. Спустя какую-то долю секунды он уже стоял спиной к спине с Орсаной и Лёном, все трое азартно рубились с тварями, избежавшими понюшки целебного порошочка. Таких оказалось немного. Мне, присевшей на корточки в центре воинствующего треугольника, не составило труда обстрелять наиболее ретивых врагов короткой серией заклинаний. Теперь я знала, с кем имею дело, и мышки с зайчиками прыснули во все стороны.

Торжество победы не затянулось. Со всех сторон подтягивались свежие силы противника. Первые трупы начали проседать, расползаясь зловонной жижей. Под ногами стало скользко.

Только Лереена, хлопая глазами, озиралась вокруг с выражением безграничного удивления на побледневшем лице.

– В храм! – первым сообразил Ролар. Схватив Повелительницу за руку, он так бесцеремонно рванул Лереену за собой, что та чуть не уткнулась лицом в загаженную брусчатку.

– Что... да как ты посмел... нахал! – взвыла Повелительница. На дальнейшие возражения у Лереены не осталось времени – Ролар поволок ее к храму, выставив вперед руку с мечом. Лён и Орсана прикрывали их с боков, частью парируя удары аспидов, частью просто отпихивая ногами пораженных жгучеядом тварей, слепо мечущихся по площади. Я приотстала, тщательно выплетая заклинание. Огненная дуга расходящимся полукругом выжгла добрую треть площади. Огромное дерево, скошенное под корень, с треском повалилось на ближайший дом, сминая стены как бумагу.

Я догнала друзей у самой двери храма. Лён и Орсана захлопнули створки сразу за моей спиной, забросили на крючья брус.

Отдышавшись, мы уставились друг на друга. Я заметила, что вампиры и наемница не торопятся опускать оружие. Под их взглядами Лереена сжалась в дрожащий комок, отрицательно мотая головой:

– Нет-нет! Я не знала! Правда! Я тут ни при чем! Ролар, что происходит?

Вампир крайне непочтительно сплюнул на пол.

– Что происходит? Что происходит?! Святая наивность! Кто тут Повелительница, ты или я? Иди и спроси у своего нового советника, если дар тебе отказывает!

Снаружи воцарилась подозрительная тишина. Мы на всякий случай тоже затаили дыхание, опасаясь пропустить что-нибудь интересное.

Чуть погодя в негостеприимную дверь культурно постучали.

– Кто там? – тонким издевательским голоском поинтересовалась Орсана.

– Откройте! – наивно потребовали ложняки голосом советника.

– Сами открывайте! – ехидно предложил Лён, поудобнее перехватывая меч. Гномий аспид только что не шипел в руке нового владельца, но стальная хватка на рукояти не давала ему извернуться и полоснуть чужака.

– Вы лишь оттягиваете свою кончину,– донеслось из-за двери.– Все равно вам оттуда не выбраться, сдохнете от жажды и голода, а это куда мучительнее!

– Вся жизнь – выбивание отсрочек у смерти,– философски пожал плечами Ролар.– Проваливай, ходячая падаль. Здесь не бордель, чтобы тебе открыли после первого же стука.

Метаморф умолк, обдумывая следующее “заманчивое” предложение.

– Если бы я не знал, что это нежить, то решил бы, что за дверью стоит добропорядочный вампир, не на шутку озабоченный недавней размолвкой со скандальной тещей,– удивленно сказал Лён и неожиданно, со всего размаху, вогнал непокорный меч в дверь по самую рукоять и так же быстро выдернул. В бороздке посредине лезвия осталась кровь, по ту сторону двери кто-то с хрипом осел на землю.

Мы очень надеялись, что это советник, но тот оказался не настолько глуп, чтобы подслушивать впритык к доскам.

– Эй, вы! – снова завел опротивевший голос.– Нам нужны только Повелители, остальные, так уж и быть, могут катиться на все четыре стороны!

– Идите к лешему, господин советник, вас там давно заждались,– ругнулась Орсана и, подумав, вежливо добавила: – Будьте так любезны, не отвлекайте противника – мы как раз обсуждаем тактику разгрома вашего жалкого воинства.

Дверь загудела – советник в сердцах пнул ее ногой. Слышно было, как он удаляется, раздавая указания о сооружении тарана.

– Напрасный труд.– Я размяла пальцы. – Эту дверь непросто взять штурмом и без моего заклинания. Но, на всякий случай... вот так-то лучше. Итак, что у нас на повестке военного совета? Пленных брать будем или ограничимся грабежом и всеобщей резней? Кстати, а с ней что делать?

– Она не метаморф. – Орсана с явным разочарованием кивнула на серый налет жгучеяда, запорошившего волосы и плечи Лереены. – Давайте выдадим ее сообщникам-ложнякам, пусть подавятся!

– Докажи сначала, что это не твои сообщники, – огрызнулась Лереена.– Rollearren, Ar'akk – tur, terr kve rell'ast? Terr?

Да, не верим! – единогласно отрезали вампиры.

Лереена смерила их уничтожающим, но, увы, малоэффективным взглядом. Доверия к ней он не прибавил. Видя, что любые доводы тут бесполезны, Повелительница раздраженно выдернула у Ролара свою руку, отошла в сторону и присела на край алтаря вполоборота к нам и двери – мол, думайте и делайте, что хотите, я выше этой ничтожной суеты. Честно говоря, я вздохнула с облегчением. Близкое соседство с Лерееной нервировало не меня одну, с ее уходом напряженная обстановка хоть и не разрядилась, зато мы стали куда более сплоченными и деятельными.

– Подсади меня! – Орсана кивнула Ролару на правую створку двери, сквозь которую в шести локтях от пола пробивался тонкий солнечный лучик. Вампир подставил сцепленные руки, с их помощью наемница легко вспорхнула на брус и прильнула глазом к маленькому круглому отверстию на месте выпавшего сучка.

– Ну, что они там делают? – жадно поинтересовалась я.

– Ничего. Стоят. Советника не видно – наверное, лично участвует в сооружении тарана.– Орсана переступила с ноги на ногу, поудобнее умащиваясь на брусе.– Ух ты, сколько ложняков – не меньше пяти сотен, и все с мечами! Но откуда в центре города взялось такое здоровенное войско и почему оно не вызывало подозрений?

Лереена высокомерно поджала губы, не собираясь вступать в разговор. Но, поскольку все остальные не нарушали выжидательной тишины, присоединившись к вопросу, ей пришлось ответить:

– В Арлиссе проходит ежегодный набор в армию запаса, а заодно и осуществляется обучение явившихся добровольцев боевым навыкам, в целях повышения государственной безопасности. Их тренировками занимаются выходцы из Догевы – три месяца назад я попросила Арр'акктура прислать мне сотню опытных бойцов для усиления Арлисского гарнизона.

– Ничего подобного,– уверенно возразил Лён, и наше внимание дружно обратилось на него – ко всеобщему запоздалому смущению. Спохватившись, Ролар торопливо стянул с себя куртку и отдал Лёну, а тот обвязал ее вокруг пояса и продолжил: – Насколько я помню, эта просьба оказалась в мусорной корзине прежде, чем я ее дочитал. Еще чего не хватало – ослаблять собственный гарнизон ради каприза взбалмошной соседки, одержимой манией преследования! А эти типы вообще не из Догевы, я ни одного из них раньше не видел.

– Это я-то взбалмошная? – привскочила с места разъяренная Повелительница.– По крайней мере, обо мне по Арлиссу не ходят двусмысленные анекдоты.

– Зато по Догеве – ходят,– “утешил” ее Лён. – Ладно, шутки в сторону. Возможно, в роли “догевского подкрепления” выступил пропавший отряд Доррена – кажется, я узнал одного из волийцев, в прошлом году он приезжал в Догеву на праздник пива. Ролар, ты знаешь эту историю с марш-броском через горы?

Темноволосый вампир утвердительно кивнул.

– Примерно два месяца назад во время учений в ущелье Четырех Пик исчезло одно из подразделений Волийской армии. Думали, что их накрыло некстати сошедшей лавиной. Ни трупов, ни спасшихся не обнаружили, и немудрено – ущелье завалено щебнем и колотым льдом чуть ли не до середины.

– Волия? Впервые слышу о таком государстве? – недоумевающе сдвинула брови Орсана, отрываясь от амбразуры.– Ой! Ай-я-яй!

– Это одна из Двенадцати Долин.– Ролар, не отходивший от двери, невозмутимо подставил руки, и потерявшая равновесие наемница свалилась прямо к нему в объятия.– Она расположена на северо-востоке Волмении, у восточного подножия Гребенчатых гор.

– Ущелье Четырех Пик находится в Гребенчатых горах? – Орсана не торопилась слезать с дружеских рук, и Ролару пришлось чуть ли не силой стряхивать ее на пол.– Да? Тогда если отряд – как там его, Роддена? Доррена! – не погиб под лавиной, то почему он не вернулся в Волию, а потащился через полстраны в Арлисс, выдавая себя за догевцев?

– На это я могу тебе ответить.– Ролар, в свою очередь, с грацией кота вскочил на брус, чтобы понаблюдать за противником, и в ус не дующим перед лицом укрывшегося в храме врага (замышляющего, несомненно, хитрые и коварные планы).– Только Арлиссом правит женщина! Только в Арлисс не допускаются иные расы! Только из Арлисса сбежал Совет Старейшин во главе с Советником, доведенный до предела капризами стервозной девчонки! Куда еще могли направить свои стопы столь чудесно воскресшие воины? О, вот и таран! Мерзавцы! Они срубили мой дуб!

– Ты сам его сажал? – сочувственно поинтересовалась Орсана.

– Нет, но в детстве я любил прятаться на нем от назойливой младшей сестренки. Она так и не научилась лазить по деревьям. Ого!

Ролар спрыгнул на пол, и храм тут же содрогнулся до основания. Мраморные статуи закачались.

– Похоже, дверь – единственное, что останется после десятка таких ударов,– мрачно заметила Орсана.

Пришла моя очередь балансировать на брусе.

Второго удара не последовало. Дуб затрепетал в руках таранщиков скользким змеиным телом, расщепился у комля огромной зубастой пастью и хлестнул заострившимся хвостом, рассекая пополам недостаточно удачливых и увертливых ложняков. Остальные в ужасе бросили ожившее бревно и отхлынули с площади, как тараканы из освещенного свечой круга. Язвительно помахав им вслед раздвоенным языком, таран величественно обвился вокруг храма, зевнул, вцепившись зубами в собственный хвост, да так и застыл, снова обернувшись бревном.

Теперь у нас появилась дополнительная защита в виде толстенного дубового обруча, добротно окольцевавшего храм.

Заметно присмиревший враг робко выглядывал из-за домов и деревьев, не выказывая особого желания продолжать осаду. Прошло не меньше получаса, прежде чем пример громко бранящегося лжесоветника, первым подбежавшего к храму и злобно пнувшего одеревеневшее чудище ногой в бок (кажется, он сильно ушибся, но не подал виду, вот только ругань стала изощреннее), снова настроил их на решительный лад.

– Если она – настоящая и не на их стороне, то почему ее не убили сразу? – Орсана кивнула в сторону Лереены.

– Возможно, не хотели заявлять о себе раньше времени,– предположил Лён. Он наверняка уже знал то же, что и мы,– от Орсаны или Ролара. Обнаружив исчезновение реара, я тут же магически заблокировалась от телепатии, не желая, чтобы Лереена копалась в моих мыслях. Впрочем, до этого у Лёна было несколько минут, но их хватило бы только на общую оценку ситуации.– Телепатические способности им неподвластны, а без них Повелительница не смогла бы по-прежнему управлять Арлиссом, подданные заподозрили бы неладное и вышли из повиновения.

– И, если Лереена до сих пор жива, можно надеяться, что в долине еще остались настоящие вампиры,– со вздохом облегчения заключил Ролар.

– И настоящие косули,– мрачно поддакнула я, слезая с бруса.– Интересно, где-то сейчас моя лошадка?

– А куда глядели Стражи? – вспомнила Орсана. – Согласна, ложняки неотличимы от вампиров, но на первых порах, пока в долине еще были к'яарды и Стражи на них ездили, почему они не доложили Лереене об их странном поведении?

– Стражи уже давно никуда не глядят.– Я обречено махнула рукой.– Они погибли на месте и тут же подменились двойниками. Лишенный шестого вампирьего чувства, новый пограничный гарнизон патрулирует основные дороги, и только. Вот почему мы так легко проскочили через наружное кольцо долины. Думаю, волийский отряд заявился в долину не сразу – сперва осел на границе, потихоньку подменяя Стражей и травя к'яардов, а уж затем...

– Кстати о к'яардах.– Лицо Лёна, смотревшего, казалось, сквозь дверь, озарилось знакомой улыбкой-предвкушением.– Сейчас здесь будет очень весело!

Ролар и Орсана, отпихивая друг друга, полезли на брус, а я прильнула к оставшейся от меча щелке.

Снаружи пока что ничего интересного не происходило. Советник негромко шушукался с окружавшими его приспешниками, изредка поглядывая в нашу сторону, словно желал убедиться, что храм стоит на прежнем месте, а не убежал на цыпочках в кусты. Судя по его угрюмому лицу, скорая капитуляция нам не грозила.

Я только собиралась уточнить, что именно Лён имел в виду, но тут на площадь ворвалась Келла на храпящем Вольте.

Завидев ложняков, черный жеребец встал на дыбы, но, в отличие от Смолки, не бросился наутек, а пошел вперед, молотя по воздуху копытами. Травнице с огромным трудом удалось его обуздать и заставить опуститься на все четыре ноги.

– Что здесь происходит? – закричала она, оглядываясь по сторонам.– Где ваша Повелительница? Я хочу, нет, требую, чтобы она немедленно к нам вышла!

За не на шутку разгневанной вампиршей из лесу выехали и выстроились на краю площади около сотни вампиров на обычных лошадях.

– Полагаю, Лереена и сама больше всего на свете желает отсюда выйти, – вполголоса проворчал Лён и крикнул в ответ: – Келла, берегись! Это не вампиры, а принявшие их облик твари, они держат нас в осаде!

Ложняки охотно подтвердили его слова, ощетинившись мечами в сторону незваных гостей.

Травница отшатнулась, Вольт попятился и заплясал на месте, щелкая клыками и злобно порыкивая.

– Ты в порядке? – Келла, быстро овладев собой, сжала конские бока коленями, и Вольт, охнув, встал как вкопанный. Похоже, еще чуть-чуть – и она бы его раздавила.

–Да!

– Они тебя не обижали? – дотошно выспрашивала Травница, как ретивая бабушка, примчавшая на помощь любимому и единственному внучку и готовая собственноручно накостылять гнусным хулиганам, покусившимся на ее драгоценное чадо.



–Келла! – раздраженно возопил Лён.– Нет, они меня всего-навсего убили!

По отряду вампиров прокатился дружный вздох, из взятых наизготовку гвордов с сухими щелчками выскочили длинные строенные лезвия, кое у кого засверкали мечи – к счастью, не гномьи. Несмотря на пяти-шестикратно превосходящие силы противника, отступать никто не собирался. Напротив – смертельно оскорбленные вампиры, злобно нахмурившись и ощерившись, ждали только сигнала к атаке. Оного пока не поступало ни от Келлы, ни от советника, одинаково огорошенных нежданно-негаданно свалившимся на голову противником и лихорадочно продумывающих план действий.

Тем временем с противоположной стороны площади появился еще один отряд, побольше и пошумнее. На сей раз – человеческий, и тоже чем-то весьма недовольный.

– Вы куды мою дочку дели, вомпэры кляты?! – Зычный голос перекрыл гул трех стакнувшихся на площади воинств.

– Батька!!! – радостно заверещала наемница, так пихнув Ролара локтем, что тот уступил ей дверной глазок, свалившись с бруса.—Я здесь! Задай перцу этим гадам!

– Твой отец – командующий приграничными войсками Винессы?! – вытаращил глаза вампир, разглядев горластого седовласого мужика на белой лошади с заплетенной в косицы гривой. Винесские знамена реяли над грозными рядами подчиненных ему всадников; их было не меньше двух сотен.– Ты что же это нам мозги пудрила, отважная наемница, бедная селянская дочка, бескорыстная патриотка?! В пику папочке решила поступить в Легион союзного королевства?!

– Не твое вампирье дело! – взвилась Орсана.– Нет, ну вы только посмотрите на этого мерзавца – самого выперли из Арлисса, даже вампирам надоел хуже горькой редьки, а туда же – поучает! Куда хочу – туда и поступаю, тебя не спросила!

– Меня не выперли, я – в добровольном изгнании, это разные вещи!

– Неужели? – скептически изогнула бровь Лереена, и Ролар сорвался уже на нее:

– А ты, сестренка, лучше помолчи, пока я тебе под шумок шею не свернул! Заварила кашу – сейчас выкинем тебя наружу, будешь расхлебывать!

– Сестренка?! – потрясение ахнули мы с Орсаной.

– Сводная, – неохотно уточнила Лереена. – И нечего так на меня смотреть, все претензии к моей матери! Уж я-то ни за что бы не опустилась до смешанного брака...

– Ну и помрешь старой девой,– окрысился Ролар.– Тебя не то что Повелитель – последний тролль в жены не возьмет, разве что полдолины в приданое наобещаешь! Впрочем, она теперь и даром никому не нужна – кишмя кишащая ложняками, отгороженная от всего мира отравленной рекой! Как ты умудрилась расплеваться еще и с русалками, а? Они-то тебе чем помешали?

– Они первыми начали! – возмутилась Повелительница.

– Что, вообще без причины? Ты хотя бы пыталась с ними поговорить?

– Я? С русалками, стоя по пояс в воде и выслушивая их вечные насмешки?! – Лереена скорчила брезгливую гримаску.– А для чего мне тогда Совет Старейшин?

– Все ясно,– обречено заключил Ролар, – русалки сразу раскусили ложняков и без разговоров отправили их ко дну, а Лерка, не удосужившись лично во всем разобраться, послала к Данавиэлю кого-нибудь вроде своего фальшивого советничка. А тот, вернувшись, наплел Повелительнице о совсем рехнувшихся русалках и подбил ее протравить реку. Верно?

– А что мне еще оставалось делать? – огрызнулась Повелительница.

– Ничего,– смиренно признал вампир и, внезапно метнувшись к алтарю, так рявкнул, нависнув над Лерееной, что она с писком опрокинулась спиной на плиту, как нашкодивший щенок.– Все, что ты могла, ты уже сделала, идиотка! Насмешки ее, видишь ли, коробят! Неохота в новом платьице в речку соваться! Ну так теперь ты вляпалась по самую макушку, причем отнюдь не в воду!

В другое время мы бы с огромным удовольствием понаблюдали за бурной семейной сценой, но тут за дверью раздался многоголосый вопль, сменившийся топотом, ржанием, лязганьем оружия и разрозненными криками ярости и боли. Орсана снова прильнула к глазку, а я согнулась у щели.

Неизвестно, кто из командиров первым отважился махнуть рукой, но долгожданный жест был воспринят с энтузиазмом, и на площади царило столпотворение. К нашему несказанному облегчению, подкрепление правильно сориентировалось в обстановке и дружно атаковало лжевампиров с гномьими аспидами. Две сходящиеся конницы буквально смяли несколько рядов ложняков, но затем увязли в толпе и пустили в ход мечи и гворды.

За моей спиной Ролар продолжал орать на Лереену, но его голос терялся в общем гаме, и отдельных слов было не разобрать.

Через несколько минут и людям, и вампирам пришлось спешиться – на живых ложняков кони не реагировали, но, учуяв зловоние истаявших трупов, быстренько опомнились и наотрез отказались участвовать в битве. В седле осталась только Келла. Она галопом нарезала круги вокруг площади, благоразумно не ввязываясь в схватку по причине отсутствия оружия, и Вольту приходилось отдуваться за двоих, топча подвернувшихся на пути ложняков.

Мы так увлеклись этим зрелищем, что испуганный вскрик обернувшегося Лёна: “Ролар, прекрати! Она же сейчас...” – несколько запоздал.

“Сейчас” уже наступило.

Лереена как-то странно вывернула шею, судорожно дернула нижней челюстью, и та внезапно раздалась вперед и вширь, вовлекая в трансформацию всю голову, а за ней и тело. Зубы заострились и удлинились, руки неестественно вытянулись, белое платье истлевшими клоками осыпалось на пол. Ролар едва успел отскочить, как извивающаяся на алтаре тварь подняла красноглазую, клыкастую морду, сложила крылья вогнутой полусферой, вытянула шею и беззвучно завопила. Нас разметало по углам и прижало к полу, звуковая волна ударила по спине, как мешком с опилками. В ушах нестерпимо засвербело, потом их словно заломило от ледяного ветра. Еще мгновение – и из них хлынула бы кровь, но, на наше счастье, тварь с лязганьем захлопнула пасть, переводя дыхание и оглядываясь.

– Под алтарь! – громко скомандовал Лён, вдохновляя нас личным примером.

Только мы успели добежать и на четвереньках заползти под плиту, как Лереена завелась снова, уже уверенно и надолго, волнообразно меняя тональность, но не силу звука. Вокруг с дребезгом взрывались статуи, пятифунтовые мраморные осколки с грацией пушинок кружились в вихревых потоках, то и дело выстреливая в стороны, как из пращи. Стены и пол быстро покрывались вмятинами. Драгоценным камням полагалось бы вообще рассыпаться в пыль, но, к моему изумлению, они целыми и невредимыми лежали на полу, словно прилипнув к углам гексаграммы – видимо, их оберегала остаточная магия Круга.

Наскоро поставленная мною защита не дала нам окончательно и бесповоротно оглохнуть, но голосистая тварь умудрялась-таки частично ее пробивать, и боль в ушах не стихала.

– Что с ней такое? – заорала я, сама не услышав своего голоса. Но Лёну хватило мысли.

– Это вторая ипостась женщины-вампира! – придвинувшись, прокричал он мне в самое ухо.– Вместо волка у мужчин, но проявляется спонтанно и не поддается контролю!

– Ее можно как-нибудь заткнуть?!

– Нет, пока она сама не успокоится!

– Это надолго?

– Смотря насколько сильным было потрясение!

– Куда уж сильнее!

То, перед чем спасовала целая армия ложняков, без труда удалось одной взбешенной вампирше. Храм вибрировал, как чугунный котел, по которому лупят кочергой, из щелей между камнями сыпалась замазка, а сами они на глазах расползались в стороны и выдвигались из гнезд.

– Упырица гхырова! – не сдержалась я.

– А ты еще удивлялась, почему я не хочу на ней жениться!

– Я?! Да женись на ком хочешь, мне-то что! Кто я вообще такая, чтобы чему-то удивляться? Хранительница, тьфу! Да их наклепать – раз плюнуть, даже спрашивать не надо!

– Вольха, ты чего? – опешил Лён.

– Чего я? ЧЕГО Я?! Я в ярости, если ты еще не заметил! Целую неделю за мной оптом и в розницу гоняются всевозможные твари, объединенные пламенной нелюбовью к моей скромной персоне, в течение двух последних лет я сама постепенно превращаюсь в какого-то монстра, полчаса назад вообще умерла, а теперь сижу под алтарем и надо мной носится твоя отвергнутая невеста, пытаясь сровнять храм с землей, снаружи томятся в ожидании орды ложняков, а ты невозмутимо интересуешься, чем я недовольна?!

– И чем ты недовольна? – невозмутимо поинтересовался Лён.

Я задохнулась от возмущения, а этот мерзавец добавил:

– Разве я тебя о чем-то просил? Заставлял догонять посольство, связываться с ложняками, ехать в Арлисс и проводить обряд? Ты сама приняла решение, а теперь предъявляешь мне какие-то странные претензии!

– Странные?! Надеюсь, у тебя нет еще одной Хранительницы?

– Нет, а что?

– Хочу быть уверена, что если сейчас тебя пристукну, то больше никогда не увижу!

Теперь мы орали друг на друга исключительно от избытка чувств, напрочь забыв про упырицу. Я в первый раз видела Лёна таким взбешенным, он даже побледнел от негодования:

– И это твоя благодарность?!

– Что?! Я еще и благодарить должна?!

– Представь себе!

– Извини, здесь мое воображение бессильно!

– Да как ты смеешь меня упрекать – после того, что я для тебя сделал?!

– Со мной сделал! И когда только успел, гнусный кровопийца?!

– Это я-то кровопийца?! Ах ты бесстыжая, паршивая ведьма! Если бы я только знал!

– Если бы я только знала!

И тут рядом с нами раздался такой надрывный, истерический визг, перекрывающий Лереенин, что “паршивая ведьма” и “гнусный кровопийца” разом замолчали и недоуменно уставились на Орсану. Наемница, убедившись, что завладела общим внимание, тут же закрыла рот, откашлялась и деловито уточнила:

– Успокоились? Тогда заключайте перемирие и начинайте думать, как нам отсюда выбраться!

Мы опомнились и устыдились, но не стали с фальшивыми улыбками пожимать друг другу руки, а сразу перешли к нужному мыслительному процессу.

– Выход только один – через дверь! – мгновенно сориентировалась я.

Орсана, видимо, давно пришла к тому же выводу, потому что сердито заорала в ответ:

– Но мы не сможем вылезти из-под алтаря, пока она хлещет звуком и в воздухе кружится эта пакость!

– Значит, пойдем к двери вместе с ним! – решительно объявил Лён, пихая Ролара в бок и взглядом указывая ему на изнанку мраморной плиты.– Ты готов?

– Давай!

Вампиры поднатужились и приподняли плиту. Один край задрался выше другого, Лереена соскользнула с алтаря и закружилась под потолком, напоминая огромную летучую мышь с хрупким бледным тельцем и полупрозрачными крыльями. Вылететь сквозь дыру в куполе она не могла, а уцепиться за край и протиснуться не догадалась. Визг не утихал, плита ощутимо вибрировала. Вампирам кое-как удалось ее выровнять, и мы на полусогнутых ногах засеменили к двери, как четыре гнома под одним щитом. От нас с Орсаной проку было мало, но мы честно старались.

– Как мы ее откроем?! – закричала Орсана, когда до двери оставалось не больше пяти шагов.– Там же кольцо из тарана, а створки распахиваются наружу!

– Это моя забота! – проорала я в ответ, освобождая руки для заклятия.– Не останавливайтесь, представьте, что ее нет!

Мы нырнули в дверь, как в завесу водопада, и проскочили ее насквозь, вместе с бревном. Как оказалось, у выхода нас терпеливо поджидал советник с дюжинным отрядом ложняков. Не успели они радостно взмахнуть мечами, как мы невежливо пронесли мимо, а следом вылетела упыристая Повелительница.

Не растерявшись, ложняки совместили приятное с полезным: кинулись догонять нас, а заодно убегать от Лереены. Парочка малодушных попыталась сменить нас в храме, но дверь уже приняла нормальный вид, и они только разбили себе лбы. В отличие от них, мы вовсе не собирались спасаться бегством и, круто развернувшись, встретили врагов лицом к лицу. Прицельно сброшенная вампирами плита стала кой для кого надгробной, остальным пришлось резко затормозить и отскочить назад. Лереена налетела на них со спины, полоснула когтями и ушла в небо, не прекращая вопить. Убить никого не убила, но отвлекла, и мы не замедлили этим воспользоваться, уложив пятерых на месте. Советник, зараза, попятился и затерялся в толпе, Лён с Роларом бросились вдогонку. Мы с наемницей тоже не остались без дела: на меня нацелились сразу трое ложняков, но добежать успел только один и тут же напоролся на Орсанин меч.

Лереена реяла над площадью, как улетевшая с веревки простыня, не столько помогая своим, сколько сея панику в рядах противника, мешая ложнякам осознать свое численное превосходство и выработать более-менее четкий план. Настоящие вампиры, видимо, частенько сталкивались с истериками своих “прекрасных” половин и почти не обращали на нее внимания, только пригибались, когда она на бреющем полете проносилась у самой земли, визгом расшвыривая недостаточно расторопных вояк. Оставленные ею просеки мигом затягивались, бой закипал с новой силой.

Я продолжала угощать всех желающих боевыми пульсарами, и спустя несколько минут мой резерв истощился до дна – впервые за последние две недели. Искать энергетический источник не было времени, пришлось взять в руки меч. В голове мелькнула подленькая мысль, что куда разумнее зажать его под мышкой, картинно осесть на землю и притвориться мертвой, но вместо этого я встала спиной к спине с Орсаной, создавая по крайней мере видимость прикрытия. Пару ударов мне удалось-таки блокировать, потом наемница выкроила секунду для разворота и достала моего противника самым кончиком меча, зато поперек горла.

Враги несли огромные потери. Элитный догевский отряд и винесские пограничники, закаленные постоянными стычками с драчливыми степняками, дорого продавали свои жизни – две-три за одну. Но, увы, “купцов” было слишком много и они продолжали стекаться на площадь со всех сторон, потихоньку одерживая верх.

И тут в небе появилась черная точка. Она быстро выросла до размеров и очертаний дракона, вернее, драконихи. Гереда описала круг над площадью, выискивая подходящее местечко, и села на крышу храма. Задумчиво посмотрела вниз, как огромная нахохлившаяся ворона, а затем глубоко вдохнула и дунула пламенем в самую гущу схватки, где как раз сошлись в неравном бою Лён, пара догевских вампиров и добрая дюжина вовсе не добрых ложняков.

Я заорала едва ли не громче Лереены, но, когда пламя схлынуло, в черном выжженном круге стояли целехонькие, хоть и несколько сконфуженные вампиры, а окрест них живописно дымились сиротливые холмики из сапог и оплавленных кольчуг. Повелитель приветственно отсалютовал Гереде мечом, и вампиры снова ринулись в бой.

Мой вопль сыграл мне на руку – дракониха заметила нас с Орсаной и метко плюнула огнем в кучно подступающих к нам ложняков. Золотисто-алый клуб расплескался по земле, противники исчезли в трехаршинном столбе взметнувшегося огня, да так и не появились. Нас обдало жаром, но не опалило даже волос. Рычарг как-то хвастался, что драконы умеют испускать тридцать шесть сортов пламени, от иллюзии до плазменного сгустка, избирательно испепеляющего рыцаря в целехоньких латах, и наоборот. Вслед за жаром меня прошиб пот – в столь наглядной демонстрации я участвовала впервые и удовольствия, прямо сказать, не получила. Особенно при взгляде на Орсанин меч, вымазанный кровью тварей и дымящийся до самой рукояти. Кое-где на подруге тлела и куртка.

Еще пара-тройка столь же эффективных плевков – и ложняки дрогнули! Побросав мечи, они бросились кто куда, лишь бы подальше. Их почти не преследовали, разве что до края площади – слишком устали, да и не рискнули углубляться в незнакомый лес.

Лереена продолжала бесноваться, закладывая крутые виражи вокруг храма. В отсутствие прочих звуков ее вой ввинчивался в уши с утроенной силой. Дракониха позволила ей сделать три оборота, а затем клацнула зубами, как пес на пролетающего мимо воробья, и вампирша исчезла в ее пасти. Снаружи остались только крылья. Немного потрепыхались, потом обвисли и медленно втянулись внутрь. Гереда выждала пару минут и брезгливо сплюнула Повелительницу на лужайку перед храмом. Лереена шевельнулась, с трудом приподнялась на локтях и тупо уставилась на заваленную трупами площадь.

В наступившей тишине Лён первым поднял меч над головой, и обе армии победителей ликующе и бестолково заорали, а потом кинулись брататься, не разбирая, где люди, а где вампиры.



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19




База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница