Виктор Смирнов Тайны древних манускриптов (сокращенная версия) Великие книги Великого Новгорода



страница1/9
Дата13.05.2018
Размер1.94 Mb.
ТипРассказ
  1   2   3   4   5   6   7   8   9


Виктор Смирнов

Тайны древних манускриптов

(сокращенная версия)

Великие книги Великого Новгорода

Книги как люди -- у каждой своя судьба. Древние манускрипты, много рассказавшие потомкам о давно ушедших временах, по-прежнему хранят в себе неразгаданные тайны. Эти книги создавались в разное время разными людьми, но у всех у них есть общая родина, носившая гордое имя -- Господин Великий Новгород.
От автора
Лишь письмена имеют память....

Древнеегипетская мудрость

У Великого Новгорода своя, особая роль в русской истории. В разные времена эта роль нередко принижалась или искажалась в угоду тем или иным политическим пристрастиям. Историков-монархистов вольнолюбивый город раздражал тем, что слишком явно выламывался из клетки самодержавной триады. Не укладывалась новгородская история и в прокрустово ложе советской исторической науки, видевшей в ней одну сплошную борьбу простого народа против алчных бояр-угнетателей. А классик украинской исторической науки Михаил Грушевский, имя которого носит одна из главных улиц Киева, в своей десятитомной истории Русского государства вообще ухитрился ни разу не упомянуть Новгород!

И все же историческая правда берет свое. Благодаря трудам свободных от политических пристрастий исследователей и сенсационным открытиям археологов все отчетливее вырисовывается поразительный образ этой Русской Атлантиды, далеко опередившей свое время. Даже беглое перечисление заслуг Великого Новгорода перед нашим Отечеством займет не одну страницу. На новгородской земле зародились Русское государство и первая династия, правившая этим государством более семи столетий. Здесь был создан первый свод законов, и возникла первая русская республика, здесь древняя гривна превратилась в рубль, и была проложена первая мостовая, берега Волхова соединил первый на Руси постоянный мост, и впервые прозвучал колокольный звон, была выдана первая долговая расписка и основан первый сиротский приют, новгородцы первыми вышли на берега Северного Ледовитого океана и первыми начали осваивать Сибирь.

А еще к этому списку следует отнести и титул главной книжной мастерской средневековой Руси. В эпоху раннего средневековья, особенно после татаро-монгольского нашествия именно Новгород станет центром русского книгописания. Рукописные мастерские возникнут не только в монастырях и храмах, но и в частных домах, книги духовного и светского содержания будут переписывать не только лица духовного звания, но и грамотные миряне, для которых это был хороший межсезонный приработок. В городе откроются книжные лавки, в которых можно было купить не только книгу, но и все необходимое для письма.

Больше половины дошедших до нас русских книг XI-XV веков имеют новгородское происхождение. Новгород не только создал, но и сберег великое множество рукописных книг, включая знаменитое "Слово о полку Игореве".

Скептический читатель может возразить: зачем нам, современным людям, древние рукописные книги? Действительно, зачем? Ведь даже прочесть написанные трудночитаемой кириллицей старославянские тексты без интервалов между словами и привычных знаков препинания под силу разве что специалистам. А между тем интерес к древним манускриптам в мире только растет, о чем свидетельствуют баснословные цены на международных аукционах.

Дело, разумеется, не в деньгах.

Открывая древний манускрипт, всякий раз испытываешь особое, непередаваемое чувство соприкосновения с чем-то подлинным и вечным. Это как Второй концерт Рахманинова или картины старых мастеров, от которых мурашки бегут по коже. Подобно старинной намоленной иконе рукописная книга хранит тепло души наших далеких предков. Как говорил знаток древних рукописей Иван Забелин "она изобразительно рассказывает о чувствах и мыслях народности, о направлении ее умственных интересов".

Сегодня в главных библиотеках страны бережно хранятся сотни новгородских рукописных книг. Но есть среди них подлинные шедевры, отнесенные к сокровищам мировой культуры. Эти великие книги не только осеняли духовную жизнь наших предков, но и служили образцом и источником вдохновения для нескольких поколений русских книгоздателей.

Об этих книгах, об их раскрытых и нераскрытых тайнах и пойдет наш рассказ...



Глава первая

Книжная мастерская Руси

Город грамотеев

В далекой древности Новгородская земля представляла собой обширный край, богатый пушниной, воском, лесом, рыбой, солью и залежами железной руды. Многочисленные реки, сбегавшиеся сюда со всех концов, служили водными дорогами. Здесь проходили великие торговые пути, связывавшие Балтику с Черным и Каспийским морями.

Первая резиденция русских князей располагалась на высоком холме в истоке Волхова. Легендарный Рюрик выбрал это место, чтобы держать под присмотром торговые караваны, следовавшие по пути "из варяг в греки". Но постепенно людям стало тесно на заливаемом половодьем холме, и они стали селиться ниже по течению реки. Тут и возник будущий Новгород – Немоград скандинавских саг.

На левом берегу Волхова выросла крепость, прозванная детинцем. На правом берегу шумел Торг. Оба берега соединял широкий мост. С каждым годом город прирастал новыми улицами. Среди приземистых курных изб простонародья горделиво красовались усадьбы тогдашних «новых русских» – бояр и купцов, поднявшихся на торговле мехами и воском. Всюду слышалась разноязыкая речь, по реке скользили скандинавские драккары под полосатыми парусами, немецкие когги с высокими бортами, длинные как щуки русские ушкуи и пузатые лодьи.

Новгород был портовым и торговым городом, а такие города обычно отличаются большей открытостью и динамичным образом жизни. Новгородцы никогда не страдали пресловутой русской ксенофобией, они проявляли терпимость к иноверцам, будь то мусульмане, иудеи или язычники. На улицах звучала разноязыкая речь, да и сами новгородцы много путешествовали по всему свету. Все это расширяло кругозор, будило познавательный интерес.

В эпоху раннего Средневековья самое сильное влияние на бурно растущий Новгород оказывала Византия. Вместе с христианством отсюда катились мощные волны культуры. Новгородцы не раз приходили сюда с войной, но чаще с миром. В Константинополе была целая улица, на которой издревле жили новгородские купцы. Остро-любознательные, переимчивые новгородцы впитывали достижения греческой цивилизации: законы и обычаи, городское хозяйство и медицину, кухню и быт, военное искусство и судовождение.

Под благотворным влиянием Византии пышным цветом зацветали в Новгороде ремесла и искусства. Произросли на этой ниве многие выдающиеся личности: первый русский ученый математик Кирик Новгородец, ювелиры Коста и Братило, зодчий Петр, художник Олисей Гречин и еще множество безвестных мастеров и художников. Они не копировали слепо греческие образцы, а перенимали их на свой лад. Храмы приспосабливались к северному климату, лики икон напоминали лица новгородцев.

Но главным даром Византии стала славянская письменность. Существует гипотеза о том, что у славян существовала и не дошедшая до нас дохристианская письменность, некие рисунчатые знаки для письма и счета, так называемые черты и резы. И все же историю отечественной письменности справедливо начинать с 863-го года, когда греки из города Солуни Кирилл и Мефодий пришли сюда проповедывать христиство. Чтобы сделать Святое Писание доступным для новообращенных они создали славянскую азбуку и перевели на славянский язык некоторые богослужебные книги.

Алфавит родился сразу в двух вариантах -- глаголицы и кириллицы. Постепенно более сложная в написании глаголица была вытеснена кириллицей, котоая и легла в основу современных славянских систем письменности: русской, болгарский, сербской. Всего в алфавите кириллицы насчитывается 43 буквы, из них 24 заимствованы из византийского уставного письма, остальные 19 изобретены заново для некоторых звуков славянского языка, отсутствующих в греческом.

Пройдет совсем немного времени, и на новгородской земле произойдет мощный всплеск просвещения, Новгород станет одним из самых грамотных городов не только Руси, но и Европы. Мир письменных знаков обступит человека со всех сторон: на стенах храмов, на иконах, на княжеских печатях. В то время как многие европейские короли вместо подписи ставили крест, простые новгородцы, включая женщин, вели оживленную переписку на берестяных грамотах. Летели во все концы письма: от Нежаты к Ивану, от Петра к Ульянице, от боярина к управителю, от попа к иконописцу, от сестры к брату, от влюбленной девушки – к сердечному другу.



Массовая тяга к грамоте была тесно связана с уникальной новгородской демократией. Самовластному правителю не нужен грамотный народ, ибо им труднее управлять, не шибко нужны ему и писаные правила, ибо правитель своему слову хозяин: сам дал, сам взял назад, если что не так. Иное дело демократия, в основе которой лежит фиксированный закон. Вместе с законом возникает суд, суд порождает обширное делопроизводство. Новгородцы раньше других научились облекать свои взаимоотношения в письменную форму, будь то договор с князем, завещание или долговое обязательство. Первый отечественный свод законов "Русская правда" неслучайно родился именно на новгородской земле. Сказывалась и огромная территория вечевой республики. Бояре, дабы не покидать Новгорода, что неизбежно снижало бы их политический вес, управляли своими дальними вотчинами на расстоянии с помощью писем. Свои требования предъявляла и выборная система власти. Чтобы выдвинуться на должность посадника, тысяцкого или кончанского старосты от кандидата требовался определенный уровень образованности, способность грамотно излагать свои мысли, навыки ораторского искусства.

Особую роль в просвещении паствы играла новгородская церковь. Христианская религия опирается на Святое Писание, то есть письменное слово. Этим она отличается от язычества, имеющего в своей основе обычай или устное предание. Во времена вечевой республики новгородский архиепископ обладал поистине президентскими полномочиями, а возглавляемому им Дому святой Софии принадлежали огромные владения. Обладая такими властными и материальными ресурсами церковь могла заниматься широким просветительством, покупать и заказывать книги, обучать духовенство. Очагами грамотности стали многочисленные новгородские монастыри.

Родоначальником новгородского образования традиционно считается князь Ярослав Владимирович, единственный из русских правителей удостоившийся прозвища Мудрый. Хромой от рождения, Ярослав рано научился компенсировать физическую ущербность умственным превосходством, а к концу жизни стал едва ли не самым просвещенным государем тогдашней Европы.

В 1030 году, вернувшись из похода на чудь, Ярослав повелел основать в Новгороде школу на триста учеников. Причем если в киевское училище при Владимире Красно Солнышко отроков набирали буквально силой (как пишет летописец: «матери рыдали по ним как по мертвым»), то в Новгороде проблем с набором не было. Объяснялось это тем, что киевская школа предназначалась для узкого круга сыновей знати, в то время как в новгородскую школу набирали детей попов и уличанских старост. Если для знатных киевских отпрысков учение было досадной обузой, то для поповичей умение читать и писать было обязательным условием будущей духовной карьеры. Успели оценить деловую пользу грамоты и уличанские старосты.



О распространности грамоты свидетельствуют и новгородские былины. Взять, к примеру, Ваську Буслаева, этого буяна и драчуна, державшего в страхе весь город. Казалось бы, о чем думает такой молодец кроме как "об выпить и об дать кому-нибудь по морде"? Ан, нет, в юности наш герой получил хорошее образование, и, путешествуя по свету, делится впечатлениями в письмах своей матушке Амелфе Тимофеевне.

Стали его, Васильюшку, грамоте учить

Грамота ему в наук пошла;

Посадили его, Васильюшку пером писать,

И письмо ему в наук пошло...

Владел грамотой и другой былинный герой -- Садко.

Стены Софийского собора и других новгородских храмов были испещрены так называемыми граффити. Это и отрывки из молитв, и имена скучающих во время службы богомольцев и даже загадки. Городские мостовые были так усеяны обрывками грамот, что монах Кирик в своих "Вопрошаниях" специально интересуется у архиепископа Нифонта: "Нет ли в том греха, аже по грамотам ходити ногами, аже кто изрезав помечет?".

Система новгородского образования складывалась не вдруг и была многоступенчатой. На первом этапе ученики получали простейшие навыки чтения, письма и счета с помощью деревянного букваря. Такой букварь представлял собой можжевеловую табличку, на лицевой стороне которой был вырезан древнерусский алфавит. В выемку на оборотной стороне заливался воск. Вооружившись железной или костяной палочкой, ученик переписывал буквы на вощеную сторону. Стерев написанное тупым концом писала и разгладив воск, можно было писать снова. В качестве писчего материала в новгородских школах также широко использовалась береста, хотя по личному опыту могу сказать, что писать на бересте -- дело непростое, требующее кроме грамотности еще и немалых физических усилий. Берестяными тетрадками и прочими принадлежностями для письма торговали в лавках.

Учили в новгородских школах по священным книгам, прежде всего по Псалтыри. Для кого-то учение заканчивалось навыками чтения и письма, но для самых способных юношей оно затягивалось на годы. Под руководством ученых греков они «вкушали сладость книжного учения», изучая древних поэтов и философов: Гомера, Платона, Аристотеля. Преподавали здесь и иностранные языки. Для новгородцев, торговавших по всему свету, знание иностранных языков было насущной потребностью. В скандинавской «Саге об Ингваре-Путешественнике» есть рассказ о том, как сын героя саги Свейн в годы княжения Ярослава посещал новгородскую школу, где научился говорить на языках, распространенных по Аустервегу, то есть восточному пути.

Именно массовая грамотность населения и стала главной причиной грядущего новгородского книжного бума. Ведь как известно именно спрос рождает предложение.



Софийская библиотека

В 1043 году сын Ярослава Мудрого молодой новгородский князь Владимир Ярославич вернулся из похода на Византию. Поход сложился неудачно. Огромную флотилию русских разметала страшная буря. Уцелевшие суда византийцы уничтожили «греческим огнем». Победители кинулись добивать русских уже на суше, но князь Владимир сумел отразить нападавших. За это чудесное спасение следовало достойно отблагодарить Господа. И как знамение небес в это же время внезапно как свечка сгорела деревянная тринадцатиглавая София. Тогда-то и было решено строить в Новгороде каменный собор.

Строительство началось в 1045 году, и уже через пять лет на высоком прибрежном холме, на месте старого владычного двора, высоко вознеслась красавица София – первый каменный храм на всем Русском Севере. Собор стал душой и сердцем Великого Новгорода, его главным символом, в его ризнице хранились городская казна, одеяния владык, драгоценная утварь. Но, пожалуй самым главным сокровищем стала собираемая в течение многих веков Софийская библиотека, которая со временем станет самым большим книгохранилищем не только Руси, но и всего славянского мира.

Дальнейшая судьба Софийской библиотеки так же драматична как и судьба самого Великого Новгорода. Огромное количество книг было вывезено из Новгорода после его присоеинения к Москве сначала Иваном III, а затем Иваном Грозным, устроившим здесь в 1570 году чудовищную расправу. Царю потребовалось триста возов, чтобы вывезти награбленные богатства. В архивах сохранилась запись о "новгородских коробьях" с книгами, которые пропали вместе со знаменитой "Либереей" Ивана Грозного", над поисками которой бьются уже многие поколения исследователей. Немало книг Софийской библиотеки вывезли митрополит Макарий и патриарх Никон. Попали новгородские книги и в частные коллекции – Крекшина, Мусина-Пушкина, митрополита Евгения Болховитинова.

И все же библиотеке Новгородской Софии выпала более счастливая судьба, чем безвозвратно утраченной библиотеке Софии Киевской. В фондах Российской Национальной библиотеки ныне хранятся 1575 новгородских манускриптов, есть новгородские рукописные книги и в других самых известных библиотеках и музеях. В самом Великом Новгороде древних книг осталось совсем мало, но тем бережнее заботятся о них хранители музея-заповедника.

Рукописные мастерские

Книги в древности стоили очень дорого. И хотя новгородские владыки не жалели денег на их приобретение, стремительно растущей епархии остро не хватало богослужебной литературы, ведь даже минимально необходимый для любого храма набор книг включал в себя до десятка наименований. Выход был один -- начать переписывать книги собственными силами.

Древнейшим новгородским скрипторием обычно называют рукописную мастерскую монастыря святого Лазаря, возникшую в конце XI века. Но на самом деле книги в Новгороде начали переписывать значительно раньше. В 1047 году по заказу князя Владимира Ярославича для библиотеки строящегося Софийского собора была переписана библейская Книга пророков. В ее послесловии сказано: «Здоров же княже будь в век живи… но писавшего не забывай». И подпись: « Аз поп Оупир Лихый». То есть писец недвусмысленно намекает заказчику книги, чтобы тот не скупился на вознаграждение.

. Личность человека с таким странным для священника именем Упырь Лихой всегда занимала историков. Не так давно известный шведский славист Андерс Шеберг довольно убедительно доказал, что новгородский писец Упырь Лихой и знаменитый скандинавский рунорезец Эпир – одно и тоже лицо. Эпир, вероятно, был сыном варяжского дружинника, прибывшего в Новгород в свите невесты князя Ярослава шведской принцессы Ингигерд. Его имя и прозвище «Эпир Отважный» русские на свой лад переиначили в Упыря Лихого. Закончив основанную князем Ярославом школу Эпир стал священником так называемой «Варяжской божницы» – католического храма, построенного бывшим женихом Ингигерд, Олафом Святым. По преданию, находясь в Новгороде, Олаф излечил одного из сыновей Ярослава от тяжелой болезни, за что благодарный князь разрешил ему построить в Новгороде католическую церковь.

Упырь Лихой обладал недюжинным талантом каллиграфа, за что и удостоился столь престижного заказа от князя Владимира. Можно только догадываться, что заставило обрусевшего скандинава впоследствии покинуть Новгород. Возможно, это случилось после того, как в 1056 году новый новгородский посадник Остромир отказался от услуг наемной варяжской дружины. Вместе с другими скандинавами Эпир отправился на родину, чтобы стать там знаменитым резчиком по камню. Его произведения -- вырезанные на камнях рунические надписи -- можно и сегодня видеть на полях Швеции.

Упырь Лихой был не единственным книгописцем, работавшим в Новгороде в середине одиннадцатого века. Примерно в это же время была создана так называемая "Путятина Минея", названная по имени писца Путяты, который возможно был мирянином. Третьим был переписчик знаменитого Остромирова Евангелия диакон Григорий, о котором речь пойдет впереди. Судя по послесловию Остромирова Евангелия были в Новгороде и другие неизвестные нам книжники, к которым Григорий обращается с просьбой не судить его строго, а делать лучше, чем о


Глава вторая

Таинства ремесла

Книжники аки пчелы любодельные.

Старинное изречение

У книги как и у человека есть душа и есть тело. Душа книги – это ее содержание, тело – материальное воплощение. Создание манускрипта (от латинского манус -- рука, скрипт -- пишу) представляет собой длительный и сложный процесс, требующий не только серьезной технической оснащенности, но и духовного очищения. Прежде чем приступить к работе, книжные мастера постились, исповедовались, старались отрешиться от мирского и суетного.


Пергамен

В разные времена книги писали на глиняных и деревянных дощечках, на ткани, папирусе, на бумаге. Но самым долговечным материалом стал пергамен. По свидетельству римского историка Плиния Старшего пергамен появился во втором веке до новой эры. Своим появлением он обязан соперничеству двух монархов.

Древняя столица Египта город Александрия славилась своим знаменитым маяком, считающимся одним из чудес света. Но столица обладала и вторым маяком – Александрийской библиотекой, свет разума которой пронизывал тьму невежества. Основали ее в третьем веке до новой эры цари из династии Птолемеем. На их щедрые пожертвования в Египет привозили книжные рукописи со всего света. Здесь их переводили и переписывали на свитках папируса. В середине первого века до Рождества Христова Александрийская библиотека насчитывала 700 тысяч свитков! У Птолемеев были все основания гордиться самой богатой в мире библиотекой.

И вдруг до ушей Птолемея V дошел слух, что властитель богатого и процветающего Пергамского царства Евмен II бросил ему вызов, задумав собрать библиотеку не хуже Александрийской. Узнав об этом, царь Птолемей поступил, прямо скажем, неблагородно: он запретил вывозить из Египта папирус, лишив тем самым соперника писчего материала. Но не таков был пергамский правитель, чтобы отступить. Узнав, что для письма можно использовать шкуры животных, Эвмен II собрал лучших кожевников, которыми всегда славился Пергам. Так родился промышленный способ изготовления нового писчего материала, который с той поры стал называться по названию славного города Пергама пергаментом или пергаменом. (В ученой среде принято называть его без буквы т на конце). Некоторое время папирус и пергамен конкурировали между собой, но постепенно выявились преимущества последнего. Папирус хранился только в свитках, что затрудняло чтение (попробуй найти нужное место в десятиметровом списке!), писать можно было только на одной стороне папируса, он не слишком долговечен, а главное произрастал только на берегах Нила во владениях египетских царей, которые в любой момент могли запретить его экспорт.

Хорошо выделанный пергамен может храниться тысячелетиями. Пример тому знаменитые свитки Мертвого моря или Кумранские рукописи, созданные еще до новой эры. К тому же в пергамене используют обе стороны листа, причем неоднократно, стирая старый текст и нанося новый, а форма книги-кодекса несравненно удобнее для чтения, нежели свиток.

Со второго века до нашей эры изобретения пергамских мастеров послужило семидесяти человеческим поколениям, на пергамене было написано колоссальное количество манускриптов и разнообразных документов, от папских булл до королевских указов.

На изготовление пергамена использовали практически любую кожу: воловью, коровью, телячью, баранью, лошадиную, козлиную, овечью или свиную. Чтобы пергамен имел белый цвет, перед забоем у животных выпускали кровь, необескровленный пергамен имел желтоватый оттенок. Самый тонкий пергамен делали из шкур кроликов или белок, самый нежный (под названием «девичья кожа») – из шкурок абортированных телят или ягнят. Единственное исключение: пергамен никогда не изготовляли из шкур ослов! Возможно, люди боялись, что приписываемая ослам тупость как-то повлияет на содержание будущей книги или документа.

За многие века в жертву просвещению в самом прямом смысле было принесено неисчислимое множество самых разных животных. Ученые , например, подсчитали, что на пергамен для Остромирова Евангелия пошло 147 телячьих шкур! Становится немного не по себе, когда представляешь огромное стадо телят, которых в туче пыли гонят на бойню ради одного-единственного манускрипта. Но зато написанная на пергамене книга хранится веками и даже сегодня кажется живой, ее листы стремятся согнуться, свернуться в трубку. Таково вечное свойство кожи.

Технология изготовления пергамена в упрощенном виде выглядела так. Аккуратно снятую шкуру на несколько дней помещали в чан с известью, затем с помощью специальных ножей удаляли мясо и волосы и снова погружали в известь. Очищенную кожу натягивали на деревянную раму, шлифовали пемзой и отбеливали мелом или свинцовыми белилами и долго сушили в тени. Органические волокна склеивались в прозрачную, рогообразную массу, приобретая большую прочность на разрыв. Сильно натянутый пергамен при ударе деревянным предметом должен издавать чистый звук как при ударе в барабан.

Затем снятую с рамы шкуру раскраивали, обрезали неровные края, при этом примерно треть кожи шло в отходы. В результате всех этих сложных и трудоемких манипуляций из целой шкуры получался один гладкий лист, на котором можно было писать с обеих сторон. Цвет был обычно белый, но для особых заказчиков материал красили в разные цвета, к примеру, европейские монархи предпочитали пурпуровый, голубой и черный. Затем листы складывали пополам или вчетверо в зависимости от заданного формата. Получались тетради, из которых сшивалась будущая книга.

На Русь пергамен попал из Византии и первоначально назывался кожей или телятиной. Собственное производство пергамена началось у нас довольно поздно, и не из-за сложности технологии, а по причине сравнительно небольшого спроса.



Рабочее место писца

Примерное представление о том, как выглядело рабочее место писца, можно составить по миниатюре Остромирова Евангелия с изображением Евангелиста Иоанна и его ученика Прохора. Прохор сидит с поджатыми ногами на подушке и пишет в короткий свиток, лежащий у него на коленях. Более распространено изображение пишущего человека, сидящего на небольшой скамейке либо на стуле с высокой спинкой. Перед ним пюпитр с раскрытым оригиналом и тумба с письменными принадлежностями.

Обычное снаряжение средневекового переписчика состояло из целого ряда предметов и приспособлений. Это чернильница с двумя отверстиями (для киновари и обычных чернил), а также песочница, заполненная обычным кварцевым песком, которым посыпали рукопись для скорейшего высыхания. Далее: два ножичка (один для заточки и обрезки перьев, другой, с широким лезвием, для подчистки клякс и ошибок), губка для смывания текста, пемза и мел для шлифовки и подбеливания пергамена, подкладная доска, циркуль, шило, линейка, свинцовый карандаша для разлиновки страниц, а также кусочки пергамена с образцами шрифтов.



Перо

Главным писчим инструментом были гусиные перья. Особо ценными считались «павьи», то есть павлиньи перья. Считалось даже, что писать ими имели право только цари, но это только легенда, сохранилась запись простого псковского писца: «писал есмь павьим пером». Вполне вероятно, что новгородцы писали и лебяжьими перьями. Лебеди исстари обитали на Новгородчине, и даже сейчас прямо за городской чертой можно видеть их белоснежные стаи. Перо извлекали непременно из левого крыла птицы, чтобы изгиб был удобен для пишущей руки. Срезав опахало, перо обезжиривали, втыкая в горячий песок, затем кончик наискось срезали, расщепляли и затачивали специальным перочинным ножичком. Иногда перо не макали в чернила, а заливали их в стержень, как мы сейчас в авторучку.

Как держал перо писец?

Описано несколько способов «перстосложения»: четырьмя полусогнутыми пальцами, щепотью, тремя пальцами, двумя. На миниатюре Прохор держит перо четырьмя пальцами: большим снизу, полусогнутым указательным сверху, средним и безымянным сбоку, мизинец опирается на писчий материал. Поскольку такой способ наиболее удобен для прямых линий, характерных для уставного почерка, которым написаны самые древние книги, можно предположить, что первые писцы держали перо именно так.



Чернила

Казалось бы, что хитрого в обыкновенных чернилах? Между тем от качества чернил во многом зависела судьба манускрипта. Хорошие чернила должны были глубоко проникать в пергамен, а неправильно приготовленные быстро выгорали и выцветали, обрекая рукописную книгу на скорую смерть. Правильно выдержанные чернила были густыми и имели интенсивно коричневый цвет. Высыхая на пергамене, они отливали металлическим блеском.

Секреты изготовления чернил передавались от одного поколения писцов к другому, в их основе лежала реакция между солями, железистыми и дубильными веществами. Древние чернила приготовлялись из ржавого железа, в дело шли старые замки, ключи, цепи, ножи и гвозди. Их рубили на мелкие кусочки и опускали в кувшин. Все это заливалось раствором из древесной коры, в который добавляли процеженные кислые щи, квас или уксус. Кувшин с чернилами ставили в теплое место, периодически доливая новый раствор. Перед тем как начать работу, писали на пробу, это называлось «покушати чернил».

Черные чернила делали из сажи, их называли копчеными. Мастер ставил в русскую печь несколько горшков с пробитым дном, и разжигал снизу костерок из бересты. Густой черный дым оседал на стенках горшка жирной сажей, которую потом снимали со стенок, смешивали со слюной и вином, разбавляли водой и камедью, то есть вишневым клеем. Для прочности добавляли дубовые орешки, содержащие дубильные вещества.

Новгородские писцы в совершенстве владели всеми этими секретами. Чернила они использовали железистые, обычно светло-коричневого цвета. Только вдуматься – минула почти тысяча лет, а буквы даже не потускнели, только слегка осыпались в нескольких местах. Это при том, что шрифт современной книги нередко начинает «слепнуть» уже через несколько лет.

Краски

Древние книги до сих пор поражают яркими немеркнущими красками. Обнаруженная археологами в Новгороде мастерская художника Олисея Гречина свидетельствует о том, что наши далекие предки в совершенстве владели искусством изготовления красок из местных Замечу лишь, что новгородцы материалов.

Художник Петров-Водкин, кстати сказать, много позаимствовавший из новгородской иконописи, писал: «Когда бродишь берегами рек, окружающих Новгород, и видишь образование галек из цветных земель, глин, от синих через красные баканы до светло-охристых, то становится ясным, откуда возник колорит росписи Спаса-Нередицы, пророка Илии и вообще древней новгородской школы». До сих пор специалистов поражает стойкость древних красок. Эти чистые природные цвета, нанесенные тысячу лет назад, и сегодня сохраняют силу, яркость, сочность и свежесть соотношений. Световой луч проходит сквозь них насквозь, многократно преломляясь через микрокристаллы, создавая эффект глубины и внутренней подсветки.

Для оформления самых роскошных книг использовали золото


Краски

Рукопись, написанная в одну краску, выглядит скучновато. Праздничный, ошеломительно нарядный образ Остромирова Евангелия родился во многом благодаря использованию в его оформлении различных красок. Любимой краской тогдашних книжников была ярко-красная киноварь на ртутной основе. Киноварью писали заглавные буквицы и заголовки, отсюда пошло понятие «красной строки». Уважали русские мастера и другие «цветоносные» краски: красно-желтый сурик, лиловато-красную черлень, светло-желтую охру, ульрамариновую лазорь, малахитовую зелень, зеленую ярь-медянку, синий крутик.

двух видов. Листовое золото являло собой тончайшие пластинки, которые накладывались на поверхности, предварительно намазанные вишневым или рыбьим клеем. Твореное золото представляло собой жидкую массу, для получения которой крупицы металла тщательно растирали в ступке, а затем смешивали с медом, солью и вишневым клеем.

Подготовка к письму

Приступая к созданию книги писец должен был сначала определить ее будущий формат, который зависел от предназначения книги, объема текста, размера шрифта, количества имеющегося в его распоряжении пергамена, и, разумеется, от пожеланий заказчика. Размеры рукописных книг бывают самые разные: от ин-фолио, то есть в полный лист, согнутый пополам (отсюда фолиант) до миниатюрных ин-октаво.

Определившись с форматом, писец разрезал пергамен на нужные листы, после чего приступал к их тщательному изучению. Опытный взор мастера тотчас видел малейшие изъяны. Огладив ладонью или потеревшись щекой о каждый лист, писец обнаруживал «зализы» – невылощенные участки с плохо снятым жиром. Если их не обработать пемзой до идеальной гладкости, чернила не впитаются, расплывутся и весь лист пойдет насмарку. Круглые дырочки от укусов оводов заклевали заплатками на осетровом клее.

Теперь следовало сложить будущие тетради. Мастер брал четыре больших листа примерно одинаковых по толщине, жесткости и цвету. Поскольку упругие листы пергамена норовят свернуться в трубку «шерстяной» стороной наружу, надо чередовать «шерстяную» и «мясную» стороны.

Текст мастер не будет писать подряд. Сначала он нанесет его на левую сторону первого двойного листа, затем второго, третьего и четвертого. После этого в той же последовательности заполнит правые стороны двойных листов. Процесс довольно сложный, велик риск перепутать страницы и, чтобы не сбиться с нумерации, мастер помечал первые листы тетрадей. После того как весь текст будет переписан, мастер подберет двойные листы в тетрадку, а тетради сошьет в книгу

Теперь можно приступать к разлиновке.

Мастер брал карамсу - деревянную рамку с натянутыми поперек тонкими как струны жилами, накладывал ее на лист и проводил по жилам тупым шильцем. Получалось почти квадратное поле, разделенное нитями борозд. Разлинованные листы складывались пополам в тетради по восемь листов.

При этом возникает ощущение, что писцы не экономили дорогущий пергамен. У многих манускриптов огромные поля, отступы сверху и снизу, текст разбит на две колонки, плюс еще одно поле между столбцами. Что это? Пустая расточительность? Испытание заказчика на щедрость? Вовсе нет. Обилие «воздуха», просторные поля придают манускрипту более торжественный вид, как бы подчеркивая весомую ценность не только каждого слова, но и каждой буквы. Книга увеличивалась в размерах и становилась еще более внушительной. Разбивка текста на две колонки тоже была неслучайной. Поскольку все слова тогда писались слитно, то в длинной строке было труднее уловить их смысл, чем в короткой. Неслучайной была и большая высота строк. Писцы прекрасно знали, как трудно читать мелкий шрифт в слабоосвещенном храме и заботились о пожилых, слабых глазами священниках.



Почерк

И вот на белом листе появляются первые строки...

Русская рукописная традиция знает три основных типа письма. Они отличаются между собой не только внешне. но и по цели, которую ставил перед собой писец. Древнейшую форму кириллицы называют уставом. Выдающийся русский палеограф В.Н. Щепкин определял его так: «Славянский устав, подобно своему источнику – уставу византийскому, есть медленное и торжественное письмо; оно имеет целью красоту, правильность, церковное благолепие". Устав отличают четкость и прямолинейность. Пропорции букв приближаются к квадрату, только о, с, э, р кажутся как бы сжатыми.

Устав практически не имеет индивидуального почерка, разница в написании одних и тех же букв практически незаметна. Буквы отличаются простотой очертаний и напоминают архитектурные формы. Каждая буква отделена от другой, но слова пишутся слитно. Такой стиль требует высокого мастерства и неторопливости, поскольку каждый элемент пишется отдельным движением с отрывом пера от пергамена.

Устав использовал единственный знак препинания – точку, употребление которой в строке было произвольным. Точками с двух сторон обозначались и буквы-цифры, к которым мы еще вернемся. Между словами иногда ставивлся знак словотделения – паерок, заменявший знаки еръ и ерь в словах. Допускались сокращения слов путем исключения из слов гласных букв. Сокращались как правило слова духовного содержания, часто встречающиеся в тексте. Над сокращенными словами ставился знак титло.

Растущая потребность в книгах привела к изобретению полуустава. Он мельче и проще устава и имеет больше сокращений Появляется наклон в ту или другую сторону. Процесс письма упрощается и ускоряется. Продолжением этого процесса стало рождение скорописи, при которой соседние буквы пишутся безотрывно и допускается много сокращений.

Каллиграфический почерк вырабатывался годами упражнений. У древних писцов было в ходу выражение : «почаще поворачивай стиль. Это означало: «Чаще исправляй ошибки и улучшай форму изложения». Но никакие упражнения не могли заменить природного дара. Настоящий книгоздатель должен был обладать особым талантом, он строил книгу как зодчий строит храм, превращая ее в произведение искусства.

Условия труда

Работа писца требовала огромного терпения и неослабной сосредоточенности. Ошибешься в едином слове и не дойдет до Господа молитва стоящих в храме. А ошибиться очень просто! К примеру, агглъ произносимое как ангел, обозначает Божьего посланца, а ежели напишешь аггелъ, то призовешь посланца сатаны.

Работать часто приходилось в холодных, плохо освещенных помещениях. Нестерпимо болит спина, мерзнут руки, бросает в сон, а тут еще заказчик стоит над душой, торопит к сроку, бранится: «то же мне, мастером называешься, мзду восприемлешь, пищу и одеяние и прочие потребы, а сам рукоделия не знаешь». Да и перед другими писцами нельзя оплошать.

В так называемых колофонах, то есть послесловиях, а то и на полях рукописей часто встречаются жалобы писцов на свою тяжкую долю. «О святый Пантелеймоне, поспеши, уже глази спать хотят». «Охо, охо, охо, дремлет ми ся», «Ох, знойно, ох дымно». Часто упоминается русская национальная болезнь: «Ох мне лихаго сего попирия (т.е. похмелье – В.С.) Голова мя болит, и рука ся тепет, (то есть дрожит). Встречаются покаянные прозрения: «Мед пей, а пиво не пей», и признания в чревоугодии: «Како не объестися: исто поставят кисель с молоком». Много жалоб на недуги. «Плечи болят, не могу писать». «Голова мя болит». Жалуются на плохой пергамен, на перья, на напарника, испортившего воздух в рабочем помещении: «У, побзди Лука, навониле избу».

Для писца-ремесленника главная радость заключалась в окончании работы, сулящем вознаграждение. «Якоже рад заяц, сети избег, тако рад писец последнюю строку дописав», «Радуется и книжный списатель, дошед до конца книгам, тако же и аз». «Кто тут писал и дописал, тот доброе винцо хлебал». «Яко же радуется жених о невесте, тако радуется писец, видя последний лист».

Как мера и красота скажут

Просто переписать книгу – еще полдела. Теперь ее следовало украсить затейливым орнаментом, яркими буквицами, изящными миниатюрами. В этой связи возникает вопрос: а должна ли книга быть красивой? Вопрос не такой уж праздный. Иногда полагают, что лишнее украшательство только отвлекает внимание читателя, ибо главное в книге -- ее содержание. В одной старинной рукописи ученый монах сетует на то, что люди ценят книгу не за мудрость, в ней заключенную, а за ее наружность: "Тавлеи и шахы (то есть шахматы и шашки - В.С.) у многих обретаемы суть, а книги ни у кого, разве что у немногих. Но и те, закрыв книги, кладут их в лари. И все их тщание на харатейную тонкоту и на грамотную красоту, то есть о тонкости пергамена и красоте письма , а о чтении не пекутся. Не душевной пользы ради стяжают книги, а хотящее явить богатство свое и гордость".



И все же новгородские книгописцы старались сделать свои книги красивыми, резонно полагая, что книга должна радовать глаз и согревать душу своим видом, а суровые, аскетичные манускрипты навевают скуку. В Новгороде сложился свой собственный, так называемый "чудовищный" или "тератологический (от греческого терас - чудовище, диво)" стиль орнамента, изобилующий изображениями зверей и животных. Заглавные буквицы новгородских книг поражают неисчерпаемой фантазией, а порой и некой, вроде бы даже неуместной для духовной литературы легкомысленностью. Вот к примеру одна такая буквица, изображающая двух рыбаков, тянущих сети. Подпись гласит: Потягивай, коровий сын! Сам еси таков, отвечает второй рыбак.

Переплет

И вот работа завершена. Теперь готовые листы надо было сшить в тетради, аккуратно обрезать, выровнять и заключить в переплет. Переплеты древнейших книг обычно делали из тщательно высушенных досок, обтянутых кожей. Первую страницу, которая непосредственно соприкасалась с верхней доской и терлась об него, всегда оставляли чистой. Ради дополнительной прочности углы переплета скреплялись металлическими наугольниками, а выпуклые шишечки должны были предохранять кожу от царапин при соприкосновении с поверхностью стола. Специальные застежки-зажимы предохраняли пергамен, который со временем пересыхал и начинал коробиться. До нас дошло суровое напутствие новгородского архиепископа Моисея, который, отправляя в Юрьев монастырь напрестольное Евангелие, сделал следующую приписку: «А который поп или дьякон, прочитав, не застегнет всех застежек, буди проклят».

Самые ценные книги впоследствии не раз переплетали заново, заказывали лучшим ювелирам оклады из позолоченного серебра, усыпанные драгоценными камнями, украшенные затейливой резьбой, эмалевыми миниатюрами, финифтью. Из-за этих драгоценных окладов множество редких книг было уничтожено во время массового разграбления церквей большевиками.

И вот книга готова. Теперь у каждой из них начнется своя жизнь, каждой уготована своя судьба. О судьбах самых замечательных новгородских рукописных книг и пойдет речь в следующих очерках.



Каталог: wp-content -> uploads -> 2017
2017 -> Свод правил по безопасной работе сотрудников органов исполнительной власти Самарской области, государственных органов Самарской области
2017 -> Руководство по эксплуатации общие сведения. «Жидкий акрил»
2017 -> О восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы
2017 -> Решение по гражданскому делу по моему иску к Петрову А. Н о выселении. В удовлетворении исковых требований мне было отказано в полном объеме
2017 -> Ротавирусная инфекция Профилактика острой кишечной инфекции


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9


База данных защищена авторским правом ©vossta.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница